В комнате горела лишь одна свеча. Атмосфера в гостиной была настолько гнетущей и безмолвной, будто всё вокруг застыло.

Спустя несколько секунд человек, которого подозревали в принадлежности к Аптекарям, наконец пробормотал:

— Почему бы вам не оставить свой адрес? Так я хотя бы смогу извлечь хоть какую-то пользу из вашего тела.

«Кажется, будто он сыплет проклятиями, но на самом деле пытается меня отговорить...» – Клейн сделал вид, что не понял намёка, и обратился к Чёрной Змее:

— Если я не пойду на этот риск, у меня не останется ни единого шанса выжить. А пойдя на него, я сохраню хотя бы крошечный проблеск надежды. Я не намерен сидеть сложа руки и покорно ждать смерти.

Услышав это, Око Мудрости, который уже собирался что-то сказать, закрыл рот – предложить иного выхода он всё равно не мог.

— Восхищаюсь вашей решимостью! – усмехнулся Чёрный Змей.

— Я тоже вами восхищаюсь. Раньше у меня было немало приятелей с похожим складом характера. Теперь я каждый год навещаю их надгробия и возлагаю цветы, – задумчиво бросил мнимый Аптекарь с издёвкой в голосе, но с искренним желанием предостеречь.

Его ничуть не заботило, что Чёрный Змей превосходит его в боевых навыках. Он всегда говорил всё, что думает.

«Мистер Аптекарь, должно быть, немало натерпелся из-за своего характера...» – мысленно поблагодарил его Клейн.

Он передал железный портсигар с Потусторонней Чертой Охотника слуге, а тот отнёс его Оку Мудрости.

Пожилой джентльмен отсчитал из стоявшего рядом чемодана 400 фунтов наличными и велел слуге отдать их Чёрному Змею.

Тот небрежно мазнул взглядом по купюрам и произнёс:

— Я доверяю мистеру Оку Мудрости.

Он достал небольшую деревянную коробочку, наклонился, опустил её на пол и толкнул так, чтобы предмет скользнул прямо к Клейну, минуя слугу.

Едва пальцы Клоуна коснулись поверхности шкатулки, до его слуха донеслись слабые призрачные отголоски, вызвавшие резкий приступ головокружения.

Впрочем, ничего непосильного для него в этом не было. Это не шло ни в какое сравнение с иллюзорным шёпотом, доносившимся от [Справедливости] и остальных, когда те молились ему.

Выпрямившись, Клейн осторожно приоткрыл деревянную коробочку и увидел внутри «ухо»!

Оно выглядело совсем как настоящее, разве что кожа была неестественно тёмной, а в некоторых местах виднелись зеленоватые следы гниения.

— Как им пользоваться? – спросил Клейн.

Чёрный Змей небрежно бросил:

— Взять его голой рукой без перчатки более чем достаточно. Хех, лучше вернитесь домой и попробуйте в полном одиночестве.

Моретти не стал больше ни о чём расспрашивать, захлопнув коробочку и сунув её в карман. Он горько усмехнулся:

— От него прямо голова кругом.

После недолгой тишины предполагаемый Аптекарь внезапно выкрикнул:

— Мне нужны кристаллы костного мозга Эльфийского источника, у кого-нибудь есть?

Его голос эхом разнёсся по комнате, но никто так и не отозвался.

Аптекарь разочарованно причмокнул губами и проворчал:

— Серьёзно, каждый раз одно и то же: ни ответа ни привета…

— Возможно, вам стоит купить билет на круиз до острова Суния, – съязвил Око Мудрости.

Эльфийский источник также называли Золотым источником Суния, и происхождение его было понятно из названия. Сама эта жидкость встречалась нередко и обладала насыщенной духовностью, однако кристаллы костного мозга считались редкими Потусторонними ингредиентами, и достать их было крайне непросто.

После ещё нескольких сорвавшихся сделок Око Мудрости хлопнул в ладоши и объявил:

— На сегодня закончим. По заведённому обычаю расходимся по одному, с интервалом в три минуты.

«Уходить по очереди... С промежутком в три минуты... Чтобы участников собрания не выследили и не ограбили?»

Дождавшись знака от Ока Мудрости, Клейн поднялся и вслед за провожатым покинул комнату, направившись к выходу.

Он снял балахон с капюшоном, вернул его слуге и по памяти двинулся назад, к чёрному ходу бара «Храбрые Сердца». Сняв железную маску, детектив прошёл через кухню и сквозь собачий лай и пьяный гомон разглядел Каспарса, стоявшего у входа в карточную комнату.

— Рад, что ты вернулся целым и невредимым, – с облегчением выдохнул красноносый старик; уродливые шрамы на его лице словно бы дрогнули.

Клейн наклонился к нему и негромко спросил:

— Будут ли подобные собрания в будущем?

— Похоже, ты так и не нашёл то, что искал. Святой Повелитель Бурь! По-моему, тебе не стоит попусту тратить время, – Каспарс с тревогой смерил взглядом клиента. — Может, через несколько дней что-то и будет, точно не знаю. Посмотрим, успеешь ли ты вообще.

Клейн кивнул и поинтересовался:

— Марик здесь?

— Всё ещё надеешься его переубедить? Не стоит, ты только разозлишь его. – предостерёг его Каспарс низким голосом. — Он в карточной, прямо за твоей спиной.

«Вовсе нет, я не собираюсь его убеждать, просто хочу держаться от него как можно дальше, чтобы его зомби не взбунтовались...» – Клейн нащупал в кармане медный свисток Азика.

— Понял.

Он тотчас покинул бар «Храбрые Сердца», заглянул в однокомнатную квартиру в Восточном районе, чтобы перевести дух, и только потом вернулся на улицу Минск.

***

Тем временем в карточной комнате Марик пошёл ва-банк и уверенно вскрыл карты.

У него были три короля и пара девяток, а у сидевшего напротив зомби – пара шестёрок и восьмёрка.

Внезапно мертвец сам перевернул свои закрытые карты – ещё одна пара шестёрок!

В этой раздаче он одержал победу с каре шестёрок!

Бледный Марик оцепенел. Он тут же ощутил на себе ледяные взгляды всех окружавших его зомби.

Спустя несколько минут он на негнущихся, дрожащих ногах вывалился из карточной комнаты и едва не рухнул прямо у дверей, пока все его обычные подручные внутри замертво валились на пол.

— До рассвета никого туда не пускай… – хриплым голосом бросил Марик, взглянув на ошарашенного Каспарса.

Он вытащил белый платок и утёр уголок рта. Ткань мгновенно пропиталась тёмно-синей жижей с примесью крови.

Дождавшись согласного кивка от Каспарса, Марик отыскал свободный стул, потребовал бочонок пива «Саунтвилл» и принялся отрешённо цедить хмель, уставившись в пустоту.

***

На улице Минск, 15, Клейн по привычке привёл себя в порядок, вернулся в спальню и задёрнул шторы.

Подождав около десяти минут и убедившись в полном отсутствии чужой духовности, он приступил к ритуалу самопризыва. Ответив на собственный зов, [Шут] перенёс деревянную коробочку с чёрным ухом в таинственное пространство над Серым туманом.

Призрачные багровые звёзды сейчас не мерцали. Сев во главе длинного древнего стола, Клейн открыл шкатулку.

На этот раз он не услышал никакого шёпота и не почувствовал головокружения. Казалось, бескрайний Серый туман надёжно отсекал любые звуки извне.

Клейн с облегчением перевёл дух. Теперь он чувствовал куда больше уверенности в предстоящем опыте и в собственной безопасности.

Мысленным усилием он заглушил слух и провёл пару быстрых проверок, чтобы подтвердить результат.

«Отлично...» – удовлетворённо кивнув, Моретти протянул руку и сжал начавшее подгнивать чёрное ухо.

Оно отдавало холодом и склизкостью, однако никакого голоса великого существа, о котором толковал Чёрный Змей, он так и не различил.

— Полная изоляция? Так дело не пойдёт... А в одиночку его не применить... – озадаченно пробормотал Клейн, прикидывая, как вызвать нужный эффект.

Спустя десяток секунд он сотворил перо и бумагу, решив повторить тот же трюк, с помощью которого когда-то вглядывался в Вечно Пылающее Солнце.

«Тогда я смотрел прямо на Вечно Пылающее Солнце через каплю божественной крови. На этот раз у меня лишь останки Слушателя, так что смертельной опасности быть не должно...» – без колебаний Клейн вывел фразу на бумаге:

[Происхождение этого предмета.]

Сделав глубокий вдох, он крепко сжал чёрное ухо, откинулся на спинку стула и принялся монотонно повторять написанное.

После седьмого повторения перед его глазами всё потемнело, и он погрузился в глубокий транс.

В этом размытом, расколотом сером мареве Клейн увидел корчившегося на полу человека. Тот катался по камням, истошно вопил, а его глаза лезли из орбит. Тело несчастного раздувалось точно воздушный шар, а волосы на коже чернели и стремительно удлинялись.

Вслед за этим чудовищно порочный и скверный глас ударил Клейну по ушам, мгновенно выдернув из сна.

Этот звук разительно отличался от обычного бессвязного бреда и завываний над Серым туманом. Он был куда более пронзительным, целенаправленным и яростным!

Моретти закрыл уши, пытаясь отрезать любое воздействие, но голос звучал прямо внутри его черепа.

Он увидел, как его кровеносные сосуды и вены вздулись, превратившись в толстых извивающихся ядовитых гадин.

Бах!

Сосуды лопнули, а вены вырвались наружу, обращаясь в склизкие щупальца, испещрённые зловещими узорами. Серый туман едва заметно колыхнулся, словно чертог великана подтачивало невидимое тление.

В отличие от случая с Вечно Пылающим Солнцем, Клейн сохранял ясность рассудка и не катался по полу. Он намертво вцепился в подлокотники кресла, стиснув зубы от невыносимой боли.

Через несколько секунд заволновавшийся было Серый туман вновь улёгся, а зловещий глас, отдававшийся в голове Клейна, окончательно затих.

Одно за другим «щупальца» опадали на пол, а раны на его теле начали стремительно затягиваться.

«Любой контакт с божествами – смертельно опасная затея, как к ней ни подступись... К счастью, на этот раз я не столкнулся с Истинным Творцом лицом к лицу, иначе крупицы безумия и потеря контроля неизбежно перекинулись бы на моё тело в реальном мире...» – обессиленно откинувшись на спинку стула, горько усмехнулся Клейн.

Всё прошло в пределах ожидаемого и не вышло из-под контроля.

Единственное, что его по-настоящему поразило – Истинный Творец, казалось, был ощутимо сильнее Вечно Пылающего Солнца...

Едва Клейн отвлёкся на эти мысли, как чёрное ухо на его ладони рассыпалось, обратившись в мельчайшие искры чёрного света.

«Оно превратилось в чистую Потустороннюю Черту?»

Посреди своего изумления Клейн краем глаза заметил, что покрытые зловещими знаками щупальца всё ещё бьются на полу. То были крупицы безумия и потери контроля, исторгнутые из его естества.

Они постепенно истончались, становясь прозрачными и готовясь окончательно истаять.

В голове Клейна вспыхнула догадка. Он развеял искры чёрного света со своей ладони прямо над склизкими щупальцами.

Иллюзорный чёрный дым взметнулся ввысь, превратившись в хмурое грозовое небо, сплошь исполосованное молниями. Атмосфера вокруг сгустилась, став невыносимо мрачной и давящей.

Вскоре морок рассеялся. На полу остался лежать тёмный металлический амулет, сплошь покрытый колдовскими символами, магическими знаками, зловещими узорами и ломаными путевыми числами.

Клейн наклонился и подобрал его, отчётливо ощутив, будто внутри запечатаны воющие от ярости безумцы.

Опираясь на искусство дивинации, он сумел разобрать открывшееся ему назначение амулета: артефакт обрушивал на слух противника ужасающий рёв, заражая того безумием. Исход зависел исключительно от стойкости жертвы. Если враг оказывался достаточно силён, он мог даже извлечь из этого выгоду, заплатив страшную цену – обратившись в истового последователя Истинного Творца; если же он был слаб, то мгновенно ломался и погибал на месте в нечеловеческих муках.

— Назову его Гласом скверны... – пробормотал Клейн и установил фразу-активатор для амулета.