Тёплые солнечные лучи освещали просторный парк.

Было полшестого утра.

Воздух казался густым, словно он тоже только что проснулся. Средь травы свободно росли кислица и лисохвост, с листьев которых стекала роса. Будь сейчас чуть жарче, над растениями, быть может, поднимался бы пар.

Среди зелени стояли несколько грязных треугольных палаток, образуя в пределах парка независимое общество. Говоря другими словами, здесь жили бездомные.

— Жо?..

Из одной из палаток выглянула девочка лет семи. У неё были пышные волосы до плеч. Потирая всё ещё сонные глаза, она озиралась, словно ожидая кого-то увидеть.

— Жо?.. — вновь позвала она, выбираясь из оранжевой палатки.

В её голосе чувствовалась тревога, как будто это имя могло стереть неизбежное будущее.

— В чём дело, Акира? — раздался позади неё голос бездомного мужчины средних лет, но девочка не обратила на него внимания.

Акира побежала, постепенно ускоряясь. Её потрёпанные кроссовки, казалось, готовы были развалиться в любой момент. Взгляд метался из стороны в сторону, не желая упускать ни малейшей детали.

Наконец она остановилась и облегчённо вздохнула.

В фонтане парка мылся молодой мужчина.

Кожа его была глубокого тёмного цвета. Не от загара, просто это был её естественный оттенок.

Он без всякого стыда залез в фонтан и тёр плечи. Тело его было мускулистым, но гибким, как у дикого зверя или греческой статуи. Казалось, он наслаждался водной процедурой, поэтому девочка не сводила с него глаз, словно она была не прочь наблюдать за ним вечность.

— Доброе утро, Акира, — не поворачиваясь, произнёс мужчина. Он вытирал лицо, глядя в небо.

Акира надулась.

— Пожалуйста, не ускользай, пока я сплю, Жо.

— Я не хотел тебя будить, — мягко ответил молодой мужчина, которого она назвала Жо. Он что-то бросил Акире. Зубную щётку, как выяснилось спустя секунду.

— Не забывай чистить зубы, — сказал он, после чего добавил: — Я говорил тебе расчёсывать волосы каждый день, не так ли? Прятать такое лицо – самое настоящее преступление.

Услышав это, Акира внезапно замерла.

Это… потому что я девочка? — запинаясь, спросила она.

Жо повернул к ней лицо с поразительно точёными, привлекательными чертами. Несмотря на азиатскую внешность, вероятно, он имел ближневосточное происхождение, если судить по цвету кожи. На вид ему едва можно было дать двадцать лет. Помимо бьющей через край жизненной силы, он обладал одной отличительной чертой – сияющими глазами с синими вкраплениями, похожими на осколки звёзд.

Как будто всё, чего касался его взор, наполнялось весельем, и ничего, кроме радости, не достигало его ушей.

Он вылез из фонтана и положил руку на голову девочке.

— С чего ты это взяла? Не все такие красивые, как ты. Уделяй чуть больше внимания своей внешности, и радости моей не будет предела, — сказал он, наклонившись, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Ладно. Сейчас причешусь.

Девочка достала из сумки расчёску и начала приводить свои волосы в порядок. Жо вытерся досуха, надел джинсы и футболку, висевшие неподалёку, и сел рядом с ней.

Больше никто не проронил ни слова.

Молодой мужчина поднял взгляд к небу, наслаждаясь ветерком и напевая чуждую этой стране мелодию. Возможно, она была из далёких песчаных земель. Или, может, он просто импровизировал, подстраиваясь под ритм девочки, расчёсывающей волосы.

Цикады стрекотали всё громче, как будто пытаясь заполнить своей какофонией весь парк. От одного лишь этого звука воздух становился ещё более влажным, заставляя жалеть о том, что здесь не было вентилятора.

Внезапно раздался хриплый голос.

— Жо! Акира!

— Доброе утро, мистер Сано.

Жо повернулся к жилистому мужчине лет сорока с лишним.

— Ха-ха-ха, что-то вы рано.

Его голос сопровождался свистом воздуха.

Под густой бородой вместо трёх зубов зияла дыра. Несмотря на лето, одет он был в грязную куртку, воняющую потом. Его голову венчала кепка, давно потерявшая свою изначальную форму, а на носу сидели перекошенные очки. Раскрыв в улыбке потрескавшиеся губы, он вытянул руку с пакетом.

— У нас сегодня пир. Кто-то выбросил несколько гамбургеров.

— Ого, это же здорово!

Жо рассмеялся, а Акира подпрыгнула от возбуждения.

Они решили позавтракать на открытом пространстве неподалёку. Сано подкатил несколько камней, чтобы они смогли расположиться под деревом гинкго.

— А нам не лучше будет сесть вон на ту скамейку?

— Здесь тоже хорошо. Я всё равно предпочитаю держаться в стороне, — не очень убедительно ответил Сано. — Мы должны быть внимательны к другим.

Неправда, — заметил Жо, и Сано слабо рассмеялся.

— Да, наверное, так оно и есть. Но мне это не по нутру. От одной мысли о том, что обо мне могут подумать люди, всё внутри сжимается, а перед глазами темнеет. Ха-ха, раньше я считал, что это просто метафора, но так происходит на самом деле.

Сано почесал голову, разбрасывая перхоть, после чего посмотрел на свои жирные пальцы и продолжил:

— Вы здесь уже неделю, верно?

— Шесть дней, — поправил его Жо и откусил кусочек гамбургера. — Спасибо, что сказали нам, где раздобыть еды, мистер Сано.

— От этого зависит наша жизнь. Есть, конечно, столовая, но на неё нельзя положиться. Если смотреть в оба, то можно раздобыть самые разные вкусности.

Сано хихикнул и достал из потрёпанной сумки бутылку из-под пива. — «Коктейль Сано», да?

— Хе-хе.

Он затрясся от переполнявшего его смеха.

Это была смесь из капель алкоголя, собранных с донышек выброшенных бутылок. Разумеется, с настоящим коктейлем она даже рядом не стояла, но Сано любил хвастаться своим «особым методом». Кружки у него не было, поэтому он просто прижал горлышко к губам и сделал небольшой глоток.

— Но вечно так жить нельзя. Знаю, не мне такое говорить, но это правда, — произнёс Сано со всей серьёзностью. Точнее, с максимально возможной серьёзностью, учитывая нехватку передних зубов. — Вы ещё молоды. Если обратитесь к властям, но вас наверняка куда-нибудь пристроят. Ради меня же они и пальцем не пошевелят.

— Почему?

— Я слишком много раз убегал, вот почему… — пробормотал он, не сводя глаз с бутылки в руке.

— Ты хмуришься, Сано, — ткнула в него пальцем Акира.

— А, прости.

Сано коснулся своего лба, но обеспокоенное выражение не исчезло с его лица.

— Похоже, Вы образованный человек, мистер Сано, — сказал Жо.

— Ха-ха, я закончил колледж… но это неважно. Наверное, я просто не выдержал. Стрессоустойчивость очень важна в обществе, — со вздохом ответил Сано, после чего сменил тему. — Если ты намеренно скрываешь свой пол, Акира, то, наверное, тоже бежишь от кого-то.

Жо не изменился в лице, но глаза Акиры на мгновение дрогнули.

— Вот как. Интересно, если бы я не был таким чувствительным, то справился бы лучше? Возможно. Да, возможно.

— Не думаю, что мы будем так жить слишком долго.

Услышав это, Сано кивнул.

— Хорошо, очень хорошо. Вы оба так тщательно умываетесь и чистите одежду, что точно сможете начать новую жизнь. Я же думаю, что это пустая трата времени.

Акира нахмурилась.

Я тоже так думаю.

— Ещё одна причина уйти до того, как это станет тебе в тягость, — сказал Сано и после паузы добавил: — Ах да, кстати, сегодня в святилище фестиваль начинается. Неплохо бы вам сходить туда, прежде чем вы покинете это место и никогда не вернётесь.

Жо приподнял бровь, заметив очевидный намёк.

— Вы точно только поэтому об этом заговорили?

— Ладно, ладно! Почему бы нам не сходить вместе? — признался Сано, пытаясь скрыть смущение. — Пойду постираю одежду и всё такое. Нет ничего плохого в том, чтобы время от времени наслаждаться атмосферой, верно?

*

Когда Сано ушёл, они ещё какое-то время сидели на траве, погрузившись в мысли. Цикады продолжали стрекотать.

Подошла пора отправляться на работу и учёбу, поэтому улицы снаружи парка заполнились людьми с рюкзаками и чемоданами, которые либо оживлённо болтали друг с другом, либо просто молчали.

— Люди в этой стране, похоже, всегда в делах, — пробормотал Жо, сидя со скрещенными ногами и подпирая подбородок ладонью.

«Его руки такие длинные», — подумала Акира.

Конечности Жо были тонкими и вытянутыми, однако впечатления хрупкости не создавали. Сквозь футболку виднелись контуры его подтянутого тела. Он выглядел так, словно легко заменил бы сразу несколько сильных человек. Если добавить к этому смуглую кожу, то молодой мужчина как будто не был полностью реальным и мог существовать только на киноэкране.

— Хм?

Он внезапно повернулся к Акире.

— А-а-а!

— Ой, прости, я тебя напугал?

— Н-нет, всё нормально, это я от неожиданности, — сказала Акира, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.

Жо слегка прищурился и произнёс чуть медленнее, чем обычно:

— Так что, хочешь пойти?

— Ага, — ответила Акира, кивая головой. — Мне всегда нравились фестивали.

— Правда?

— Святилище не моё, но ничего страшного, — заверила его Акира. — К тому же это ведь ты хочешь пойти, да?

— Меня раскрыли! — Жо хлопнул себя по щеке. — То есть я ни разу не бывал на японском фестивале.

При виде его ослепительной улыбки Акира вздохнула.

— Похоже, даже взрослым не терпится туда попасть, — пробормотала она.

*

Фестиваль был на удивление крупным: примерно сотня прилавков и соответствующее количество людей. Если бы толпа была ещё больше, то передвигаться стало бы гораздо труднее.

Территорию святилища переполняла оживлённая музыка. В основном она была традиционной, но за прилавками играли свои мелодии, начиная от рока и песен из аниме и заканчивая классическими композициями.

Вкупе с яркими огнями в летнем воздухе всё это создавало впечатление уличного концерта.

— Ого! — воскликнула Акира.

Жо шагал рядом с ней, а Сано с тревожным видом держался позади.

— Простите, что притащил вас сюда, — виновато произнёс он. — Один бы я ни за что не пошёл… только не в такое людное место…

Мужчина сорока с лишним лет робел, словно школьник. Можно было даже представить, что лишился он именно молочных зубов, а на их месте вскоре вырастут коренные.

Какое-то время троица наслаждалась фестивалем.

Они ничего не покупали. Всеобщего возбуждения и шума им было вполне достаточно. На них то и дело бросали укоризненные взгляды, но они быстро терялись в весёлой атмосфере фестиваля.

Вскоре они решили отдохнуть рядом с лесом, где было не так людно.

Сано устало опустился на камень.

— Почему-то большое количество людей вокруг сильно меня утомляет.

Его дыхание уплывало в ночное небо, где из-за ярких огней фестиваля можно было разглядеть лишь несколько звёзд. Однако ему эти одинокие лучики света казались в самый раз.

— У тебя есть любимый прилавок, Сано?

— Мне нравится тот, где стреляешь в цель, которая никак не падает, сколько по ней ни попадай… Впрочем, денег у меня всё равно нет.

— А с деньгами пошёл бы? — спросила Акира, сунув руку в карман.

— Нет, нет! — поспешно остановил её Сано. — Нечего тратить средства на когото вроде меня. Поняла?

— Да шучу я, — Акира хихикнула, и Сано нахмурился.

— Кстати, — сказал Жо, глядя на них. — Старик, торгующий окономияки у входа в святилище… Он, случайно, не Ваш отец?

Сано сразу же застыл.

— Откуда ты знаешь? — тихо спросил он через несколько секунд.

— У Вас точно такие же скулы и нос. Это легко наследуемые черты.

— Ага… Я не могу попасться ему на глаза, — сказал Сано, прикрыв лицо руками, которые всё ещё покрывала грязь, несмотря на то, что он наверняка тщательно помыл их, прежде чем прийти сюда. При этом выглядел он гораздо старше своих лет. — Только не в таком виде.

Он коснулся своей рубашки. Несмотря на то, что её он тоже тщательно отмыл, рукава были ужасно изношены, а пуговицы оторваны. В стороне от прилавков ничто не могло скрыть застоявшийся запах гнилой еды и алкоголя. Никто не знал, чего он лишился до этого момента, лучше него самого.

— Все такие счастливые.

Сано повернулся в сторону музыки, доносившейся из храма.

— Я не могу быть их частью. Мне не следует навязываться.

— В таком случае, — произнёс Жо, поднимаясь с камня, — пойду куплю окономияки.

— Жо! Ты меня вообще слушал?!

Молодой человек устремился к ториям, прежде чем Сано успел его остановить. Его фигура быстро исчезла в толпе, и рука Сано снова упала на колено.

— Что же мне делать?

— Ты ненавидишь своего отца, Сано?

— Нет, я просто не готов, вот и всё.

Плечи Сано поникли. Выглядел он так, словно стал на несколько размеров меньше. Ему как будто хотелось свернуться в клубок и исчезнуть, страшась предстать перед тем, от чего он убегал.

— Но… если…

Сано запнулся и, опустив взгляд, медленно ослабил хватку на коленях. Он смотрел на свои потемневшие и морщинистые руки так пристально, словно хотел прожечь в них дыру.

— Если бы я смог снова поговорить с папой… — Эй, ты! — внезапно воскликнул кто-то.

Акира ахнула больше от враждебности в голосе, чем от самих слов.

— Да ведь это же Сано.

На фоне огней фестиваля в ряд выстроились три силуэта. По их крепкому телосложению и толстым, ухмыляющимся губам несложно было понять, что они замыслили что-то недоброе.

Мужчина в центре – судя по всему, лидер – схватил Сано за воротник.

— Я подозревал, что ты появишься, ведь сегодня у твоего папаши день рождения, и вот на тебе, — сказал он, притягивая Сано к себе.

— Сано! — закричала Акира.

— Всё нормально, я просто одолжил много денег не у тех людей.

Его лицо исказила гримаса, словно он плакал и смеялся одновременно.

В его щеку с противным звуком врезался кулак. Он упал на землю, снова замарав тщательно вычищенную рубашку. Не в силах встать, он скрючился, хватаясь за лицо.

— Давай, братан, пошли отсюда. Копы в последнее время как заноза в заднице.

Да и вакагасира (региональный босс мафии, - прим. перев.) продохнуть не даёт. — Ха-ха, думаешь, такой, как он, побежит к копам?

— А, ну да.

Получив одобрение от своих дружков, лидер пнул лежавшего на боку Сано прямо в грудь. Сано что-то выплюнул, давясь рвотным позывом, но мужчина отскочил.

— Ах, как же приятно, особенно после разборок с Рёги.

Рассмеявшись, он продолжил пинать Сано, словно футбольный мяч.

— Хватит! — закричала Акира, вцепившись в спортивные штаны одного из громил.

— А?

Мужчина нахмурил бровь и, дёрнув ногой, отбросил девочку в сторону.

Её лёгкое тело слегка отскочило, когда ударилось о землю.

— Перестаньте… хватит…

Больше Сано ничего не успел сказать, потому что его снова пнули.

Удары прилетали во все части его тела, как бы он ни старался защититься, пока нога обидчика вдруг не замерла в воздухе.

— Что это? — спросил мужчина, наклонив голову.

— Верёвка?..

Это действительно была верёвка, длинная, тонкая и как будто невесомая.

— А, просто старая отвалившаяся симэнава.

Как только эти слова слетели с губ громилы, его лицо исказилось. С характерным звуком верёвка обилась вокруг ноги мужчины, и он взвыл от боли.

— А-а-а-а-а!

Он рухнул на землю в конвульсиях, но боль не утихала. У мужчины пошла пена изо рта. С шипением его штаны начали растворяться, словно их разъедала кислота.

Такая же участь постигла и плоть. 

Страдал не только он. Всех, кто окружал Сано, тоже поразила загадочная сила.

— А-а! Что это за херня?!

Их крики боли эхом разносились по лесу.

Явно творилось что-то неладное.

Мало того, что верёвка была странной, так и вопли должны были услышать на фестивале даже среди музыки и шума. Вероятно, многие просто боялись, но ктонибудь уже подошёл бы.

Они словно переместились в другое измерение.

— Нет! Нет! Нее-е-е-е-ет!

Верёвка сжалась вокруг лодыжки пытавшегося сбежать мужчины, притягивая его к земле.

— Хватит!

Словно цунами, верёвка поглотила вопль мужчины.

— Ах!.. — простонал Сано.

Верёвка начала подползать к нему.

Сано бросил взгляд на своих обидчиков, которые либо таяли заживо, либо задыхались. Они даже кричать больше не могли. Он гадал, случится ли с ним то же самое.

— Не… приближайся…

Сано схватил лежавшую рядом ветку, прекрасно понимая, что она ничем ему не поможет. Он был слишком слаб, чтобы бежать. Что ещё ему оставалось?

— Не приближайся!..

Собрав все свои силы, он взмахнул веткой, но тьма вырвала её из его рук.

Чёрная верёвка неумолимо продолжала двигаться в его сторону подобно змее, заприметившей добычу… пока внезапно не остановилась.

Его окружило множество маленьких парящих предметов. Он почувствовал тепло.

— Перья?.. — пробормотал Сано.

Как он и ожидал, ему ответили.

— Это фантазменные крылья.

Сано увидел Жо, державшего в руках три бумажные коробочки с окономияки. Он убрал пальцем капельку вытекшего соуса и облизнул его.

— Старик сказал мне подождать за святилищем после фестиваля. Я немного увлёкся разговором с ним. Он продал мне их по отличной цене.

Сано готов был поклясться, что заметил полупрозрачные крылья за спиной Жо, но как бы сильно он ни напрягал глаза, там ничего не было. В то же время он был уверен, что видел именно крылья и что они остановили чёрную верёвку. От этой мысли у него заболела голова.

Сано не мог этого знать, но эти крылья были очень похожи на способности другого молодого человека.

— Прости, что заставил ждать, Акира, — мягко произнёс Жо, опускаясь на колено.

— Жо.

Акира подняла взгляд.

Сано обратил внимание на то, что верёвка её не трогала. Она словно пыталась защитить девочку.

— Ты опоздал.

— Поэтому я и прошу прощения. Съедим потом окономияки вместе.

Жо нежно обнял девочку. У Сано всё поплыло перед глазами, когда последние крохи его сознания начали ускользать прочь.

— Спасибо, мистер Сано.

Он больше не видел лица Жо, но мог слышать его голос.

— Бай Жолун.

— Жо… лун?..

Молодой человек кивнул.

— Это я. Моё имя может принести несчастье, но будем надеяться, что Вас оно защитит.

«Какой добрый голос», — подумал Сано. «Добрый и… печальный».

«Если вспомнить, то именно из-за его голоса я с такой готовностью бросился ему на помощь».

— Жолун!.. Акира!..

Сано потерял сознание, не успев договорить.

Очнулся он уже в больнице, где встретил отца. Старик рассказал ему, что имел при себе достаточно денег, чтобы выплатить его долг. Ещё он узнал, что люди, напавшие на него, прислали письмо, в котором клялись никогда больше к нему не приближаться.

До конца своей жизни он будет время от времени с тоской вспоминать эксцентричного молодого человека и девочку, которых никогда больше не видел.