Однажды из уст Райнес я услышала одну поговорку. Согласно этому китайскому учению, даже два врага, оказавшись в одной лодке, начнут работать вместе и преодолеют любой шторм.

«В Часовой башне всё так же. Два мага не будут пытаться воткнуть нож в спину друг другу только тогда, когда они плывут под одним парусом», — с кривой улыбкой говорила она.

Именно в такой ситуации мы и оказались.

В одной помещении собрались:

Я, мой учитель и Рин.

Бай Жолун из Блуждающего моря и Яко Акира, девочка, которую он похитил.

И наконец Рёги Микия с дочерью Маной.

Не считая Эрго, который спал в соседней комнате, все сидели за столом и обедали.

— Вкусно, — сказал учитель со странным выражением лица, глядя на тарелку.

Даже после всех инцидентов, через которые мы прошли, вряд ли он предполагал, что будет есть жареный рис, приготовленный магом из Блуждающего моря. Как и я.

Чем вкуснее казалось мне блюдо, тем сильнее становилось моё замешательство. 

— Мне кажется, ты специально сыпанул перца больше, чем нужно, — произнесла Рин, изучая рисовые зёрна на ложке, которую она крепко держала в руке.

— А мне кажется, что у всех присутствующих достаточно такта, чтобы сначала наесться и только потом начать придираться к тонкому балансу вкусов.

— Я гляжу, ты промыл рис, чтобы улучшить его текстуру, и даже добавил базилик напоследок для сохранения вкуса. Ты явно знаешь, как готовить.

— Этому трюку меня научил мой бездомный друг Сано. В здешних парках базилик встречается довольно часто.

Я вскинула брови, когда услышала столь неожиданное заявление. То, что маг имел дело с бездомным, стало для меня неожиданностью. Те маги, которых я знала, постоянно тратили огромные деньги на исследования и переговоры с внешним миром, из-за чего всегда казались аристократами и миллиардерами. Отчасти поэтому учитель и брался за подобные просьбы… не только чтобы выплатить долги, но и для пополнения личных средств, потому что даже самые элементарные расходы Лорда исчислялись просто невероятными суммами.

— Помимо этого, я удивлён, что тебе удалось найти вок, — сказал Микия.

— Я тоже. Он валялся в углу, весь в пыли. Ржавчины было не так много, так что я его отчистил и пустил в ход. Глазам не поверил, когда увидел целых три крана. Здесь была какая-то лаборатория?

— Возможно. Когда я здесь работал, это действительно походило на лабораторию, — с лёгкой ностальгией ответил Микия. — Помню, как готовил кашу для Токо-сан, когда она простудилась.

Вы… готовили ей кашу? — спросила я, удивившись тому, что Токо вообще могла заболеть.

— К сожалению, по-настоящему я умею только варить макароны. Это был один из немногих случаев, когда она сделала мне комплимент. Должно быть, каша ей особенно понравилась.

В моей голове возникла странная картина: Микия с озадаченным видом ухаживает за Токо, на лбу которой лежит мокрое полотенце. Интересно, какой была его работа в этом офисе… точнее говоря, в здании, которое выглядело так, словно здесь когда-то располагался офис?

«И когда это было?»

Неужели это стало для меня напоминанием, что у любого живого существа есть своя история?

Вероятно, аура Рёги Микии являлась причиной, по которой эта странная встреча двух противоборствующих сторон вообще состоялась. Это было даже не обаяние, а нечто более спокойное и обнадёживающее, заставляющее людей с противоположными взглядами на время забыть о разногласиях.

Как же этот человек познакомился с кукольницей-Грандом Аозаки Токо? И как он стал счетоводом японской мафии?

— Думаю, пришла пора поговорить о деле, — начала Рин после того, как все тарелки опустели. — У меня очень много вопросов к мистеру Жолуну.

— Но сначала… — нерешительно произнёс учитель.

Это не касалось самой жертвы в лице Яко Акиры или Рёги Маны. К тому же, как бы зрело они ни вели себя для своих лет, им обеим было всего около семи. Слишком юный возраст для того, чтобы слушать подобные разговоры.

Мана сразу же вскочила со своего стула и поклонилась.

— Раз уж мы уже поели, я пойду почитаю книгу с Акирой.

Она развернулась, взяла Акиру за руку и вывела её в коридор.

— Ваша дочь весьма деликатна, — сказал Жолун, с восхищением провожая девочек взглядом.

— Я очень ей горжусь, хоть и не назвал бы её деликатной, — ответил Микия, собирая пустые тарелки. Рин положила их в кухонную раковину и принялась наблюдать, как по ним течёт вода.

— Могу я задать вопрос, маг из Блуждающего моря?

— Конечно, спрашивай что угодно, мисс Часовая башня.

Их взгляды столкнулись подобно клинкам.

— Почему ты похитил Акиру?

— Как ты уже, наверное, догадалась, нам нужен бог.

— То есть ты хочешь заполучить божественную плоть.

Так Яко Аканэ назвала фрагменты богов. Похоже, Рин тоже о них знала, что было вполне логично, поскольку ещё в Сингапуре она говорила об уникальных аспектах японской магии.

— Зачем? Это как-то связано с Эрго? Почему ты решил действовать до того, как божественную плоть полностью пересадили Акире?

— Ну… — в ответ на этот поток вопросов Жолун поджал губы. Он откинулся на спинку дивана и развёл руками. — Сегодня особенный случай, так что я с радостью расскажу о некоторых вещах. Однако я не могу раскрыть все свои карты. Разве у тебя нет более интересных вопросов?

— У меня есть, — сказал учитель, подняв палец. — Ещё в Сингапуре мне было кое-что интересно.

— Правда? Что же?

— У института Атлас приоритетный доступ к Эрго. За ним следует Учжици из Высшего суда, и только затем идёт Блуждающее море, — медленно произнёс учитель. — Такой порядок был определён тремя сторонами. Об Учжици нам мало что известно, но мы знаем, что Атлас пристально следил за Эрго. Учжици явилась лишь для того, чтобы забрать свою долю, как только Лацио потерпела поражение на корабле Чжэн Хэ. 

Я вспомнила события в Сингапуре.

Учжици действительно появилась подозрительно вовремя. Должно быть, Лацио, алхимик из института Атлас, предвидела, что Учжици вмешается.

— Однако Блуждающее море оставалось загадкой. Зачем вкладывать столько времени и усилий, когда шанс что-то получить ничтожно мал? Я ожидал, что вы появитесь вслед за Учжици, но этого не произошло.

Похоже, учитель очень долго думал над тем, почему они отсутствовали.

Я не могла сказать, что он обладал способностями, соответствующими его титулу Лорда. Однако он лучше любого обычного мага умел подмечать детали и с крайней осторожностью распутывал интриги и заговоры в Часовой башне. Это был скорее дар, рождённый из трусости, нежели проницательность.

В его величественной манере речи я сразу же распознала тщательно скрываемый страх.

— Возможно ли такое, что поиски Эрго перестали быть для Блуждающего моря чем-то необходимым?

— Подождите, профессор, что? — повернувшись, спросила Рин.

Спустя несколько секунд ко мне тоже пришло осознание.

Почему я даже не подумала о такой вероятности?

— Что если Блуждающее море уже провело похожий эксперимент своими силами?

Серьёзный голос учителя эхом разносился по офису.

— У вас с Эрго очень похожие способности. Не удивлюсь, если окажется, что Блуждающее море использовало данные, собранные в процессе поглощения богов, и создало свою версию. Однако, учитывая, что ты всё равно попытался его похитить, какая-то необходимость в нём всё-таки есть. Выходит, ты – замена, сотворённая Блуждающим морем.

— Замена…

Мою грудь пронзила резкая боль.

Это слово было мне слишком хорошо знакомо. Мне, копии легендарного героя, короля Артура.

Вы, учителя, все такие, вечно подмечаете самые раздражающие вещи, — пожав плечами, сказал Жолун. — Ну да, по сути, так оно и есть. Я, можно сказать, сиквел Эрго. В любом важном эксперименте без замены никак. К тому же, в отличие от других двух организаций, Блуждающим морем движут другие мотивы.

— Поэтому вам понадобилась Яко Акира? Чтобы использовать в экспериментах божественную плоть?

— Ага. Вот почему старик сказал мне, что мы встретимся, если нам всем удастся выжить. Было бы здорово заполучить вместе с Акирой ещё и Эрго, но это не так уж обязательно. Вот и всё.

— То есть ваш план зависит от обстоятельств? Такого я точно не ожидала, — произнесла Рин, наклонив голову.

В отличие от института Атлас, алхимики которого могли видеть будущее с помощью ускорения мыслей, действия Блуждающего моря очень походили на импровизацию. Хотя для них и для Учжици стратегии лучше, чем принятие сиюминутных решений, против Атласа попросту не было.

Учитель помрачнел ещё сильнее.

— То есть ты не в курсе плана, да?

— М-м? — Жолун вскинул бровь.

— Никто даже не пытается контролировать твои действия… Что если в этом вся суть?

— О чём это Вы, профессор? Какой в этом смысл?

— В эксперименте участвовали шесть Истоков Атласа. События в Сингапуре показали нам, что цели института, Высшего суда и Блуждающего моря не совпадают. С точки зрения последних, чем разумнее их планы, тем больше вероятность, что Атлас всё расшифрует с помощью ускорения мысли и разделения памяти.

Рин сглотнула, из-за чего её кадык плавно взметнулся вверх, после чего так же изящно опустился.

— Значит, если им не хочется, чтобы другие знали об их планах…

— Именно. Блуждающее море старается перехитрить институт Атлас, утаивая как можно больше карт, которые у них есть на руках, и создавая фальшивые зацепки… Собственно, этим Бай Жолун сейчас и занимается, скармливает нам ложную информацию.

— Вы напоминаете мне моего старика, — с кривой улыбкой сказал Жолун.

— Строго говоря, этот «старик» - единственный, кто является магом Блуждающего моря, верно?

— Угу. Поверить не могу, что сравниваю его с Лордом факультета современной магии Часовой башни. Вы оба так сильно напоминаете мне магов, что совсем на них не похожи.

— В смысле?

Очередное загадочное заявление.

Даже не делая важный вид, Жолун продолжил:

— Что бы Вы сделали, чтобы стать лучшим магом в мире?

Я увидела, как у моего учителя перехватило дыхание.

Он не опустит руки. Ни малое количество Магических цепей, ни тот факт, что его метку забрали в качестве возмещения ущерба, не помешают ему следовать пути мага.

«Это…»

Это напомнило мне голод.

Порыв, необходимый для самого его естества.

Были, конечно, и другие причины, но его решение бросить преподавать тоже проистекало из этого.

— Обычно всё сводится к попыткам достичь высот в магии и изменению окружения с помощью денег, — сказал Жолун, сам отвечая на свой вопрос. — Но маги вроде моего старика скажут: «Тебе самому не нужно становиться сильным.

Пусть за тебя всё делают фамильяры».

— Я слышал, что Аозаки Токо говорила нечто подобное, когда училась.

— Это очень похоже на кукольницу-Гранда.

Слушая их разговор, я потёрла шею. О силе марионеток Токо мы с Райнес знали не понаслышке. 

— Ну а Вы чем отличаетесь? — Жолун прищурил глаза, похожие на чёрные агаты. — До меня доходили слухи, что ученики класса Эль-Меллоев могут изменить Часовую башню, если это взбредёт им в голову.

Он был совершенно прав.

Говоря прямо, учитель был слишком хорош в своём деле.

Даже несколько лет назад другие главы аристократических семей уже обращали на него внимание. Хоть он и являлся всего лишь простым Лордом, многие его ученики достигли ранга Прайд, а один из них даже стал Брандом, выше которого был только Гранд.

Вундеркиндов приветствовали с распростёртыми объятиями лишь потому, что они встречались крайне редко.

Если класс Эль-Меллоев продолжит выпускать магов очень высокого уровня, коих даже в крупных фракциях было довольно мало, и если некоторые из них окажутся нью-эйджерами, то это станет самой настоящей катастрофой для устоявшихся сил Часовой башни.

Учитель сократил количество учеников в классе и предметов, которые он преподавал, именно из-за этого конфликта интересов. Вот почему его решение прекратить преподавательскую деятельность имело неоспоримую значимость.

— Если хотите стать могущественным магом, то Вам стоит лучше использовать своих выдающихся учеников, Лорд Эль-Меллой II.

— Это рациональный аргумент, — тихо произнёс учитель с улыбкой, тронутой горечью.

Явно довольный, Жолун подался вперёд.

— Однако я с ним не согласен, — подчеркнул учитель. — Я не мои ученики. А они – не я и уж точно не мои фамильяры. Какими бы успехов они ни достигли, меня это успешным не делает.

Правда? — Жолун наклонил голову. – Разве не все маги Часовой башни так думают? Зачем же ещё доверять жизни своего потомства такой системе? Вы же все считаете, что неважно, кто достигнет цели, главное, что это произойдёт, не так ли? Зачем же тогда собирать в одном месте столько магов с кислыми минами и заставлять их учить магии?

— Если бы это было так… — сказал учитель. С каждым словом выражение его лица становилось всё более страдальческим. — К сожалению, нет. В прошлых делах я полагался на своих учеников. Мисс Тосака и Грэй помогают мне из-за моих недостатков, что довольно удобно, да. Но если я не буду стыдиться собственной некомпетентности, то перестану быть собой.

Внимательно выслушав учителя, Жолун несколько раз кивнул.

— Понятно. Вот, значит, как, — пробормотал он. Почему-то Жолун выглядел немного удивлённым. — В таком случае Вы напоминаете мне моего старика ещё сильнее.

Он уже говорил нечто подобное, но в этот раз в его словах, казалось, был другой смысл.

— Отдайте Эрго, Лорд Эль-Меллой II, — вновь с напором потребовал Жолун, прежде чем кто-либо успел задать очередной вопрос. — Он не похож на Вашу подопечную, на Тосаку Рин или на других учеников в Часовой башне. Он у Вас новенький и поэтому не будет восприимчив к Вашей философии. Почему бы нам его не забрать? Для него это будет возвращение домой.

— Вы же не так давно сражались, разве нет?

— Только потому что Эрго меня не помнит. Иначе он бы пошёл со мной добровольно.

— Возможно. Вернёмся к тому, о чём мы говорили. Твой отец не посвятил тебя в свой план, чтобы о нём не узнал институт Атлас. Ты это заметил и поэтому менял тему всякий раз, когда мы подбирались к чему-то важному, дабы твои действия нельзя было предсказать.

Это было причудливое противостояние.

Учитель как будто говорил не с Жолуном, а с отцом, которого он упомянул.

Был также сильный намёк на то, что за нами наблюдали.

Шесть Истоков Атласа… Точнее говоря, та, с кем мы сражались в Сингапуре. Лацио Круделис Хайрам.

Именно из-за неё и института Атлас этот разговор был таким странным, ведь они могли разгадать планы Блуждающего моря даже по самым крошечным крупицам информации. Учителю и Жолуну приходилось это учитывать, поэтому слушать их мне было физически больно.

Это напоминало игру в покер, где всё строилось на блефе. Обе стороны предпочли скрыть свои карты, потому что в разговоре были участники, о которых они не знали. 

— Всё не сдаётесь, Лорд Эль-Меллой II? — спросил Жолун. Его улыбка оставалась дружелюбной, но взгляд словно превратился в острый клинок.

Я подумала о звере, обнажившем клыки. Воображение сразу же нарисовало вместо бетонного здания тропические джунгли. Лучи искусственного света превратились в пышные папоротники, торчащие из земли. Жолун смотрел сквозь них, словно ягуар, находящийся на вершине пищевой цепочки.

— Приказы учителя обсуждению не подлежат. Мне сказали забрать Эрго, если я его увижу.

— Это вопрос политики. Я отказываюсь выдавать своих учеников, даже тех, кто со мной всего неделю. И неважно, кто мой противник, институт Атлас или Блуждающее море. Если бы я был готов поступиться своими принципами, то не получил бы титул Лорда.

— Повторяю, в Блуждающем море приказы учителя обсуждению не подлежат.

Я осознала, что переговорам здесь места не было.

Этот молодой человек не казался мне злым. Но несмотря на это, мы с ним никогда не договоримся. Слишком уж разнились наши принципы и ценности. Когда он произнёс слова «обсуждению не подлежат», я почувствовала его враждебность, отчего по моим ключицам потекли капли холодного пота.

Рин, сидевшая рядом со мной, медленно встала. Я потянулась к крючку, удерживавшему Адда, а Рин провела пальцами по драгоценным камням, которые лежали у неё в кармане.

— Простите, что прерываю, но у тебя есть паспорт, Жолун?

Напряжение в воздухе разрезал спокойный голос, и все повернулись к его обладателю. Это был Рёги Микия.

— Если нет, то подойдут водительские права или прописка. Вообще любое удостоверение личности. Можно даже поддельное, хоть и придётся немного повозиться.

Во Франции есть выражение «un ange passe» или «тихий ангел пролетел», которым описывают внезапное молчание во время разговора. Его безобидное вмешательство удивило всех.

Жолун огляделся и вывернул карманы, показывая, что в них ничего нет.

— Похоже, что у меня есть удостоверение?

— Я так и думал. Ты же говорил, что вы жили на улице, — сказал Микия. Он подошёл к столу, стоявшему неподалёку, и достал из ящика что-то металлическое и старое на вид. 

Это был ключ с маленьким бубенчиком, который он вручил Жолуну.

— Вот, запасной ключ от офиса. Спать без крыши над головой ребёнку вредно для здоровья.

— Чего?

— Я заметил, что Акира явно следует за тобой по собственной воле. Иначе во время звонка она бы в слезах попросила забрать её домой.

— …

У нас не было другого выбора, кроме как сохранять молчание, учитывая, что нам было известно, как с ней обращались в семье Яко.

Я мало знаю о том, как живут маги. Семья Яко попросила меня вернуть им Акиру, и на самом деле мне всё равно… Да, сейчас самое время отчитать меня за то, что я ввязываюсь в дела, которые мне даже не интересны, — сказал Микия и застенчиво улыбнулся. Мне стало интересно, о ком он сейчас думал. — Как бы то ни было, меньшее, что я могу сделать, это предоставить жилище. С владельцем я уже поговорил, так что располагайтесь. Здесь есть электричество, газ и вода. В шкафчике на кухне лежат сухие пайки, но у некоторых, наверное, истёк срок годности, так что будьте внимательны.

Жолун тоже лишился дара речи, услышав это предложение.

Молчание длилось где-то секунд десять. Если его способности были такими же, как и у Эрго, за это время он мог бы убить пару сотен людей.

— Добрая душа… кто бы здесь ни жил.

— Я тоже так думаю.

— Может, Вы не понимаете, но в этом мире я вроде как похож на ракету.

— Если ракеты могут общаться и ухаживать за детьми, то спорить не стану.

Их разговор не вписывался в собрание магов. Не так давно мы готовы были вступить в ожесточённую битву. Этот момент спокойствия не был результатом магии и поэтому казался самым настоящим чудом.

— Вы ставите меня в неловкое положение… — пробормотал Жолун, глядя на ключ в руке. — Я никогда не получал столь значимый подарок.

Он осторожно накрыл ключ второй рукой и приложил ко лбу, словно в молитве, после чего так же аккуратно убрал его в карман и похлопал по нему.

— Спасибо. Я никогда не забуду, что должен Вам, — сказал он в несколько архаичной манере и склонил голову.

Пристально глядя на них, учитель открыл рот:

— Что… Вы… — он попытался сказать что-то Микии, но не смог подобрать слова. Затем он достал из кармана портсигар. — Вы не против, если я закурю?

— Конечно.

Он отрезал кончик сигары ножом и чиркнул спичкой. Офис наполнился пурпурным дымом со сладким, похожим на медовый ароматом. 

— Будем пытаться не втягивать этот офис в дальнейшие разногласия. Ничего не обещаю, но мы постараемся, — сказал он, понаблюдав за дымом какое-то время.

— Этого более чем достаточно, мистер Эль-Меллой.

— Добавляй, пожалуйста, «двойку». Без неё я не достоин носить это имя.

— Я Вас понял, мистер Эль-Меллой II.

После этих слов Жолун встал и направился к двери в конце коридора.

— Хочу напоследок сказать ещё кое-что, — не разворачиваясь, сказал он и положил ладонь на дверную ручку. — Такими темпами Эрго и месяца не протянет.

— !..

Мы с Рин застыли.

У нас были такие подозрения. Будучи с Рин, Эрго никогда не поддавался голоду. Он чувствовал его постоянно, но мог держать свои порывы под контролем. Однако он уже дважды сорвался. Один раз, когда сражался с Учжици, и ещё один – когда противостоял Жолуну. Даже трижды, если считать то, что произошло на пиратском острове, когда Учжици чуть его не убила.

Возможно то происшествие запустило цепную реакцию. Постоянное и нестерпимое чувство голода могло означать, что его состояние – его желание пожирать богов – становилось всё хуже.

Нам оставалось лишь слушать звук аккуратно закрываемой двери.