Внезапно раздавшийся голос заставил Диану мысленно вскрикнуть. Она была так напугана, что медленно повернула голову в направлении звука лишь спустя некоторое время. Элли выглянула из-за двери, моргая круглыми глазами. Совершенно непонятно, с какого момента она здесь находилась.

— Ты… давно здесь?

— Вы не слышали стука? – Элли наклонила голову, словно услышав что-то странное, и в её взгляде промелькнуло крайнее удивление. В мгновение ока она подбежала к изголовью кровати и в замешательстве стала суетиться. – Боже мой, миледи, Вам что, кошмар приснился? Вы вся в холодном поту…

— Нет, – Диана поспешно отмахнулась, избегая взгляда Элли. Девушка была новой горничной, совсем недавно приехавшей в Уинденберри, но наверняка уже слышала слухи, что леди Локвуд сошла с ума. Если бы слух о том, что её продолжают мучить кошмары, хоть как-нибудь дошёл до графа и графини… Узкая, серая одиночная палата. Резкая вонь фенола и хлороформа, смешанная с запахом плесени, всплыла в памяти, и желудок Дианы на мгновение сжался.

Она несколько раз шевельнула губами, прежде чем наконец добавить:

— Просто… я, кажется, простыла.

— Я немедленно вызову доктора.

— Всё не настолько серьёзно.

— Но… – Диана мельком взглянула на девушку, которая оглядывала её с ног до головы. Взгляды встретились: в глазах горничной читалась явная тревога. На мгновение Диану охватило желание излить душу Элли и попросить её о помощи, однако девушка быстро решила, что это всё из-за дремоты, ещё не покинувшей её. Элли – всего лишь наёмная работница, которая и без того находится в уязвимом положении.

— Я в порядке. Вероятно, вчера слишком сильно устала, – бросила Диана Локвуд, взяв себя в руки.

— Ну да, воскресная служба в церкви суматошна. Портной прибудет только после обеда, так что Вам лучше не перенапрягаться и ещё немного поспать.

— Хорошо. Пожалуй, так и сделаю, – поспешно кивнула Диана.

— А ещё лучше, если Вы вернётесь в Уинденберри.

Граф и графиня верили, что Диана не в своём уме. Что она в любой момент может снова начать бредить. Потому хотели, чтобы племянница до свадьбы оставалась в особняке. Услышав новость о том, что она находится в Бритте, пусть и с опозданием, поскольку были за морем, они немедленно направили прислугу в особняк Шелдон. Однако Диана не собиралась возвращаться в Уинденберри. А поскольку граф и графиня не могли открыто распространять слухи о проблемах с её психическим здоровьем, сами же раздуть шумиху не посмели. Супругам ничего не оставалось, как с большой неохотой попросить леди Шелдон присмотреть за Дианой на время светского сезона, продолжая отправлять ей письма, исписанные просьбами вернуться в Уинденберри.

— Тогда отдыхайте, – сказала Элли, словно ничего другого и не ожидала, когда её госпожа сделала вид, что ничего не слышит и покинула комнату.

Оставшись одна, Диана какое-то время безучастно моргала. Прошла неделя с тех пор, как она остановилась в особняке леди Шелдон. Все эти дни девушка сопровождала крёстную на различных светских мероприятиях. Каждый раз она была на взводе, беспокоясь, не покажется ли ненормальной, так что эта усталость, словно после бессонной ночи, была вызвана не только кошмарами. В душе Диана просто желала запереться в комнате. Но раз уж предлог, что она хочет завязать знакомства в высшем обществе, уже был озвучен, выходы в свет неизбежны. Она мысленно оценила оставшийся срок. До возвращения графа и графини из путешествия с Луисом Борденом ещё оставалось время. И за этот срок ей необходимо найти способ расторгнуть помолвку.

Вот только как? Дело это, скажем прямо, было непростое. Диане Локвуд было двадцать, и она – уже взрослая леди, хоть по законам королевства Розен всё ещё и считалась несовершеннолетней. Девушка практически ничего не могла без разрешения опекуна, Уолтера. Даже на то, чтобы скрыться в монастыре и принять постриг, Диане требовалось разрешение нынешнего графа Локвуда. Притвориться сумасшедшей было бы проще всего, но она не желала вновь оказаться в лечебнице. Ко всему прочему, она изначально не рассчитывала решить проблему путём диалога с графом и графиней. Как только заикнётся, что не хочет выходить замуж за Бордена, супруги, скорее всего, сочтут, что её психическое расстройство обострилось.

Может быть, это оттого, что она слишком долго сидела взаперти? Сколько девушка не ломала голову, ничего путного не приходило на ум. Ей всё ещё было непривычно даже то, что она находится в Бритте. Диана с досадой закрыла глаза, но не осмеливалась спать. Казалось, что если она заснёт, то снова увидит кошмар.

Её разум, полный запутанных мыслей, прояснился лишь несколько дней спустя.

***

— Ах, Диана, у тебя такая белоснежная кожа, что тебе любой цвет к лицу! – Взволнованно прощебетала мадам Шелдон. Изысканное и элегантное шёлковое платье, украшенное бисером, вышивкой и кружевом, было белого цвета и настоятельно рекомендовано портным. Оно прекрасно сочеталось с бледной кожей Дианы и её тёмными волосами. – А когда собираешь волосы, становишься точной копией Лизбелл. – Аккуратно собранная и закреплённая жемчужными украшениями причёска подчёркивала тонкую шею и изящные, очерченные плечи. – Как в талии? Тебе не тяжело дышать?

— Кажется, всё в порядке.

Последний писк моды среди столичных дам – тонкая талия. Туго затянутый корсет и пышный подол, что соответствовали нынешней моде, удивительно хорошо подходили к фигуре Дианы, которая, несмотря на худобу, обладала выразительными изгибами.

— Тогда идеально, – леди Шелдон ласково обняла девушку за плечи, глядя на её отражение в зеркале. – Сегодня на приёме я познакомлю тебя со многими давними друзьями твоей матери. Ну-ка, посмотри на меня. – Диана с лёгкой улыбкой повернулась к крёстной, и женщина посмотрела на неё любящим взглядом. – Кажется, ты нервничаешь.

— Почти шесть… семь лет прошло. – После смерти матери Диана ни разу не появлялась ни на одном светском мероприятии.

Леди Шелдон ободряющим голосом попыталась придать своей крестнице мужества:

— Не стоит нервничать. Бриттские балы не сильно отличаются от приёмов в других городах. Вспомни те, что проходили в Уинденберри. – На самом деле нервничала сама леди Шелдон, и Диана улыбнулась шире, чтобы успокоить.

— Да, леди Шелдон. – Женщина удовлетворённо улыбнулась и напоследок внимательно осмотрела крестницу с головы до ног. Когда она вновь подняла взгляд, на лице ещё сохранялась улыбка, но выражение на нём было довольно серьёзным.

— И последнее, что я хотела бы тебе сказать, Диана.

— Да, я слушаю Вас.

Мадам Шелдон некоторое время подбирала слова, но лишь раскрыла, а после снова сомкнула губы.

— Не все джентльмены – настоящие джентльмены, – неожиданно отчеканила женщина, словно приняв какое-то решение.

— О чём Вы?..

— Встречаются так называемые джентльмены… которые позорят честь дам. Эта непристойная мода на свободные нравы, или что там у них в их Новом Свете, добралась и до бриттского высшего общества, именно из-за неё некоторые глупые дамы пренебрегают долгом и традициями. – Диана, молча слушавшая её рассказ, на мгновение замерла. Внезапно ей вспомнился тот лощёный мужчина, с которым она столкнулась в отеле Мартенли. Приятная внешность, легкомысленная улыбка, невероятно короткая дистанция между телами. Ей вдруг подумалось, не он ли тот самый «не совсем джентльмен», о котором сейчас предостерегала леди Шелдон. – Но ты должна отличаться от таких барышень. Ведь ты – леди из графского рода Локвуд. Разумеется, ты благоразумная и благовоспитанная леди, так что мне не о чем беспокоиться, но… – Диана внезапно пришла в себя и снова встретилась взглядом с леди Шелдон, на чьём лице уже появилось беспокойство. – Твоя красота вызывает у меня некоторое беспокойство. Джентльмены наверняка потеряют голову при виде тебя. Граф и графиня тоже этим обеспокоены.

— Они… всегда обо мне слишком беспокоятся.

— Поэтому, Диана, хочу тебя предостеречь… – Леди Шелдон наконец крепко сжала руку девушки. – Ты сейчас переживаешь важный период. Переговоры о твоей помолвке с мистером Борденом протекают весьма успешно. Ты обязана помнить о добродетелях истинной леди. Особенно на сегодняшнем балу. – Диану воспитывали в духе того, что аристократка должна быть скромной и целомудренной. Это было само собой разумеющимся, поэтому наставления леди Шелдон показались необычными. – Каждый светский сезон появляются леди, которые губят свою репутацию из-за сиюминутной ошибки.

— Ошибки?..

— Ты не должна допустить, чтобы твоя чистота оказалась под сомнением. В твоём случае это особенно важно. Ты понимаешь, что я имею в виду? – Диана на мгновение замерла, словно её ударили по голове, и ничего не смогла ей ответить. Леди Шелдон решила, что скромная крестница шокирована столь непристойной темой. Женщина мягко обхватила девушку за плечи и снова заставила её посмотреть в зеркало. – Ах, не переживай. Я всегда буду рядом, та что будь спокойна.

— Спасибо…

— Тебе просто нужно вести беседы с теми, кого я тебе представлю.

— Да.

— Все будут тебе рады. – Диана посмотрела на своё отражение в зеркале. Даже ей самой она казалась вполне приличной леди. Из хорошей семьи, юна и целомудренна. Девушка подумала о Луисе Бордене, о котором до сих пор старалась лишний раз не вспоминать. Этот мужчина хотел сына от молодой и целомудренной жены из хорошей семьи.

«— Ты не должна допустить, чтобы твоя чистота оказалась под сомнением. В твоём случае это особенно важно. Ты понимаешь, что я имею в виду?»

Родословную и молодость нельзя изменить прямо сейчас, но, быть может, репутации можно нанести непоправимый урон? Её разум, до сих пор полный смятений, на мгновение прояснился. Диана почувствовала, как забилось её сердце, но это был вовсе не страх. Это была надежда, которую девушка давно не испытывала.