Джулиан, изобразив вежливую улыбку, поклонился женщине.

— Мадам Клеменс. Давно не виделись. – Капитан Джулиан Харбор был незаконнорождённым сыном маркиза Клеменса, плодом его интрижки с горничной. Орехового цвета глаза достались мужчине от отца, маркиза, а притягательная внешность и каштановые волосы с золотистым отливом – от матери. Разумеется, он ничуть не походил на леди Клеменс, и потому жизнь ребёнка с самого начала была позорной. Существование внебрачного дитя сильно подрывало репутацию маркизата. Джулиан был объектом презрения как в своём доме, так и за его пределами. И он, как никто другой, знал, что является живым оскорблением и позором для мадам. – Не предполагал, что мы снова с Вами увидимся.

Поэтому спустя десять лет внезапный вызов казался ещё более странным.

— Как и я.

— Удивлён… что до сих пор имею отношение к вопросам наследования.

— И то верно. – После череды её вялых, безразличных ответов Джулиан на мгновение смолк. Эта встреча была одинаково неудобной и неприятной для обоих, так что мужчина решил поскорее покончить с этим.

— Не имею ни малейшего понятия, почему вопрос наследования до сих пор не решён, но я – не Клеменс. Я принял Ваше приглашение, чтобы прояснить это.

— Да. Ты – не Клеменс.

— Верно, ведь Вы прогнали меня десять лет назад. – Маркиз тогда уже не нёс за Джулиана никакой ответственности. Несмотря на то, что когда маркиза не смогла родить сына, они же юного Джулиана, которому было на тот момент двенадцать, усыновили. Проблема появилась пять лет спустя, когда миссис Клеменс всё же родила роду наследника. В одночасье ставшего бесполезным Джулиана насильно отправили в Королевскую военно-морскую академию. А когда интерес к нему угас, маркизы лишили его прав на наследство, и юноша снова взял фамилию матери, став Джулианом «Харбором». Получилось, что родной отец дважды от него отказался. – Леди Клеменс лично выслала меня в академию, неужели запамятовали?

Семья маркиза надеялась, что юноша не сможет продвинуться по службе, но результат оказался прямо противоположным. Джулиану неожиданно повезло. В конце концов, он дослужился до офицерского звания капитана, а затем за ним, как за самым привлекательным мужчиной Розена, стала следовать толпа поклонников: молодой мужчина то и дело оказывался в эпицентре скандалов, и каждый раз роду Клеменс приходилось оправдываться. Любимец публики, причина разногласий, позор маркизата. С какого-то момента Джулиан начал наслаждаться происходящим, чего нельзя было сказать о семействе маркизов. На безмятежном лице миссис Клеменс появилась едва заметное раздражение. Однако голос женщины был удивительно спокоен.

— Не смей дерзить, мальчишка. Сейчас, как и тогда, я лишь исполняю волю труса-маркиза. – В тот момент, когда Джулиан беззвучно рассмеялся, маркиза коротко вздохнула и протянула мужчине лежавшую рядом с чайной чашкой крошечную бумажку размером с ладонь, перевернув её. – Это мисс Ванесса Хартнет. – Что-то не так. Перед ним появилась фотография какой-то дамы, и долго думать, что именно это означало, не пришлось. – Та, которую пророчат тебе в невесты. Эта девушка крепка здоровьем, хороших кровей. Ты, верно, помнишь, как помог её дедушке.

Неожиданная удача, что пришла во время учёбы. Тогда Джулиан определённо спас лорда Хартнета, посла Мидроса. Как бы он посмел забыть событие, что изменило всю жизнь? Однако услышанное мужчина воспринимал с трудом.

— Мадам… Я не совсем понимаю, почему маркиз Клеменс так обеспокоен вопросом брака Джулиана Харбора.

— Причина довольно проста. Ты вновь станешь Джулианом Клеменсом. – Маркиза сказала это так, словно речь шла о сущем пустяке. Как и тогда, когда она сообщала о его усыновлении, призыве и даже лишении наследства. Пока Джулиан на мгновение потерял дар речи, маркиза продолжила: – Видимо, военная служба тебе по душе, и то, что ты снова станешь Клеменсом, будет способствовать продвижению по службе. Такая невеста, как мисс Хартнет, изначально…

Тогда-то Джулиан всё понял.

— Похоже, маркиз нуждается в семье Хартнет, но юная леди не подходит в качестве невесты для истинного наследника маркизата?

Маркиза, прерванная на полуслове, ненадолго одарила Джулиана тяжёлым взглядом. Однако, будто не имело значения, что он сказал, женщина тут же продолжила:

— Изначально… Во всяком случае, эта девушка слишком хороша для тебя. Однако мисс Харнет желает стать именно твоей супругой.

— А-ха.

— Если станешь Джулианом Клеменсом и женишься на леди, тебе тоже достанется наследство.

— Мне оно не нужно. – На лице леди Клеменс на мгновение промелькнуло выражение утомлённости, и она протянула пасынку конверт, лежавший рядом с фотографией.

— Твоя мать хочет, чтобы ты вновь стал Клеменсом. Вот, можешь прочесть письмо от неё. Это, вероятно, не первое. – оказывается, пока Джулиан был в море, его сватовство шло полным ходом. Мужчина более не мог этого терпеть и поднялся со своего места.

— Ради всего святого, леди Клеменс. Времена, точно как и я, изменились.

— Верно, поэтому выбирай. Либо упрямишься, либо склонишься и выберешь карьеру. – Никто не повышал голоса, но тишина между собеседниками была напряжённой. Маркиза пробормотала: – Я и сейчас, и тогда не желала видеть тебя здесь.

Джулиан промолчал.

— Изливай свои гнев и обиду на маркиза. Как уже сказала, я лишь передаю волю трусливого мужчины.

Джулиан Харбор с трудом подавил эмоции и ответил:

— Прошу прощения, леди Клеменс.

— Сегодня… тебе лучше уйти. – Мужчина поклонился, будто только этого и ждал.

— Да, я исчезну. Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

— Упрямство – не лучшая стратегия. Если собираешься продолжать военную службу, конечно, – бросила вслед ему женщина. На лице Джулиана появилась горькая усмешка. Сказанное создавало иллюзию выбора, но на деле являлось шантажом.

— Капитан, экипаж ожи… – Мужчина не стал брать карету, приготовленную домом маркиза, и пешком направился в отель. Не из прихоти, а потому что грудь разрывало от неописуемой тяжести.

Десять лет. За это время Джулиан сделал всё, что мог. Он вытерпел насмешки по поводу своего происхождения, окончил академию с отличием и, хватаясь за любую возможность, быстрее остальных продвинулся по службе. Мужчина старался и потому считал, что ему нечего стыдиться, что он изменился по сравнению с прошлым собой. Джулиан принял нежелательное приглашение дома маркиза, в глубине души желая подтвердить этот факт. Однако, похоже, это было заблуждением. Десять лет усилий в одно мгновение превратились в ничто. В какой-то момент он перестал замечать дорогу и просто брёл, куда глаза глядят. Постепенно вокруг него стало шумно, а уличный пейзаж стал заметен. По всему городу полным ходом шла подготовка к весне. Помимо серии убийств в Бритте начался ещё и светский сезон. Погода, казалось, приветствовала это, будучи ясной и свежей.

***

После смерти отца, Уильяма Локвуда, Диана страдала от одного и того же кошмара. В снах она проводила одинокие и унылые дни, затем, до своего двадцать первого дня рождения, выходила замуж за Луиса Бордена. Медовый месяц они планировали провести в Уинденберри. Так желал Луис, у которого была романтическая мечта о старинном особняке в королевстве Розен. Так и день свадьбы становился их первой брачной ночью. После банкета Диана ожидала мужа в освещённой свечами спальне, чувствуя себя подавленно. Спустя долгое время мужчина, казалось, пьяный, входил в спальню. Она не помнила точно, но, кажется, происходила ссора. Завязывалась перепалка, и с этого момента зрение становилось расплывчатым. Девушке казалось, что она на мгновение теряет сознание. А потом, в какой-то момент, её вдруг начинали душить, и затем наступала темнота, в которой все чувства отключались. И, что удивительно, Диана вновь открывала глаза. Переместившись во времени, она оказываясь перед телом своего отца.

Диана Локвуд резко распахнула глаза. Какое-то время она не могла оторвать взгляда от потолка. Только после того, как девушка несколько раз убедилась, что этот потолок ей незнаком, она смогла снова тихонько вздохнуть. Её тело, застывшее от напряжения, всё ещё было скованным. Кошмар продолжался. Вероятно, потому что пребывание в особняке леди Шелдон было временной мерой. Конечно, её крёстная была более доброй дамой, чем она помнила. Однако девушка не могла рассказать о том, что пережила. Диана была крайне осторожна. Если её снова назовут сумасшедшей и запрут в лечебнице, тогда, кажется, она действительно потеряет себя.

— Что мне делать… – Слабым голосом невольно пробормотала девушка.

— Вы звали?