Всё ещё хочется спать… Но уже утро? Я открыла глаза и увидела, что в комнату льётся ослепительный свет.

Уже утро! Я села. Интересно, Ал уже встал?

Я взглянула на его кровать. Он по-прежнему лежал на ней.

— Утро! Уже утро! — громко поприветствовала я его. Иногда я скакала на кровати, чтобы его разбудить, но он много орал на меня, так что мне лучше пока так не делать.

Ал взглянул на меня и произнёс измученным голосом:

— …Сколько времени?

Сколько времени?.. Он хочет, чтобы я посмотрела на часы? Он как-то рассказывал мне, как определять время по часам, но это было так сложно, что я не справилась.

— Ох, прости. Ты ещё не можешь определять время…

Ал медленно поднялся, протирая глаза. Его волосы напоминали гнездо.

Спотыкаясь обо всё вокруг, он начал одеваться и возиться с волосами. Я сделала то же самое. По крайней мере, я могу самостоятельно одеться!

— …У тебя ленточка криво.

…Но, почти самостоятельно. Ал немного помог мне в самом конце, и теперь я полностью готова вступить в новый день.

Ал снова велел мне держать оборону и вышел из комнаты. Он не возьмёт меня с собой, как и вчера, как и позавчера. Но я очень хотела пойти с ним!

Я попыхтела, надув щёки. В маленьком городе он разрешает гулять одной, но в большом, как этот, он всегда говорит оставаться в комнате.

Он сказал, что это для того, чтобы я не потерялась, но я никогда не терялась! …Ну, наверное.

Просто сидеть в комнате было скучно. Интересно, а поющая леди встала? Может, мне снова поговорить с ней?

Пару раз подпрыгнув, я смогла открыть дверь. Дверные ручки в этом доме расположены слишком высоко для моего роста…

Я толкнула дверь и вышла в длинный коридор. Вчера я здесь заблудилась, это было целое приключение! Особняк и вправду огромен! Но сегодня, наверное, все будет хорошо.

Проснувшись, поющая леди всегда шла на большую площадку рядом с V-образными лестницами. Господин дворецкий сказал мне вчера, что она называется “банкетный зал”.

Там стоит большой круглый стол со стульями, и леди сядет за него и будет разговаривать с горожанами или петь песни.

Она выглядит действительно счастливой, когда занимается этим. И все горожане тоже выглядят счастливыми.

Я спустилась вниз, в банкетный зал, но её ещё не было. Зато вместо неё там был господин дворецкий, который занимался уборкой.

— Ах, госпожа Эфи. Доброе утро, — он поприветствовал меня с широкой улыбкой.

— Доброе утро! – громко выпалила я в ответ, потому что не собиралась позволить ему победить меня в доброжелательности. Моё громкое приветствие эхом прокатилось по особняку так, будто я кричала с вершины горы.

— А где поющая леди?

— Ах, уверен, Миша принимает ванну. Она сегодня в настроении.

Итак, поющая госпожа, видимо, была в ванной. Разве принимать утром ванну приятно? Я мылась только на ночь, так что не знаю.

— Тогда давайте поговорим, господин!

Раз леди нет, то господин дворецкий тоже сойдёт. Он несколько секунд смотрел на швабру в своих руках, а после вздохнул.

— Поддерживаю. Я уже закончил, так что всё в порядке.

Замечательно! Я, возможно, впервые могу нормально поговорить с господином дворецким. Он всегда ходит где-то по особняку. И, может, я услышу от него что-то другое, нежели от поющей леди.

— Подожди тут, — сказал он мне, и я села на стул около круглого стола и стала ждать. Некоторое время спустя господин дворецкий вернулся с блюдцем и чашкой.

— Оох! Сладенькое!

На блюдце лежали сладости, которых я никогда прежде не видела. Они были разноцветными, пухлыми и очень милыми!

Заметив блеск в моих глазах, господин дворецкий рассказал мне о них:

— Ты никогда их раньше не видела? Они называются макаруны. Их продают в соседней кондитерской. Они довольно вкусные.

Он вложил один мне в руку:

— Вот он где.

Я повертела его. Макарун катался и танцевал в моей ладони.

После этого я откусила кусочек. Воздушная сладость заполнила рот. Очень вкусно!

— Ты кажешься вполне довольной. Это хорошо, — произнёс дворецкий, предлагая мне чашку. Она была полна чая. Я знала что такое чай, потому что пила раньше.

— Сколько тебе сахара положить?

— Много!

Господин дворецкий удивился моему ответу и по-ребячески улыбнулся. Он положил два кубика сахара в мою чашку и размешал их чайной ложечкой. Затем он сел на стул рядом со мной.

— Господин дворецкий, вы давно дружите с поющей госпожой? — спросила я, вдруг заинтересовавшись. Он говорил, что является её дворецким, но как по мне, они друзья.

— Да, верно. В этом городе мы долго дружили, — ответил он, заваривая себе чай.

— Неужели она всегда любила петь?

— Да. Она очень часто пела. И я всегда обожал пение Миши.

Он тепло улыбнулся, и лучик утреннего солнца упал на его лицо. Ему, кажется, и правда нравилась поющая леди.

В глубине души я чувствовала, что он не лжёт, и мне стало теплее от этого.

Когда люди говорят правду, особенно о том, что им нравится, мне самой становится легче. Думаю, мне нравится это ощущение.

Хотя, если бы не было лжецов, я бы изголодалась и умерла.

— Я слышала от Ала, что когда проводишь много времени с человеком, иногда приходится ссориться. Вы когда-нибудь ссорились с госпожой певицей?— Эмм…

Господин дворецкий поднёс было чашку к губам, но мой вопрос вынудил его поставить её обратно на блюдце.

— Мы… так припомнить, мы никогда не ссорились. Но, если мыслить логически, это должно было происходить».

Если мыслить логически? Что он имел в виду? Я заметила своего рода вопрос в словах господина дворецкого.

Я не чувствую его лжи. Наверное. Я не могу быть уверена, если Ала нет рядом.

— Доброе утро!

Пока я раздумывала, к нам подбежала леди певица. От неё поднимался пар.

* * *

Продолжая то, что начал вчера, я обошёл город в течение нескольких часов, но не смог обнаружить ничего полезного.

— Действительно ли эта Синяя Птица существует?..

Естественно я начал в этом сомневаться. Все жители, которых я спросил, отвечали одинаково.

— Благодаря Синей Птице мы счастливы, — с небольшими различиями в формулировках отвечали они мне, весело поглядывая на меня.

Конечно, Синяя Птица — это самая популярная легенда в этом городе. Но не странновато ли, что о ней говорят всегда одно и то же?

Может, Синяя Птица была чем-то вроде идола. Не знаю, почему, но от этого всего веяло религиозностью. Некоторые люди винят в том, что с ними происходит нечто плохое, не себя, а божественное наказание, и наоборот, как ни странно.

— …Ну, по крайней мере, я не запутался окончательно.

Был ещё один вариант. Кое-что, о чём я вчера услышал от бородатого мужчины, кое-что, чего избегал.

Поговорить с мрачными жителями…

Со вчерашнего дня и до этого момента я выбирал для разговора только людей с жизнерадостными лицами. Главным образом потому, что фразы типа: «Они могут быть монстрами, так что будь осторожен», — не давали мне покоя.

Но теперь я застрял и почувствовал, что если продолжу избегать их и не отклоняться от намеченного маршрута, то получится, что приезжать в этот город было, в конечном счёте, пустой тратой времени.

Так что другого выбора нет. Я ведь достаточно силён, чтобы, по крайней мере, защитить себя.

Проверив карманы пиджака и брюк на наличие спрятанного оружия, я вошёл в узкий переулок в поисках какого-нибудь разбитого горожанина.

— Ух…

Я присел в тени большого дерева.

Я долго бродил по городу. Заглянул в каждую щель, прочесал все переулки и широкие улицы. Раньше я видел этих мрачных людей повсюду, но сейчас не обнаружил ни одного.

Может, они избегали меня. Я порылся в памяти на наличие зацепок и вспомнил о шепчущихся старушках вечером первого дня.

— Это нормально — позволить им остаться в этом особняке? — уверен, они сказали именно так.

Хозяева особняка, Миша и Фил… Я не видел в них ничего необычного. Да и люди, которые приходили и уходили из особняка… они все жаждали пения Миши и казались беззаботными, жизнерадостными людьми, ни о чём не подозревающими.

…«Все казались жизнерадостными людьми» заставило меня задуматься. Ну, может, люди с мрачным расположением духа просто никогда не посещают чьи-либо дома.

Как только я подумал об этом, мимо меня прошёл человек. Я спрятался за деревом и проследил за ним. Это был юноша с лицом мрачным, как небо в пасмурный день.

— …У вас найдется минутка?

Я ловко вынырнул перед ним и улыбнулся. Парень удивился, и, казалось, даже тихо вскрикнул.

— А-ахх…

— Я путешественник. Я просто хотел спросить у вас кое-что. Я могу чем-нибудь вознаградить вас, если это необходимо, — сказал я ему нерешительно.

Я пытался показаться слабаком настолько сильно, насколько мог. Нужно заставить человека поверить тебе, пока он не почуял какой-либо злой умысел.

— Нет… Не нужно никакой награды. Если всего лишь на минутку, то всё нормально, — согласился юноша.

Сказав, что не хочет разговаривать здесь, он подвёл меня к ближайшей скамейке, и я последовал за ним, особо не возражая.

Как только мы сели, юноша заговорил, опередив меня.

— Эм… Вы путешественник, который прибыл два дня назад, верно? Вы выглядите так же, как все описывают. Правда ли, что вам позволили остановиться в особняке?

Я был немного ошарашен. Я не рассчитывал, что он сам заговорит, да и к тому же об этом.

— Да, верно… Что-то не так с особняком?— Ну, и с особняком тоже, но, скорее всего, что-то странное происходит во всём городе… — его взгляд затуманился, и он опустил голову.

— Что-то странное?

Это сразу привлекло моё внимание, но спрашивать напрямую было бы бесполезно. Так что я просто переспросил его и немного подождал, чтобы услышать ответ.

— …Вы наверняка знаете об этих жизнерадостных горожанах. Эти поразительно беззаботные люди. Среди нас ходят слухи… что они, должно быть, монстры.

Его слова ошеломили меня. Мрачные люди говорили о жизнерадостных то же самое. Обе стороны подозревают друг друга в том, что их противоположности являются монстрами.

— Мы часто слышим подобные истории в последнее время. Чей-то погибший дедушка прогуливался неподалёку и выглядел так, будто ничего не случилось, и девушка, которая переехала куда-то далеко, сидела на скамейке и смеялась… Мы все изнурены. Ходят слухи и о том, что певица из того особняка, возможно, собирает своим пением призраков.

— Кто-то, кто далеко переехал, необязательно мёртв. Разве кажется странным то, что она вернулась из-за какого-то дела?— Ну, на самом деле, та девушка моя бывшая. Мы расстались, и она уехала, так что я не в курсе, жива она или нет… Но я уверен, что нет такого дела, ради которого она бы вернулась сюда.

Даже так не было никаких оснований для возникновения слухов о монстрах и призраках. Хотя, учитывая положение этих мрачных людей, возможно, это, как раз таки, и неудивительно.

Непостижимые вещи творились вокруг. И они стали искать оправдания, хотя бы небольшие, желая доказать, что они растеряны не просто так.

— Никто не подходит близко к этому особняку кроме тех жизнерадостных людей. До нас дошла новость, что они позволили вам остаться в особняке… Эм, довольно трудно спрашивать напрямую… Мне было интересно, призрак вы или…

Ага, так вот почему эти мрачные горожане не приближались ко мне. Вот почему я не мог найти ни одного, даже разгуливая повсюду. Конечно, это большой город, но в течение двух дней слухи могут дойти до каждого. И чем сильнее люди сторонились меня, тем труднее было мне, незнакомому с городом, найти их.

— Так вот оно что… Но нет, я не призрак. Хотите проверить?

— Ох, я осознаю, что говорю с вами. Хоть я и был поражён, что вы заговорили со мной, и заволновался, что вы здесь для того, чтобы забрать меня в тот мир…

Юноша усмехнулся. Как и я. Полагаю, он быстро всему поверил. Но я не мог винить его за то, что ему трудно выдвигать объективные домыслы, когда он настолько измождён.

— Так о чём я хотел спросить. Вы знакомы с Синей Птицей?— Синяя Птица… Ах, да. Она долгое время была легендой этого города. Но она всего лишь легенда. Пусть даже в последнее время начали ходить слухи, будто она реально существует… Их я услышал тогда же, когда и другие странные слухи. Итак, даже если это и правда, она не приносит никакого счастья.

Лицо юноши становилось всё темнее и темнее, пока он говорил со мной. Я не мог себе представить, чтобы он лгал. То, что он сказал, заслуживало достаточно доверия.

Иными словами, Синей Птица также весьма вероятно могла быть просто сказкой.

— Спасибо вам огромное за то, что рассказали мне.

— Не за что… Пожалуйста, будьте осторожны, путешественник. Потому что вас могут затащить на другую сторону, без шуток.

Сказав это, юноша встал, поклонился несколько раз и быстро зашагал прочь.

Ну, вот я и поговорил с так называемыми мрачными жителями. Оказалось, что люди в этом городе подозревают друг друга в том, что кто-то из них может оказаться монстром, призраком или чем-нибудь подобным.

Я без понятия, как такое могло произойти, но убеждён, что Синяя Птица в некотором роде была вовлечена в это, напрямую или косвенно.

— Похоже, что приносить счастье — далеко не доброе дело, это точно.

Я пожал плечами и откинулся на спинку скамейки. Быстро оглядевшись вокруг, я достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Я проверил содержимое упаковки: там осталось ещё несколько сигарет.

Я взял одну и закурил. Я курил постоянно, но воздерживался всё чаще и чаще с того момента, когда появилась Эфи. Один пернатый информатор сказал мне, что сигаретный дым в любом случае плохо влияет на драконов.

Я как-то подумал, что способность Эфи дышать огнём может оказаться полезной как раз для того, чтобы прикуривать мне.

Достаточно будет сказать, что в итоге загорелась не только сигарета.

Так подумать, я даже не знаю точно, почему у меня возникла идея провести настолько тупой эксперимент. Может, просто любопытно было. …Так я и узнал, как опасно бывает любопытство.

— …Плоховата на вкус.

Наблюдая, как белый дым витает в воздухе, я растянулся на скамейке и размышлял.

Возможно, потому, что я взял другую марку, не как обычно, или, возможно, потому, что она принесла с собой неприятные воспоминания, я не почувствовал себя лучше после выкуренной сигареты. Я задумался на секунду, но решил, что больше не буду тратить здесь время.

Вздохнув, я смял сигарету в пепельнице рядом со скамейкой и сунул пачку обратно в карман. Солнце уже опустилось довольно низко.

Пора заканчивать на сегодня. Чувствую, впереди меня ждёт ещё больше неприятных открытий. Но я не хочу оставаться с пустыми руками после того, как так далеко зашёл.

— Я отыщу тебя, я клянусь…

Пока я не чувствую особой угрозы для своей жизни, я копну настолько глубоко, насколько можно. Я ни за что не стану ходить по лезвию, но всё остальное вполне в моих силах. Я выведаю все детали этого дела и использую их, чтобы вытянуть побольше денег из информатора в шляпе.

Эти мысли облегчили мой разум лучше любой сигареты.

— О, добро пожаловать назад. Вы довольно поздно…

Когда я вернулся в особняк, сидящая на стуле Миша повернулась и тепло поприветствовала меня. Я был настолько уверен, что Эфи снова набросится на меня, как вчера, что даже немного опешил.

— Да, здравствуйте… А? Где Эфи?

Я оглядел залу и не заметил ни следа её присутствия. Может, она заблудилась или что похуже?

— Ох, не о чем волноваться, — Миша кивнула в сторону круглого стола на что-то, что находилось за пределами моего поля зрения.

Я заглянул туда и увидел Эфи, спящую на коленях Миши, как на подушке.

— !.. Извините, видимо, я причинил вам достаточно неудобств…

— О нет, кажется, она просто устала от разговора со мной. Если кто в этом и виноват, то только я.

Она ответила с тихим смешком, но мне было не до смеха. Эфиии… Я посмотрел, как крепко она спала.

Прежде, чем я принял решение разбудить её, Миша задала мне вопрос:

— Кажется, вы сегодня много ходили по городу. Вы что-то ищете?

— Да, всё верно. Я снова выгляжу уставшим?..

— Почему-то да. Вы кажетесь необычно измотанным, будто вовсе не достопримечательности рассматривали.

Я попытался натянуть улыбку, но, думаю, моя усталость всё же проступала сквозь неё. При нынешних обстоятельствах я чувствовал, что особенно сильно устал за последние несколько дней.

— Я удовлетворил ваше любопытство? — спросил я с горькой улыбкой, и Миша кивнула.

— Хахаха, извиняюсь. У вас появилось прекрасное время для отдыха, а я его у вас отнимаю…

— Ох, я не против.

Миша улыбнулась, но я почувствовал в её улыбке что-то подозрительное.

— Ну, теперь я буду возвращаться пораньше. …И брать Эфи с собой.

Кстати о ней. Я потряс её, но вибрацией задел также и Мишу, поэтому аккуратно приподнял Эфи и положил к себе на плечо, но она так и не проснулась. Она была совершенно вымотана.

— Вы довольно грубо несёте её, — заметила со стороны Миша.

— Не беспокойтесь. Это нормально для нас.

Я поклонился и быстро поднялся в нашу комнату.

— …Ты точно проснулась?

— Точно-претооочно проснулась, — ответила Эфи немного более приглушённым голосом, чем обычно.

Она очнулась ото сна как раз в тот момент, когда я вошёл в комнату, поэтому я просто оставил её на кровати. Она пребывала в совершенной растерянности около минуты, так что… так.

— Ну, давай объединим нашу информацию.

— Угу…

Проигнорировав её жалкое подобие на ответ, я скомпоновал все собранные сведения.

— Жители здесь делятся на две группы, на… жизнерадостных и мрачных людей. Кроме того, каждая группа считает, что члены противоположной не являются людьми. У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу?

— Хммм… К поющей госпоже приходили только жизнерадостные люди. Я ни от кого не слышала о, гм, мрачных людях.

Ясно, что никто из приходивших сюда не рассказывал Эфи о подобном. Конечно же, если этой информации не искать, то и причин допустить такое не возникнет.

— Итак… Теперь давай поговорим о том, что мы посчитали странным. Как обычно, если у тебя есть какие-то мысли, говори.

Эфи кивнула. Так, погодите-ка, она что, снова опустила голову? Я слегка ущипнул её за подбородок, и она задрала голову, хватая ртом воздух.

— Во-первых, Миша спросила меня: «Кажется, вы сегодня много ходили по городу. Вы что-то ищете?»

— Что в этом странного? — не поняла Эфи.

— Я ходил и вчера, и позавчера. Но она указала на это только сегодня. Конечно, это заявление, скорее всего, ничего не значит: можно расценивать это как спонтанное любопытство.

Я думал, что вполне понятно объяснил, но Эфи только помотала головой туда-сюда. Так она похожа на китайского болванчика.

— Настораживает только слово «сегодня». Как я уже говорил, я не первый день долго отсутствую. Так почему она добавила это слово?— Хммм… Может? Нет?

Ага, она меня не понимает. Это очевидно, раз она добавила «нет».

Конечно, разговаривая с Эфи, я просто обсуждал полученную информацию сам с собой, так что её непонимание — не проблема.

— Ох, точно, я тоже кое-что узнала!

Я был неподдельно удивлён услышать такое. Обычно она просто отвечала то, о чём я её спрашивал; то, что она самостоятельно отыскала какие-то сведения, было редкостью. Что ж… Я не знаю, что она ещё могла сказать.

— Этим утром господин дворецкий дал мне немножко вкусных угощений. Это были, гм… макаруны? И я их ела! И они были такие мягкие и сладкие…

— Информация о них бесполезна.

Она почему-то со странной увлечённостью рассказывала про эти макаруны, поэтому я прервал её.

— Эмм… Точно! Тогда леди певица вернулась из ванной, и я болтала с ней, пока ела. Тогда она сказала: «Так ты любишь сладости, верно, Эфи?»

— Ясно…

Согласен, это было странно. Она могла подметить то, что Эфи любит сладкое, ещё в первый день. Мы же устроили спор с перетягиванием печенья прямо у неё на глазах.

И потом, когда Эфи заявила о своём желании съесть его вместе, Миша сказала: «Прошу, насладись ими сама, маленькая сладкоежка Эфи!» Да, она точно сказала это.

Но в этом случае мы упускаем что-то ещё. Это могло быть обманом. Но ничего не произошло, когда она заявила это рядом с Эфи.

Эфи умела чуять ложь. Как Эфи её чувствовала, оставалось загадкой, но способность, позволяющая ей есть её, проявлялась, когда люди обманывали.

Да ту самую ложь, которую вы собираетесь сказать, но что-то вас удерживает. Ложь, полную чувства вины и сожаления, готовую воплотиться в нечто большее. Воплотиться, когда человек полностью её примет. Когда это происходит, наступают ужасные времена. Но Эфи чувствует ложь, преследующую людей, материализует её и ест.

Конечно, не всякую ложь эта способность в силах обнаружить. Когда человек не чувствует сожаления или чего-то ещё касаемо своей лжи, Эфи бессильна.

Те, что могут уйти безнаказанными за своё хладнокровное враньё близ Эфи — действительно хорошие лжецы. Проще говоря, настоящие сволочи вроде меня.

Я не мог себе представить Мишу в той же категории. Таким образом, единственная возможность, которую я допускаю…

— Полагаю, завтра мне нужно поговорить с Мишей самолично.

Не получив подтверждения от неё, сделать вывод я не мог. Так что я должен завтра взглянуть на Мишу, прежде чем уйти.

…Кстати о том, почему Эфи не отвечает. Обычно она мычит или что-то ещё в этом духе, когда я что-нибудь говорю. Я взглянул на неё и увидел её спящей с раскиданными в разные стороны руками-ногами.

Она серьёзно так много говорила?.. Уверен, Миша не выглядит такой же усталой. Правда она всегда поёт достаточно громко, поэтому, возможно, она более вынослива, чем кажется.

Пока мои мысли плавали в бесцельных рассуждениях, я поднял тельце Эфи и переложил на другую кровать. Когда я накрыл её одеялом, она оттолкнула его. …Не самый лучший спящий ребёнок в мире.

Я укрыл её снова и направился к своей кровати. Если повезёт, завтра мы крупно продвинемся. С такой заключительной мыслью я заснул.