"Громовая Птица...что она тут делает?"

Все были в шоке.

Командир рыцарей и авантюрист SS ранга молниеносно бросились ей наперерез, но...

Этому виду монстров не нужен перерыв между атаками, электрические разряды сыплются один за одним.

Эти разряды не совсем волшебные. Все их свойства как у простого электричества, просто такие птицы могут вырабатывать их своим телом.

"От моего меча будет мало толку"

Бахус и командир рыцарей заняли оборонительную стойку для защиты короля и первого принца.

"Они и правда действуют профессионально"

Хэнд смог отвлечь птицу от Мури и Лило, но получил разряд себе прямо под ноги.

Орго, Руин и министр атаковали монстра, и Орго получил разряд в правую руку.

"Я дам Орго и Хэнду зелье для восстановления, но не сейчас, сейчас нужно что-то предпринять"

Рядом со мной и Карау засверкали разряды.

Я успел оттолкнуть Карау, но в меня прилетело четыре разряда.

По одному пришлось на левую руку и правый бок, два других ударили мне в лицо.

- Гхкхаакха...

Я чувствую боль об ожога на лице.

"Больно. Очень больно"

Губы не разжимаются, не могу сказать ничего связного. Левый глаз, похоже, повреждён. И я больше ничего не слышу.

"К счастью, я ещё могу использовать правый глаз, правую руку и обе ноги"

"Пока что этого достаточно"

"Я порежу чёртову птицу, напавшую на моего друга"

- А...ли...ты...

Карау что-то говорит, захлёбываясь слезами, но я не слышу.

Все отворачиваются, видя моё лицо. Кто-то просто прикрывает рот ладонью, а кто-то выглядит так, словно сейчас заплачет.

"На столько всё плохо?"

Командир рыцарей и Бахус с разъярёнными лицами направились к птице.

"Нет"

"Это моя добыча"

К счастью, я смог надеть одну из своих перчаток, увеличивающих скорость в четыре раза.

Через мгновенье я уже завис в воздухе рядом с монстром.

Вытащив свой меч, я направил в него 8 000 MP, и, усилив его тем самым в 20 раз, атаковал птицу [ Экстремальной техникой меча ] [ Пятым уничтожением ].

Ещё через мгновенье птица была уже без сознания.

Схватив монстра за клюв прежде, чем он успел упасть, я вышвырнул его сквозь зияющую в стене дыру.

Потом, уже с расстояния, дважды использовал [ Экстремальную технику меча ] [ Первый сорт ]. А в завершение один раз [ Экстремальную технику меча ] [ Пятое уничтожение ].

Таким образом, замок своими атаками я не повредил.

"Этот меч и правда крутой"

"Даже на птице ран не осталось"

Я беспокоился о Карау, и обернулся в её сторону. А рядом с ней...собирался белый дым...

Часть дыма приняла форму руки того гадкого типа. Это было легко понять, потому что украшения, которые на ней были, выглядели до ужаса безвкусными.

"Он хотел похитить Карау, пока мы все были заняты чёртовой птицей..."

Я запустил меч в его руку, стараясь не задеть Карау. Карау испугалась.

"Мне так жаль"

Но, как оказалось, он не успел полностью материализоваться, так что я просто рассеял дым, не повредив руку Фауста.

Больше двигаться я не мог, боль парализовала меня, а тело было переутомлено.

"Я не смог поймать его...он может снова прийти за Карау..."

Но от боли я не мог даже пошевелиться.

В основном боль была сфокусирована вокруг моего лица.

"Наверное, если бы меня сейчас назвали красавицей - это была бы слишком жестокая шутка"

Я хотел воспользоваться "великим зельем", но не мог открыть рот.

Пока я думал об этом, ко мне уже бросились все находящиеся в зале.

Командир рыцарей, аккуратно приоткрыв мне рот ножом, залил в него зелье.

"Похоже это то, которое я сам дал Руину..."

Да, это оказалось оно. Моё тело очень быстро оказалось исцелено.

Все физические увечья были излечены.

Карау, плача обнимала меня.

Из моих глаз тоже сами по себе катились слёзы.

"Из обоих глаз"

Окружающие твердили "Слава Богу, Слава Богу..."

В кабинет врача меня отнесли на носилках, хоть и острой необходимости в этом после выпитого мною зелья не было.

"Неужели со мной и правда всё было на столько плохо?"

Я спросил у Руина, который прибыл со мной в кабинет врача, какое у меня было лицо, на что он ответил: "Лучше тебе не знать".

Исходя из своих ощущений, я предполагал, что местами оно сгорело до кости, так что возможно, он был прав.

Карау рыдала, приговаривая: "Прости, прости".

Я спросил, за что она извиняется.

- Алим...уууу... Чтобы защитить меня...стала такой...ууу...извини...а я тебя обидела...я....ууу...

Я сказал ей, что не понимаю о чём она, ведь мне не за что на неё злиться.

- ...Меня скорее интересует, не пострадала ли ты? У тебя же ничего не болит?

- Эээмм...правда...? А...*хлюп*...я подумала, что ты так разозлилась, что бросила в меня меч...

- Да, кстати, Алим, мне тоже очень интересно, почему ты это сделала. Я думаю, ты и сама понимаешь, что нельзя просто так взять и бросить меч в принцессу. Сегодня вы так чудесно общались...почему ты это сделала?

Спросил командир рыцарей.

Король тоже хотел узнать причину.

"Неужели никто не заметил?"

- ...как? Никто не заметил? Этот мерзкий тип...

- ...? Ты о громовой птице...?

- Нет, нет...Когда я повернулась к Карау, рядом с ней образовывался странный дым, который протягивал к ней руку.

- Что?!

- Да...думаю, он хотел похитить принцессу.

- То есть...похитить принцессу в момент всеобщей паники...чёрт. Все солдаты должны быть переведены в режим повышенной боевой готовности!

- Дым...? Не может быть...

Бахус и командир рыцарей обратили больше всего внимания именно на это слово.

- Дым...только не говорите мне, что это был Фауст...

- Это однозначно был он. На руке были те же безвкусные украшения, что и на нём сегодня. (Алим)

- Выходит...громовая птица тоже...

Пробормотал король, глядя себе под ноги.

Вокруг него заискрилась магическая сила.

"Удивительно, от злобы и размышлений его переполняет магия"

"Он гораздо сильнее, чем я думал"

Когда он поднял глаза, взгляд у него был как у демона.

- Немедленно! Усилить поиск Фауста и выдавать ордеры на обыск всегда, когда будет подозрение на его местонахождение! Объявить награду в 10 миллионов белл за его голову! Свяжитесь с представителями других стран и просите сообщать любую информацию о нём! Он обвиняется в нападении на замок и королевскую семью, в попытке похищения принцессы! Когда его поймают...я позабочусь о том, чтобы он никогда больше не увидел белый свет.