[Проснулись?]

[Сливки, молоко, креветки, бекон, шампиньоны, спагетти, томатный соус, соль, перец]

Увидев странный ответ Ренки, я в недоумении наклонил голову. Может, она перепутала чаты и отправила это мне вместо кого-то другого? Пока я об этом размышлял, прилетело следующее сообщение:

[Варить спагетти в подсоленной воде. Пока паста варится, обжарить на сковороде лук, бекон, шампиньоны и измельченный чеснок. Когда ингредиенты достаточно прожарятся, добавить креветки.]

[Вы что сейчас делаете?]

[Когда креветки станут розовыми, добавить пасту, четыре ложки воды, в которой она варилась, и обжарить. Затем влить сливки и молоко, посолить, поперчить и добавить томатный соус, после чего тушить до нужной консистенции.]

Она что... использует наш чат как блокнот? Конечно, вряд ли она это серьезно, скорее пытается меня спровоцировать... Но смелости у неё прибавилось.

Усмехнувшись, я тут же набрал её номер. Не прошло и двух гудков, как...

— Ай, черт... — Ренка ответила на звонок, с ходу выплеснув раздражение.

Похоже, в последнее время она слишком расслабилась. Сначала этот рецепт пасты, теперь вот это... Градус дерзости растет. Видимо, придется проучить её «наказанием похвалой», а то совсем от рук отбилась.

— Что вы сказали? «Черт»?

— .... Зачем звонишь?

— Звоню, потому что забронировал билеты. С чего вдруг вы начали писать рецепт спагетти?

— Что хочу, то и пишу.

— Бесит. Как вчера отработали, нормально всё было?

— Не одна, а с Боссом.

— Я спрашиваю, нормально всё было?

— Конечно. Без тебя эффективность работы сразу выросла.

— Да? И совсем не скучали?

— Ни капельки. Была абсолютно счастлива.

— Обидно. В общем, через час жду вас у дома.

— Через час...? Так рано?

— Ага. Просто хочу поскорее вас увидеть.

Я услышал, как на том конце провода Ренка резко втянула воздух. Видимо, столь прямолинейное проявление внимания застало её врасплох. Тихо хмыкнув, я продолжил тоном, не терпящим возражений:

— Готовьтесь.

— .... Мог бы и один сходить... Раздражаешь.

Не отвечая на её дежурное ворчание, я повесил трубку, тщательно вымылся и переоделся. После чего поехал к дому Ренки.

Не успел я простоять у ворот с включенкой и пары минут, как они открылись и вышла Ренка.

Черные джинсы в обтяжку, высокие ботинки и черная дубленка с белым мехом, доходящая почти до колен. Она выбрала тот же мрачноватый, взрослый стиль, который я видел, когда она впервые оправдывалась «племянником».

Тогда она казалась мне просто взрослой и сексуальной, но сейчас ощущения другие. К её образу будто добавили пару ложек «милоты».

Возможно, дело было в воротнике дубленки, который она застегнула до самого верха, так что мех закрывал шею, но скорее роль сыграло то, что за последнее время я не раз видел её в деле. Ренка часто вела себя как «дырявая голова» (растеряша), и от этого казалась мне чертовски милой.

Пока я любовался ею, она подошла своими длинными ногами к машине и открыла пассажирскую дверь. Я расплылся в улыбке.

— Приветик.

— Поехали уже.

— Сначала поздоровайтесь.

— Не буду.

— Кто там говорил, что нужно соблюдать элементарные правила приличия?

— .... Привет.

— Обязательно ломаться каждый раз? Неужели нельзя просто поздороваться?

В ответ Ренка еще глубже зарылась подбородком в меховой воротник. Усмехнувшись этому по-детски упрямому жесту, я тронул машину, поймав себя на мысли, что хочу коснуться её точеного носика, торчащего из-под меха. Как бы между прочим, я произнес:

— Вы сегодня красивая.

— .....

После этих слов она спрятала в воротник даже нос. Решила, что я издеваюсь, и хочет проигнорировать? Или ей просто стыдно? А может, и то, и другое сразу.

* * *

Ренка высокая. Поэтому, в отличие от других героинь, её очень удобно обнимать за плечи. Моя рука ложится идеально — не слишком высоко и не слишком низко.

Видимо, мой пристальный взгляд на её плечо начал её тяготить, потому что в лифте Ренка скрестила руки на груди и злобно на меня уставилась.

— Что ты так пялишься? Жить надоело?

— Чего вы опять кипятитесь? Уже и посмотреть нельзя?

— Нельзя.

— Да почему у вас столько запретов? Вы что, диктатор?

— Заткнись.

— А вы не давайте повода шуметь.

Пока мы препирались, лифт доехал до этажа с кассами. Выйдя в полупустое фойе, я направился к киоску. Распечатав билеты, я принялся изучать меню бара.

— Какой попкорн будем брать?

— Карамельный.

— От сладкого зубы выпадут.

— Я тебе что, ребенок? И вообще, обычный соленый попкорн в этом кинотеатре невкусный, просто соль одна.

— Да? Откуда такие познания?

— Часто бывали тут с Чинами.

— С Наставницей? Она разве не посыпает его персиковой пудрой?

— Посыпает... А ты-то откуда знаешь?

— Я тоже был здесь с Наставницей. В общем, берем карамельный?

— Ага.

— А пить что?

— Айс-кофе. А ты?

— Просто колу.

— Ладно. За это плачу я, так что отойди.

Ренка замахала на меня руками. Я же, наоборот, прижался к ней еще плотнее.

— Это еще зачем? Буду рядом.

— Ну и стой тогда.

Фыркнув, Ренка прошагала к стойке. Она без колебаний заказала «комбо для двоих» и увеличила размер попкорна.

Когда мы ходили в кино с Миюки, та ужасно смущалась при слове «комбо для двоих», но Ренка вела себя уверенно. Похоже, она не вкладывала в слово «парочка» особого смысла, а просто думала о скидке на сет.

Забрав попкорн и напитки в пластиковой подставке, мы показали билеты и вошли в зал. Я забронировал места в левом углу последнего ряда. Если бы зал был огромным, смотреть оттуда было бы неудобно, но этот был маленьким, так что экран просматривался отлично.

— Мест полно, почему именно здесь?

«Как почему? Чтобы потискаться потихоньку».

— Мне всегда нравились такие места. К тому же, экрану ничего не мешает, — ответил я ворчащей Ренке.

— Какие-то у тебя странные хипстерские замашки.

— Это не замашки, а личные предпочтения. Вам что, нравится сидеть прямо по центру?

— Угу.

— Я в вас разочарован.

— Раз ты разочарован, значит, я всё правильно делаю.

«Ничего, скоро полюбишь угловые места. Я тебя так выдрессирую».

Пока мы обменивались колкостями и смотрели рекламу, свет в зале начал медленно гаснуть. Приглушенный шепот немногих зрителей стих.

Под музыку опенинга на экране появился логотип кинокомпании. В этот момент Ренка внезапно придвинулась ко мне и прошептала:

— Слушай, а что за жанр? По постеру похоже на романтику, я угадала?

Почувствовав, как её голос приятно щекочет слух, я приблизил губы к её уху, от которого исходил сладкий аромат. И прошептал в ответ, специально обдав её теплым дыханием:

— Не знаю.

— Ик...!

Ренка вжала голову в плечи и резко дернулась. Видимо, у неё побежали мурашки — она принялась судорожно потирать руку и возмущенно зашипела:

— Эй, ты чего творишь?!

— А что?

— Ты мне в ухо дунул...!

— Когда говоришь шепотом, это неизбежно.

— Ничего подобного...! Ты сделал это специально...!

— Тише. Не мешайте другим людям.

— Я и так тихо говорю...! Мусор...!

— Называть меня мусором только из-за того, что я выдохнул — это слишком. Мне что, и дышать нельзя?

— Ты нарочно это сделал...!

— Думайте, что хотите.

Сказав это, я оперся локтем на подлокотник между нами, придвинулся к ней всем телом и подпер щеку кулаком. Ренка снова начала возмущаться:

— Подлокотник что, твой личный? Имейте совесть.

— Он посередине, так что он общий. Мы им делимся.

— Какое же это «делимся»?! Я даже руку положить не могу...

— Почему это? Я занимаю только заднюю часть. Можете положить руку впереди.

— Ха-а... Ладно, просто убери голову. Не лезь на мою половину.

— Не ведите себя как маленькая.

— А ты не наглей.

— От вас приятно пахнет.

— Ч-что...?

Ренка всегда теряется, когда я вот так внезапно вставляю комплимент, не связанный с темой разговора. Вот и сейчас она забегала своими темно-синими глазами, не зная, что ответить.

Вместо ответа я лишь хитро усмехнулся и, всё так же опираясь на подлокотник, перевел взгляд на экран. И в этот момент...

— А-а-ах...!

Из динамиков кинозала раздался томный женский стон. Ренка вздрогнула всем телом, а когда увидела на экране откровенную сцену, и вовсе застыла с открытым ртом.

Женщина оседлала мужчину и усердно двигалась в позе наездницы, придерживаясь рукой за его колено для равновесия. Обнаженные тела, тяжело вздымающаяся грудь, капли пота — сцена была максимально эротичной. Некоторое время Ренка ошеломленно смотрела на экран, а затем метнула в меня гневный взгляд.

— Э-это что такое...?

Честно говоря, я и сам был в шоке. Я знал, что это романтический фильм с «клубничкой», но не ожидал, что они начнут трахаться прямо с первых секунд без всякой прелюдии.

Решили сначала выдать экшен, а потом сюжет? Надо было хоть трейлер посмотреть или отзывы почитать.

Чувствуя себя немного неловко, я быстро ответил:

— Я сам не знал.

— .....

— Я понимаю, что вы мне не верите, но я правда не ожидал такого начала.

Видимо, она разглядела на моем лице искреннее недоумение. Помолчав, Ренка снова повернулась к экрану. Должно быть, решила поверить мне на слово.

Удивительно, но она не стала закрывать глаза или строить из себя недотрогу. Даже скучновато как-то. Почувствовав легкое разочарование, я сделал вид, что увлечен фильмом, и потихоньку пододвинулся еще ближе к ней.