— Здравствуйте!

Миюки вошла в кафе с лучезарной улыбкой. Ренка и Чинами посмотрели на неё и на меня с легким недоумением, которое, впрочем, быстро сменилось радостью от неожиданной встречи.

— Ханадзава? Привет. И Мацуда тут... Какими судьбами?

— Мы пришли позаниматься. Надеюсь, мы не очень помешаем?

— Заниматься? Здесь?

— Да.

— Ну, если не будете сильно шуметь, то почему бы и нет...

— Мы будем тихо сидеть в углу. И обещаем заказывать напитки каждый час.

— Да брось, не нужно заказывать только ради приличия. Но вы что, вдвоем будете?

— Нет. Тэцуя-кун тоже скоро подойдет.

— И Миура? А... точно, ты же говорила, что подтягиваешь Мацуду и Миуру по учебе. Значит, это те самые занятия?

— Именно.

Взгляд Ренки на мгновение скользнул в мою сторону. В её глазах читался немой вопрос: «И зачем ты притащил её именно сюда?» Не похоже, чтобы она злилась, скорее, ей было просто любопытно. Впрочем, учитывая наш внезапный визит, такая реакция естественна.

— Ханадзава-сан, как ваши дела? Всё ли было благополучно? — спросила Чинами, вытирая руки.

Миюки ответила ей приветливой улыбкой:

— Конечно. А как ваши дела, Нанасэ-сан?

— Ой, у меня всё просто замечательно.

Лицо Чинами слегка порозовело. Видимо, при виде Миюки она вспомнила те события на Рождество. Глядя на её реакцию, Миюки тоже невольно залилась нежным румянцем.

— Э-эм...?

Ренка издала озадаченный возглас, глядя на двух девушек, которые одновременно засмущались, словно близнецы. Миюки, спохватившись, несколько раз неловко кашлянула и уткнулась в меню.

— Так... Мацуда-кун, ты что будешь пить?

Видя, как они обе смущаются, я решил немного развлечься:

— Клубнично-банановый фраппе.

Брови Ренки дернулись, и она смерила меня свирепым взглядом. Клубнично-банановый фраппе был самым трудоемким напитком в меню, который я сам ни разу не пробовал готовить из-за его сложности.

Поняв, что я намеренно над ней издеваюсь, Ренка лишь поджала губы — в присутствии Миюки и Чинами она не могла разразиться привычной бранью. Затем она повернулась к Миюки и спросила голосом, в котором не было ни капли той ворчливости, с которой она обычно обращалась ко мне:

— Ханадзава, а ты?

Интересно, понимает ли она, что чем больше она старается быть «милой» при других, тем более суровое «воспитание» её ждет наедине? А может, она делает это специально, напрашиваясь на наказание?

— Хм... я, пожалуй, возьму обычный латте.

— Горячий?

— Да, горячий, пожалуйста.

— Поняла.

— Я оплачу. Сколько с нас?

— Раз уж вы пришли ко мне, я угощаю, — отрезала Ренка.

— Ой, нет, не стоит...!

— Я очень расстроюсь, если ты откажешься.

Ренка ответила так непринужденно, что Миюки даже не нашлась, что возразить. Она явно набралась у меня этой наглой манеры общения.

— Ну... раз так...

Миюки замялась, так и не открыв кошелек. Ренка мягко её успокоила:

— Не переживай. Всё в порядке.

Видимо, решив, что дальнейшие отказы будут выглядеть невежливо, Миюки убрала кошелек с благодарным видом.

— Тогда... спасибо большое. Обязательно выпью с удовольствием.

— Угу. Держи вибросигнал.

— Хорошо!

Хм-м... Приятно видеть, как они ладят уже сейчас. Кажется, моё будущее вырисовывается в весьма радужных тонах.

Я уже собирался последовать за Миюки к угловому столику, как Ренка окликнула меня:

— Эй, Мацуда.

— Да?

— Ты куда нацелился?

— За столик.

— А ты плати.

— Ты же сказала, что угощаешь?

— Её — да. Тебя — нет.

— Вы серьезно?

— Вполне.

— Ну ладно. Как скажете.

Видя, что я без лишних слов достаю карту для оплаты, Ренка вдруг занервничала. Видимо, испугалась, что я припомню ей это позже, и поспешно передумала:

— Д-да ладно, я пошутила. Не надо платить.

«Боится мести, значит?» — усмехнулся я про себя.

— Нет, я всё же заплачу.

— Да говорю же — не надо...!

— А я говорю — заплачу.

— Не смей платить, я сказала...!

Наблюдать за тем, как Ренка уже почти злится, запрещая мне платить, было слишком забавно. С трудом сдерживая улыбку, я сменил заказ:

— Ладно. Тогда отменяем фраппе. Дайте мне просто клубничный латте.

— .... Почему не фраппе? Дорого?

— Нет. Просто перехотелось.

— Вот как...?

Ренка посмотрела на меня с подозрением. Пыталась понять: действительно ли я передумал или просто решил облегчить ей работу, выбрав напиток попроще.

— Кохай-кун, кохай-кун! Можно я приготовлю ваш клубничный латте? — вклинилась Чинами.

Я лучезарно улыбнулся Наставнице:

— Конечно. Буду очень рад.

— Хе-хе... Сейчас вы увидите моё мастерство, отточенное за последние несколько часов!

С этими словами уверенная в себе Чинами достала из холодильника клубничный конфитюр. По сути, ей нужно было просто залить его молоком и перемешать, но говорила она об этом так, будто готовила блюдо высокой кухни. Обожаю её за это.

Впрочем, идиллия обещала быть недолгой — скоро должен был явиться Тэцуя. Мысль об этом вызывала у меня лишь досаду. Говорят, парень начал заниматься боксом и у него немного «выросла корона»... Интересно, не захочет ли он предложить мне спарринг?

* * *

Миюки сделала глоток горячего латте, принесенного Чинами, и её лицо расслабилось. Обычно она не большой фанат кофе, но сегодня на улице было так зябко, что тепло помещения и напитка явно пришлись ей по вкусу.

— Вкусно?

— Угу. Хочешь попробовать, Мацуда-кун?

— Нет, спасибо.

— Почему ты всегда пьешь холодное? Ты же сам ворчал в машине, что замерз.

— Разве я ворчал? Не помню такого.

— Наверное, просто привычка. Хочешь глоток клубничного латте?

— Да. Дай попробовать.

Миюки потянулась к моему стакану и обхватила губами широкую трубочку. То, как она без тени сомнения прикоснулась к трубочке, которую я только что держал во рту, было чертовски интимно. Заметила ли это Ренка? Она то и дело поглядывала в нашу сторону, пока работала. Скорее всего, видела.

— Здравствуйте, Капитан!

Пока мы с Миюки наслаждались моментом, у входа раздался звонкий и (к моему сожалению) бодрый голос Тэцуи. Пришел-таки, испортил атмосферу своим присутствием.

— Привет, — отозвалась Ренка.

Я мысленно пообещал себе «отблагодарить» её за такой ласковый прием этого ничтожества, и перевел взгляд на Тэцую, который теперь здоровался с Чинами.

— Здравствуйте, Нанасэ-сан. Давно не виделись.

— Здравствуйте-здравствуйте. Ваши друзья ждут вас вон там.

Хм-м. Голос Чинами звучал абсолютно равнодушно, как будто Тэцуя для неё — пустое место. Впрочем, у них и правда почти нет общих тем для общения, так что такая реакция закономерна, но мне всё равно было приятно. В отличие от Ренки, Чинами заслужила сегодня самый качественный массаж.

Тэцуя посмотрел в сторону, куда указала Чинами, и, увидев нас с Миюки, сидящих рядышком, помахал рукой. Со стороны могло показаться, что он приветствует обоих, но я-то видел: его взгляд прикован только к Миюки.

С привычно-глуповатым лицом он выслушал предложение Ренки угостить его кофе, поблагодарил её и сделал заказ. Как и ожидалось от человека без чувства такта — даже не попытался отказаться из вежливости.

Конечно, я тоже не платил за свой кофе, но я — Хозяин Ренки, и я уже планировал ответный подарок для неё. А этот придурок просто принимает подачки, наверняка втайне надеясь, что Ренка к нему «неравнодушна».

Пока я копил в себе раздражение, Тэцуя подошел к нашему столу и одарил Миюки своей жалкой улыбкой.

— Я как раз вовремя, да?

— Ага, молодец. Садись скорее.

— Прямо сразу начнем?

— Конечно.

— Может, я хоть кофе подожду? Дайте передохнуть пару минут.

— Ну вот, опять ты за старое... Ты в своей лени становишься всё больше похож на Мацуду-куна, — в шутку заметила Миюки.

А вот это уже удар ниже пояса. Быть сравненным с Тэцуей — худшее оскорбление, которое можно придумать. Мне стало очень, очень неприятно.

Не замечая моей реакции, Миюки велела Тэцуе садиться и пересела так, чтобы оказаться между мной и ним. А затем она совершенно естественно взяла мой стакан и, как и минуту назад, припала к трубочке, отпивая клубничный латте.

«А?»

Я невольно округлил глаза. Я знал, что Миюки больше не собирается скрывать наши отношения, но не ожидал, что это произойдет ТАК внезапно и демонстративно.

Для Миюки это было просто естественное действие. Но для Тэцуи... О, для него этот жест значил слишком много. Это был контрольный выстрел. Тень сомнения превратилась в железобетонную уверенность.

Использовать одну трубочку — жест, на который решаются даже не все влюбленные пары. Конечно, если друзья очень близки, такое случается, но это большая редкость. И Миюки никогда не входила в число таких «свободных» людей.

Как бы долго они ни дружили с Тэцуей, она никогда не позволяла себе подобных вольностей с ним. Да, она была к нему добрее и внимательнее, чем к остальным, но на этом всё заканчивалось.

И тут — она без тени смущения делает со мной то, чего никогда не делала с ним. Каким бы недогадливым ни был Тэцуя, он не мог не понять этот сигнал.

— .....

Как я и ожидал, лицо парня, наблюдавшего за тем, как Миюки с аппетитом разжевывает кусочек клубники, попавший в рот через трубочку, мгновенно окаменело. Интересно, что он сейчас чувствует? Наверняка его нутро выжигает огнем. Мне всегда хотелось заглянуть ему в душу, но сегодня это желание стало почти физическим.

— Вы чего замерли-то оба? — спросила Миюки, заметив наш ступор.

Я пришел в себя первым.

— Любуюсь тобой.

— С чего вдруг?

— Просто так.

Со стороны наш диалог мог показаться обычной дружеской подначкой, но наши взгляды говорили об обратном. Между нами искрило от нежности.

Сегодня Миюки была особенно очаровательна. Мне захотелось поцеловать её прямо здесь. Пожалуй, я прощу ей то сравнение с Тэцуей. Когда мы вернемся домой после учебы, я исполню любое её желание.