Фраза «Она действительно его младшая сестра» поднялась к самому горлу. Но он сдержался, зная, что стоило ему только на секунду изменить выражение лица, как оно тут же исчезнет.

«Она сейчас же с серьёзным видом скажет: “Извините”».

Эта сцена так ясно предстала перед глазами, что Харисон едва сдержал смех.

«Ну… хотя и это мило».

Ничего не говоря, он просто наблюдал за двумя. Эпини, стоявшая рядом, фыркнула и отвернулась.

На этот звук Каллиопа, избавившись от смущения, подняла голову.

Эпини до сих пор даже не притронулась к напитку.

— Надо хорошенько размешать трубочкой, так вкуснее будет.

Эпини всё ещё сохраняла недовольное выражение лица, но покорно сделала, как сказала Каллиопа.

Маленькой ручкой она принялась мешать напиток, и тут же раздался звон — лёд стучал о стекло. Айс-ти задрожал в стакане, а затем начал переливаться через край.

— Эпини, руки.

— Не хочу,дурак!

Хотя Эпини нахмурилась, она не сопротивлялась, когда Харисон взял её за руку.

Он достал из кармана носовой платок и тщательно вытер ей пальчики между каждым, затем протёр и стол.

«Он делает это так привычно».

Каллиопа улыбнулась, глядя на эту сцену тёплого братско-сестринского взаимодействия.

Вспомнились её отношения с двумя старшими братьями в прошлой жизни, и на душе стало немного странно.

Они были семьёй, и, конечно, она их любила, но они никогда не были такими близкими, как Эпини и Харисон.

«Сейчас всё совсем по-другому».

Не только отношения с братьями, но и атмосфера в семье в целом.

Эпини сделала глоток апельсинового айс-ти с равнодушным видом — и её глаза тут же распахнулись от удивления.

— Вкусно, да? Прямо в твоём вкусе, Эпини?

Хари, улыбаясь, спросил у Эпини.

— Вполне съедобно…— пробормотала Эпини, покраснев в щеках и резко отвернувшись. Но заметив, что Каллиопа пристально на неё смотрит, вздрогнула.

— Я… я хотела сказать, что вкусно!

— Рада, что тебе понравилось, — сдерживая улыбку, кивнула Каллиопа. Она уже поняла по выражению лица во время первого глотка.

«Ведь это приготовила её мама, вот она и постаралась… Хотя я вовсе не с упрёком смотрела.»

Скорее, она смотрела потому что Эпини показалась ей милой. Хоть и ворчливая, но вовсе не плохая девочка.

Почему-то именно после этого Эпини сделалась ещё более недовольной и начала с шумом потягивать айс-ти.

— Сказали же, что Хари приехал!

С грохотом распахнулась дверь, и в комнату вбежал Роберт. Глаза Каллиопы тут же сузились.

— Роберт, старший брат…

— А...

Роберт замер на месте, потом медленно пятясь, постучал в уже открытую дверь и с осторожностью вошёл снова.

Глядя на его глуповатую улыбку, Каллиопа не удержалась и тоже улыбнулась — уж слишком он был в этом моменте неотразим.

— Вернулся?

— Ага! Я так по тебе соскучился, что примчался сразу!

Как щенок, получивший разрешение на ласку, Роберт подбежал к Каллиопе и обнял её, потираясь щекой.

Теперь это стало привычным, и Каллиопа спокойно приняла его проявление привязанности, но от жгучих взглядов в комнате её лицо начало краснеть.

— О!

Почувствовав чей-то взгляд, Роберт поднял голову, увидел Эпини — и воскликнул от неожиданности. Эпини фыркнула и отвернулась.

«Они знакомы?»

Каллиопа, находясь в объятиях Роберта, наклонила голову в сторону. Кажется, такое возможно.

— …Кто это?

Однако следующее замечание моментально исказило гордое лицо Эпини. Каллиопа тоже удивлённо посмотрела на Роберта.

— Я не обязана говорить тебе своё имя, глупый!

— Эээ?

Роберт опешил — он не понимал, почему на него вдруг накричали. Он ведь ничего плохого не имел в виду.

Роберт был весёлым, открытым мальчиком, которому легко давалось общение, но он редко запоминал, с кем именно раньше общался.

Поэтому нередко он просто не узнавал своих бывших собеседников.

— Я не глупый, Липе…

«...Почему он оправдывается передо мной?»

Каллиопа ещё сильнее растерялась, но, увидев искреннее выражение лица Роберта, всё же кивнула.

«С детьми всё-таки сложно…»

— Ты глупый.

Тук! — Эпини ударила по столу.

— Нет!

— Да!

— Говорю же, нет! — Роберт, бросая взгляды в сторону Каллиопы, упрямо спорил.

— Да-да-да, глупый-глупый-глупый!

«Едва детей стало двое — сразу стало шумно…»

Каллиопа с ошеломлённым видом подумала об этом. Она даже не вспомнила, что на самом деле она тут самая младшая.

Она бросила на Хари взгляд, полный мольбы «Ну скажи хоть что-нибудь…», но тот только покачал головой.

«Эпини — неподдающаяся. Смирись — и будет легче» — именно так читалось на его лице, пока он пожимал плечами.

— Ладно! Сейчас докажу, что я не глупый! Пошли со мной, покажу тебе моего невероятного Гигантского Спирита!

С гордо задранным носом Роберт выступил вперёд.

«…Разве это не из какого-то детского обучающего мультика?»

Каллиопа бросила взгляд на книги, стоявшие в углу комнаты. По мнению Роберта, они совсем не соответствовали возрасту.

— Что? Гигантский Спирит?!

Эпини вскочила со стула. Её янтарные глаза задрожали.

— Ты… ты никак не можешь этого уметь!

Каллиопа не понимала, что это вообще такое, чтобы так шокировать ребёнка, но лицо Эпини было абсолютно серьёзным.

— Хе-хе, ещё как умею!

«…Почему он с таким гордым видом смотри на меня, когда говорит это?»

Каллиопа нервно улыбнулась, чувствуя, как капает холодный пот.

Глаза Роберта ярко сверкали. Казалось, будто у него за спиной радостно виляющий хвост, а на голове торчат забавные ушки.

— Врёшь ты всё!

— Я тебе покажу, так что пошли!

Роберт гордо расправил плечи и направился к выходу. Эпини сжала губы. Немного поколебавшись, она всё же пошла за ним.

— Вот ведь...

Хари улыбнулся и тоже собирался пойти за ними, но тут почувствовал, как кто-то схватил его за одежду.

Он опустил взгляд — Каллиопа крепко держала его за край пиджака и смотрела на него снизу вверх.

Клац, — дверь закрылась.

Хари вскинул брови, затем вновь опустился на своё место.

— Нашей Липе, значит, захотелось побыть со мной наедине.— пошутил он с широкой улыбкой.

Но Каллиопа была серьёзна.

— Я хотела кое-что спросить.

— Хм?

— Это важный вопрос.

***

«Наш род слаб.»

Вернувшись с пикника госпожи Самоны, Каллиопа сделала для себя окончательный вывод.

Отец, Лус — глава Белого рыцарского ордена, одного из четырёх рыцарских корпусов…

Мама — из центральной графской семьи, как и дом Рустичель.

Старшие братья обладают достаточными способностями, чтобы не возникало вопросов о наследнике, несмотря на отсутствие магических способностей у неё самой.

Графство процветает, подданные преданы, есть и внешние источники дохода.

Даже если их род — не из высшей знати, как центральные дворяне они занимают прочное положение.

С объективной точки зрения, никто бы не сказал, что дом Рустичель слаб.

«Но этого недостаточно.»

В будущем, который однажды наступит, её семья будет убита. И даже расследование по этому делу не будет проведено должным образом.

«Когда мы потребовали разобраться, нас обвинили, будто мы охотимся за компенсацией.»

Даже сейчас, вспоминая это, у Каллиопы скрежетали зубы.

Разве может кто-то думать о деньгах, потеряв семью? По крайней мере, в её представлении — нет.

«Всё произошло слишком быстро.»

Стоило дому Рустичель усомниться в расследовании, как тут же поползли слухи, что они хотят нажиться на трагедии. Эти слухи, словно туман, обрели форму — и все газеты заговорили в унисон, обвиняя их.

«Это значит, кто-то управлял общественным мнением.»

Преступник обладал такой властью и богатством, что мог не только скрыть убийства дворян, но и разом повернуть весь народ против пострадавших.

«И не один раз, а несколько.»

Они умирали один за другим.

Каждый раз сердце Каллиопы разрывалось. Сколько бы раз ни случалось это, невозможно привыкнуть к смерти близких.

Власть, способная скрыть убийства троих дворян… Сколько таких людей вообще существует?

— Как думаешь, кто может быть способен скрыть убийство дворянина и управлять общественным мнением?

Вопрос прозвучал внезапно и тяжело, отчего улыбка на лице Хари погасла.

— С чего вдруг такие мысли?

Он и раньше понимал — ребёнок перед ним отличался от других. Но сейчас...

Это была совсем другая проблема.

Толстые щёки и маленькие губки совсем не подходили к слову «убийство».

«Что же могло заинтересовать этого ребёнка в таком?»

Харисон перебирал в голове последние несколько событий, но ни одно из них не было связано с убийством дворян.

— Я читала исторические книги и немного задумалась об этом, — спокойно ответила Каллиопа. Ей было всё равно, что Харисон может ей не поверить.

«Потому что я верю в брата Хари.»

— Исторические книги?

— Да.

Но это было не всё. Глаза Каллиопы были слишком печальны, чтобы это была просто интеллектуальная любознательность.

— Ну, наверное, это зависит от эпохи...

— А если представить современность?

— Высшие дворяне, священники — что-то в этом роде.

Харисон подумал, что лучше продолжать разговор и понять, что на самом деле у неё на уме.

«Ну, я не могу рассказать ей всё. Истории о криминальных авторитетах слишком тяжёлые для ребёнка.»

Однако Каллиопа словно прочитала его мысли и спросила:

— А кто такие влиятельные люди в криминальном мире?

— Ну, да, и это тоже есть.

Харисон улыбнулся и ответил уклончиво, а коралловые глаза Каллиопы внимательно смотрели на него, словно прося не скрывать ничего.

«Если бы это было всё, что она хотела узнать, я бы легко отшёл от темы.»

Но глаза Каллиопы выглядели очень грустными. Её лицо оставалось спокойным, но казалось, что сейчас она вот-вот заплачет.

— Я тоже могу думать так же. Но меня интересуют более конкретные кандидаты.

— Погоди, погоди.

Харисон поднял руку:

— Ты хочешь, чтобы я перечислил все семьи, которые способны на такое? Как вообще можно читать историю и думать о таком? Или ты не собираешься делать ничего опасного?

Каллиопа тихо улыбнулась:

— Кто же говорит, что тот, кто думает о опасном — опасен?

— Вот именно...

Харисон понял, что она думает точно так же, как и он, и только бессмысленно покачал головой.

— Брат Хари, ты совсем наивен.

— Наивен? — Харисон открыл рот, не заметив.