78

— Нет. Нет, я не могу. Я не могу забрать вас всех, — сказала она, чуть ли не плача.

— Т-тогда что нам делать? В-ведь вы нас освободили, человек. Вы же пришли, чтобы спасти нас, — сказал олень, нёсший на спине своего брата в человеческом облике. Е Чжу скорчила страдальческую гримасу.

— Я… я лишь освободила вас, а дальше вы должны сами о себе позаботиться. У меня нет сил спасти всех, как у вашего хозяина. Поэтому…

— Ш-ш-ш! Тогда зачем ты нас выпустила?! — перебила её змея, резко вскинув голову и угрожающе зашипев. Выражения лиц окруживших её новых людей стали ещё угрюмее. От них снова повеяло вязким мрачным запахом смерти, будто они тонули в болоте, медленно умирая. Е Чжу в замешательстве попятилась назад, но чем дальше она отступала, тем ближе они подходили. Тем временем змея всё сильнее распалялась:

— Если бы ты прошла мимо, сделав вид, что ничего не замечаешь, то сначала забрали бы только этих троих, принявших яд, а остальные ещё немного бы пожили! Ты ведь собиралась забрать только кролика у себя за спиной! Ведь не могла же ты взять на себя ответственность за нас всех! Какого чёрта ты нас выпустила?!

Е Чжу стояла не в силах вымолвить ни слова. Хотя кролик и олень молчали, их печальные взгляды, устремлённые на неё, говорили о том, что они были согласны со змеёй. Зачем ты вмешалась и открыла наши клетки, если не могла спасти всех?

— Ты всего лишь человек! Всего лишь человек! Если бы не ты! Если бы не ты...

В тот самый момент, когда до крайности возбуждённая змея яростно замотала головой из стороны в сторону, взваливая всю вину на Е Чжу, между ними внезапно вклинился Чорон, заслонив её собой.

— Хватит! Эй ты, жёлтая змея! Как ты смеешь так разговаривать с тем, кто тебе помог? Что вы вообще знаете о сестрице Е Чжу?!

— Чо-Чорон...

 Е Чжу с трудом пошевелилась и еле успела схватить за руку шатающегося мальчика. Джед поспешно подбежал к нему и снова поддержал его. Чорон, задыхаясь от гнева, закричал:

— Посмотрите на грызунов! Как только их отпустили, они сами бросились спасаться! Вы бы стали обедом для людей и погибли бы, но вас не проигнорировали и всех освободили, так будьте добры хотя бы сбежать самостоятельно! Это из-за вас сестрицу Е Чжу сейчас поймают! А ведь она всего лишь пришла, чтобы спасти меня! Из-за вас! Всё из-за вас… чёрт!

Когда пустельга захныкал, слон вдруг разрыдался:

— Что же теперь делать? Мы все теперь покойники. Все до единого. Мама, мамочка…

Плач мгновенно распространился среди детей. И змея, и крот, и кролик, и олень - все как один, шмыгая носами, твердили, что хотят к маме. Е Чжу казалось, что она вот-вот умрёт от этой гнетущей тоски. Тогда морская черепаха сказал:

— Не плачьте, детки. Этот пустельга во всём прав. Человеческая девушка сделала всё возможное, чтобы нам помочь. Несомненно, это так… Мы должны быть ей благодарны.

— Но, но… как же нам теперь сбежать, дедушка? Мы ведь не такие маленькие, как грызуны, чтобы спрятаться в какой-нибудь норе… Хнык, хнык.

Из глаз слона катились крупные, похожие на бусины слёзы. Черепаха медленно покачал головой, глядя на него:

— Теперь нам ничего не остаётся, кроме как объединить силы, чтобы одолеть людей и сбежать. Ты ведь не можешь вечно оставаться маленьким дитятей и капризничать.

Услышав эти суровые слова, дети, которые один за другим начинали плакать, постепенно затихли. Черепаха посмотрел на Е Чжу.

— Судя по всему, тебя с этим пустельгой связывают глубокие узы. Жаль, что мы стали у тебя на пути, когда ты пытаешься спасти эту одурманенную, беспомощную птицу. Прости нас, деточка.

— Н… нет, что вы.

 Е Чжу прикусила губу и опустила голову. У неё не хватало смелости посмотреть в глаза новым людям. Ей казалось, что во всём виновата она.

— Не извиняйтесь. Это скорее мне…

В этот момент по всей пещере разнёсся пронзительный крик енота, стоявшего на страже у входа:

— Фыр-фыр-фыр! Спасите енота! Фыр-фыр-фыр!

Е Чжу и новые люди все одновременно обернулись.

— Вот те на! Что, сегодня день сбора зверья? Я слышал, что сегодня в этом доме соберутся люди по случаю инаугурации нашего вождя, но вот про сборище шерстяных мне никто не говорил.

Собравшиеся вокруг Е Чжу животные замерли, напряжённо втягивая воздух. У железной двери, куда были устремлены их взгляды, возвышался огромный человек, держа за хвост барахтающегося енота. За его спиной стояли ещё двое мужчин не менее свирепого вида.

— Э-это командир наёмников…

Змея, что находилась ближе всех к Е Чжу, обмотала хвост вокруг головы и затряслась от страха. Кончики пальцев Е Чжу тоже онемели и задрожали. Синяк на шее, который она до этого совсем не чувствовала, вдруг болезненно запульсировал. Её впервые в жизни душил другой человек, и, кажется, это породило ещё одну травму.

Командир наёмников, сжимая в руке енота, прошёл через железную дверь и зашагал вглубь пещеры.

 — Услышал звон колокола и сломя голову бросился забирать нашу драгоценную гостью, а её голова оказалась полностью разбита. А? Говорю же, башка вдребезги. И кто же, интересно, из этих отбросов так жестоко раскроил черепушку нашей дорогой гостье, которой цены нет? Пока я ломал над этим голову, увидел, что дверь, которую без меня не смог бы открыть даже вождь, стоит нараспашку. Мало того, все звери, которых мы ловили, прочесывая деревню, выбрались из клеток и мирно тут болтают?

Командир наёмников остановился и вперил свой свирепый взгляд в Е Чжу, стоявшую с ошеломлённым видом среди животных. Его глаза зловеще сверкнули в темноте.

 — А я-то думал, что за рожа у того, кто устроил этот чёртов бардак? Так это была ты, дерзкая сучка.

Е Чжу спрятала за спину дрожащую руку. Ей казалось, что затылок всё сильнее деревенеет. Она боялась, что это онемение распространится по всему телу и она, как и стоявшие рядом дети-новые люди, начнёт безобразно трястись.

— Проклятая тварь. Вот сейчас поймаю, сдеру с тебя живьём кожу и засолю в морской воде, — грозно выругался мужчина и двинулся вперёд.

Однако когда он собирался пройти мимо первой клетки, в которой раньше сидел енот, внезапно ему наперерез хлынула стая крыс.

— Что это?! Что это такое?! — истошно завопили наёмники, вскакивая на месте.

У крыс, долгое время прятавшихся в глубине угольной шахты, была чёрная шерсть. Среди них одна-единственная с белоснежной шкуркой храбро вцепилась в штанину командира наёмников. Это была та самая крыса, которая, едва Е Чжу освободила её, бросилась наутёк в маленькую норку. Пещера наполнилась писком. Но это было только начало. Откуда-то раздались незнакомые звуки: «Цвик-цвик-цвик». Тотчас же через открытую железную дверь влетела стая чёрных летучих мышей и набросилась на отряд наёмников.

— А-а! Ух! А-а-а-а! Что это такое?! Немедленно убейте их! Немедленно! — закричал их командир, как сумасшедший, размахивая руками. Однако его подчинённые, которые должны были исполнить приказ, находились в не менее отчаянном положении. Из-за стай крыс, круживших под ногами, и беспрестанно налетающих летучих мышей они никак не могли удержать равновесие и всё время сбивались влево от рельсов. Путь к железной двери открылся, и морская черепаха закричал:

— Сейчас! Бегите!

Услышав его, юные новые люди, до этого ошеломлённо смотревшие на наёмников, бросились бежать. Три ястреба-тетеревятника, первыми добравшиеся до выхода, мощно замахав крыльями, вместе со стаей летучих мышей набросились на командира наёмников и принялись яростно клевать его руки.

— А-а-а-а!

Когда острые клювы и когти хищных птиц разорвали ему руку, командир на мгновение замешкался от боли и выпустил хвост енота. Тот мягко приземлился и первым прошмыгнул через железную дверь наружу. Вслед за ним друг за другом последовали курица, свинья, кролик, олень и цыплёнок. Перед Е Чжу остались только дрожащая змея, спрятавшая голову, всхлипывающий слон и морская черепаха, который изо всех сил старался ползти с двумя малышами на спине, но всё ещё оставался в поле её зрения. Посмотрев на них, она невольно прикусила язык.

«Ну вот, терпеть не могу змей».

Е Чжу протянула руку и сильно встряхнула жёлтую змею.

— Очнись!

Когда та вздрогнула и высунула голову, Е Чжу чуть не лишилась чувств.

— Ой, что же делать? Мы умрём? Мы умрём? — запричитала змея.

— Не умрём. Так что соберись и обвей морскую черепаху. Быстрее! — решительно возразила она.

Огромный змея нехотя размотала кольца, переползла вокруг панциря черепахи и, словно верёвка, всем телом туго обвила её. Видно, ей не очень хотелось крепко сжимать двух потерявших сознание детей, поэтому она оставила зазор с палец толщиной.

— В-вот так?

— Сжимай сильнее. Дети не должны упасть. Сильнее, ещё сильнее.

Змея напряглась и крепче стиснула черепаху с детьми.

— Слон! Превращайся в слона, сейчас же, — приказала Е Чжу.

Мальчик с длинным носом уже готов был расплакаться, как вдруг с громким хлопком превратился в огромное животное. Е Чжу подошла к черепахе и крепко схватила змею за голову, которую та держала наготове.

— Ух…

Не успела змея застонать, как Е Чжу засунула слоновий хвост в её разинутую пасть, а затем, крепко сжав её челюсти, велела:

— Ни в коем случае не отпускай. Ничего не поделаешь, так что терпи, даже если больно.

— У-у? — промычала змея с полным ртом слоновьего хвоста, выпучив глаза. После встречи с проклятой каменной змеёй на скалистой горе Е Чжу до дрожи их ненавидела, но, взглянув в эти блестящие чёрные глазки, она подумала, что эта змейка даже немного милая.

— Не отпускай ни за что. Поехали!

Е Чжу отпустила голову змеи и со всей мочи ударила слона по крупу. Слон задрал свой длинный хобот кверху, издал пронзительный рёв и бросился бежать со всех ног.

— А-а-ак! Эх! У-ух! Кх!

Змея, крепко вцепившаяся в его хвост, и морская черепаха, обмотанная ею, непрерывно стонали от боли, ударяясь обо всё подряд, пока не перевалились через железную дверь. Однако, помня о многократных наставлениях, жёлтая змея, несмотря на ссадины и царапины на коже, до самого конца так и не разжала челюстей.

В тот самый миг, когда они проходили через железную дверь, командир наёмников с минимальным промедлением выхватил из-за пазухи два меча и начал ими размахивать. Под натиском острых клинков летучим мышам ничего не оставалось, кроме как отступить. Увидев, что их предводитель пустил в ход оружие, двое его подчинённых с опозданием тоже обнажили мечи. Вскоре в стае летучих мышей тут и там стали появляться прорехи. Тогда сбившиеся влево наёмники начали продвигаться к центру.

— Ч-ч-что же нам делать, л-л-леди? — спросил Джед у Е Чжу, дрожа всем телом.