32

— Чёрт, чёрт…

Кажется, ей приснился какой-то невероятный сон. Но странно: стоило взглянуть на единственное окно в комнате, как видение рассыпалось в прах, и она никак не могла вспомнить подробности.

Е Чжу попыталась унять бешено колотящееся сердце.

— Что случилось? — внезапно раздался рядом голос, и она, вздрогнув от испуга, резко обернулась.

— Ох!

— Е Чжу.

По ту сторону очага на неё пристально, не мигая, смотрели алые глаза. Е Чжу судорожно вздохнула. Она сразу поняла, что это Рам, но в памяти вдруг всплыли сотни других таких же алых глаз, источавших жажду убийства, и едва начавшее успокаиваться сердце забилось с новой силой. Он сидел на кровати и с недоумением наблюдал за ней. Должно быть, проснулся от её крика.

— А… почему не спишь? Что ты делаешь? Что случилось?

Услышав его голос, Е Чжу, наконец, осознала, что это был лишь кошмар и она вернулась в реальность. Цепляясь за ускользающие обрывки сна, она, всхлипывая, попыталась объяснить: «В моём сне... глаза... Кр-красные глаза... Хнык…», но, увидев, как Рам встаёт, испугалась, что он может куда-то уйти, и резко вскрикнула:

— Вы... вы куда?

— Зажечь свет.

— Нет, не надо! Всё в порядке. Всё хорошо, просто оставайтесь на месте! — взмолилась она, отчаянно мотая головой. Рам, уже почти поднявшийся, медленно опустился обратно. Е Чжу глубоко вздохнула и коснулась рукой лба. По мере того, как сонливость отступала, а мысли прояснялись, живое и яркое видение исчезало, словно песок, утекающий сквозь пальцы.

— Просто... просто мне иногда снятся такие кошмары, хнык…

Е Чжу натянула на себя тонкое одеяло, которое отбросила во сне, и, обняв его, тихонько шмыгнула носом.

— Простите. Если я просто посижу так немного, а потом снова усну...

Хоть она и понимала, что это реальность, её взгляд никак не мог сфокусироваться. На самом деле подобные кошмары снились ей не иногда, а часто. И когда сон вот так расплывался, будто в тумане, и забывался, это было страшнее и мучительнее, чем если бы она его помнила. Ведь если это вещий сон, ей снова придётся пережить что-то ужасное, терзаясь от собственного неведения.

Как это всегда бывало после резкого пробуждения, в глубине сознания начала медленно разгораться сильная головная боль.

— М-м-м, — она пыталась подавить стон, но он, видимо, всё же сорвался с её губ, потому что Рам тяжело вздохнул.

— Простите, что разбудила... — упавшим голосом пробормотала Е Чжу.

Будь мама рядом, она бы сказала, что всё в порядке, что это всего лишь кошмар и нужно просто снова лечь спать. Но после её смерти, когда Е Чжу просыпалась, рядом с ней никого не было. Во все те бесчисленные ночи, что она провела, до крови кусая ногти и дрожа от страха, она всегда была одна.

— Кажется, будто кто-то постоянно на меня смотрит... Будто здесь кто-то есть...

Всё тело била крупная дрожь. Она никак не могла справиться с ледяным холодом, сковавшим его. В этот момент вдруг сильные руки обхватили её за талию, решительно притянули к себе и сжали так крепко, что невозможно было пошевелиться.

— Никого. Никого нет, — негромко произнёс Рам, обжигая её ухо горячим дыханием.

В его тесных объятиях становилось трудно дышать. Е Чжу показалось странным, что прежде чем ощутить дискомфорт, она почувствовала безграничное облегчение.

— Точно... точно ведь никого нет?

— Да. Только ты и я,— крепко прижимая к себе её маленькое хрупкое тельце, Рам осторожно погладил человеческую женщину по голове и добавил: — Я и близко никого не подпущу, так что не бойся и спи.

От этих слов у Е Чжу на глаза навернулись слёзы. Ну как же так? Как этот мужчина умудряется делать так, что даже если пытаешься его не любить, это становится совершенно невозможным?

Она вытянула руки, которые до этого прижимала к груди, и крепко обняла его за талию.

— Не уходите никуда. И когда я проснусь тоже. Никуда не уходите, будьте рядом.

Уткнувшись лицом в его твёрдую, но уютную грудь, Е Чжу глубоко вдохнула, пытаясь уловить его запах. Но сколько бы она ни пыталась, от него ничем не пахло. У неё ведь нет насморка, так почему же она не чувствует запаха его тела? Ей стало грустно.

— Мне очень будет страшно, если я не увижу вас, когда проснусь.

— Хорошо.

Он всегда отвечал с заминкой, словно делал это нехотя. Видимо, таков её удел - вечно переживать, изводить себя в ожидании его ответа. Ей стало невыносимо тоскливо, и она решила говорить, пока не получит от него твёрдого обещания. Однако Е Чжу сама не заметила, как под его убаюкивающими движениями её речь становилась всё более медленной и тягучей.

— Правда?

— Совсем разбаловалась.

— Обещайте мне.

— Пока ты сама этого не захочешь.

Е Чжу прикрыла тяжелеющие веки, чувствуя, как он тихонько гладит её по голове. И в тот самый миг, когда она уже готова была провалиться в глубокий сон, Рам прошептал самым нежным голосом:

— Я никуда не уйду, Е Чжу.

Её лепет затих, но тепло руки, поглаживающей затылок, никуда не исчезло.

— Е Чжу, Е Чжу, Е Чжу...

Словно издалека её имя прозвучало ещё несколько раз, так, как зовут лишь что-то бесконечно дорогое. Голос был таким ласковым и умиротворяющим, что Е Чжу подумала: Бог исполнил её самое заветное желание, о котором она так долго молила, пусть даже это случилось лишь на грани сна.

***

Бывает так, что очень хочется поспать подольше, но из-за внешних факторов, будь то писк комара, неудобная поза или незадёрнутые шторы, сон постепенно улетучивается. Именно в таком состоянии сейчас пребывала Е Чжу. Ей безумно, до одури хотелось спать, но из-за давления, сковавшего всё тело, она была на грани пробуждения.

— У-у-у...

«Тяжело дышать. Как же тесно!»

Е Чжу нахмурилась и попыталась повернуться. Однако ей не только не удалось освободиться от того, что её сжимало, она не могла даже шевельнуться.

«Что такое? Я так запуталась в одеяле, что не могу выбраться?!»

В конце концов, она резко распахнула глаза. Открывать их совсем не хотелось, но иного способа выбраться из этой «трясины» не было. Первым, что предстало перед её опухшими после сна глазами, были ярко очерченные алые губы.

«Откуда здесь губы?»

Решив, что ей мерещится, она протёрла глаза свободной рукой. Снова взглянув перед собой, на этот раз она увидела прямой точёный нос. Когда она протёрла глаза ещё раз, то заметила густые красивые ресницы, такие длинные, что ими, казалось, можно смахивать пыль. Когда же глаза, нос и губы сложились в единую картину, выяснилось, что прямо перед ней, буквально в паре сантиметров, находится лицо невероятно красивого мужчины.

— А-а! Кха!

Е Чжу попыталась резко отпрянуть назад, но как бы она ни барахталась, расстояние между ней и мужчиной не изменялось. Опустив взгляд, она увидела его руку, крепко обхватившую её за талию. Из-за этого всё её тело, от живота до самых бёдер было плотно прижато к нему. Стоило Е Чжу это осознать, как её лицо вспыхнуло, будто вот-вот взорвётся.

«С ума сойти, с ума сойти, Ли Е Чжу!»

— С-спать вот так, в обнимку с посторонним мужчиной... это же аморально и безнравственно! Мальчикам и девочкам нельзя даже сидеть рядом после семи лет! И вообще, чтобы мужчина и женщина позволяли себе такое, они должны сначала пожениться...

Она бормотала какую-то несусветную чепуху, но в этот момент веки Рама дрогнули, и она мгновенно затаила дыхание.

«Нет. Только не просыпайся!»

Она не знала почему, но нутром чуяла: если он сейчас откроет глаза и посмотрит на неё, её сердце просто разорвётся на части. Она не смела даже вздохнуть, пристально глядя ему в лицо. К счастью или к беде, он так и не проснулся. Почувствовав облегчение, Е Чжу тут же скривилась, посмотрев на его неподвижную руку.

«Как же быть?»

Такая поза, такая ситуация... подобное случалось только в любовных романах, которые она почитывала иной раз от нечего делать. Конечно, она сама была виновата в том, что вчера, стоило ему позвать, она со всех ног примчалась к нему, точно преданная собачонка... И тут в памяти всплыли все её «подвиги» после того кошмара, один за другим, словно приложения к основному тексту. Её лицо снова вспыхнуло. Не смея даже пнуть от досады одеяло, Е Чжу из последних сил сдерживала дрожь во всём теле. Прошло немало времени, прежде чем ей, наконец, удалось справиться со стыдом, но Рам так и не проснулся.

«Неужели он так сильно устал?»

Раньше ей казалось, что даже если они ложились в одно время, он всегда вставал первым. Сама она не привыкла подолгу спать в незнакомых местах и обычно проводила ночи в полудрёме, но за всё время она ни разу не видела его пробуждения. И вот сейчас этот человек лежал перед ней с закрытыми глазами, совершенно беззащитный. Е Чжу испытывала любопытство, и в то же время на душе начала разливаться какая-то щемящая тоска. Впрочем, после той невероятной демонстрации силы, которую он устроил вчера, неудивительно, что он вымотался. Он ведь не только тащил её на спине, но и волок лодку с человеколикой рыбой.

Присмотревшись, она заметила, что его лицо кажется немного осунувшимся. Смущение мгновенно испарилось, уступив место тревоге. Она подняла руку, собираясь осторожно коснуться его щеки, но в последний момент остановилась.

«А разве не нужно спрашивать разрешения для такого?»

Она уже хотела было отстраниться, но после недолгих колебаний решила: «А, была не была!» и легонечко положила ладонь на его щёку. В отличие от неё, чьё лицо вспыхивало жаром от малейшего волнения, его кожа была холодной. Совсем как его глаза, цвет которых менялся каждый раз, когда его взор был направлен на неё, человека. В последнее время всё стало гораздо лучше, но её сердце по-прежнему болезненно покалывало, когда она сталкивалась с этим ярко-красным взглядом, так отличающимся от того, как он смотрел на новых людей. Иногда ей было даже невыносимо страшно смотреть ему в глаза. Она боялась, что к нему вернутся те ненависть и отвращение, что были в самом начале, и он снова захочет убить её.

«Должна ли я быть благодарна хотя бы за то, что могу любоваться им, пока он спит?»

Е Чжу, словно заворожённая, не могла оторвать взгляда от лица мирно спящего мужчины.

Прим. Пер. Забавно видеть, как она смущается от таких объятий, тогда как совсем недавно была готова с ним переспать, хах