23

Её опасения о том, что он подсунул ей плавник монстра или один из отростков его разорванной пасти, за что она уже всерьёз подумывала съездить ему по лицу стальным кулаком, оказались напрасными. Это была леска, прикреплённая к удочке. С отсутствующим выражением лица она пару раз дёрнула её. На другом конце ощущалась значительная тяжесть. Е Чжу проследила взглядом за леской и, издав тихий стон: «Ы-ы-ы…», снова низко опустила голову. Чудовище, в чью голову больше чем наполовину была вонзена удочка, плавало прямо у борта лодки, выкатив побелевшие глаза.

— Оно окончательно подохло, так что не бойся, — произнёс Рам мягким тоном.

Стараясь не смотреть на тушу монстра, Е Чжу обернулась к нему. Он глядел на неё с удовлетворённым видом. Пока она глупо взирала на его красивое лицо, до неё начало доходить. Как бы это выразиться… Вручив ей этот чёртов кусок верёвки, он выглядел невероятно гордым собой.

— Хочешь подойти и посмотреть поближе?

В обычное время она бы точно подумала: «Хватит уже нести эту чушь», но сейчас Е Чжу была настолько потрясена, что подобные мысли даже не шли ей в голову. Она лишь ошеломлённо смотрела на его самодовольное лицо и то ли смеялась, то ли плакала.

— Хы… хы-ы… Что это вообще за монстр? Это… это…

— Это человеколикая рыба(1).

— Че-человеколикая рыба?

— Именно. Хищник, стоящий на самой вершине пищевой цепочки этого озера.

«Хищник на вершине пищевой цепочки…»

У Е Чжу закружилась голова. Она прижала свободную руку ко лбу, пытаясь унять подступившую тошноту. Если этот красный безумец прикончил голыми руками того, кто стоит на вершине пищевой цепи, то кто же тогда он сам? Бог?

Не обращая внимания на её состояние, Рам продолжил свой рассказ. Всё это были подробности, о которых Е Чжу совершенно не хотелось ни знать, ни слышать.

— Тебе не казалось это странным? Люди спустились с гор и сожрали всё зверьё до последнего, а в озере ловится рыба. Конечно, всё, что было покрупнее, сожрал этот парень, так что остались одни мальки. Однако благодаря ему обитатели озера смогли хоть как-то выжить. К счастью, человечина пришлась ему по вкусу. Стоило этим никчёмным людишкам спустить лодки на воду в надежде на улов, как он тут же появлялся без лишнего шума и заглатывал их целиком вместе с лодкой. Его прозвали человеколикой рыбой, потому что когда его пасть закрыта, его кожа напоминает человеческую. Возможно, он стал так выглядеть из-за того, что сожрал слишком много людей.

 Е Чжу совершенно не хотела забивать голову этой ужасающей информацией о монстре. Однако она не могла удержать взгляд, и когда её глаза снова невольно упали на тушу чудовища, эта огромная желтоватая масса до того походила на человеческую плоть, что при беглом осмотре её можно было принять за труп павшего великана. Кожа вокруг его широко распахнутых огромных глаз была испещрена глубокими морщинами, точь-в-точь как складки век у человека.

— Значит… вы заставили меня так стоять… только чтобы поймать вот это?

Дыхание Е Чжу становилось всё тяжелее.

Рам немного помолчал, а затем с торжественным видом кивнул:

— Чтобы поймать крупную рыбу, нужно использовать лучшую приманку из тех, что есть под рукой.

— И этой приманкой, неужели…

 Е Чжу перевела указательный палец, которым гневно тыкала в сторону монстра, на себя.

 «Я?» — спрашивал её взгляд, полный запредельного ужаса.

На этот раз Рам лишь небрежно качнул головой, подтверждая догадку.

«Вот же ж… твою мать».

 В глазах у неё потемнело. Её сжатые кулаки мелко дрожали. Казалось, стоит ей хоть на секунду потерять самообладание, и они, вопреки воле хозяйки, сами собой полетят ему в лицо.

— А если бы… если бы меня сожрали?! Вы же сами сказали, что этот монстр заглатывает лодки целиком! Как вы могли?! Ка-а-ак?! — содрогаясь всем телом, она сорвалась на истошный крик.

Рам, поморщившись от этой «ультразвуковой атаки» по ушам, безучастно бросил в ответ:

— Ну я же тебя оттащил в нужный момент, чтобы тебя не сожрали, разве нет?

— А-а-а-арх!

«Проклятый мерзавец, чтоб тебя черти взяли!»

 Е Чжу схватилась за затылок, чувствуя, как на лбу вздулись вены.

— А если бы?! Если бы вы упустили этот самый нужный момент?! Что тогда?! Мне оставалось бы только помирать в этой чёртовой пасти, похожей на щупальца осьминога?! Да?! Ха-ха! Ха-ха-ха!

— Этого бы не случилось.

— Откуда вам знать?! С чего вы так уверенно это заявляете?! Вы просто хотели меня прикончить! Хе-хе… Если уж собрались убить, так убивали бы по-человечески! А не вот так-а-ак!

Она то безумно хохотала, как помешанная, то в мгновение ока менялась в лице, глядя на него так, будто готова была растерзать. Рам угрожающе нахмурился и резко схватил её за запястье.

— Я проделал весь этот путь из-за тебя, и ты думаешь, я сбираюсь тебя убить?

От резкого рывка запястье пронзило острой болью, и Е Чжу издала сдавленный стон:

— А-а…

Однако, встретившись взглядом с его пылающими алыми глазами, она тут же осеклась, и её крик застрял в горле.

— Ты же сама сказала, что голодна. Если бы я собирался просто скормить тебя рыбам, я бы не стал заниматься всей этой ерундой с самого начала. Если бы я не хотел накормить тебя, я бы не стал убивать это полезное существо, пожирающее людишек, и мне было бы плевать, сдохнешь ты от голода или нет.

Договорив, Рам резко, словно отбрасывая ненужную вещь, выпустил её запястье. Развернувшись, он направился к краю лодки, видимо, чтобы осмотреть тушу монстра, то есть человеколикой рыбы.

 Е Чжу стояла в оцепенении, пытаясь переварить его слова, обрушившиеся на неё подобно пулемётной очереди.

«Значит… ради меня… он убил это «полезное» существо, которое ело людей? Ради меня?»

Но даже так ей было слишком обидно и горько, чтобы принять его слова за чистую монету. Разве есть смысл в том, что парень, решивший поохотиться ради женщины, использует эту самую женщину в качестве приманки? Неужели спустя тысячу лет вошла в моду такая смертельно опасная и безумная охота?

В голове Е Чжу сошлись в яростной схватке две сущности: проклятый мерзавец, использовавший её как наживку для монстра, и статный красавец - объект её симпатии, который отправился на охоту лишь для того, чтобы её накормить. Несмотря на всю эту неразбериху в мыслях, она злилась на собственное сердце, которое предательски затрепетало от его слов: «из-за тебя».

— Тц… Ты… Ты что, думаешь, я так просто тебя прощу? Использовать меня… использовать как наживку…

Со стороны Рама, склонившегося над мёртвой человеколикой рыбой, донеслись мерзкие хлюпающие звуки. Пытаясь взять себя в руки, Е Чжу изо всех сил старалась сверлить его спину гневным взглядом, но её решимость таяла, словно весенний снег. Она едва не плакала от того, что её гнев улетучивался сам собой. В этом и была её проблема - вечно она такая мягкотелая.

«Глупая Ли Е Чжу. Хоть иди и топись, Ли Е Чжу!»

Рам закончил свои дела и внезапно вернулся к ней. Она всё ещё сидела на дне лодки. Места было мало, так что за пару шагов он оказался совсем рядом и с видом триумфатора протянул ей что-то.

— Вот, возьми и это. Бонус.

Это была та самая удочка, которую она держала в нелепой позе. Удочка, которую она выронила, когда из воды внезапно выскочил проклятый монстр…

Видимо, из-за того, что она побывала в пасти чудовища, сломанная удочка была сплошь покрыта какой-то серовато-белой слизью. На его конце всё ещё болталась связка рыб, пойманная Рамом ранее, но теперь больше половины из них были раздавлены и изжёваны. Головы и куски плоти едва держались, готовые вот-вот отвалиться. Было даже удивительно, как он умудрился вытащить это из пасти монстра, ничего не уронив.

Решив, вероятно, что застывшая в оцепенении Е Чжу лишилась дара речи от благодарности, Рам бросил: «Держи» и вложил рукоять удочки ей в руку, свободную от лески.

— Я зажарю их и сам покормлю тебя, так что хватит ныть.

С этими словами он, словно выполнив свой долг, невозмутимо развернулся, взялся за весла и направил лодку к берегу. Е Чжу долго сидела неподвижно, сжимая в обеих руках то, что он ей всучил. Когда лодка качнулась на волнах, остатки рыб на конце сломанной удочки угрожающе заболтались, разбрызгивая тошнотворную слизь. Е Чжу, не колеблясь, швырнула их за борт и пробормотала так тихо, что никто бы не разобрал, если бы не прислушивался изо всех сил:

— Сумасшедший… ублюдок…

То ли из-за того, что она пережила нечто более жуткое, чем встреча с призраком, но на обратном пути до домика Е Чжу плелась с мертвенно-бледным лицом. Стеклянным расфокусированным взглядом она, не проронив ни слова, сверлила затылок идущего впереди мужчины.

Тот приказал ей крепче держаться за корму, а сам с огромной скоростью тащил за собой всю лодку вместе с тушей монстра внутри. Это был поистине невообразимый способ транспортировки, будто он насмехался над её недавними мучительными раздумьями о том, как же они потащат эту гигантскую тушу, когда причалят к берегу. Рам просто привязал леску к носу лодки и с нечеловеческой силой поволок её за собой. Е Чжу оставалось только опасаться, что лодка вот-вот перевернётся и склизкая туша монстра вывалится наружу.

 Лодка опасно качнулась, зацепившись за торчащий камень, и перепуганная Е Чжу мёртвой хваткой вцепилась в накренившийся борт.

— А-а-а! О-осторожнее!

Услышав её отчаянный крик, высокомерный господин, который до сих пор шёл вперёд, не оглядываясь, наконец, замедлил шаг и повернул голову.

 Е Чжу тут же принялась возмущаться:

— Лодка же сейчас перевернётся! Можно идти хоть немного помедленнее?

— Я же велел тебе держать её крепче, чтобы не перевернулась.

— Да как тут удержать, если вы тащите её так быстро?! У меня руки соскальзывают! А если она всё-таки опрокинется, что тогда?!

— Это будет прискорбно, — ответил он. — Жаль будет, если добыча, которую я поймал, изваляется в грязи, и её нельзя будет съесть.

«Ну и логика! Что за чушь он несёт?!»

Рам, чьё лицо не выражало ни капли этого самого сожаления, о котором он говорил, резко отвернулся.

«Ну как? Как каждое его слово может так сильно действовать на нервы?!»

— Ы-ы-ы… — застонала она от бессильной злобы.

Немного подрожав от негодования, Е Чжу поспешила воззвать к его состраданию, прежде чем он снова пустится в свой безумный бег:

— М-мне тяжело!

Услышав этот почти умоляющий голос, Рам, собиравшийся идти дальше, снова обернулся. Как только он остановился, лодка, которую он тянул, естественно, тоже замерла. Е Чжу, прилипшая к корме, была вынуждена остановиться вслед за ней. Ей казалось, что она прикладывает силы и помогает толкать, но стоило Раму прекратить движение, как оказалось, что лодку с гигантской человеколикой рыбой невозможно было сдвинуть ни на миллиметр. Тот факт, что этот мужчина тащил такую махину так легко, что она подпрыгивала на неровностях, её уже даже не удивлял.

— И я умираю от голода! Хнык… и ноги болят… И меня мутит от того, что приходится идти сзади и смотреть на это. Ну пожалуйста!

 Е Чжу ткнула пальцем в сторону монстра, стараясь при этом ни в коем случае не смотреть на него.

Рам долго на неё молча глядел. И как раз в тот момент, когда Е Чжу, готовая вот-вот лопнуть от злости, уже собиралась выкрикнуть: «Да пошли уже!», он всё-таки соизволил разомкнуть свои драгоценные уста:

— И что? Совсем идти не можешь?

 Е Чжу на мгновение задумалась. Стоит ли сказать, что она не может идти и попросить передышки? Или, может, умолять его оставить её здесь и самому тащить эту проклятую штуковину к домику?

Она ума не могла приложить, почему этот мужчина так настаивал, чтобы она придерживала лодку сзади, хотя он и в одиночку прекрасно справился бы с этой задачей. Прежде чем она успеет выжать из себя последние крохи сил, чтобы не дать лодке перевернуться, она скорее задохнётся, пытаясь угнаться за его бешеным темпом.

«Так что, будь добр, не мог бы ты просто взять это сам и весело умчаться вперёд?» — эти слова, уже готовые сорваться с языка, тут же были забыты, стоило ей встретиться взглядом с его пристально смотрящими на неё алыми глазами.

— А… нет. Не то чтобы я совсем не могла идти, просто…

Она всего лишь собиралась попросить его сбавить шаг и подстроиться под её темп. Ведь она уже прекрасно понимала, что на него жалобы на усталость не подействуют от слова совсем. Но не успела она договорить, как вдруг что-то в этом сумасшедшем переклинило, и он внезапно начал надвигаться на неё, тяжело ступая.

— Зачем… зачем? Вы зачем подходите?

Перепуганная Е Чжу запнулась. Она попятилась, пытаясь скрыться от Рама, который приближался к ней с пугающим выражением лица, но из-за колоссальной разницы в росте её быстро поймали.

Он какое-то время сверлил её своими красными глазами, словно разглядывая добычу, а затем внезапно пригнулся и выдал:

— Залезай на спину.

(1) 인면어(инмёно). Рыба с таким названием существует и в реальности. Принадлежит она к семейству карповых и является гибридом азиатского и европейского карпа. Форма головы при взгляде спереди напоминает человеческое лицо из-за особенностей строения черепа и расположения глаз. В культуре данный феномен часто вызывает мистический или зловещий интерес, а в некоторых источниках связывается с мифами о гибридных существах. В художественных произведениях инмёно может символизировать искажение природы, границу между человеком и животным или метафору потери человечности.