Цзи Юань придумал хороший способ обмануть Лу Шань Цзиня, но сперва ему нужно было показать, что он прислушался к его словам. Ученики, что уважали своих учителей, всегда с удовольствием принимали похвалу.

«Умение делать логические связи из моего примера и воздержание от убийства показывает, что ты отлично освоил мои учения. Все же, ты, Шань Цзинь, получил свою духовную базу от своих сверстников тигров. Пускай ты и обучен этикету, но это ничего бы не значило без базовых знаний. Ты действительно зришь в суть этого мира, хахах…»

Цзи Юань улыбнулся своим словам.

«Знаток Лу может быть неидеален, но он все еще превосходит остальных в своей сфере.»

Цзи Юань указал на группу воинов, державших расстояние.

«Почему же эти люди отправились в лес охотиться на тигра? Разумеется, причина тому — Лу Шань Цзинь, что погубил многих в этих горах. В отличии от охотников и врачевателей, что ищут только сырье для своих товаров, эта группа пришла чтобы избавить народ от угрозы, а ради своих корыстных целей. В каком-то смысле — Шань Цзинь съел множество людей, и только после этого пришли воины.»

Однако, Цзи Юань резко сменил пластинку.

«Конечно же, все эти оправдания, в конечном счете — просто пустой треп. Если один желает убить меня, я в праве ответить ему тем же. Разве смирение и ожидание собственной кончины, не сделает меня обычным дураком?»

Лу Шань Цзинь, которому стало не по себе от этих слов, кивнул.

«И все же, как я и сказал, эта группа здесь не ради собственной выгоды, а ради правосудия. Они знали, что тигры обитают и в других горах, но пришли именно сюда. Как думаешь, много ли таких людей в мире?»

Свирепый зверь нахмурился, затем ответил, его голос полный уважения:

«Таких людей должно быть немного, сэр!»

Цзи Юань улыбнулся.

«Такие люди как Ян Фэй, Лу Нингуан, Лу Ченфэнь и остальные, являются юными дарованиями этого мира, что хранят честь и добродетель в своих сердцах. Да, они могут быть заносчивы, ввиду своей юности, но до тех пор, пока они следуют верному пути, они принесут огромную пользу этому миру. Ты в праве убить их, но тогда мир лишиться столь благородных сердец.»

Тигриный дух молчал. Цзи Юань боялся, что он может о чем-то догадаться, а потому поспешил добавить, в насмешливом тоне:

«У меня есть к тебе интересное предложение, Шань Цзинь, не сделаешь мне одолжение?»

«Пожалуйста, сэр!»

Поспешно ответил Лу Шань Цзинь.

«Их дух благороден сейчас, но это может измениться. Даже сейчас, в их голове присутствуют мысли о быстрой славе, но какой же юный воин не мечтает о подобном? Король Тигров, ты можешь стать свидетелем, раз уж ты ровесник некоторым из этих людей по времени, проведенном в этом мире. Если кто-то из них решит обратиться во зло, и сеять раздор, ты можешь свершить правосудие. Тогда, решишь ты обезглавить их, или пожрать, небеса все равно будут благосклонны к тебе. А если кому-то из них и суждено стать избранным героем, то твое милосердие смоет все грехи прошлого, а сам ты, будешь награжден благословением небес! Доброе сердце — чистый дух!»

«РГХАА-!»

Лу Шань Цзиня воодушевили эти слова, его глаза заблестели демонической аурой, а сам он, не смог сдержать низкий рык возбуждения.

Он понял скрытый замысел мистера Джи. У него, Лу Шань Цзиня, есть потенциал вознестись!

Как иначе бы он мог идти среди людей, дабы сохранить свое обещание?

А пока что, он раздумывал над словами Цзи Юаня: «Практика и культивация сродни моральным устоям: чистый разум и здоровое тело являются фундаментом культивации.» Он открыл себе новый горизонт учений мистера Джи: «Путь Небес в отпущении лишнего, обретая баланс там, где его не хватает; Путь Человека в дополнении недостатков близкого своего, компенсируя излишки.»

Цель мистера Джи состояла не в спасении девятерых, а в раскрытие его потенциала!

«Спасибо вам огромное, мистер Джи!»

Возгласил тигр, разворачиваясь к группе, возвращая многих в чувства.

«Мистер Джи, я, Лу Шань Цзинь, подчинюсь вашему наставлению. Нужно ли мне сопроводить их с горы?»

«Нет, нет, нет! Мы сами способны спуститься!»

Воскликнул Лу Ченфэнь и остальные. Хотя они уже догадались, что тигр их не съест, никто не осмеливался подходить к нему.

Цзи Юань тоже хотел спуститься.

«В твоих интересах будет отпустить их, мир полон предрассудков о монстрах, Лу Шань Цзинь. Тебе стоит вернуться в горы и продолжить тренировки.»

Теперь, когда его разум чист, и ему не терпелось приступить к практике, он хотел остаться, дабы отдать честь Цзи Юаню. Но тот сам наставил тому идти практиковаться, мистер Джи действительно богоподобен.

Вместо того чтобы тут же распрощаться, в голове тигра возникла мысль, и он вновь заговорил:

«Сегодня мистер Джи подарил мне просветление, но мне нечего предложить, помимо сохранения жизни этих людей. В таком случае я предложу услугу этим воинам.

Тигр приблизился к группе, он окинул их взглядом, прекрасно замечая их пробирающий страх. Он по-человечески улыбнулся, и заговорил:

«Сегодня, как вы спуститесь с горы, можете рассказать всем, что вы справились со своей миссией. С этого момента, прохожим больше не нужно бояться быть съеденным тигром с горы Ню Куй.»

После своих слов он сплюнул кусок кожи белого тигра, заляпанный кровью, будто его только что освежевали.

Лу Шань Цзинь развернулся к храму, махнув лапой в прощальном жесте.

«Мистер Джи, этот ученик собирается уходить!»

Когда ответа не последовало, тигриный дух тут же отправился восвояси. Он двигался столь быстро, что можно было заметить только его после-образы.

После того как след тигра простыл, люди, включая Цзи Юаня, наконец свалились на землю без сил.

Кто-то был рад что его блеф сработал, пока другие были рады увидеть завтрашний день.

Но радость продлилась не долго, Цзи Юань почувствовал, как через его руку проходит ток, а тело берет дрожь. Подняв руку, он увидел электрический разряд, текущий вдоль его руки. В трансе ему мерещились силуэты между его пальцами, похожие на шахматные фигуры. Все тело Цзи Юаня вздрогнуло.

Когда он пришел в себя, все это казалось иллюзией. Он снова осмотрел свою руку, но не нашел доказательств произошедшего.

…

После небольшого отдыха люди снаружи храма, вновь полные сил, зашли в храм, с намерением поблагодарить мастера, что походил на бедняка. Это вернуло Цзи Юаня в реальность.

Огонь уже затихал, оставляя только тлеющие угли. Пять человек, что все еще могли стоять, поклонились. Раненые тоже поблагодарили его как могли.

И все же, им стоило поторапливаться и оказать медицинскую помощь, потому, Лу Ченфэнь робко спросил:

«Благодарю за спасение, мистер Джи. Я сожалею, что не прислушался к вам раньше, я запомню вашу доброту! Однако, наши компаньоны серьезно ранены, и мы не можем остаться в горах ни минуты дольше. Желаете ли вы спуститься с нами, сэр?»

К счастью, он все еще помнил свое обещание, и ему не нужно было напоминать ему. Конечно же, Цзи Юань согласился.

«Я болен; если это не проблема, я последую за вами.»

Какие же это может быть проблема, когда эти люди были так рады его присоединению?

Будь то юные герои что спаслись из пасти смерти, или мастер Цзи Юань, никто не осмеливался задерживаться в этих горах. Они потушили костер и тут же отправились в путь.

В конце концов, все кроме Цзи Юаня были закалены боевыми искусствами, и не боялись темной дороги.

Произошедшее этой ночью оставило след в разуме Лу Ченфэня, Ян Фэя, и остальных воинов. Узрев мощь сильных мира сего, их сердце трепетало от ужаса и восторга.

Они привыкли думать о себе как о героях, но похоже теперь, они будут более осторожны.

Четверо несли своих раненых товарищей, а Лу Ченфэнь нес на себе Цзи Юаня. Ветер дул им навстречу, пока они в спешке направлялись в город Нарцисс.