Глава 2. Мне кажется, это не настоящий Папа.

Нарангад, столица страны.

Это крупнейший центр сельскохозяйственной торговли, известный во всем мире как «Изумрудный город». Как страна, основным экономическим источником которой является агропромышленный комплекс, Республика Сильджая не полагается на простое выращивание растений и селекцию, а посредством создания кооперативов интегрирует децентрализованные семейные фермерские хозяйства во всю производственную цепочку для достижения крупномасштабного разделения труда и промышленного производства. В отличие от моего мира, здесь фермерство – синоним богатства.

Нарангад, одна из четырех королевских столиц человечества, неописуемо процветает и разительно отличаясь от маленькой деревушки, где я когда-то остановился. Искусно построенные здания тесно прилегают друг к другу, бесчисленные улицы переплетаются в сложный узор, а прохожие в большинстве своём ярко одеты.

Собор Святой Марии, главный кафедральный собор Святой Церкви в Сильджае, по праву располагается в самом оживленном районе Нарангада. Уже наступил полдень, и кареты бесшумно проезжали по шумным улицам и рыночным площадям, медленно останавливаясь перед величественным зданием в стиле барокко.

Собор Святой Марии, построенный шесть веков назад, является одним из старейших соборов в истории человечества.

– Проснись, мы приехали.

Никакой реакции.

– Просыпайся!

Во сне я почувствовал лёгкий толчок и неохотно открыл глаза. Лицо Карлоса с его густой щетиной постепенно прояснилось.

Я нахмурился и с некоторым раздражением оттолкнул его.

Длительное путешествие было очень утомительным. В последнее время, чтобы успеть в срок, я часто спал в карете, и мой биологический ритм сбился. Прошлой ночью я почти не сомкнул глаз и только под утро смог заснуть. Поэтому, когда меня разбудили, я, естественно, был недоволен.

– Где это мы? – потянувшись и зевнув спросил я.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сознание вернулось ко мне.

– Собор Святой Марии, мы на месте.

– А, ну ладно.

По какой-то причине я внезапно почувствовал прилив нервозности.

По пути Карлос рассказал мне о многом, в том числе о том, насколько враждебна Святая Церковь к Безднам. Это было сродни ненависти к убийце отца, особенно в последние годы, когда монстры из бездны стали появляться всё чаще. Благодаря разведывательной сети Святой Церкви, в большинстве случаев удавалось заранее обнаружить признаки появления, эвакуировать население до начала боя, разработать стратегию и принять все необходимые меры, чтобы минимизировать потери, как это было в момент моего появления. Однако существовали и некоторые особые бездны, которые появлялись внезапно, без каких-либо предупреждений, совершенно непредсказуемо. В таких случаях, если их вовремя не остановить, монстры пожирают огромное количество жизней и становятся невероятно могущественными.

Эта сила была подавляющей, вызывающей трепет хаоса. Без вмешательства трёх или более Папских рыцарей, человечество не имело бы никакой возможности дать отпор.

Карлос рассказал мне, что последний раз подобное случалось два года назад в Империи Варрен, и это была самая кровопролитная битва с Бездной в истории. Монстр по имени Чревоугодие, несущий чёрные вихри, заслоняющие небо, за несколько дней уничтожил три больших города, и десятки тысяч подданных империи обратились в пепел. Бесчисленные рыцари Церкви и архиепископы были бессильны перед лицом этой стихийной катастрофы.

В тот раз пять Папских рыцарей самоотверженно сражались при содействии кардинала, и только ценой гибели двух героев удалось убить его за пределами Зимнего города. В противном случае, из четырёх королевских столиц человечества осталось бы только три.

Но сейчас я, будучи таким же монстром из Бездны, оказался в одном из главных соборов Святой Церкви.

Если это правда ловушка, меня схватят, привяжут к кресту и сожгут заживо? Я ужаснулся от такой мысли.

– Эй, ты чего застыла? Выходи.

Карлос увидел, что я неподвижно сижу в карете, и подтолкнул меня.

– Каска, я хочу сбежать, ты не против?

– Нет, и, пожалуйста, зови меня Карлос. Спасибо.

Карлос вытащил меня из кареты.

– Не волнуйся, пока я рядом, с тобой всё будет в порядке. Идём.

Глядя на массивное здание передо мной, окружённое аурой святости и неприкосновенного величия, я почувствовала лёгкий страх и нерешительно последовал за Карлосом.

– Уважаемый господин Карлос, я очень рад Вас видеть.

Как только мы подошли до ступенек, нас встретили два монаха в чёрных рясах. Казалось, они уже давно стояли у дверей. Фасон одеяния показался мне знакомым, он был поразительное похож на одежду старика. Моё сердце сжалось, вспомнив тот страх, который я испытывал под властью Золотого Колокола.

Один из монахов заметил, что я иду за Карлосом, и уже собирался спросить, кто я. Но в тот момент, когда наши взгляды встретились, его лицо вдруг залилось краской.

– Как... очаровательно...

Он дрожал, пытаясь сдержать улыбку. С трудом вымолвив два слова, он наконец расплылся в улыбке.

Я недовольно нахмурился.

Они что, смотрят на меня свысока?

Что тут смешного? Меня ждёт приём на самом высоком уровне, а они смеются надо мной? Неужели это свойственно всем монахам Святой Церкви?

– Эм, кхм, господин Карлос, эта прекрасная леди, кхм...

Другой монах, видя, что ситуация ухудшается, тут же вмешался, чтобы смягчить ситуацию, но не смог удержаться от смеха, и его речь была прерывистой и бессвязной.

– Она – почётная гостья Его Святейшества Папы, с ней нельзя обращаться неуважительно, — спокойно произнёс Карлос, не глядя ни на кого из присутствующих, словно ничего не замечая.

– Да, вы двое, кхм, прошу за мной. Его Святейшество уже давно ждёт вас.

С трудом закончив говорить, оба монаха, будто боясь снова взглянуть на меня, быстро отвернулись и повели нас в главный зал собора.

Интерьер церкви был великолепен: изысканная каменная кладка, выдержанная в веках, окутывала нас тяжёлым ощущением времени. Несколько массивных фресок украшали элегантные стены, создавая неповторимую атмосферу искусства. Золотой крест, возвышающийся под сводами, купающийся в солнечном свете, льющемся сквозь стрельчатые окна, и казался поистине священным.

Я чувствовал себя так, словно попал в картину, но совершенно не мог насладиться этим зрелищем. Всё моё внимание было приковано к посмеивающимся передо мной монахам.

– Какарот, над чем они смеются?

– Хм? Может, они считают тебя очень милой, — небрежно ответил Карлос, но его неубедительное объяснение не развеяло моих сомнений.

Неужели я испачкался?

Я тут же опустил голову и осмотрел себя. Моё изящное платье с оборками было чистым и опрятным. Ничего необычного я не обнаружил.

Идиоты.

Монах провёл нас на третий этаж, остановился у изящной резной деревянной двери в глубине и тихонько постучал.

– Ваше Святейшество, господин Карлос прибыл.

Затем он отвернулся и стал тихо ждать. Через мгновение из-за двери раздался ленивый голос.

– О, пожалуйста, пригласите его.

– Господин Карлос, Папа внутри. Пожалуйста, входите.

Карлос бесцеремонно распахнул дверь. Я глубоко вздохнул и, шаркая ногами, вошёл в комнату.

Тёплый солнечный свет хлынул в комнату. Я прищурился и увидел большую, роскошную кровать.

По моим меркам, на ней могли бы поместиться десять человек. Но сейчас на ней сидел молодой человек с растрепанными волосами и неопрятным видом.

– Йоу, Ваше Святейшество, давно не виделись, – непринужденно поздоровался Карлос.

Что? Ваше Святейшество?

Я растерянно огляделся. В комнате, кроме сидящей на кровати фигуры, никого больше не было. Где же Папа?

– Ха-а-а… Карлос, перестань играться. Здесь никого нет.

Фигура почесала свои взъерошенные светлые волосы, зевнула, а затем поковыряла мизинцем в ухе.

????????????

Этот человек – Папа?!

Что за шутки! Разве Папа не должен быть седовласым стариком, который медленно говорит, выглядит собранным и непринужденным во всем, излучая ауру мудреца?

Это совсем не то, что я ожидал!

Я начал внимательно разглядывать фигуру. Светлые волосы, голубые глаза, чёткие, сильные черты лица, и настолько красивый, что казался немного женственным. Он выглядел даже моложе Карлоса.

Он выглядел так, будто только что проснулся, и на нем всё ещё была пижама!

И этот парень – Папа этого мира? Здесь что, снимают дораму про идолов? О чём думают прихожане Святой Церкви?

Это будет трудно принять.

– Садись, чего ты стоишь?

Мужчина на кровати махнул рукой, не собираясь вставать, демонстрируя полное безразличие, мол, располагайся, как хочешь.

Но в твоей комнате, кроме одной большой кровати, ничего не было, даже стул не поставили. Куда садиться? Неужели на кровать? Сам Папа, истинный правитель человечества, принимает гостей в таком виде?

– Ах, ничего страшного. Мы просто постоим, – быстро ответил Карлос, вероятно, чувствуя себя очень неловко.

– Как хочешь. Так зачем... ты пришёл ко мне?

Блондин с сонным взглядом вопросительно посмотрел на Карлоса.

– Веди себя прилично.

Карлос был немного обескуражен.

– Ха, шучу-шучу. Я только что проснулся, и у меня в голове всё ещё немного сумбурно… Хм, а ты кто?..

Как будто только что заметив меня, блондин поднял ленивые веки и медленно взглянул на меня.

Я уже собирался ответить, но…

– Пфф, ха-ха-ха! – Мужчина, похожий на Папу, внезапно разразился смехом, хватаясь за живот и колотя по кровати, и сказал Карлосу: – Карлос, что ты делаешь? Ты привёл её сюда, чтобы разбудить меня смехом? Ха-ха-ха!

Он начал кататься по кровати, совершенно не в силах остановиться.

Карлос пожал плечами.

– Хватит смеяться, давай перейдём к нашему делу.

– Ха-ха! Нет! Ты так разрисовал её и не даёшь мне смеяться, это же просто издевательство! Это уже слишком. Ха-ха-ха…

Разрисовал лицо?

Я тут же протёр лицо рукой, и ладонь мгновенно почернела. В замешательстве я протёр его ещё раз, и теперь обе руки стали чёрными как смоль.

Я поднёс руки к носу и понюхал.

Чернила?

В одно мгновение всё стало ясно.

Моя грудь начала сильно вздыматься, и я почувствовал, что скрежещу зубами. Я сердито посмотрел на Карлоса, стоящего рядом с невинным выражением на лице.

Злой.

Злой, злой, злой, злой! Как же я зол!

– Карлос! – Я набросился на него, как разъярённый котёнок, с оскалом и вытянутыми когтями, и попытался ударить его по лицу.

– Нет, послушай, я сейчас всё тебе объясню!