Глава 26. Воры.

– Пейпей, зачем тебе оружие? Это очень опасно.

На лице Пагоса отражалась недоумение, и он не сводил с меня глаз.

Под пристальным взглядом такого огромного человека мне стало немного не по себе, особенно учитывая, насколько он был раздражающим. Поэтому я решил проигнорировать его и повернулся к герцогу.

– Что такое Лунное оружие?

Герцог слегка улыбнулся, но прежде чем он успел ответить, Пагос перебил его.

– Позволь, я расскажу тебе, Лунное оружие – это оружие, созданное с использованием лунного кристалла в качестве основного материала. Звучит как бессмыслица, ха-ха-ха! В любом случае, лунные кристаллы очень редки, и их очень трудно добыть. Процесс производства также очень сложен, и требования к мастерам очень высоки. Поэтому за последние сто лет мастерская изготовила всего двенадцать таких орудий, и они называются «Двенадцать Лунных орудий».

Понимаю. Это означает, что эта вещь очень мощная и редкая, и является высшим шедевром Центральной мастерской.

Простого объяснения было бы достаточно. Зачем говорить столько лишнего?

– Пагос, где ты положил чертежи и карандаши... У тебя тут такой беспорядок. Парсифаль, сходи на склад и найди кого-нибудь, кто принесёт немного высококачественной стали и драконьих костей.

– Нет, Скаллигер, зачем мы, ик, должны делать оружие для Пейпей? Ты хочешь, чтобы она вступила в армию Замка Шантель и стала Охотником мастерской? Не смеши меня…

– Да, старик. Я давно хотел спросить, зачем делать оружие для Пейпей? Это очень странно.

– Она же всего лишь маленькая девочка. Ей бы по-хорошему выйти замуж и родить ребенка, зачем вся эта суета?

У меня глаза округлились от последней фразы.

Что? Ты хочешь, чтобы я родил ребёнка?!

Почему бы тебе самому не родить хотя бы одного?

Чем дольше я смотрел на этого красноносого, крепкого мужчину, тем сильнее он мне не нравился. Я свирепо посмотрел на него и сказал: – Если ты ещё раз такое скажешь, я выдеру тебе оставшиеся волосы.

Пагос тут же принял невинный вид.

– А что я сказал не так?

– Просто, ты мне противен.

Герцог окончательно потерял терпение.

– Она – Папский рыцарь.

– …

– ...

После этих слов повисла тишина.

Через несколько секунд оба недоумённо уставились на меня.

– Что? Почему? Невозможно!

– Скаллигер, кажется, у меня что-то с ушами. Ты сказал, Пейпей… ик, кто?

– Старик, ты шутишь? Как Пейпей может быть Папским рыцарем? Неужели она даже мёртвых не боится? Это же бессмыслица. Как такое возможно…– пробормотал Парсифаль: – Папские рыцари – герои! Ты шутишь…

– Подробности я расскажу позже. А теперь все за работу.

– Ох…– ошеломлённо ответил Парсифаль. Он подошёл к двери и обернулся: – Пейпей, ты и правда Папский рыцарь?..

– Да, – кивнул я.

Видя, что они всё ещё не могут поверить, я вдруг почувствовала какое-то раздражение.

Что не так?

Вы думаете, что, если я ниже вас ростом, я не могу быть Папским рыцарем?

Я Папский рыцарь и ел ваш рис*! (Примечание: фраза «я ел твой рис» используется в ответ на замечание или насмешку над чьим-то низким образованием, маленькой зарплатой, некомпетентностью, отсутствием партнёра, низким ростом, полнотой или некрасивостью, и имеет схожесть с фразой «А тебе какое до этого дело?)

– Ик, похоже на правду.

– Чего ты там застыл? Быстрее! – герцог одним словом вывел из ступора Парсифаля, и тот пулей вылетел за дверь.

Пф.

Я закатил глаза, потом почувствовал, что стоять так утомительно и буду выглядеть, как дурак, и медленно подошёл к столу, пнул ногой несколько пустых бутылок под ногами, приподнял подол юбки, чтобы он не мешал, и сел на стул.

– Да, отдохни немного, – сказал мне герцог, а затем похлопал Пагоса по плечу: – Не тормози. Дай мне чертёж и карандаш.

– Хорошо, они вон там, в ящике. Ха-ха-ха! Тринадцатое Лунное оружие, подожди, пока Пагос не создаст тебя!

Он казался беззаботным человеком, типичный пример «чем больше мышцы, тем меньше мозг».

Я лениво размышлял, открывая бумажный пакет и доставая десерт, наслаждаясь тающей во рту сладостью, наблюдая, как герцог и Пагос раскладывают чертежи и что-то чертят на рабочем столе напротив меня, изредка перешёптываясь.

Через некоторое время Пагос вытащил чёрный камень из запечатанной коробки позади него.

– Он слишком мал, и в нём есть примеси...

– Боюсь, больших больше нет. Если одного не хватит, придётся что-то переплавить. Примеси не имеют значения, их можно удалить.

– Итак, сколько лунных кристаллов осталось?

– Их должно хватить, но это, вероятно, будет последнее Лунное оружие. Лезвие косы слишком большое, и запасы скоро закончатся...

– …

Похоже, дальше мне здесь делать нечего. Мне вдруг стало скучно.

Надо было пойти в приход с Карлосом. Там, кажется, интереснее, чем здесь. Может быть, мне удастся найти что-нибудь вкусненькое по дороге.

Я помню, когда он уходил, он сказал, что отправляется в подземную тюрьму... Интересно, что случилось с торговцами, которых поймали.

Я не знаю, есть ли среди них язычники, но те, кто продавал полевой цветок, точно есть.

Я зевнул и склонился над столом, подперев голову руками.

Я не выспался прошлой ночью, и меня начинало клонить в сон.

Глядя на двух людей, сосредоточенно работающих передо мной, мои веки начали слипаться. Через некоторое время мне показалось, что вернулся Парсифаль... Он, казалось, помогал им, и выглядел очень серьёзным...

Тринадцатое Лунное оружие, Хитрое Оружие. Как это будет выглядеть в итоге?

Я погрузился в раздумья и не заметил, как уснул.

...........

В дрёме я услышал незнакомый голос.

– Господин герцог, мы поймали воров, пытавшихся украсть оружие.

– Воры? Кто осмелился воровать из Центральной мастерской? Разве они не знают, что будут наказаны за государственную измену?

– Господин Пагос, это дети.

– Чьи это такие наглые дети?

– Похоже, они сбежали из приюта.

– Господин герцог, что нам с ними делать?

– Дети из приюта... Приведите их сюда.

– Есть.

Что случилось? Кто-то что-то украл?

Я медленно открыл глаза.

Я понял, что у меня в руке всё ещё половина десерта. Я проглотил его в два-три укуса, затем оглянулся с ошеломлённым видом как раз вовремя, чтобы увидеть, как уходят двое Охотников мастерской.

– Что случилось? – спросил я ещё хриплым ото сна голосом и потёр глаза.

– Эй, малютка Пейпей, ты проснулась!

– Кто-то что-то украл?

– Да, несколько воров пытались украсть оружие, но их уже поймали, – ответил герцог, не поднимая глаз, продолжая изучать чертеж вместе с Пагосом.

– Если мы используем здесь металлические заклёпки, это повлияет на плавность выброса?

– Нет, это увеличит нанесённый урон... Парсифаль, дай мне линейку.

Я потянулся, встал, подошёл к рабочему столу и наклонил голову.

На столе уже лежит несколько густо раскрашенных чертежей.

Я долго щурился, но ничего не мог понять, кроме того, что это были прототипы косы.

– Сколько времени это займёт?

– Проект можно завершить сегодня вечером. Поскольку производственный процесс состоит из множества этапов, так что это займёт довольно много времени. Если всё пойдёт хорошо... это займёт, примерно два месяца.

– О-о-о.

Это займёт так много времени.

Я был подавлен и не знал, как долго они здесь пробудут. Я хотел найти предлог, чтобы уйти, но мне было неловко. В конце концов, все были заняты работой над моим оружием.

В этот момент из-за двери до меня постепенно донёсся детский плач.

– Отпустите меня! Чёрт! Отпустите!

– У-у-у... Мне страшно...

Я нахмурился и посмотрел на дверь. Я увидел нескольких детей со связанными за спиной руками, которых вели Охотники.

Большинство детей выглядели испуганными и не осмеливались дёргаться. Оказавшись внутри, они послушно опустились на колени. Только один мальчик сопротивлялся, пытаясь освободиться от пут. Охотник, державший его, тоже был весьма вспыльчив. Видя непокорность мальчика, он повалил его на землю.

– Веди себя тихо!

Мальчик упал лицом вниз, его глаза были полны негодования, а лицо исказилось от гнева.

– Эй, ты смеешь пялиться на меня, у тебя вспыльчивый характер.

Охотник поднял ногу, намереваясь ударить его по лицу.

– Валлар! – крикнул герцог, и Охотник по имени Валлар убрал ногу.

– Пусть они встанут, – герцог встал и взглянул на детей: – Скажите мне, почему вы решили ограбить Центральную мастерскую.

В основном, среди пленных были подростки, которые не выдержали натиска герцога, и сразу же заплакали громче.

– П-Пощадите! Мы здесь не для того, чтобы воровать…

– Вы схватили не тех, не тех… у-у-у…

– Не плачь! Чем больше ты плачешь, тем больше они будут радоваться!

– Ва-а-а… я была не права. Не убивайте меня…

Среди них была девочка лет одиннадцати-двенадцати, и именно она сейчас плакала громче всех. Её лицо, похожее на испачканного котенка, было полно страха.

Я достал из бумажного пакета два пирожных, подумал и убрал одно обратно. Затем подошёл к девочке и протянул ей одно.

– Возьми, оно очень вкусное.

Девочка, вероятно, была голодна и, почувствовав аромат еды, тут же перестала плакать.

– Сестрёнка... у-у-у... – она протянула маленькую ручку, но тут же отдернула её обратно, с нерешительностью во взгляде, словно хотела взять, но боялась.

Я схватил её за тонкое запястье и вложил десерт ей в ладонь.

– Ешь.

– Ха-ха-ха! Пейпей, ты всё такая же милая!

Громкий голос Пагоса снова раздался за моей спиной. Я нахмурился и проигнорировал его, но краем глаза заметил удивление на лице Охотника по имени Валар.

– Пейпей? Ты...

Судя по его виду, он, казалось, тоже знал Пейло, но я не испытываю сочувствия к тем, кто пытается ударить ребёнка по лицу, поэтому проигнорировал его. Я просто смотрел на девочку, которая с аппетитом ела, и, слегка склонив голову, спросил: – Вкусно?

– Угу, – серьёзно кивнула девочка и добавила: – Сестрёнка, ты такая красивая.

Я мило улыбнулся ей:

– Ладно, перестань плакать.

Рядом раздался голос герцога. Он подошёл к единственному мальчику, который не плакал.

– Расскажи мне, что происходит.