Чжио смотрела на него.

Помолчав, Бом с выдержанным спокойствием убрал руку. Затем, небрежно отстранившись, принял обычный, спокойный вид. Достал из внутреннего кармана магическую сигарету, закурил — и в тот миг снова стал тем самым невозмутимым Бомом.

— ...Хранители — народ привередливый в плане встреч. В основном они существуют за пределами людских границ и редко покидают свои владения.

— Э? Но ведь ты же сам сказал, что с ними можно связаться.

— Есть один со своеобразными предпочтениями, который любит человеческий мир. Я слышал, что по какой-то причине он покинул свои владения и сейчас находится в Нью-Йорке.

Это была редкая возможность. Большинство Хранителей обитают на крайних границах смертного мира.

— Хмм, судя по тому, что вы знакомы… вы, получается, похожие существа?

Трансцендентные сущности.

Такие, как «Повелитель Призраков» перед ней, чьё самосознание, по легендам, зародилось ещё во времена Трёх царств. Или «Королева Фей», которую видели в Ирландии, или бесчисленные русалки Карибского моря.

Появление Башни стало тем самым поворотом, который вытащил подобных существ из легенд в реальность.

Так что если есть ещё кто-то «похожий», в этом нет ничего удивительного.

— Не знаю. Наше знакомство было чистой случайностью. Хотя теперь, если подумать, возможно, это была и не случайность… — Бом опустил зажигалку «Zippo», которую машинально щёлкал. — Если тебе интересно, лучше спроси его лично. Он, впрочем, к тебе, кажется, благосклонен.

— Ха! А вот я слышала, совсем наоборот.

— Бэк До Хён, значит.

Кхм. Чжио неловко прокашлялась. Ну а что…

— Что, ты думаешь, что вокруг меня никого, кроме этого парня, нет?

— Что сказал регрессор?

— А-а. Что он собирался убить меня!

Ах! Схватившись за свой разболтавшийся язык, Чжио плюхнулась.

«Дворецкий Бэк, прости-и-и-и!»

Но Бом лишь чуть нахмурился и задумался. Выкурил сигарету до конца и негромко сказал:

— Что ж, по моим личным наблюдениям, все они были весьма независимы.

— Гхм…

Значит, у каждого свой путь.

— Их взгляды и убеждения полностью различны. И представить, что все они могли бы вдруг единодушно согласиться в чём-то… трудно. Каким бы ни был тот «мир регрессора».

— …

— Если бы кто-то из них питал к тебе злой умысел, я бы это почувствовал.

Короче говоря, он имел в виду, что можно встретиться с ними.

Чжио лениво ответила:

— А тебе, я смотрю, даже не любопытно, почему кто-то вообще хотел меня убить? И зачем я ищу Хранителей, тоже не спросишь?

Бом, затянувшись и выпустив дым, усмехнулся:

— Должно быть интересно?

Помогу, но не стану мешать.

«Я только помогаю, не перечу. Если ты этого хочешь, я с радостью это сделаю, но, честно говоря, мне всё равно, что происходит с этим миром». — читалось в его взгляде.

Даже стоя здесь, в костюме, в здании, построенном людьми, он выглядел тем, кто человеком не является.

И ведь больше рядом нет Ын Сок Вона, который мог бы его сдерживать.

Чжио вспомнила, как по дороге видела гильдейцев из «Серебряного льва», ставших куда дисциплинированнее после прежних событий… и тут же передумала.

«Ладно. Лишь бы мне не мешали, остальное неважно».

Король великодушен, но только в отношении своего.

Чжио снова растянулась на диване.

Следуя движению её пальцев, дым от сигареты вился, складываясь в некую фигуру.

Женщина с рогатой короной и факелом в руке — статуя Свободы.

— Обязательно, что ли, аж в Нью-Йорк ехать? Ну почему он обязательно должен торчать за океаном, а?

Он, похоже, совсем не думает о том, что она через Тихий океан полетит. Бом усмехнулся.

— Если тебе уж так неохота, можешь встретиться с тем, что поближе. Один ведь есть и в Корее.

…Что?

Чжио мгновенно распахнула глаза.

— Секундочку! Почему ты только сейчас это говоришь?! Мы что, зря собирались в аэропорт? На ровном месте топливо жечь, в стране, где ни капли нефти нет?!

— Просто думал, ты будешь в ужасе.

— Ц-ц! Да за кого ты меня держишь! Я же не какой-то там депутат, чтобы народ по лицам сортировать! Я своих, родных, люблю, ясно?! Ты меня с кем-то путаешь, сто процентов!

— Ну, раз так… — Бом кивнул. — Это хорошо. Храм Вольге всё же ближе и лучше, чем Великая ведьма полярных регионов.

— …А?

— Впрочем, неудобство, скорее, моё. А ты ведь знакома с ним с детства, так что, может, тебе и вправду будет проще. Видимо, я ошибся в оценке.

Нет, постой. Воль- что?

Чжио не поверила своим ушам.

ПТСР из Канвондо, о котором она на время забыла, наслаждаясь безмятежной жизнью имбы, нахлынул на неё.

От подкрадывающегося беспокойства её голос задрожал, как у козлёнка.

— Вол… Вольге? Почему это проклятое и ужасное имя вдруг всплыло здесь?..

— Хм? Разве я тебе не говорил?

«Нет!»

— Первый Будда Востока.

«НЕТ!»

— Настоятель храма Вольге — это Хранитель Востока. Сейчас он носит имя Бохён.

«НЕЕЕЕТ!»

Перед глазами вспыхнули воспоминания о той самой мягкой буддийской улыбке и о том, как она была беспомощной игрушкой в руках этого монаха с Сораксана.

Э-этого, этого я точно не одолею…!

Словно Сунь Укун перед Трипитакой [1], Чжио схватилась за голову.

Промучившись с минуту, она медленно, как зомби, вытянула руку:

— Ну… ладно. Когда вылет в Нью-Йорк?..

Прося, чтобы ей забронировали самый ранний рейс, и чтобы «тот монах» не узнал, что она ищет Хранителя, и так далее.

Бом, листая бумаги на столе, вдруг остановился.

— Хм… сразу не получится. По Нью-Йорку нужно скорректировать расписание. Кстати… ты вообще в университет-то ходишь?

— Э?

К чему вообще сейчас университет?

Он что, всерьёз решил оскорбить её как застарелого трижды абитуриента?!

«Даже если я немного растерялась от одного старого кошмара — это не повод унижать Величайшего Бога Чжио!»

Чжио, ощетинившись, нахмурилась.

— Три секунды даю. Немедленно встань на колени и извинись перед своей госпожой, ты, наглый тигр!

Бом устало вздохнул.

Он предполагал, что она могла забыть, но не думал, что она полностью удалила это из памяти.

— …С ума сойти. Ладно, с прессой разберусь я. А ты — марш в университет.

Чжио моргнула.

— Как я могу пойти в учебное заведение, если я закончила учиться давным-давно? Я сняла школьную форму сто лет назад. Серьёзно, ты что, не в себе? Может, ты, как дворецкий Бэк, тоже внезапно переместился во времени? Послушай, не пугайся, но сейчас 20×× год, понял?

[Ваша Заветная Звезда, «Чтец Судеб», смотрит с жалостью и вслух зачитывает свежую новость.]

[«Хотя на лекциях не появлялась, вклад есть»: вокруг Короля Магов разгорается спор о «льготных оценках». | «Особое отношение естественно — она ведь национальная героиня?» — горячие дебаты о №1.]

«!»

И тут память, словно открывшаяся коробка Пандоры, хлынула лавиной.

Так называемые «Врата Кён Чжио»…!

Корейцы, всегда болезненно воспринимающие тему образования, пришли в неистовство.

После событий «Hello, World» раскрытая личность Кён Чжио стала сенсацией.

Наш национальный №1 — трижды абитуриент?!

«Ха-ха, да вы шутите!»

Нет, что-то здесь не так. Наверняка где-то зарыта тёмная коррупционная тайна!

«Наша госпожа Чжо невиновна! Это ваш университет виноват!»

И понеслось — петиции, расследования, разоблачения.

На форумах разогретая теория заговора молнией распространилась на кампус университета H [2].

Она ведь хотела поступить к нам, но не смогла из-за продажных профессоров!

«Повесить этих предателей! У-у-у!»

И вот уже студенты, обвязав головы повязками, поднялись на протест.

В итоге, в хаосе, раскрылись настоящие случаи коррупции при поступлении детей политиков.

Кто-то ведь говорил, что все пороки в мире связаны, как лианы.

Студенты, вдохновлённые правдой, и профессора с совестью начали массово действовать, выявляя коррупцию не только в университете H, но и в других престижных вузах.

Несколько известных политиков отправились за решётку.

Весна в Корее выдалась жаркой.

… Как бы то ни было, итог один:

(Поздравляем!) Кён Чжио наконец избавилась от статуса «трижды абитуриентки»! (Ура!)

Первая в истории Кореи студентка, зачисленная в университет по «особой программе».

— Похоже, вспомнила, — спокойно произнёс Бом.

А напротив него новоиспечённая студентка (в прошлом — трижды абитуриентка) беззвучно кричала, подобно «Крику» Мунка.

— После того как студенты устроили митинг и ректор на коленях просил прощения, неплохо бы хоть немного помнить об этом, — добавил Бом, доставая письмо. — Вот, читай. Личное письмо от декана. Умоляет прийти. Обещает всё уладить. Читал — чуть не прослезился.

Бежать было некуда.

Тем более что из-за летнего Туториала семестр слегка сдвинулся.

И хотя, казалось бы, интерес публики должен был поутихнуть, внимание всё ещё держалось на высоком уровне.

Так что итог один:

— Иди в университет, Кён Чжио.

Так начался её весёлый летний семестр.

* * *

Примечания:

1. Сунь Укун и Трипитака — герои китайского романа «Путешествие на Запад». Сунь Укун — Царь обезьян, главный герой. Он невероятно сильный, своенравный и вспыльчивый. Трипитака — Монах, его учитель и духовный наставник. Он добрый и милосердный, но строгий. У Трипитаки есть «заклинание обруча», которое он может прочитать, чтобы наказать Сунь Укуна. Когда он его читает, на голове Укуна сжимается золотой обруч, причиняя ему невыносимую головную боль. Это единственный действенный способ усмирить непокорного Укуна.

2. Университет Н — скорее всего, Сеульский Национальный Университет.