– …Леди. Сегодня хорошая погода. Не желаете прогуляться?

Что-то такое сказала Линокис во время обеда.

Прошло три недели с тех пор, как я стала Ниа. Выздоровление идёт полным ходом. И я могу спокойно спать, не просыпаясь от кашля.

Выйти на улицу, да?

Сегодня на окне, из которого я смотрю на пейзаж, задернуты кружевные занавески. Но даже так сквозь них пробивается ослепительный свет.

Должно быть, погода и правда хороша.

…Ммм, прогуляться?

Было бы неплохо, но лучше займусь дзадзэн.

Мои ежедневные усилия окупились, и застой в моей Ки ощутимо уменьшился. Я ощущаю, как чистая Ки наполняет каждый уголок моего тела, и чувствую себя прекрасно.

Если есть мышцы и отличная форма, то обязательно захочется активного телодвижения.

– Нет, я ещё восстанавливаюсь.

Долгие часы дзадзэн с ночи до утра. Завтрак, провожание родителей и сон. А после обеда снова дзадзэн.

В любом случае, я ничего не смогу сделать, пока не разберусь с больным телом. Думаю, после полного выздоровления можно выйти на улицу.

А неплохая идея – устроить для себя праздник по случаю моего выздоровления. Поставлю-ка такую цель.

– Но вам не помешало бы побыть на солнце… Вы уже больше трех месяцев не выходили на улицу. Может, всё же прогуляетесь по саду?

Точно. Солнце.

Не знаю почему, но мне кажется, что солнечный свет каким-то образом полезен для моего тела. Словно сила солнца передается моему телу, точнее, входит в него. Ну, или это просто моё воображение.

Видимо, моя кожа настолько белая, что Линокис беспокоится.

– Ладно, давай немного погуляем.

Линокис обрадовалась за меня и принялась готовить мою одежду и обувь на выход, которые я не надевала уже очень давно… то есть вообще не надевала.

Не, не, не, какая обувь, когда я в инвалидном кресле. Вот тапочки другое дело.

Это ведь наш сад.

Зачем мне менять обувь и одежду? В этом разве есть смысл?

…Я попыталась донести до неё свои мысли, но, похоже, в её голове смена одежды уже окончательное решение.

Особых причин отказываться у меня нет, поэтому ладно. Она поможет мне переодеться. Абсолютно никаких усилий с моей стороны.

Хотелось бы переодеваться самостоятельно. Но пока что выбора нет.

Каждый раз, когда меня спрашивали об одежде, обуви, прическе и украшениях, я чувствовала себя так, будто меня торопят поскорее съесть обед.

Каким-то чудом я быстро закончила с едой и приняла лекарство, после чего меня тут же переодели.

Это было белое платье с множеством кружев и оборок, и с красной лентой в качестве украшения. Туфельки того же цвета, что и лента… Не думаю, что белый подходит, на нём кровь выделяется.

– Что думаете? – спросила она, и показала зеркало в полный рост… Думаю, оно чересчур белое. И что передо мной ребёнок.

Ниа Листон.

Четырехлетняя девочка.

Её тело только недавно начало принимать пищу, и всё ещё истощено. А кожа, не получавшая солнечных лучей, нездорово бледна. Её голубые глаза были бы красивыми, будь тело в меру упитанным, но из-за худобы они выглядели странно большими, словно вот-вот вывалятся из глазниц.

В общем, её тело во многих отношениях несбалансированно.

А ещё, об этом никто не говорит, но у неё длинные пепельные волосы.

У отца светло-русые волосы, а у матери – светло-каштановые.

Оба светлые, но не белые.

Эти тускло-белые волосы, не похожие на волосы родителей… вероятно, это результат того, что её жизненные силы истощились до такой степени, что она оказалась на грани смерти.

По сути, настоящая Ниа сорвалась с края обрыва.

Такое происходит, когда расходуется слишком много магической силы.

Но после использования большого количества магической силы они должны вернуться в норму…. Минуло уже три недели, а признаков возвращения цвета так и не видать. Быть может, он останется таким до конца моих дней.

…Снова задумалась. Жизнь четырехлетнего ребёнка выдалась тяжелой.

Будь у меня возможность, я бы заменила её, но этого не произойдет.

Потому что Ниа больше нет.

– Я Ниа Листон. Мне четыре года, и сейчас я изо всех сил борюсь с болезнью. Моё хобби – принимать лекарства и отдыхать. Моя любимая специя – соль, а любимая приправа – то, что подчеркивает вкус ингредиентов. Моя мечта – съесть стейк размером с кожаный ботинок взрослого человека, приправленный чем-то другим, кроме соли.

…Мм, я хотела произнести это как-то иначе, зато легко выговорила своё имя. Теперь, когда меня попросят представиться, я буду готова.

Я бы не сказала, что вышло оживленно и выразительно, но доля остроумия определенно прослеживается, да и воспитанность показывается. Из особенностей можно выделить только белые волосы… Думаю, такой образ хорошо подходит этой девушке.

– А, может, включить что-нибудь милое, свойственное для детей, наподобие «когда вырасту выйду замуж за папу»? Пап же радует подобное?

– ……

– Как думаешь? Стоит ли?

Вместо того, чтобы ответить на мои вопросы, Линокис лишь криво улыбнулась, после чего взяла меня на руки. Она понесла меня вниз по лестнице, по дороге окликнув мимо проходящую горничную и попросив её спустить инвалидное кресло на первый этаж.

– Решили выйти на прогулку?

На первом этаже я столкнулась со старым дворецким Джейсом. Даже если вопрос был адресован мне, я не могла ответить. Ведь меня просто тащат с собой. Ко всем вопросам прогулки – к Линокис.

Джейс открыл входную дверь, и Линокис выкатила меня в сад.

…Я закрываю глаза от солнечного света, который омывает всё моё тело.

Солнце и свежий воздух здорово оживляют организм, который не был на улице уже пару месяцев. Что ж, скоро привыкну. Хотя уже привыкла.

Солнечный свет теплый, а ветер, ласкающий кожу, чутка холодный. Слышала, сейчас благоприятное время года, но видимо сегодня ветрено.

Перед нами прекрасный ухоженный сад.

….Да, он простирается. Бесконечно….

– А сад очень велик.

– Конечно, ведь это собственность аристократа четвертого ранга.

А? Четвертого?

– Четвертого ранга?

– Ох, вы разве не в курсе?

– Верно. Мне всего четыре года. Я кое-что знаю, но всё ещё многое не ведающее дитя. Разве не жестоко обвинять четырехлетнего ребёнка в невежестве?

– Не думаю, что это ответ четырехлетнего ребёнка…

Пока мы медленно прогуливались по саду, Линокис провела для меня урок.

Прежде всего, эта страна является монархией, в который король занимает первый ранг, а те, кто ниже, – остальные ранги вплоть до пятнадцатого.

С пятнадцатого по двенадцатый ранги – простолюдины, а одиннадцатый и выше – аристократы… дворяне. Их можно называть и так, но это термин для иностранных систем, поэтому в нашей стране они называются аристократами.

Судя по объяснению, семья Листон – аристократы четвертого ранга, сверху.

– А это имеет смысл…

Бескрайний сад, огромный особняк.

Состоятельные родители, много слуг таких как Линокис и Джейс. Ещё и садовники. Трое, насколько я вижу.

Достаточно лекарств для ребёнка, прикованного к постели… и есть деньги и власть, чтобы привлечь подозрительного мага, призвавшего меня.

Если это богатые аристократы, тогда всё логично.

– И насколько хорош этот четвертый ранг? В аристократических кругах.

– Я мало что знаю об этом, поскольку являюсь простолюдинкой, но четвертый ранг входит в десятку влиятельных семей страны. Довольно впечатляюще, не так ли? Более того, семья Листон уже на протяжении нескольких поколений управляет этим и ближайшими парящими островами. Всего их семнадцать.

М-да.

Входит в десятку влиятельных семей, говоришь.

Тогда это одна из наиболее могущественных.

И да.

– Что такое парящий остров?

В этой истории много интересных слов.

Честно сказать, меня больше увлек разговор, нежели прогулка.