Ритмичный стук клавиш эхом разносился по тихому офису. Начало апреля, в воздухе еще чувствовалась лёгкая прохлада уходящей зимы. В тот вечер я был полностью погружен в работу.

Я бросил взгляд на настенные часы. Уже перевалило за восемь вечера. Большинство сотрудников давно разошлись по домам, и лишь немногие, включая меня, остались засиживаться допоздна.

Я вздохнул, продолжая набирать строчки кода.

— Эх… Если удастся уйти к девяти часам, это будет просто замечательно.

— Хорошая работа, Юя-кун.

— Ой!

Внезапно я почувствовал тёплое прикосновение к затылку, а следом — женский голос. От неожиданности я дернулся всем телом.

Я быстро обернулся.

Как и ожидалось, это была моя начальница, Чизуру Цукиширо, с озорной ухмылкой и банкой кофе в руке.

— Чизуру-сан! Не пугай меня так!

— Хе-хе, но ты так забавно реагируешь, я не могу удержаться, чтобы не подразнить тебя.

Чизуру с ухмылкой протянула мне банку кофе.

— Вот, взбодрись немного.

— Спасибо… Но, правда, такие шуточки прибереги для своего парня.

— Ха? У меня его нет.

Её острые глаза стали ещё острее.

Чёрт. Разговоры о личной жизни или возрасте были запретной темой для Чизуру.

— Юя-кун, почему я не могу найти идеального мужчину?

— Это… довольно сложный вопрос. Но, чисто из любопытства, какой он, твой идеальный мужчина?

— Разве не очевидно? Красивее меня и чтобы мог перепить меня.

— …Звучит как весьма суровое требование.

Чизуру была заядлым любителем выпить. Я никогда не встречал того, кто мог бы обогнать её в этом. День, когда она найдёт своего «идеального мужчину», казался далёким.

— Хмпф. Мир заслуживает погибнуть, если не способен разглядеть моё обаяние.

Она мрачно пробормотала это и одним глотком осушила свою банку кофе. Я вздохнул и сделал глоток из своей.

Чизуру была моей начальницей. Несмотря на внешность, она невероятно поддерживала меня и заботилась обо мне с самого моего прихода в компанию. У неё были красивые чёрные волосы, умный взгляд и фигура, как у модели. У неё было полно качеств, которые должны были сделать её популярной, но парня у неё не было. Наверное, дело в том, что она пила как не в себя и обладала… сложным характером.

— Кстати, Юя-кун, у тебя галстук криво висит.

— А? Ой, извини, не хотел выглядеть неряшливо.

Я поспешно поправил галстук, а Чизуру хихикнула.

— Не переживай, я не ругаю. Просто следи, чтобы он был ровным, когда встречаешься с клиентами.

— Да… Спасибо за кофе, это очень выручает. У меня еще работы полно.

— Эх… Ты всё ещё работаешь? Может, пора домой?

— Хотел бы, но надо проверить, как дела у команды…

Работа системного инженера — это не только проектирование систем. Управление расписанием всей команды — тоже важная часть. В зависимости от проекта и его прогресса мне часто приходится вмешиваться и помогать программистам. По крайней мере, я так работаю.

— Ты всегда заботишься о других, пока работаешь. Поэтому я так высоко тебя ценю… Но в последнее время ты, кажется, совсем не заботишься о себе.

— О себе?

— Да. Когда ты только начал, у тебя было лицо яркого, энергичного парня. А теперь ты выглядишь измотанным от переработок… как уставший старый клерк.

Её забота заставила меня задуматься. Я так сосредоточился на поддержке других, что перестал обращать внимание на себя.

Неужели я правда выгляжу таким измождённым? Хотя называть меня стариком — это уж слишком… Мне всего 24…

Погружённый в жалость к себе, я вдруг почувствовал лёгкое похлопывание по плечу. Чизуру мягко улыбнулась.

— Ну… Если работа станет слишком тяжелой, ты всегда можешь положиться на меня. Я ведь твой босс, в конце концов. Поддерживать подчиненных — часть моей работы.

Её добрые слова проникли в мое уставшее сердце.

Вот за такие моменты я уважаю Чизуру. Она действительно внимательно следит за своей командой.

— Спасибо. Если станет совсем невмоготу, я точно обращусь.

— Хорошо. Хотя, может, стоит пересмотреть, как ты подходишь к работе. Тебе ведь сейчас тяжело, правда?

— Это точно…

— Если ты перегоришь от работы, это никому не пойдет на пользу. Не забывай давать себе передышку, ладно?

Махнув рукой, Чизуру сказала: «Ну, я пошла» — и покинула офис. Она была права — я был измотан. Усталость, как ментальная, так и физическая, лишила меня сил даже на домашние дела.В моей квартире воцарился полный беспорядок.

В первый год работы я был таким прилежным в уборке…

Это был мой третий год в компании. С тех пор как я начал участвовать в проектах и получил больше обязанностей, часы переработок неуклонно росли. Усталость накапливалась, и вот я здесь.

— Эх… Пора заканчивать работу.

Пока что нужно было сосредоточиться на текущей задаче. Я допил кофе и вернулся к работе.

♦

В итоге я покинул офис только после девяти вечера.

Поднявшись по лестнице к своей квартире, я открыл дверь комнаты 202, где жил.

— Я дома.

Никто не ответил. Ощутив легкую пустоту, я бросил рабочую сумку на пол.

Я разогрел в микроволновке бэнто из круглосуточного магазина и поставил его на стол рядом с телефоном.

— Пора есть… а?

Телефон завибрировал. На экране высветилось слово «Мама».

— Ох… Точно, она звонила вчера вечером.

Я заметил пропущенный вызов перед сном. Хотел перезвонить во время обеда, но совсем забыл.

Я взял телефон и нажал на экран.

— Алло? Привет, мам. Давно не говорили.

— «Давно»? Я звонила вчера, а ты не ответил!

— Прости, забыл перезвонить.

— Ты стал таким ленивым, как только начал работать. В студенческие годы ты был не таким… Ты вообще нормально живешь? 

— Не могу поверить, что даже ты об этом беспокоишься… Я в порядке. Так что случилось?

— О, точно. Ты помнишь Аой-тян?

— Аой? Конечно, помню.

Услышав это ностальгическое имя, я невольно улыбнулся.

Аой Ширатори. Девочка на восемь лет младше меня, которая жила по соседству. Она всегда липла ко мне, и я часто за ней присматривал.

Последний раз я видел её, когда она была в третьем классе, перед началом нового учебного года в марте.

После того как её семья переехала из-за работы родителей, мы больше не встречались.

— Аой-тян хочет тебя увидеть. Она собирается зайти к тебе в воскресенье.

— Я не против, но это как-то внезапно… Погоди, ты согласилась, даже не проверив мой график?

— Да ладно тебе. Ты же всё равно валяешься дома по выходным, правда?

— Ну… да, это правда.

Спорить было бесполезно. Если не было дедлайнов или срочных дел, мои выходные обычно были свободными.

— Аой-тян теперь во втором классе старшей школы. И представь — её школа прямо рядом с твоей квартирой! Я была так удивлена, когда узнала. Какое совпадение, да?

— Старшая школа… Понятно. Маленькая Аой уже школьница.

Аой всегда была милой, но немного плаксой и неуклюжей. Её часто дразнили мальчишки, она падала и разбивала коленки, а я был рядом, чтобы помочь. Трудно поверить, что та самая Аой теперь в старшей школе… Наверняка она сильно выросла. Я начал с нетерпением ждать нашей встречи.

— Но всё же, это так внезапно. Интересно, зачем она хочет меня видеть?

— Ой, чуть не забыла. У мамы Аой новая работа, так что… Ох, иду! Юя, папа зовёт, мне пора. Спроси подробности у самой Аой. Она будет около часа дня. Позаботьтесь друг о друге, хорошо?

— Погоди, что? Мам!

Но не успел я ничего сказать, как звонок прервался. Я положил телефон на стол, скрестив руки в раздумьях.

Мама начала что-то говорить про маму Аой… Интересно, как это связано с её визитом?

Я думал, она просто хочет навестить меня спустя столько лет… Но, похоже, тут что-то большее.

— Ох, чёрт. Бэнто остывает. Пора есть.

Размышления ни к чему не приведут. Если есть что-то важное, мне сообщат. Я молча съел свой бэнто в пустой квартире.

♦

Прошло несколько дней с того разговора с мамой.

Переработки и без того выматывали, но вчера пришлось выйти на работу в выходной. Клиент внезапно запросил изменения в требованиях, что обернулось типичной проблемой с заказчиком. К счастью, серьёзных правок удалось избежать, но расписание пришлось корректировать. Я вышел в выходной, чтобы начать работу заранее.

Сегодня воскресенье. Компания закрыта, но днём придёт Аой. Отдыхать пока некогда.

Утром я проснулся раньше будильника. До прихода Аой было полно времени.

— Ладно… Надо утром закончить с уборкой и подготовиться к приёму гостей.

Я поворочался в кровати и взглянул на телефон. Полдень.

…Полдень?! Это что, не утро?!

— Неужели… я проспал?

Я отбросил телефон и в панике вскочил с кровати.

Я думал, проснулся раньше будильника, а оказывается, спал как убитый…

Договорились на час дня, а до прихода Аой оставалось меньше часа.

Я оглядел свою двухкомнатную квартиру. Гостиная была завалена мангой и пустыми пластиковыми бутылками. В таком виде гостей принимать нельзя.

Сначала нужно убрать… Быстро закину мангу и бутылки в спальню. Есть ещё одна комната в западном стиле, но я редко её использую, и она относительно чистая по сравнению со спальней. Я планировал убраться после ухода Аой, но сейчас нельзя оставлять беспорядок.

Пропылесосить, протереть пыль — этого хватит на первое время. Надо проверить ванную на всякий случай.

И, конечно, нужно позаботиться об угощении. У меня столько дел…

— Похоже, успею впритык… Погнали!

Я поспешно собрался и бросился убираться.

♦

Время встречи приближалось, но Аой всё не было.

— Фух… Каким-то чудом успел.

В помещении царила чистота, я приобрёл угощения и чай. Я был готов принимать Аой в любой момент. Только я начал раскладывать угощения и чашки, как зазвонил домофон.

— О, она здесь! Иду!

Волнение заколотилось в груди, и я направился к входной двери.

Открыв её, я увидел девушку.

Несмотря на воскресенье, она была в школьной форме: сверху блейзер, снизу клетчатая юбка.

Я узнал эту форму. Её носят школьницы, которых я вижу по дороге на работу. Лицо её выглядело чуть взрослее, но в мягких глазах всё ещё угадывались черты той девочки, которую я знал.

Она широко распахнула глаза и быстро заморгала.

— …Юя Амаэ-кун?

— Ага, это я. Давно не виделись, Аой.

— Давно не виделись, Юя-кун.

Аой прищурилась и мягко улыбнулась.

Эта милая, дружелюбная улыбка… Хотя её аура немного изменилась, это была всё та же Аой.

— Ты так выросла. Тогда ты была совсем малышкой.

Я ещё раз взглянул на Аой, оценивая её.

Теперь она была примерно 160 сантиметров ростом. Черты лица чёткие, с пухлыми губами и полудлинными каштановыми волосами. А скользнув взглядом ниже, я заметил, что даже через форму видна её заметно развитая фигура. Похоже, она повзрослела во всех смыслах.

— Ты тоже изменился, Юя-кун. Выглядишь немного уставшим по сравнению с тем временем, да?

Аой с обеспокоенным видом всмотрелась в моё лицо.

— Уставшим… Серьёзно? Мне уже на работе об этом говорили, и теперь ты туда же? Это ведь не значит, что я старею, правда?

Я осторожно спросил, и Аой звонко рассмеялась.

— Хе-хе. Может, ты и стал старичком, но твой добрый взгляд остался прежним.

Какой удар. Неужели я правда постарел?

Пока я приходил в себя от шока, из-за Аой выглянула женщина в возрасте. Я не заметил её за дверью, но, похоже, был ещё один гость.

— Здравствуй, Юя-кун.

— Э… Рёко-обасан?

— Да, это Рёко-обасан. Ох, Юя-кун, ты стал таким красивым молодым человеком.

— К-красивым?

— О да! Ты очень привлекательный. Как хорошо, Аой, что Юя-кун всё ещё такой классный старший брат.

— Мам, пожалуйста! Не говори лишнего!

Аой покраснела и шутливо стукнула Рёко-обасан по плечу.

Рёко-обасан — мать Аой. Отец Аой умер давно, кажется, от болезни, когда она была ещё младенцем. С тех пор Рёко-обасан воспитывала Аой одна.

Но, оставляя это в стороне… почему здесь Рёко-обасан? Как-то странно, что они пришли вместе. Похоже, сегодня не просто дружеский визит.

Разговоры на пороге — не самое удобное. Надо пригласить их внутрь и выслушать, что они хотят сказать, в уютной обстановке.

— Заходите, пожалуйста. Комната маленькая, но располагайтесь как дома.

— Спасибо, Юя-кун. Аой, не забудь сказать «простите за вторжение».

— Не обращайся со мной как с ребёнком. Я и сама знаю.

— Ох, бунтарский возраст, да?

— Серьёзно, мам!

Аой надула щёки, раздраженная словами Рёко-обасан.

Эта знакомая сцена из прошлого заставила меня невольно улыбнуться.

— Ха-ха, у меня тут не так много, но чай я могу предложить.

Я пригласил их в комнату.

Попросив их присесть, я направился на кухню заварить чай. Это был «Эрл Грей» на базе дарджилинга — ароматизированный чай, который любит Аой. Я принёс чашки и поставил их на стол, усевшись напротив гостей.

Аой взяла чашку и тихо ахнула.

— Какой свежий цитрусовый аромат… Юя-кун, этот чай…

— Да. Твой любимый, верно?

— Да! Не могу поверить, что ты запомнил.

Аой счастливо улыбнулась, а Рёко-обасан сияла рядом.

— Ох, как мило, Аой. Тебя так любят.

— Мама, ты не могла бы, пожалуйста, помолчать хотябы минутку?

— Не будь такой букой с таким сердитым лицом. Ты правда в бунтарском возрасте, да?

— Это всё из-за тебя, мам!

Аой рыкнула и бросила на Рёко-обасан сердитый взгляд. Похоже, это не Аой была бунтаркой, а Рёко-обасан слишком её дразнила.

Рёко-обасан отмахнулась с лёгким «Ох, ну ладно» и повернулась ко мне.

— Кстати, Юя-кун. Я слышала от твоей мамы, что ты очень занят на работе. Она сказала, что ты каждый день задерживаешься допоздна. Спасибо, что нашёл для нас время.

— Нет, нет. Я сам хотел увидеть Аой… Эм, вы пришли сегодня по какому-то делу?

— Хм… Твоя мама ничего не рассказала?

— Нет, она только упомянула, что Аой зайдёт ко мне…

— Ох, вот это сюрприз. Прости, что так внезапно нагрянули.

— Не извиняйтесь, я рад вас видеть, Рёко-обасан. Просто подумал, раз вы пришли вместе, может, есть что-то важное, что вы хотите обсудить.

— Ну, да… Я пришла, чтобы кое-что с тобой обсудить, Юя-кун.

Улыбка на лице Рёко-обасан стала серьёзной.

Почувствовав необычное напряжение в воздухе, я инстинктивно выпрямил спину.

— Мам, позволь мне объяснить.

Прежде чем Рёко-обасан успела заговорить, Аой перебила её.

— Эм, это касается моих планов на будущее, верно?

Будущее… что это может быть? Звучит как довольно серьёзная тема. Это явно не миленькая просьба вроде «давай снова быть друзьями, как раньше».

— Понял. Если я могу помочь Аой, я здесь. Говори.

Я улыбнулся, надеясь, что Аой расслабится и поделится своими мыслями. Но почему-то её щёки слегка покраснели, она крепко сжала подол юбки и заговорила:

— Юя-кун, не хотел бы ты жить вместе со мной с расчетом на брак?

В этот момент время будто остановилось с резким звуком.

Я не ослышался.

Аой чётко сказала: «жить вместе со мной с расчетом на брак».

— П-погоди. Что ты вдруг такое говоришь?

— Это не вдруг. Я ждала семь лет.

— Семь лет…?

— Да. Семь лет назад… с того дня, как мы обручились, прошло много времени.

— О-обручились?!

Семь лет назад — это когда я был в старшей школе.

Тогда Аой была в начальной школе… Что я такого делал, чтобы обручиться с ребёнком? У меня точно не было таких интересов.

Это плохо. Я был в полной панике. События развивались слишком быстро, и я не успевал за ними. Жить вместе? Обручение? Я понятия не имел, о чём речь.

— Может… ты забыл про нашу помолвку?

Аой спросила, и её лицо помрачнело.

Забыл? Да я бы не стал обручаться с ученицей начальной школы… Хотя, учитывая, что Рёко-обасан тоже здесь, может, мы и правда обручились.

[П/П: 8 лет…]

Сначала надо выслушать Аой. Потом разберусь.

— Прости, я не помню подробностей… Это я тебе предложил?

— Нет. Это я предложила выйти замуж.

— И что я ответил?

— Ты сказал… Если Аой всё ещё будет меня любить, когда вырастет, давай поженимся… с такой свежей улыбкой.

Какой позорный ответ. Это похоже на сюжет из романтической манги, а не на реальность.

— …Прости, Аой. Расскажи подробнее, что тогда произошло.

— Конечно. Я переехала, когда мне было девять, помнишь?

— Да, мне тогда было семнадцать. Вы переехали из-за работы Рёко-обасан, верно?

— Да. Помнишь день, когда мы прощались?

— Прощались…

Семь лет назад — это далёкое прошлое. Я попытался восстановить события шаг за шагом.

Последние слова мы обменяли в день, когда Аой уезжала, прямо перед тем, как она села в машину.

Была весна, конец марта, дул сильный ветер. В том году вишни зацвели рано. Опавшие лепестки кружились в весеннем бризе, уносясь в ясное голубое небо. Рёко-обасан уже была в машине, а мы с Аой обменивались прощальными словами.

— Эгу… ик…

— Аой… не плачь, хорошо? Это же не навсегда.

— Но мы больше не сможем так просто гулять вместе… Я буду скучать.

— Я тоже буду скучать. Но если я увижу твоё заплаканное лицо, мне станет ещё грустнее. Так что…

— …Хорошо. Я больше не буду плакать. Не хочу тебя расстраивать, Юя-кун.

— Какая ты сильная, Аой… Молодец, молодец.

Я улыбнулся так мягко, как мог, и нежно погладил Аой по голове.

Она была так ко мне привязана. Мне тоже было одиноко, но я хотел расстаться с улыбкой.

Я не хотел, чтобы этот день запомнился ей полным грусти.

— Аой… пора ехать. Рёко-обасан ждёт…

— Да. Эм… можно мне сказать одну эгоистичную вещь?

— Конечно. Какое твоё эгоистичное желание?

— Ну… я… эм… я тебя люблю, Юя-кун. Пожалуйста, женись на мне!

Аой сказала это, покраснев до корней волос, и крепко зажмурила глаза.

Это был разговор между семнадцатилетним старшеклассником и девятилетней школьницей. Для признания, которое случается раз в жизни, это было слишком мило. Я хотел напоследок успокоить Аой и снова нежно погладил её по голове.

Тогда я сказал: «Спасибо, что поделилась своими чувствами. Если ты всё ещё будешь меня любить, когда вырастешь, давай поженимся».

Аой должна была пойти в среднюю школу, потом в старшую. По пути… она бы встретила кого-то гораздо лучше меня. Я думал, что её чувства ко мне со временем станут просто «первой любовью» и останутся в её памяти как страничка в альбоме.

Так что… я думал, это горько-сладкое признание со временем забудется… вот что я тогда думал.

Аой посмотрела на меня с удивлённым выражением.

— П-правда?

— Да. Это обещание.

В тот момент в её больших глазах загорелась решимость.

— Я буду ждать… буду ждать, пока не стану старшеклассницей! А до тех пор я буду стараться стать прекрасной невестой, которая умеет вести хозяйство!

— Понял… Жду с нетерпением, когда увижу взрослую Аой.

— Да! Ты тоже береги себя, Юя-кун!

С улыбкой Аой попрощалась. Её слёзы полностью высохли.

Машина, в которой сидела Аой, медленно тронулась.

Я махал рукой, пока она не скрылась из виду.

Я схватился за голову, когда воспоминания нахлынули.

— Что я вообще тогда нёс…

Что это за «поженимся, если ты всё ещё будешь меня любить»? Такие слащавые фразы подходят только красавчикам.

…Тот я, из прошлого, мог запросто говорить такие смущающие вещи. Красавчик я или нет — неважно, Юя Амаэ студенческих времён сиял той яркостью, которой у меня больше нет.

— И всё же, подумать только, ты всё это время помнила то обещание.

То, что она всё ещё любит меня… Я искренне счастлив, что меня так ценят, но чувство вины за то, что я совсем забыл о том признании, не отпускает.

— Ты вспомнил наше обещание, Юя-кун?

— Да, прости, что забыл.

— Ничего, это понятно, столько времени прошло.

— …Значит, твои чувства не изменились, да?

— Эм… да, я всё ещё тебя люблю, Юя-кун. Не заставляй меня говорить такие смущающие вещи, дурак.

Аой сказала это, покраснев до кончиков ушей. Её лицо было таким алым, будто из головы вот-вот повалит пар.

Как можно не радоваться, когда такая милая девушка так тебя обожает?

Но тогда я не воспринял признание Аой всерьёз. Я думал, это просто детская влюблённость, которая со временем пройдёт. Так что, честно говоря, я растерялся, когда она вспомнила прошлое и предложила жить вместе.

— Я понимаю твои чувства. Но жить вместе вот так сразу…

— Юя-кун, позволь мне объяснить. Это связано с работой.

Рёко-обасан, до того молчаливо слушавшая, вступила в разговор.

— Моя текущая работа требует частых переездов. Недавно меня снова перевели.

— Понял. Куда на этот раз?

— Ну… в Австралию.

— Австралию?!

Я был ошеломлен, узнав, что это за граница. Это не то место, куда можно просто так мотаться туда-сюда из Японии.

— Юя-кун, ты знаешь, что за страна Австралия?

— Не особо, но у меня в голове образ обширных природных пейзажей. Что-то вроде Айерс-Рок и красивых коралловых рифов. Ещё она знаменита коалами… и там есть эвкалиптовые леса, да?

— Ты неплохо осведомлён. Я ничего, кроме коал, не знаю.

— Это немного тревожно, что ты больше ничего не знаешь, Рёко-обасан… Но, думаю, это понятно, место-то не близкое.

— Верно? И я подумала, что будет грустно увозить Аой в такую далёкую страну. Но оставлять её одну, пока я за границей, тоже тревожно, правда? Её отец умер, родственников, на которых можно положиться, нет. Так что Аой пришлось бы жить одной… но как родитель, я за неё волнуюсь.

Рёко-обасан посмотрела на Аой с нежностью и пробормотала: «Эта девочка — моя единственная драгоценная дочь».

Понятно. Ситуация прояснялась.

Желание Рёко-обасан не оставлять Аой одну и чувства Аой, всё ещё любящей меня. Вывод, учитывающий обе стороны, — это то, что мы с Аой будем жить вместе.

Я тоже хотел поддержать Аой, насколько это возможно.

Но всё же жить вместе — это слишком высокий барьер. Разве родитель не будет беспокоиться, доверяя свою единственную дочь взрослому мужчине?

Пока я об этом размышлял, Рёко-обасан продолжила, словно прочитав мои мысли:

— Я думаю, можно доверить Аой тебе, Юя-кун.

— Серьёзно? Я не знал, что заслужил такое доверие…

— Ты же заботился об Аой с самого детства, верно? Я видела, как ты с ней обращаешься. Я спокойна, оставляя её в твоих руках. Ты добрый и внимательный, я знаю, ты никогда не сделаешь ей больно

— Но это ведь взрослый мужчина будет жить с девушкой-старшеклассницей, разве нет? Кажется, тут может быть много проблем…

— Мы просто скажем, что вы помолвлены! Я здесь, чтобы поддержать вашу романтику!

Рядом с чрезмерно воодушевлённой Рёко-обасан Аой смущённо пробормотала: «Мам, хватит». Я мог лишь нервно рассмеяться.

— Ну, про помолвку это наполовину шутка, но… Юя-кун, пока можешь думать об этом как о роли опекуна. Я хочу, чтобы ты позаботился об этой девочке.

— Опекуна, говоришь?

— Эта девочка умеет готовить и вести хозяйство, она очень ответственная. Я верю, что она способна жить самостоятельно. Но всё равно я волнуюсь. Она единственный ребёнок в семье с одним родителем, так что иногда ей бывает одиноко. Как родитель, я не хочу, чтобы моя драгоценная дочь чувствовала себя одинокой.

Я понимал это чувство.

Я вспомнил, как Аой плакала от одиночества, когда Рёко-обасан задерживалась на работе. В такие моменты она всегда льнула ко мне, ища утешения.

— И знаешь, она говорила: «Моя мечта — учиться готовить и когда-нибудь получить похвалу от Юя-кун!» Она тренировалась быть невестой с самого детства! Разве это не мило?

— А-а, мам! Ты обещала мне, что это секрет!

— Не стесняйся. Ты же говорила: «Я должна уметь заботиться о Юя-кун», и активно взялась за хозяйство.

— Хватит! Пожалуйста, не говори больше!

Мы с Аой переглянулись, пока она шутливо била Рёко-обасан по плечу. Она открыла рот, явно смутившись.

— Эм… Я буду много помогать, так что, пожалуйста, позволь мне остаться рядом. Это… нельзя? Я была бы так счастлива, если бы мы могли жить вместе.

Аой ёрзала и робко посмотрела на меня.

Когда я впервые услышал про старое обещание жениться и жить вместе, я не знал, что и думать.

Но если речь о том, чтобы заботиться об Аой как опекун, это совсем другое дело.

Если я могу помочь Аой справиться с одиночеством, я хочу быть рядом как её опекун. Я чувствовал, что она всё ещё нуждается в ком-то рядом.

— Понял. Я позабочусь об Аой как её опекун. Аой, давай жить вместе.

— Правда… серьёзно?

— Да. Жду с нетерпением, что будет дальше.

— Я так рада… спасибо огромное!

Аой с облегчением улыбнулась. Даже став старшеклассницей, её дружелюбная улыбка не изменилась с тех времён.

Рядом Рёко-обасан тоже выглядела успокоенной.

— Спасибо тебе огромное, Юя-кун. Я очень ценю, что ты согласился на эту внезапную просьбу.

— Это пустяки. Выслушав вас, я понял, что должен защитить Аой.

— Ох, как благородно! Прямо рыцарь, защищающий принцессу. Я за вас болею!

— Э? Н-нет, я имел в виду защиту как опекун, а не так, как ты думаешь, Рёко-обасан…

— Хе-хе, поняла. Просто живите счастливо вместе, хорошо?

Даже говоря это, она ухмылялась… Рёко-обасан явно ничего не поняла, верно?

— Мам, пожалуйста, не говори странных вещей человеку, на которого я теперь буду полагаться. — Аой с недовольным видом запротестовала, её белоснежные щёки слегка порозовели.

— О? Это ведь и тебе не повредит, правда?

— Это… такие вещи касаются только нас! Просто присматривай за нами, мам!

В противовес гневу Аой, Рёко-обасан спокойно заметила: «Ох, ты и правда в бунтарском возрасте, да?» Это была трогательная сцена, раскрывающая их близкие отношения.

— Эм, Юя-кун. Я рассчитываю на тебя.

— И я на тебя, Аой. Жду твоей стряпни.

— Пожалуйста, не дразни меня, Юя-кун… Хе-хе. Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать твои ожидания.

Аой счастливо хихикнула.

Отныне я должен был защищать эту невинную улыбку.

— Я так рада. Теперь я могу уехать в Австралию без тревог. Всё благодаря тебе, Юя-кун.

— Нет, это потому, что я не могу оставить Аой одну.

— Хе-хе. Как и ожидалось от тебя, Юя-кун, ты такой надёжный… О, кстати, я нашла поблизости отличный ресторан западной кухни. Как насчёт ужина там сегодня? Отпразднуем ваше с Аой совместное проживание!

— О, звучит здорово! Нам столько нужно наверстать и рассказать друг другу…

— Верно? Аой тоже хочет узнать всё о тебе. Ведь так?

— Да! Мне любопытно, чем занимается Юя-кун.

— Правда? Кажется, я не упоминал. Знаешь, кто такой SE? Это системный инженер…

До ужина мы провели время, делясь новостями друг о друге.