Пролог / -- : -- / Чистильщик

...Отвратительная сигарета.

Он прищурил свои механические глаза и недовольно скривился. Даже в полной темноте неосвещённая комната была для него ясна как день — всё благодаря светоулавливающей функции его искусственных глаз. Уставившись на огонёк сигареты, казавшийся ему особенно ярким, он медленно вдохнул дым.

Это был мужчина в самом расцвете сил. Возможно, лет тридцати — если судить по внешнему виду его кибернетического тела. А точнее, тела силового типа с толстым скелетовидным каркасом, до отказа набитым мышечными шестернями, поверх которых он носил чёрный резиновый костюм из синтетических волокон. Его звали Вермут. Разумеется, это был всего лишь позывной. Он был тайным агентом, принадлежащим одой влиятельной корпорации. Когда-то, в молодости, он наделал глупостей и в итоге лишился как человеческого тела, так и честной жизни.

— ...

Он выдохнул густое облако фиолетового дыма. Если бы Вермут следовал правилам шпионажа, то не стал бы курить во время операции. Мало того, что огонёк сигареты заметен в темноте, так он ещё и оставляет запах. Что же до вреда здоровью... ну, в случае Вермута это уже не имело значения.

Ему было плевать на риски. Курение было его личным ритуалом, своеобразной приметой. Он сделал ещё одну глубокую затяжку, пропуская дым через всё своё механическое нутро, и медленно выдохнул. Вермут гадал в этом вкусе удачу. На сей раз он был отвратителен.

— ...Амаретто. Не припоминаю, чтобы нашей задачей было проторчать здесь до рассвета.

Сквозь темноту он посмотрел на силуэт, присевший у стальной двери.

— Не торопите так события, Вермут-семпай, — саркастичным голосом ответил тот.

Амаретто был стройным юношей, носившим такой же чёрный резиновый костюм, а потому в тусклом свечении ближайшей световой шестерни виднелся лишь бледный овал его лица. Не оборачиваясь, он продолжил говорить, работая с бесчисленными инструментами в руках:

— Чтобы заставить этот промёрзший замок простонать, нужно время. Кончить с этим слишком быстро будет не слишком уж приятно, знаете ли.

— Эта сигарета отвратительна, Амаретто, — Вермут фыркнул и покачал своей громоздкой тушей. — Когда сигарета на вкус паршива, чаще всего это значит, что дело уже пахнет жаренным. Если мы не поторопимся и сейчас же не закончим его, нам всем вставят дуло в задницу.

— ...И всё же я не понимаю, Вермут-семпай. Какой смысл вам, почти что полностью механизированному киборгу, курить? Вы же даже вкуса не чувствуете, или я ошибаюсь?

— Это либо ты идиот, либо я, раз доверил спину такому придурку... Сигареты познаются не языком, а духом, дубина. Перед тобой старый хрыч-девственник, продавший душу богам, и я не...

───Вермут осекся на полуслове.

Пистолет оказался в его руке быстрее, чем кто-либо успел бы моргнуть. По его каменному лицу уже нельзя было сказать, что мгновение назад он нёс какую-то чушь. Амаретто тоже среагировал мгновенно: вжался спиной в стену, сжимая в ладони пистолет. И пусть сам юноша ничего и не заметил, ощущений Вермута ему было достаточно.

Опасность была близко. Оба напряженно всматривались в темноту, готовые открыть огонь в любую секунду. Но затем...

Щёлк.

Звук донёсся из вентиляционного короба у угла потолка. Не успела решётка сдвинуться, как оттуда высунулась женская голова. Угрозой оказалась женщина-киборг с короткими серебряными волосами, одетая в такой же чёрный резиновый костюм, что и у них.

Вермут вздохнул и опустил пистолет. Амаретто тут же вернулся к навесному замку и возобновил работу. К этому времени женщина уже спустилась на пол с мягчайшими движениями, словно крем, выдавливаемый из кондитерского мешка.

— Ну как там, Стрега?

— Хреново, как и ожидалось, — Стрега отряхнула пыль с колен. Её глуховатый голос с заметным южным акцентом напоминал скрежет несмазанных шестерней. — Пространство за дверью изолировано наглухо. Стены толстые, как в ядерном бункере. Даже сонар не смог дать нормального изображения интерьера. Я попробовала пробраться через вентиляцию, но даже она там отделена от всего здания. Туда не то что мыши, даже мухи не проскочат.

— Хм..., — кивнул Вермут, а Стрега продолжила:

— Они здесь явно здесь что-то нычут. Что-то, что очень не хотят никому показывать. Такая защита не для показухи, её на коленке не соберешь. И сто пудов это не обычный завод... Хотя, ради этого мы здесь и оказались, а?

— Очередное дерьмовое дельце, бог ты мой... неудивительно, что моя сигарета была на вкус такой...

Их задание заключалось в расследовании деятельности одного оружейного завода. Заводы-призраки с подставными конторами не были редкостью, а если учитывать владения Пяти Великих Корпораций — таких вообще было пруд пруди. Только вот завод, легко поглощающий энергию и ресурсы целого города? Это уже совсем другое дело. По чьему приказу его построили? Что они производили и с какой целью? Они должны были выяснить это любой ценой.

И дело было не только в интересах их нанимателей. Подобные операции были частью их повседневной работы — поддержания системы безопасности и контроля чрезвычайных ситуаций. Используя маскирующие шестерни коротко-дистанционного резонанса, они вели переговоры через зашифрованные сигналы:

— На бумаге это числится просто крупным заводом, который Военные продали как ненужный актив, — начал Вермут, передавая сообщение. — А по факту – объект охраняет ЧВК, с системой безопасности на уровне центрального резервного банка. Мы не смогли ухватить даже кусочка его подноготной, проникнув так глубоко. Я понимаю, что это что-то серьёзное, но вы бл шутите, что ли?

С этими словами Вермут закурил вторую сигарету.

— ...Создать такой объект под силу лишь Пяти Великим Корпорациям или Военным.

— Ага, исключая нашу «семью», раз уж они отправили нас сюда.

— Наиболее вероятными могут быть Вашероны, но... — с сомнением пробормотала Стрега.

— А разве сейчас у них есть время на подобное? Они только-только получили удар от принцессы Бреге, у них щас вся жопа в огне, — откликнулся Амаретто.

— А, так чё, это правда? Что та безумная принцесса Бреге на самом деле жива и сливает публике грязь на Вашеронов, Военных и Гильдию Мастеров?

— Ну, как минимум, официально она числится мёртвой, — пожав плечами, сказал Вермут. — Они даже провели корпоративные похороны, ну эт так, к слову. Я так то там тоже был, прошмыгнул без приглашения. Довольно трогательная церемония была, с речами, слезами президента и его первой дочери. Они уже не смогут сказать «мы ошиблись», зайдя так далеко.

— Ну чё, выходит никто не станет жаловаться, если её во «второй раз» укокошат. Всё равно долго не протянет.

— Не факт, — вмешался Амаретто. — Нет доказательств, что Мари Белл Бреге причастна к утечке данных. Хотя, это не удивительно, она же официально «мёртвая».

— Ну и нахрен эти заморочки? — надулась Стрега. — Ты несешь чушь. В нашем деле даже косвенных улик всегда хватало с головой.

— Разумеется она в них виновна. Но дело-то не в этом. Как она смогла провернуть такое, не оставив ни единой зацепки? Вот о чём стоило бы задуматься.

— ...Чё? Ты о чём?

— Она провернула этот трюк словно призрак, — пояснил Вермут, смягчив тон. — Само это говорит о том, что она, скорее всего, всё ещё глубоко связанна со своей семьёй — Корпорацией Бреге — и получает поддержку от неё. Если убить её, тотчас же станешь врагом Бреге. Пусть те и не могут высказаться публично, это делает их лишь опаснее.

— Врагом? Ага, ща! Они ж сами первыми нарываются!

— Не то что бы. Инцидент в Киото могли спровоцировать и Вашероны с Военными, но остальные три корпорации, по сути, одобрили его своим молчанием. А раз уж мы тоже не помешали, вина лежит и на нас.

— То есть, ты хочешь сказать, что всё это — просто ответка? Да даже если так, они ж явно перегнули палку, не?

— Конечно, это беспрецедентный случай. Из-за него немало крупных шишек потеряли свои кресла... Но в то же время это показывает, что на самом деле та информация, что всплыла наружу, стоила ровно этого.

— Ровно этого, говоришь?.. — глаза Стреги округлились, а Амаретто поясил:

— По-настоящему засекреченная информация, которая уничтожила бы эти организации под корень не была раскрыта. Появись она — общество б перевернулось. То, что просочилось — это так, секреты Полишинеля*¹.

— Разве она знала только это?

— Может, и так, — сказал Вермут, вдыхая дым. — А может и нет. Что, если утечку специально обрубили на этом? Да и в конце концов, что, если это было всего-лишь предупреждением?

Амаретто кивнул с горькой улыбкой:

— Я бы не стал провоцировать принцессу, которая устроила такой ад лишь из-за того, что ей слегка полапали задницу.

Стрега холодно посмотрела на Амаретто:

— Мир стал бы лучше, пырни тебя кто-нить ножом.

— Хватит болтать, давай вскрывай уже.

— Да, да, да... всё, готово. Покорнейше благодарю вас за терпение, — ответил Амаретто своим обычным голосом.

Ч-к, хр-р-рст. С тяжелым гулом стальная дверь медленно поползла в сторону.

— Ладно, будим Самбуку. Врываемся.

Вермут завёл пружину автоматона поддерживающего типа, дремавшего в углу комнаты, и они двинулись вглубь пространства за массивной дверью.

⛭⛭⛭

Только вот... там они увидели то, чего им видеть не следовало.

— Да быть не может... — хрипло выдавил Вермут. — Что... Что это? Они совсем спятили?

Он покачал головой. Информация, которую передавали ему глаза, была слишком невероятной. Оказалось, что гигантское хранилище, которое они с таким трудом вскрыли, было пуcтым... Производственный цех представлял собой огромное пустое пространство.

Неужели предназначение этого места уже было исполнено? Бесчисленные инструменты, гигантские краны и лестницы, явно предназначенные для сборки чего-то колоссального, были брошены, словно оставленные в спешке.

Миновав опустевший цех, они двинулись вглубь недр комплекса и наткнулись на помещение, похожее на офис. Компьютеры, горы документов... Иными словами — оставленная информация. Достаточно было беглого взгляда по малой её части, чтобы их прошиб полнейший ужас.

Первым, оправившись от шока, заговорил Амаретто:

— ...Если написанное здесь правда, то жертвой станет не просто пара городов... — в худшем случае ей может стать вся Механическая Планета..., — Ладно, Вермут-семпай, копируем всё и валим. Изучим всё потом. Сейчас главное вынести эти данные в целости. Иначе...

───Возможно, сам факт, что они увидели настолько опасную информацию, позволил Амаретто мгновенно осознать, что это дело им не по зубам. Вот только...

...стоило Вермуту и Стреге, пришедшим в себя, потянуться к камерам, чтобы заснять документы, как все трое киборгов внезапно ощутили нечто.

────?!

Это было ощущение, которого не должно было существовать — по крайней мере, не с их искусственной кожей и не с телами, в которых не осталось практически ничего живого. И всё же... у них побежали мурашки.

Иными словами, ужас сковал тела трёх ветеранов-шпионов. Они почувствовали присутствие. Там, за пределами комнаты, в густой тьме, было нечто. Нечто маленькое, невероятно маленькое, но всё же... от него веяло невероятной жестокостью.

Не проронив ни слова, все трое мгновенно разбежались в стороны. Они выглядели так, будто пытались в панике удрать от чего-то, отчаянно прячась в тенях комнаты. Не сговариваясь, все трое достали свои Спиральные Копья, вместо пистолетов.

Спиральное Копьё — клинковое оружие, способное вибрировать на ультравысоких частотах. Мгновенно трансформируясь в пистолет, дробовик или гранатомёт при взмахе руки, эти копья являлись идеальным вооружением для солдата-одиночки, сочетая максимальную адаптивность и сокрушительную огневую мощь. В умелых руках эта многофункциональная система позволяла на равных сражаться не только с людьми, но и бросать вызов даже тяжелобронированным автоматонам.

Однако, будучи продуктом передовых часовых технологий, эти Копья не могли производиться никем, кроме Пяти Великих Корпораций, в связи с чем существовал риск, что принадлежность агентов могла быть легко раскрыта из-за особенностей технологий каждой из Корпораций.

Для тех, чьей главной задачей было оставаться в тени, сама необходимость применить это оружие означала провал. Но, тем не менее, они без колебаний их вытащили. В регламенте операций, по которому они работали, существовало лишь одно исключение, разрешавшее применение Копий: когда возвращение живым без их применения становилось невозможным, и при этом имелись веские причины ценить жизнь выше смерти. Как профессионалы, все трое сочли, что ситуация подходит под этот критерий.

Нет, это самообман.

С горькой усмешкой, Вермут отметил, что его руки дрожат. Существо, стоявшее за дверью, заставило их, троих боевых киборгов, схватиться за своё самое мощное оружие одним лишь страхом.

Вермут проанализировал ситуацию с помощью функции своего искусственного тела — усиления света и звука:

...Комната тесная. Мы в глубине объекта. Выход всего один. Источник угрозы стоит неподвижно прямо за дверью. Цель... всего одна. Если пустить в ход Самбуку, чтобы выиграть время, то даже при худшем раскладе можно будет поравняться силами.

Cопровождающий их автоматон поддерживающего типа, Самбука. На первый взгляд он

напоминал легкобронированного автоматона, ведь детали, которые он использовал, чтобы скрыть свою принадлежность, были гражданскими товарами, добытыми в местном районе. Однако, модифицированный тремя Газелями, он обладал достаточной мощью, чтобы противостоять даже военным автоматонам.

Вермут мысленно прокрутил план отхода, который они заранее составили для таких ситуаций. Без нужды в словах и переговорах, все трое обменялись взглядами и кивнули.

Скри-и-ип. Дверь с лёгким скрипом приоткрылась. Вермут высунул голову из тени, чтобы визуально идентифицировать цель и привести план в исполнение, однако... увидев врага, он на мгновение остолбенел.

Источник того самого чудовищного ощущения стоял прямо за дверью. Существо, одно присутствие которого заставило их сердца сжаться от ужаса, это был...

...Р-Ребёнк?!

Это был автоматон. Механизм в форме маленькой девочки, чьё утончённое тело напоминало дорогую фарфоровую куклу. Её хрупкие руки и ноги покрывала зловещая пластинчатая цепь, похожая одновременно и на доспехи, и — что странно — на оковы. Длинные, ниспадающие до пят волосы отливали цветом запёкшейся крови, а юное лицо скрывала жуткая маска.

Сквозь её маску встретились их взгляды. Вермут почувствовал это. Его инстинкты вопили, чтобы он немедленно отбросил план и тотчас же устранил врага перед собой.

— ...Самбука! Исполнить код D3! Останови эту тварь!!

Код D3 — удерживать цель даже ценой собственного уничтожения. Услышав приказ, Самбука бесшумно рванул вперёд. Это был автоматон поддерживающего типа, работающий на бесшумных механизмах, изначально не созданный для прямого боя. Однако, если ему удастся схватить цель, то он сможет обездвижить её хотя бы на мгновение. Им хватит и секунды. Если Самбука скуёт движения врага, оставшиаяся тройка превратят их обоих в решето перекрёстным огнём Спиральных Копий.

──Но...

Автоматон в форме маленькой девочки. Скопление её черных цельнометаллических шестерёнок в виде куба... искривилось.

Словно выкручиваемое полотно, структура запульсировала и, с коротким звуком заряда, трансформировалась в два усечённых конуса. В тот же миг, быстрее, чем их кибернетические сенсоры успели зафиксировать, тело Самбуки, успевшее схватить автоматона в маске — исчезло вместе с частью пола.

— А?..

Девочка в маске молча окинула взглядом лица оставшейся тройки. Увидев её отстраненный, неорганический взгляд, Вермут понял:

──Мы не сможем победить. С пробежавшим по спине холодком он принял этот факт.

— Бл... Ломайте стены! — яростно крикнул он остальным. Если единственный выход заблокирован врагом, пройти через которого невозможно, остаётся лишь создать новые точки отступления.

— Я её задержу! Прикройте! — Стрега активировала сдвоенный привод. Выскочив из тени, она оттолкнулась от стены и взмыла к потолку, размахивая своим Спиральным Копьём как клинком. Лезвие, вибрирующее на сверхвысоких частотах, было достаточно острым, чтобы с лёгкостью рассекать стандартные стройматериалы. Если она разрушит потолок, упавшие обломки можно будет использовать как укрытие, а через образовавшийся проём возникнет возможность уйти. В любом случае, она выиграет им хоть немного времени.

Вермут, мгновенно понявший замысел Стреги, нацелил своё Спиральное Копьё на девушку-автоматона, готовясь открыть огонь. Выбранные им снаряды были бронебойными гранатами из высокоуглеродистой стали. С ними он должен был обеспечить шквал прикрывающего огня, пока Амаретто не прострелит одну из боковых стен мощной взрывчаткой. Если удастся проделать брешь, у них появится шанс уйти.

Таков был план. Если бы не одно «но»:

В момент, когда Амаретто зарядил снаряд в Спиральное Копьё, его верхняя половина тела испарилась, не оставив после себя и пылинки.

— ──?!

— Да ну нахер...

Парящий куб из чёрных шестерёнок, сопровождающий девочку, вновь искривился, превратившись в конусы и начал гудеть. На этот раз Стрега, под оглушительный рёв, превратилась в клочья металлолома.

— ──Что за пиздец происходит?! Разум Вермута отказывался верить. И Амаретто, и Стрега были киборгами, чьи тела оснащены новейшими технологиями. Даже смерть, с оставлением собственных тел и использованием Спиральных Копий считались для них недопустимым провалом. Но сейчас это не имело значения — оба его союзника были стёрты в небытие без малейшего следа. Будь враг даже тяжелобронированным автоматоном, он не должен был уничтожить их с такой чудовищнейшей лёгкостью.

Однако, как бы он ни отрицал, реальность оставалась неумолимой.

И, как бы иронично это не звучало, присутствие этого непостижимого чудовища всё объясняло. Скрытность этого объекта, важной той информации, свидетелями которой они стали... Охрана помещения, порученная ЧВК, которая казалось слишком слабой, а затем и неожиданное появление этого демона...

Сомнений больше не оставалось. Что это за место? Ответ прост — это был Ад.

Точно!.. Бесшумное перемещение, полностью обошедшее их сенсоры. Подавляющая огневая мощь, до абсурдного преобладавшая над ними. Автоматон в форме юной девочки, которого не должно было существовать... враг, стоящий перед его глазами... был самой смертью.

— Вот чёрт... Так ты что, из серии «Initial-Y»?!...

Враг не ответил. Даже не принимая боевой позы, девочка сосредоточила на Вермуте свой безжизненный, словно камень, взгляд.

— ──Я мертвец.

Доверяя кричащим инстинктам, Вермут мгновенно рухнул на пол. Прямо над его головой неизвестный взрывной снаряд разъел всё на своем пути. Его левая рука, не успевшая вовремя сдвинутся, была стёрта этой неумолимой атакой. Сигналы о критическом повреждении хлынули в мозг, но он проигнорировал боль.

Скорректировав позу, чтобы компенсировать пропавший вес левой руки, Вермут оттолкнулся от пола. Взмахнув Спиральным Копьём, он сменил тип заряда. Выстрел. Гарпун вылетел и вонзился в стену, и на мгновение воздух наполнил рёв вращающихся на высоких скоростях шестерёнок. Вермут едва успел прыгнуть в проём, прежде чем второй удар от девочки испарил пространство, где он только что находился.

⛭⛭⛭

───Думай.

Вермут продолжал бежать, едва уворачиваясь от ударов преследующего его бога смерти. С каждым новым залпом от терял частичку своего тела, в попытке избежать атаки. То, что Вермуту удалось продержаться так долго, было заслугой его инстинктов. Он отбросил все данные, которые подавали ему сенсоры, и игнорировал все тактические знания. Если инстинкт говорил уклоняться — он уклонялся. Если говорил бежать — он бежал. Так он сумел кое-как сохранять свою жизнь на протяжении пяти минут. Это можно было бы назвать чудом.

Но и ему вот-вот придёт конец.

Комната, в которую попал Вермут, оказалась тупиком без единого укрытия. Более того, когда он бросился внутрь, ему не удалось полностью избежать очередного залпа, в результате всё ниже его правого колена испарилось. Отточенный инстинкт Вермута был бесполезен, если ему не куда было бежать. Он потерял даже своё Спиральное Копьё, а из снаряжения осталась лишь ручная граната, которая даже при прямом попадании не поцарапает врага.

Но вопреки телу, которое пылало словно в раскалённом железе, его разум был холоден и яснен. Он молча понял: раз дело зашло так далеко, его смерть неизбежна. В конце концов, вся его жизнь пошла под откос ещё двадцать лет назад, с той самой роковой ошибки. Сегодня просто выдался день, когда он снова облажался, не более того. Придурок, который должен был сгинуть двадцать лет назад, наконец сыграет в ящик. Вот и всё... Ничего драматичного. Проблема в другом...

— Просто взять и покорно отдать свою жизнь жнецу... как ни крути, но меня это до безумия бесит!!

Послышались шаги. Среди потока сигналов о повреждениях, наводняющих его мозг, раздался звук. Он возвещал о боге смерти, что уничтожил двух его товарищей, словно букашек. О звуке его смерти.

— Ха-а-а-а... — достав сигарету рукой с отсутствующими пальцами, Вермут спокойно прикурил. Такова была его работа. Ни Амаретто, ни Стрега не были ему по-настоящему друзьями. Для начала, он даже не знал их настоящих имён. Какие цвета они любили, какую музыку слушали, не знал их семьец, друзей, возлюбленных — если они и были. В конце концов, даже не спрашивая, он был уверен, что они были таким же отребьем, как и он сам. У Вермута не было причин, будь то чувство долга или дружбы, чтобы оплакивать их смерть.

──Однако то, что они пытались сделать... Теперь, когда он понял. Вермут почувствовал давно забытое рвение. Дело было ни в чувстве справедливости. Ни в том, что его тронул дешёвый гуманизм. И ни в том, что он пытался выполнить свою работу из уважения к профессии Шпиона. Всё дело было в простой, чистой и примитивной эмоции, что поднималась из самого его нутра......

— Просто взять и отбросить копыта, не успев нанести этой твари ни единой царапины...

──...Пиздецки бесит.

......этой эмоцией было мелкое, ничтожное самолюбие человека по имени Вермут.

— Думай!.. — прохрипел Вермут, с силой выдыхая дым.

Противостоять этому монстру не имело смысла. У него не было ни навыков, ни силы для этого. Максимум, что он мог сделать, чтобы насолить этому монстру — это любым способом передать имеющуюся информацию наружу. Но проблема была в одном:

Как?

Он не надеялся вернутся живым, и ему было всё равно на разоблачение его подноготной. По сравнению с важностью этой информации, подобные вещи значили не больше, чем клочья бумаги. Прежде всего он должен был рассказать кому-то о том, что здесь произошло. Любой ценой. Для него этого было достаточно.

— Надо полагать, мне больше не на что надеяться.

Думай. Как я могу связаться отсюда с внешним миром?

Эта производственная зона полностью изолирована от внешнего мира. Мы не нашли ни единого коммуникационного узла, хотя и прочесали всю территорию, а значит, нет никакой возможности связаться с кем-то снаружи через линии связи. Единственным потенциальным способом коммуникации остаётся отправка сообщений через примитивный телеграф, встроенный в моё тело. Но какой в этом смысл? Какой псих выцепит хоть какой-то смысл из хаотичного шума импульсов, идущих непонятно откуда?

— ......П-ф-ф, б-ха-ха-ха! — Вермут разразился смехом от своей же идеи.

──А ведь... такой человек и вправду существует.

В его памяти был всего один человек, чьё внимание могло привлечь столь бессмысленное послание, человек, чьи поступки не мог предугадать никто. Самый гениальный — но при этом — самый большой идиот на всей планете. Вермут подавил смех, настроил частоту своего телеграфа и отправил послание единственному, кто, по его мнению, мог бы что-то противопоставить этому безумному заговору — настолько же безумному человеку. Если это она. Если это та принцесса, что нанесла серьезный удар злу в этом мире, то, быть может!..

Шаги прекратились. Неизбежная судьба предстала прямо перед его глазами. Однако сердцем Вермута завладела странная умиротворённость.

Всё в порядке. Я сделал, что мог. Остальное могу оставить тем, кто придёт после.

Теперь наша смерть не будет напрасна...

— .........М-хм...

Он осознал определённую мысль, незаметно промелькнувшую в глубине сознания. Нечто, о чём Вермут не мечтал и не вспоминал уже очень давно. Чувство, что усилия такого, как он — могут быть вознаграждены. Наивное желание, позабытое им где-то позади, во времени, которое уже не вспомнить...

— До чего я докатился...

Усмехнувшись над своей удивительной наивностью в последние минуты жизни, Вермут скривил горькую улыбку. Он затянулся сигаретой, зажатой во рту.

До сегодняшнего дня я навлекал на себя ненависть многих, но мне было плевать. Я всегда считал, что так и устроен порядок вещей, и потому весь мир — сплошное дерьмо. Но, кажется, теперь я понял. В нашем мире есть поистине, поистине отвратительная вещь, которую не искупить даже ценою жизни.

Он пришёл к этому выводу не путём изощрённых умозаключений и не из-за юношеского чувства справедливости. Это было нечто более простое. Горящая эмоция, вскипевшая в самой глубине его существа.

Ему это не нравилось. Это бесило его до мозга костей. Но если и был хоть какой-то способ помешать этому монстру, пусть даже самую малость...

Какой идиот не отомстил бы? Если в обмен на наши жизни мы сможем разоблачить этот грёбанный заговор, так давайте же разнесём его к чёртовой матери, всё, до последней крошки!

Вдыхая густой дым, Вермут на мгновение почувствовал его вкус — что было невозможно.

— Ха... — усмехнулся Вермут. — Как же вкусно... Ха-ха... Смотрите же, что будет дальше, ублюдки.

Но прежде чем он успел выдохнуть, его тело и всё вокруг бесследно испарилось.

⛭⛭⛭

Так спать хочется... — подумала девочка, пока её разум окутывал густой туман. Смутно она понимала, что пребывает в состоянии, похожем на сон. Она знала, что забывает что-то важное, но не могла собраться с мыслями. Ноги будто увязали в чем-то мягком и неустойчивом, а веки становились всё тяжелее...

— Хм-м... Коротковолновая передача, посланная по телеграфу, значит?..

До неё доносились мужские голоса, но она не могла понять, кому они принадлежат. Сквозь пелену в сознании пробивались звуки, казавшиеся до боли знакомыми, но в этом состоянии она не могла быть уверена...

— Не думаю, что с помощью такой примитивной штуки можно было отправить что-то важное, тем не менее... интересно, с какой организации вылезли эти крысы?

— Она их стёрла. Вряд ли тела удастся идентифицировать.

— Неумение держать себя в руках — её главный недостаток. Но, всё-таки, ловкость, с которой они проникли, и готовность заплатить за информацию жизнью — тоже в какой то степени опознавательный знак.

— Аудемары? Или Бреге? В любом случае, они наверняка связанны с кем-то из этой двойки.

— Отследить передачу возможно?

— Уже занимаюсь. Хотя не думаю, что это приведёт нас к их работодателю...

...Как скучно-о-о.

Cтремительно теряя интерес к разговору мужчин, девочка приуныла. Сложные обсуждения были ей ненавистны. Равно как и бессердечные интриги, и страшные истории. «Крошить, ломать, разбивать, перемалывать и убирать?» — девочка совсем не понимала, что может быть забавного в подобных вещах. Может, подумала она, эти люди — просто большущие глупцы? Хотя вокруг столько всего весёлого, они вечно твердят об одном и том же, скучном и бессмысленном. «Петь, танцевать, играть, смеяться и убирать» — почему бы не заняться этим? Девочка ни капельки не понимала. Независимо от того, кто и в какое время суток, делать весёлые вещи должно быть позволено.

— АнкоР, — мужчина назвал её по имени. Когда девочка — АнкоР — подняла взгляд, мужчина улыбнулся:

— Хорошая работа. Это была блестящая победа. Ты постаралась.

...Победа? АнкоР мысленно склонила голову набок. В действительности же она просто продолжила безразлично смотреть на лицо мужчины. Как я и думала, этот человек и вправду глупый. Называть простую уборку победой — может, поэтому он так скучен? Или он глупый... потому что скучный?..

— Мы позаботимся об остальном. Ты можешь вернуться на базу первой и пройти обслуживание.

АнкоР молча кивнула, так и не найдя ответа на два вопроса, крутившихся у неё в голове. Ну и ладно...

Четвёртая из серии Initial-Y — АнкоР, «Та, Кто Разрушает».

Повернувшись, чтобы уйти, вечная, неразрушимая и сильнейшая автомата вновь погрузилась в забытие.

* * *

Примечания:

1. Секрет Полишинеля — мнимая тайна, секрет, давно известный всем.