Я удостоверился что рядом никого нет и соскочил с дерева.

Я просидел на нём несколько часов и моё тело слегка затекло. Я потянулся и отправился в груду обломков, раньше бывших поместьем повелителя.

Оно было уничтожено. Крыша и стены превратились в руины, ни нежити, ни живых рядом не было видно.

Всё же, если хочу выжить, оставаться где-то поблизости мне не стоит.

Времени насладиться своей победой у меня нет.

Я на останках лаборатории некроманта. Да, Рыцари Упокоения пока её покинули, но они вернутся когда соберутся с силами, чтобы уничтожить остатки поместья… скорее всего они будут здесь уже завтра. В сказаниях всегда говорилось что они сжигают убежища некромантов.

Итак, что мне нужно?

Я гуль. Как же это роскошно… эта моя жизнь гораздо лучше прошлой, и пока я могу доставать нужное мне для выживания мясо я уверен в своём выживании. В отличии от обычной нежити атаковать людей я не собираюсь. Впрочем, контактов с людьми мне тоже стоит избегать.

В одном я уверен, мне нужно покинуть этот лес как можно быстрее.

От Рыцарей Упокоения ждать милосердия не приходится. Если меня найдут, убьют на месте.

…Но я обязан выполнить обещание, прежде чем бросаться в бега.

Я нашёл тело Лу, погребённое под грудой обломков того, что когда-то было коридором.

На моё счастье её не раздавило и не засыпало. Торчащая из её груди серебряная стрела, оружие, предназначенное для борьбы с тьмой, наверное, стало причиной смерти.

Даже интересно, было ли выражение её лица таким мирным при жизни хоть раз. На меня она смотрела только со злостью и страхом.

Тело распалило мой аппетит. Запах был непередаваемым.

Для гулей людские тела настоящий деликатес.

Но есть я её не стану. Я никогда не съем человека.

— Итак… я остался тем, кто держит свои обещания. Можешь не беспокоиться.

Я взял серебряную стрелу. От моей руки пошёл дымок, и острая боль пронзила ладонь, такой боли я не чувствовал долгое время, с тех самых пор как стал нежитью. Но, не обращая внимания на боль я вытащил стрелу и бросил её в сторону, перед тем как поднять её тело.

Она и при жизни не была большой, но тело показалось мне необычайно лёгким. Даже не знаю, это ей недостаёт чего-то, что делает её человеком или мои руки слишком сильны.

Души в ней, кажется, уже нет.

Лу было суждено умереть.

Она об этом знала. Знала, что, если не умрёт сейчас, умрёт где-то в другом месте, также бесславно.

Ей недоставало воли к жизни. Но и храбрости чтобы с этим покончить у неё не было.

Она была слаба во всём. И поэтому я знал, чего она хотела.

Когда Лу услышала моё предложение, она заплакала. Она назвала меня монстром, потому что я угадал чего она, слабая девушка, хочет.

У неё были и другие предложения. Я предлагал её спасти. Может быть я нашёл бы способ. Вряд ли я мог бы что-то сделать, потому что повелитель до самого конца держал её при себе, но когда я предлагал сопроводить её до города, согласиться на это было в её власти.

Однако она оказалась недостаточно сильна даже для надежды на спасение.

Как ироничен этот мир, тот, кто уже умер цепляется за жизнь зубами и когтями, а она растеряла желание жить.

Я сказал лишившейся жизни девушке, на лице которой было выражение облегчения:

— Как я и обещал… я тебя похороню. И даже помолюсь на твоей могиле чтобы ты покоилась с миром. Видишь? Можешь не жалеть о том, что заключила со мной соглашение.

К несчастью, подыскивать идеальное место для захоронения у меня нет времени.

Я просто вынес её за ограду поместья. Хоронить её в каком-то определённом месте я не обещал, но не думаю, что она против.

Лу должна была понять, что я не из тех людей, кто слишком беспокоится о могилах. Я могу понять её чувства, потому что я тоже слабак, но потакать её причудам не обязан.

Я выбрал солнечное место за оградой и принялся копать.

Хорошо, что у Лу небольшое тело. Используя кусок доски, вынесенный из разрушенного поместья, я, не особо напрягаясь вырыл яму, способную её вместить и положил туда тело.

Я вложил сорванный неподалёку цветок ей в руку и прижал её руку к груди. К несчастью, кремировать её нет времени.

Всё же, после смерти злого некроманта, я сильно сомневаюсь, что её что-нибудь воскресит.

— Ты прости. Я не знаю как правильно хоронить людей… Как-то раз меня самого хоронили, но я этого не помню. А… вот это стоит сорвать.

Я разорвал доказательство её рабства, надетый на неё ошейник. Магический ошейник, сковывавший её всю жизнь, порвался на удивление легко, наверное, дело в том, что его владелица умерла.

Белая отметина осталась на месте ошейника. Интересно, освободило ли уничтожение ошейника душу Лу.

Тихонько извинившись, я начал закидывать тело землёй.

Памятника я не поставил. У Лу не было даже должного погребения… лишь один немёртвый готовый помолиться за её упокоение.

Какой ужасный конец. Впрочем, даже такое погребение гораздо лучше, чем если бы повелитель поднял её из мёртвых и заставил работать даже после смерти.

Сначала земля покрыла её ноги, потом тело, потом осталось только лицо.

Не знаю, что говорить, провожая мёртвых в последний путь, так что сказал то, что первым пришло мне в голову. — Ты удачливей повелителя, Лу. Тебе сделали могилу. Впрочем, повелитель явно получил по заслугам.

Я продолжил заполнять могилу землёй, прикрыв лицо Лу, прежде чем его закидывать. Наконец я закончил и распрямился, и одна вещь вызвала у меня сожаление.

Если вдруг, когда-нибудь мне придёт мысль посетить её могилу, я не вспомню, где именно её похоронил. Мне бы уже отсюда убраться, но, наверное, мёртвая Лу может на меня разозлиться за то, что я не сделал ей подобающую могилу. Если после всего этого она скажет мне что я нарушил наше обещание, я ей в глаза смотреть не смогу.

На мгновение я погрустнел, а потом вспомнил что неподалёку есть предмет, которым можно отметить могилу и вернулся в поместье.

Серебряная стрела. Я вытащил её из Лу не так давно. А теперь, пересиливая боль принёс и воткнул в то место, где Лу была похоронена.

Ходят слухи что серебро оберегает от зла. Не крест, конечно, но если я задумаю сделать крест, то не смогу вернуться на это место если вдруг обращусь вампиром, поскольку это в списке их слабостей.

Также я принёс большой камень из фундамента поместья и наскрёб на нём имя.

— …А вот с одним только именем выглядит как-то пусто.

На камне куча места. Но фамилии Лу я не знаю. Мыслей получше в голову не пришло, и я написал на камне свою фамилию. Звучит лучше, чем «Лу Камень».

Честно говоря, я не уверен и в том, что «Лу» не сокращение. Надеюсь, она отнесётся к этому с пониманием.

Наконец, удовлетворённый своей работой, в качестве завершения я сложил руки и начал молиться.

Наверное, она первый человек, о котором после смерти молится нежить.

Пожалуйста… пусть Лу покоиться с миром.

— Что… вы делаете?

— ?!

Этот голос я не должен был услышать никогда.

Прервав молитву, я медленно поднялся на ноги. Кончики пальцев тряслись. К моей шее будто приставили нож. Поворачиваясь, я продолжал молиться, но уже не за Лу, а за себя.

Передо мной стояла Сенри, не так давно оставившая своих товарищей и смотрела на меня пронзительным взглядом.

Это было для меня неожиданностью.

Я способен ощущать позитивную энергию, но это не означает что я идеально определяю приближение человека.

Эта способность похожа на способность слышать тихие звуки, нужно прислушиваться. И я могу пропустить кого-то если занят чем-то другим.

Сенри едва на ногах стояла, не прошло и полдня, а она уже вернулась в поместье. Как я должен был подобного ожидать?

Я позволил себе расслабиться, считал, что у меня впереди целая ночь чтобы уйти.

В этих фиолетовых глазах можно было утонуть. Её черты безупречны и если бы моё сердце продолжало двигаться, сейчас оно бы остановилось от отчаянья.

— Вы…

Всего за мгновенье в моей голове пронёсся целый рой мыслей.

Для начала я проверил, нет ли поблизости товарищей Сенри.

Четвёрки Рыцарей Упокоения я не ощутил. Это хорошо.

Дальше, я убедился в разнице наших сил.

После битвы с повелителем Сенри была истощена. Только вот её позитивная энергия успела заметно восстановиться за это время. Она далека от полного восстановления и не сможет использовать благословения в полную силу… но она настоящий монстр.

Она слегка испачкалсь, но ран не видно. К тому же, учитывая, что она смогла пройти бой с повелителем хоть и чуть не умерла в этой схватке, наверное, до сих пор на многое способна. Некроманты в сказаниях уничтожаются именно в таких, тяжёлых битвах.

И, наконец, я попытался понять, что она обо мне думает.

Я встречался с ней в городе вместе с Лу, убитой Рыцарями Упокоения. Очевидно, Сенри должна принимать меня за врага.

Сенри не сводила с меня взгляда. Всего на мгновенье мне показалось что она посмотрела в небо. Только нежить низкого уровня способна действовать под солнечным светом. На меня он не оказывал влияния, и я не стал инстинктивно её атаковать. Должно быть, она пыталась понять нежить я или нет.

Моя негативная энергия скрыта, так что на первый взгляд нежитью я не кажусь, по крайней мере, так мне кажется.

Я сжал правую руку в кулак, боль от касания стрелы ещё не ушла.

Стрелы из благословлённого серебра слабость всей нежити, гули не исключение. Стрелы будет недостаточно чтобы убить гуля без попадания в жизненно важный орган, но серебро блокирует способность к регенерации и оставляет шрамы, а ещё от ожога продолжал идти дым. Смысла этого скрывать нет. Сенри заметила.

Впрочем, даже будь я человеком, рыцари увидят во мне сторонника некроманта.

Рыцари Упокоения всегда готовы действовать, даже в детских сказках говорится что они убивают людей контролируемых некромантами.

Не понимаю зачем Сенри было возвращаться.

Но если я попытаюсь бежать, буду убить. Если нападу на неё, также буду убит. Ни один из этих вариантом не спасёт мне жизни.

А значит… нужно её убедить. Будь я на её месте, я бы себя прикончил, но она не я.

К тому же, в городе я заметил, что она не похожа на рыцарей третьего ранга, которые с ней были.

У неё есть то, чего нет у остальных: милосердие.

Она пыталась помочь мне и Лу, хотя это может быть потому, что она была убеждена в нашей человечности.

Одно могу сказать наверняка. Если бы на месте Сенри был любой из её спутников, я был бы уже мёртв.

Рыцари, что третьего ранга, что второго, для меня смертельно опасны и непобедимы. Как хорошо, что из всех рыцарей мне встретилась именно Сенри.

Она другая. От яростных Рыцарей Упокоения, о которых я читал сказки, она отличается состраданием.

Для меня это идеальный шанс. Оставаясь спокойным, я сделал на лице грустное выражение и взглянул на могилу Лу.

— До своей смерти Лу попросила меня… похоронить её. Я молился чтобы она покоилась с миром.

— …Ясно.

Сенри ответила коротко, но я заметил, как в её глазах мелькнула печаль.

Она говорила не так агрессивно, как в первую нашу встречу, наверное, такая она настоящая.

Всё же, не стоит терять бдительности, хотя и стало ясно что уничтожать меня на месте она не собирается.

Попытаюсь втереться к ней в доверие. Показать ей свою человечность.

В её глазах я не веду себя как типичная нежить.

— Эм… Сенри, не так ли? Зачем вы сюда пришли?

Серебряные волосы раздул налетевший ветерок. Несколько секунд Сенри молчала, а потом, переведя взгляд на могилу, проговорила.

— …Я пришла за её останками. Думала похоронить её в городе.

Это… не то, что я ожидал услышать.

— Вот как… выходит, это было не нужно.

Я сказал что чувствовал. Если бы я не стал рыть могилу Лу, успел бы убраться до появления Сенри.

Да и сама Лу, очевидно, была бы куда больше рада уютной могиле на городском кладбище, чем вырытой посреди леса.

Впрочем, разве можно в чём-то меня винить, в конце концов я исполнял обещание. Да и я не мог подумать, что Рыцари Упокоения такая достойная организация.

Я молчал, пытаясь не дать раздражению прорваться наружу. Сенри подошла ко мне, встав со мной бок о бок и посмотрела на могилу.

Аромат её бледной, мягкой шеи пробуждал мой аппетит.

Я могу меньше, чем за секунду вырастить когти и вцепиться в неё взмахнув рукой. Но это плохой вариант. Сомневаюсь, что стоит давать ей повод для нападения, хотя того, что я нежить и без того достаточно.

— Вы были… её другом? — спросила она меня.

Другом? Лу бы сейчас рассвирепела. Мы и близко не были друзьями. В конце концов мы дали друг другу обещания и кое-как договорились, но с самого начала куда больше походили на врагов.

Я поднёс руку к лицу и грустным тоном, совпадающим с её, ответил. — Нет… Скорее… семьёй.

— …

Пусть это растопит её сердце. Пусть вызовет сочувствие… сочувствие жалостливого ангела смерти.

Это сработает. Я ещё не мёртв. У меня получится. Я использую всё что позволит мне использовать моя хитрость.

К счастью, сильно хитрить мне не пришлось. Странно говорить такое о себе, но сейчас я куда более жалкий чем при жизни.

— Но она, наконец, обрела покой. — сказал я. — У неё не было будущего даже если бы она осталась рабыней Хороса. Глубоко в душе она желала смерти. А я не мог сделать ничего чтобы ей помочь. Вы и ваши друзья ей помогли, Сенри.

— Это вовсе не… — забормотала Сенри, не моргнувшая и глазом, когда я назвал её по имени.

Выражение её лица не изменилось, отчего я не мог понять, что она думает, но сомневаться в том, что она эмоциональна не приходится.

Нужно быстрее разыграть свои карты. Время поджимает. Чем дольше Сенри останется здесь, тем выше вероятность что другие Рыцари Упокоения придут её искать.

Указав на себя, я заговорил, не забыв тяжело вздохнуть. — В такие моменты тело нежити кажется довольно неудобным. Мне очень грустно, но заплакать я не могу.

— ?! Вы… Так вы!..

Посмотрев на меня наполненным осуждением взглядом Сенри отскочила на расстояние удара.

Хоть она и не вытащила свой меч, я всё равно что мёртв. Но панике я не поддался. Нужно всё тщательно продумать.

Чтобы доказать ей, что я безвреден, я улыбнулся и показал раскрытые руки.

— Да, я… гуль. Но, почему-то… у меня остались воспоминания от моей прошлой жизни.

— …А?

Сенри, чьё выражение лица не менялось всё это время, удивлённо раскрыла рот. Она смотрела на меня с удивлением, в её взгляде не было враждебности.

Повелитель не подозревал что у меня остались воспоминания из прошлой жизни. И, судя по лицу Сенри, это крайне редкое явление.

Я победил. Грудь Лу была пробита стрелой. Сенри использует только меч.

Она не убивает людей, вызвавших у неё жалость. Даже если я нахожусь в теле монстра, мой интеллект и суждения делают меня человеком в её глазах. Она меня не убьёт. Даже если все остальные будут её за это осуждать, она слишком жалеет других людей.

Для Рыцаря Упокоения подобная мягкость существенный недостаток. Её боевая сила огромна, но она слишком человечна. Мне даже приукрашивать не придётся, я могу просто рассказать ей всё как есть.

Издав ещё один драматичный протяжный вздох, я начал свою историю. Грустную историю жалкого Энда.

Сенри молча меня слушала, на её лице не было эмоций.

Но несмотря на лишённое эмоций лицо, аметистовые глаза блестели.

Я не питаю обид. Моя жизнь была наполнена болью и безнадёжностью. У меня не было возможности бороться, и как бы я не цеплялся за свою жизнь она была короткой. То, что, став нежитью я сразу же пробудился снова, восстановил воспоминания из своей жизни… настоящее чудо.

Я не знаю почему так получилось. Я не хотел становиться нежитью. Всё же, мне повезло. Повезло что я снова смог встать на ноги, что снова могу бегать по лесу.

От нежити меня отличает то, что я не нападал на людей… зачем вообще на них нападать?

Я попытался заставить Сенри ответить на этот вопрос вместо меня. Я говорил и говорил, вспоминал стиль разговоров весёлых пройдох, о которых читал в комедиях.

— А. То есть, то письмо…

— Мне помогла Лу. Хорос Камен задумывал провести жуткий ритуал. Если бы я промедлил, он мог бы приказать мне напасть на живых. Я хотел избежать этого любой ценой. Мне очень повезло что вы и другие Рыцари Упокоения оказались в городе. Благодаря этому я остался человеком.

— …

Я тщательно подбирал слова, давая ей всё больше причин меня пощадить.

Сенри опустила взгляд, словно пытаясь скрыть свою нерешительность. Я ни разу ей не соврал.

Я никогда не нападал на людей… потому что никогда не выходил из леса.

Я не хочу нападать на людей… потому что не хочу привлечь внимание рыцарей.

Впрочем, если это потребуется для моего выживания, вряд ли принципы остановят меня от нападения на людей.

Я последователен. Монстр с человеческой логикой и разумом. Очевидно, это делает меня по-настоящему жутким монстром. Будь я рыцарем, я бы не оставил себя в живых. Какая ирония… я, нежить, куда больше подошёл бы на роль рыцаря чем Сенри с её необычайным даром.

— К счастью, в этом лесу никто не живёт. Я собираюсь провести остаток жизни в мире и покое, присматривая за могилой Лу. Я могу охотиться на животных чтобы есть, и так я собираюсь выживать.

— …Понятно.

— Это плохо?

Я и не заметил, как солнце начало заходить. Алый закатный свет упал на простенькую могилу Лу.

Я ждал её ответа. Оставленный на моей руке ожог от серебряной стрелы затянулся. Ночь моё время, время немёртвых. Гули слабы, так что темнота не сделает меня намного сильнее, но это лучше, чем день.

Сенри колебалась. Каждая секунда, каждая минута длились для меня в десять раз дольше.

Терпеливо я ждал ответа Сенри не переставая улыбаться. Терпение единственная моя сильная сторона.

Если я побегу, Сенри бросится в погоню. А ноги низкоуровневой нежити не унесут меня от рыцаря, с лёгкостью уничтожившего дракона и убившего повелителя сто двадцать раз. Даже ночью.

Может сама она этого не понимает, но она держит меч у моего горла.

Наконец, она на меня посмотрела. В её глазах не было сомнений.

В отличии от так и не изменившего выражения лица в её голосе слышалось сочувствие.

— …Хорошо. Мне ещё не доводилось встречать нежить, сохранившую воспоминания из жизни, но… Энд, вы довольно рассудительны. Мне кажется… проблем возникнуть не должно.

Последние её слова прозвучали с сомнением. Но, в остальном она была уверена.

Наверное, она хочет убедить других рыцарей. Она решила быть праведной и доброй во всём.

Я вздохнул с облегчением, посмотрев на могилу.

— Слава богу… Наверное Лу бы тоже обрадовалась.

— …Я приду сюда завтра. Если вам что-то нужно, скажите мне, я принесу.

— Не хотелось бы вас так использовать. Хотя… если вам не трудно, найдите цветы для могилы Лу. В этом лесу цветов не так много.

— …Хорошо. Я обязательно принесу что-нибудь с собой… дождитесь меня.

Сенри уверенно кивнула.

Какой отзывчивый человек. Пожалуй, она самая чистая душой, личность которую мне когда-либо доводилось встречать.

Она верит в людей. Такой не стать если жить обычной жизнью.

Она отличается от Рыцарей Упокоения, которыми я восхищаюсь, но не отметить её благородства я не могу.

И поэтому мне даже немного больно обманывать такую чистую сердцем девочку.

Солнце начало закатываться за горизонт. Помолившись на могиле Лу Сенри пошла к городу.

Наверное, я никогда больше её не встречу. Когда она удалится я попытаюсь как можно быстрее сбежать из леса сам.

Серебряные волосы колыхались с каждым её шагом, а я вдруг вспомнил ещё один вопрос, который меня терзает.

Может Сенри, как Рыцарь Упокоения знает на него ответ.

— Кстати, Сенри, Хорос Камен кое-что говорил. Он всё повторял что создаст повелителя мёртвых. Это, наверное, уже не важно, но, может вы знаете, что это значит?

Сенри застыла. Она ответила мне не оборачиваясь. — Повелителем мёртвых… называют некромантов первого ранга, превративших себя в особую нежить запретной магией. Хорос Камен был человеком. Я его уничтожила. Это всё… уже не важно.

Подождав пока Сенри покинет радиус в котором я её чувству я направился к поместью.

Нужно торопиться.

Сенри решила меня отпустить. Она не против если я проведу остаток своих дней в этом лесу.

Её слова были искренними. Я не так уж долго с ней знаком, но она не кажется человеком способным на ложь.

Только вот убедить своих товарищей оставить меня в покое она не сможет.

Это очевидно. Я помню свою прошлую жизнь и понимаю, что я монстр. На Рыцарей Упокоения возложена божественная задача по уничтожению порождений тьмы, они никогда не закроют на моё существование глаза. Как человек, который ими восторгался я это знаю. Дело не в жестокости остальных рыцарей. Это Сенри необычная.

Может он ничего не скажет обо мне своим товарищам? Что же, это невозможно. Сенри не глупа, просто слишком доверчива. Пусть она и сказала, что не расскажет, как отреагируют её союзники если, она вернётся без останков девушки, за которой пришла? Если её начнут расспрашивать, она всё им разболтает. А потом начнёт умолять их меня пощадить. Как я умолял её о пощаде.

Они, несомненно, придут чтобы меня убить. Целая группа рыцарей отправится за моей головой, за головой существа, воспользовавшегося слабостью принцессы.

Понимания и принятия мне не получить.

Я монстр, живущий во тьме. Монстр, питающийся плотью, существо, которое, прожив достаточно времени, станет пить человеческую кровь.

Моё желание не изменилось.

Я хочу жить. Жить и быть свободным. Поиском смысла в жизни займусь как-нибудь потом.

Я оставил могилу Лу и отправился в остатки поместья. Теперь мне нужен секач, который я не забрал с собой во время побега.

У меня есть время, пока Сенри не добралась до города. Я мог бы просто пользоваться когтями, но в этом побеге оружие мне пригодится. Хочу я того или нет, но повелитель ценил этот секач. Он особенный.

Кажется, Сенри сказала, что повелитель мёртвых это некромант, который превратил себя в нежить. Наверное, повелитель готовил Плащ Нескончаемой Ночи и Амулет Теней для себя.

Я дошёл до того места, где была лаборатория и начал разгребать завалы. Порывшись, я наконец нашёл широкий чёрный клинок. До этого под обломками обнаружилась походная экипировка, в том числе и рюкзак.

К тому времени как я закончил на лес уже опустилась ночь. Мир был освещён серебряным лунным светом.

Я могу видеть в темноте. Ночь моё время.

Не представляю куда мне стоит пойти, потому что карты у меня нет, но я точно знаю, что мне нужно убираться как можно дальше.

Да, я обману Сенри. Но я должен. Я… не могу позволить себе веру в людей, как она.

Я развернулся и сделал шаг в противоположном, от города, направлении. Вдруг, я услышал, как кто-то обратился ко мне по имени.

— Энд… Время наконец пришло, сосуд повелителя мёртвых.

Мрачный голос звучал будто из глубин ада. По моей спине пробежало подобие холодка.

Я тут же схватился за висящий на поясе секач и начал озираться по сторонам.

В воздухе парило что-то странное. Прикусив язык, я отогнал начавший поглощать меня ужас.

Сверху, перекрывая серебряный свет луны на меня смотрело знакомое лицо.

Я схватил ртом воздух. Это невозможно. Хорос Камен пал… от руки Сенри.

Он использовал все трюки, которые у него были. Даже создал зловещего дракона. И всё равно был стёрт с лица земли светом.

Но то, что я видел перед собой было, без сомнений, Хоросом Каменом.

Он был бледно голубым, его силуэт светился, Все предметы, от чёрной робы до сожжённого священной силой посоха определённо выдавали в силуэте Хороса. Его существование, впрочем, едва ощущалось… он был невероятно слаб в сравнении со своей прижизненной версией.

Повелитель говорил помпезно, сложив руки на груди. В воздухе его голос не разносился, но я прекрасно понимал, что он говорит.

— Не могу поверить… что я… моя плоть… была уничтожена… Но спрятанный заранее фрагмент моей души оказался на редкость полезен…

— …

Он едва жив. Вернув себе спокойствие, я вцепился в секач и скинул рюкзак.

Это последнее явление повелителя. Несомненно, с Сенри он сражался в полную силу.

Не знаю, его душа передо мной или он воскрес в качестве духа, но сейчас он лишь тень себя прошлого.

Какими цепкими бывают некроманты. Он обдурил Сенри и опытных рыцарей упокоения… и правда жуткий чародей.

Смогу ли я… его победить? Вопрос заключается в том, осталась ли у него надо мной власть.

Если осталась, то я…

Нет… я одержу победу. Набравшись решимости я наблюдал за повелителем.

Может стоит использовать Рыцарей Упокоения для его окончательного уничтожения?

До этого момента я ловко изворачивался от прямых стычек с Хоросом. Но, подозреваю, теперь придётся сражаться с ним самому.

Ну ладно. Закончу всё своими руками.

Я впился в него взглядом. Вдруг в моей голове мелькнула догадка, та фраза, которую напоследок сказала Сенри о повелителе мёртвых.

Я снова подумал о том, что она сказала… Хорос зовёт меня сосудом повелителя. Точно… сосуд!

Даже придурок бы догадался. Если слова Сенри верны, цель повелителя…

— Повелитель… вы в порядке?

— Энд, я заключил последнюю часть своей души в тебя. Это требовалось для ритуала. Какая удача что ты выжил.

Заключил… в меня. Получается, он ещё жив?

Кажется, в предательстве он меня не заподозрил. Судя по всему, он не слышал моего разговора с Сенри. Наверное, он отсыпался до ночи, выжидал пока ему вернётся хоть частичка сил.

Раз он не знает, что у меня остались воспоминания из прошлой жизни, шансы у меня есть.

— Постойте… Тогда зачем было пытаться использовать меня в сражении с Рыцарями Упокоения? Что если бы я умер?

— Кажется, ты… неверно меня понял. Я не собирался… использовать тебя… в бою.

— …

Довольно неожиданно. Но, если подумать, он не отдавал мне боевых приказов. Он лишь приказал мне вернуться в зал. Может быть после этого он отправил бы меня в какое-нибудь укрытие.

Впрочем, разницы никакой. Я уже принял своё решение.

Повелитель умрёт здесь и в этот раз наверняка. И ему я могилу не сделаю.

— Мы проведём ритуал, рождение повелителя тьмы… Хмф… Лишь об одном я жалею. Не так я планировал его провести, но выбора нет… Моя жизнь… я сейчас как будто лоскуток прежнего себя. Хе-хе-хе…

Повелитель, даже сейчас, самоуверенно расхохотался. Я сконцентрировался. Наверное, у меня будет всего одна попытка.

Величественно раскинув руки, повелитель надменно отдал приказ.

— Энд твоё тело… шедевр. А моя душа ключ… Когда моё долгожданное желание сбудется, ты станешь повелителем способным уничтожить любое отродье света. Энд, сопротивления я не допущу… замри.

Я замер по приказу повелителя.

Хорос Камен двигался медленно. Повелитель никогда не использовал нежить духовного типа, поэтому приведений мне видеть не доводилось, но я примерно представляю на что они способны, если в энциклопедии написана правда.

Подлетая ко мне Хорос начал излучать бледно-голубое свечение. Что со мной станет, когда он меня коснётся? Жутко даже представить. Но я не дрогул, мои руки не дрожали.

Потому что этого… никогда не случится.

Хорос оказался в метре от меня, на расстоянии удара.

Я сжал рукоять секача в руке. Он нисколько меня не боится. Это будет просто.

А потом, я вложил силу в руку, держащую секач, и нанёс удар, как привык.

— ?!

Никакого сопротивления. Вообще никакого. Удар заставил меня провернуться на месте, я успел подставить ногу и остановить кручение.

Секач прошёлся прямиком через шею повелителя. Но с ним ничего не случилось.

Его голова, которую я должен был снести, не отделилась от силуэта. Он разочарованно взглянул на меня.

— Хмф… Моя мощь… настолько ослабла что команды на тебя не работают… Подумать только, ты даже притворился что команды на тебя действуют… С тобой ни на секунду нельзя расслабляться.

Я ударил очень сильно. Такой удар раскроил бы череп магическому зверю и легко разрубил бы плоть и кости.

Оставленный серебряной стрелой ожог давно затянулся. Причина явно не в нём.

Не переводя дыхание, я нанёс ещё несколько ударом в парящего над землёй повелителя. Он и не подумал сопротивляться.

Удар, который должен был снести ему руку. Удар, который должен был рассечь его надвое. Удар по диагонали от бедра к плечу. Я продолжал атаковать, и каждый из моих ударов должен был стать смертельным. Но ни один удар не встретил никакого сопротивления. Словно я пытаюсь атаковать что-то, чего не существует. Тело повелителя разлеталось как дым каждый раз, когда сквозь него проходил удар, но тут же приходило в норму.

— Это не сработает. Бесполезно, Энд. Ты сообразителен. Ты смел и внимателен… но тебе недостаёт знаний. Сейчас атаки… не причинят мне вреда.

Я рассёк ему лицо, но голос не умолк. Да и на его лице боли не отражалось.

Мне не хватает знаний. Прямо в точку. Я продолжил натиск на повелителя. Между ударами почти не было пауз, потому что мне не нужно ни дыхание, ни отдых.

Уже после первого удара я осознал, что мои атаки не работают. Я продолжаю бить лишь для того, чтобы у меня было время продумать следующий шаг. Он прав… Я практически ничего не знаю, но я читал энциклопедию нежить. Нежить невосприимчивая к физическим атакам, не имеющая физического тела, та, что вредит людям будучи только душой… Должно быть, повелитель сейчас близок к такому состоянию, как я и предположил.

Я не думал, что физические атаки совсем не будут на него работать, но это ещё не конец.

Я пытался вспомнить. Призраки обладают высокой сопротивляемостью к физическим атакам, но им недостаёт физических тел, оттого они более другой нежити восприимчивы к позитивной энергии, а также слабо защищены от магии.

Повелитель использовал против Рыцарей Упокоения созданий из плоти и костей, но не душ… наверное потому, что в борьбе с ними у рыцарей нет никаких затруднений.

Только вот я не могу использовать ни магию, ни позитивную энергию. Попытаться добраться до Сенри за помощью? Нет, сейчас это невозможно. До города слишком далеко, и там рыцарь первого ранга. Попытка обратиться за помощью сродни самоубийству.

Кости начали трещать от серии атак в полную силу, плоть пронзила глухая боль. Но это мелочь. С такими повреждениями регенерация совладает. Я начал медленно отступать, рассекая повелителя, пытавшегося поработить меня даже после своей смерти.

— Хватит бесполезного сопротивления, Энд. Для этого… ты был рождён.

Эгоизм до самого конца. Как я и думал, нам друг с другом не договориться.

Мы бы никогда не поладили, просто потому что он обладает надо мной властью. Он использует слова вроде «сосуд», а это значит, что моё сознание будет стёрто. Если задуматься, он пытался оградить меня от знаний, потому что мне они не пригодятся.

Я сосуд. Не содержимое.

Ему нужен был сильный, обладающий талантом сосуд. Содержимым этого сосуда собирался стать он сам.

Наверное, в глубине души я осознавал цель повелителя, что такое этот повелитель мёртвых.

Подсказок было предостаточно. Повелителя не беспокоило чего я желаю, потому что мне не суждено существовать.

Но я не проиграю. Я ощутил, как загорелась во мне жажда жизни. Я не ощущаю страха. Только… злость.

Я его убью. Окончательно и бесповоротно. Я убью существо прикончить которое не смог даже рыцарь второго ранга.

Хорос Камен, твоё «долгожданное желание» не сбудется… А сам ты будешь уничтожен сосудом, который пытался использовать.

Несмотря на то, что я продолжал резать повелителя, он медленно продвигался вперёд.

Мои атаки не могли задержать его физически, но, почему-то, он до сих пор в меня не запрыгнул. Может дело в том, что некромант-исследователь взял в его голове верх и он решил понаблюдать за моей реакцией?

— Твой разум скован страхом… но это не важно. Мне нужен лишь сосуд способный вместить всю мощь смерти. Я ждал слишком долго… Но я, и только я, стану самым могущественным из повелителей мёртвых.

Я разрезал его глаза. Потом нос. И всё равно повелитель продолжал на меня смотреть. Я перерезал ему горло, но его голос продолжал звучать в моих ушах. Я успел разрезать каждую частичку его тела, но он не начал паниковать. Он сильнейший. Могущественнейший. Умный и высокомерный… тёмный чародей отвратительный всему миру. Неудивительно что такого одолела Сенри.

Я атаковал его не бездумно, не без плана. И я не потерял над собой контроль.

…Я хорош в продумывании.

Мыслить и терпеть боль это всё что мне оставалось в те дни, когда я был прикован к постели.

Наконец, видимо устав от наблюдения, повелитель дёрнулся ко мне. Сквозь его зловещие черты просвечивала луна. Я отпрыгнул в сторону, а потом, откинул секач. Глаза повелителя округлились.

— Хорос Камен. Твоя слабость… заключается в том, что ты ничего кроме себя не видишь.

— ЧТО?!

Именно поэтому у меня получилось его обмануть. Поэтому он не заметил изменений в Лу. Поэтому проиграл Сенри.

В мире Хороса Камена существует только Хорос Камен.

Он не понимал куда я его веду? Думал, что я отступаю только чтобы от него уклониться?

На крупном надгробном камне было написано имя Лу, земля в этом месте перекопана.

Здесь похоронена твоя рабыня.

Я не могу пользоваться позитивной энергией. Равно как и магией.

Но в этом месте есть вещь… к которой нежить питает слабость.

Я схватил стрелу, которую воткнул в землю вместо креста, серебряную, от древка до лезвия, вскинул её в воздух. Ладонь, исцелившуюся совсем недавно, пронзила жуткая боль, вместе со звуком как будто что-то плавится.

Любая нежить уязвима к серебряному оружию, включая призраков. Боль в руке меня убить не способна, зато против не имеющего физической формы призрака сработает идеально.

Повелитель, должно быть, осознал, что я держу в руке. Его глаза округлились и он, со скоростью ветра метнулся ко мне.

Но он опоздал. Он был быстрым, наверное, останься я человеком я бы за ним не уследил, но для гуля совладать с такой скоростью не было проблемой.

Я вытянул серебряную стрелу, пронзая лоб летящего прямиком на меня повелителя.

В ночи раздался крик, крик, который даже Сенри не смогла из него выдавить.

— ГАААААААААААААААААААХХХХХХХХ!!!

— …Так ты это себе представлял?

— ?!

Повелитель нисколько не изменился. Он не исчез, его лицо не было искажено болью.

Заряженная разрушительной для нежити светлой силой стрела наполовину погрузилась в лоб повелителя, но он заговорил со мной насмешливым тоном. Тонкий палец потянулся ко мне. Меня сверлил взгляд мутных глаз. Я не мог его остановить.

— Вот поэтому… я и сказал… что тебе не достаёт знаний. Я не простой призрак. Моё существование… привязано к тебе. Пока это не изменится я бессмертен. Призрачная нежить не обладает идеальной защитой от физических атак. Ты бы ощутил разницу, когда бил меня Кровавым правителем.

— …

— Какая жалость. Но можешь быть спокоен. Твой сосуд станет самым могущественным повелителем мёртвых.

— …Сдохни. — мрачно пробормотал я.

Хорос нахмурился, словно услышал глупую шутку. — Мы уже мертвы, ты и я.

Никогда бы не подумал, что у повелителя есть чувство юмора.

Дух Хороса охватил моё тело.

Перед глазами потемнело, какая-то чёрная жижа, похожая на реку грязи полилась в моё сознание.

Тело и разум погрузились в темноту. Тело вдруг перестало ощущать боль, но, всё же, я ощутил агонию, будто что-то пытается разорвать меня изнутри, а вместе с тем снаружи меня что-то поглощало.

— АААААААААААААААААААА!

Крик разнёсся по тёмному лесу. Через мгновенье я осознал, что это мой крик.

Смерть оказалась на расстоянии вытянутой руки. Невыносимая боль, подобной которой я не ощущал долгое время заставила меня осознать, что я такой же слабак, каким был при жизни.

Серебрянная стрела выскользнула из потной ладони. Рана не начала затягиваться, но это сейчас и не важно.

Я ощутил жуткую тошноту. Боль. Сонливость. Саму мою душу терзали всевозможные ощущения.

Даже мои ноги словно оказались в преисподней, будто я проваливаюсь в небытие.

Твоя душа… будет падать во тьму.

Мне вспомнились однажды сказанные Хоросом слова. Попытавшись на них сконцентрироваться, я вдруг ощутил, что боль слегка ослабла.

Не могу отличить право от лево, верх от низа, но я всё равно смог схватиться за стоящее неподалёку дерево и остаться на ногах.

Моё сердце, которое давно остановилось, почему-то билось в бешенном темпе. Дыхание вышло из-под контроля.

Воспоминания и знания, принадлежавшие не мне, полились в разум. Вместе с этим я ощутил тошноту подобной которой в моей жизни ещё не было. Я начал биться головой о ствол дерева, снова и снова.

Что… это?

Мне хотелось просто всё бросить и сдаться. Я не понимаю, что происходит и спасает меня только одно… Осознание, что, если я сейчас сдамся, я умру.

Дерево сломалось. Кровь хлынула из моей головы. Я рухнул на колени и упал на землю, а потом пополз к другому дереву.

Я пытался использовать любое ощущение, лишь бы сохранить своё сознание.

Мне вспомнились времена, когда я был прикован к постели.

Как боль становилась сильнее, постепенно, как таяли мои силы.

Как бесконечная агония не давала мне заснуть, и как в отдельные дни любое моё действие вызывало адскую боль. Попытки прожить очередной день, хотя ни один доктор или чародей не мог мне помочь, и обида от того, что я не могу ничего сделать и мне остаётся только наблюдать как я выбиваюсь из сил и умираю.

Я изменился. Моё тело, моя душа изменились. Они превратились во что-то более… цепкое, более зловещее… то, что больше подходит повелителю мёртвых.

Повелитель, должно быть, заранее что-то со мной сделал. Я не знал, что именно.

Воспоминания и знания струились мне прямо в разум… но мне они не принадлежат. И я не могу позволить себе их принять.

Продолжая страдать от боли и ощущений, с которыми я ничего не могу сделать, я вдруг заметил пролетевшую в уголке разума мысль, которая мне не принадлежит.

— Невозможно… почему это его не поглотило?

Вокруг тьма. Рядом никого. Лишь моё жаркое прерывистое дыхание.

Подняв голову, я увидел перед собой повелителя. Он не был в призрачной форме, а стоял на своих двух ногах. Почему-то я понял, что это не его физическая форма, но и не душа. Это просто иллюзия которую показывает мне мой разум.

Я делаю это не специально.

Боль я попытался заглушить кровожадностью и яростью. Тело поднялось, я занёс над головой руку.

Удар получился медленным и мне не хватило сил чтобы вырастить когти. Но этот удар с лёгкостью разбил иллюзорного повелителя.

Его видение развеялось.

— …Какая цепкая душа… Так и не признал поражения?

Всё моё тело будто горит, особенно голова… Нет, точнее, разум… и сердце.

Голос раздался за моей спиной, и я махнул рукой в ту сторону. Там снова оказалось видение повелителя, такое же, как я только что разбил.

Исчезла и эта иллюзия. Но что-то новое появилось вместо неё. Перед моими глазами возникло бесчисленное множество повелителей. Сверху, снизу, впереди, сзади, слева и справа. Какие-то стояли на земле, другие были погружены в неё по пояс, третьи парили в воздухе. Множество глаз, безучастных и коварных, будто у змеи, впились в меня взглядами.

Я продолжал в гневе их атаковать. Хорос Камен вторгся в мой разум.

Его воля затекала в меня мутной рекой, таким сильным потоком, что потеряй я на мгновение бдительность, и меня унесёт.

— Н-не может быть… Его сознание… слишком плотное… для ничтожной душонки умершего от болезни… Дело… всё дело в благородной крови?.. Нет… не может быть!.. Он… никогда… не сможет… мне воспротивиться!!!

Сколько бы иллюзий повелителя я не уничтожал, они продолжали появляться.

Всеми своими силами, силами находящейся на краю второй моей жизни я боролся с душой пытавшейся мной овладеть.

Я выживу. Выживу и буду свободен.

— Б-бездна этого сосуда… слишком глубока! Почему она настолько глубока?.. Энд, это приказ! Прекрати сопротивление!

Голос повелителя пронёсся по моей голове, вызывая боль в разуме.

Энд?.. Кто такой Энд?

Я схватился за грудь. Моё сердце бьётся. Это было не наваждением. Моё сердце начало двигаться. Я жив. У меня есть пульс. Уже не труп. Я переродился в ещё более зловещее создание… в отвратительного монстра, вознёсшегося даже над смертью.

А… вот в чём суть проклятья некроманта, его задача?!

Меня терзает настолько жуткая боль что мыслить здраво я не могу, но, несмотря на это, я вдруг понял, чего именно пытаются добиться некроманты.

В чём заключается цель проклятья, даровавшего мне жизнь. Их цель, повелитель мёртвых… бессмертие.

Не продолжение жизни живым трупом, а существование в качестве живого существа. Идеальное бессмертие и неуязвимость.

Для некромантов смерть всего лишь часть пути. Они создают бесчисленное множество нежити, в этом они специалисты. Если бы они просто превращали в нежить себя, было бы заметно проще.

Но повелителю претило такое превращение.

Сенри говорила, что некроманты первого ранга — это существа, которые обратили себя в «особую» нежить.

В какой-то момент новые иллюзии повелителя перестали появляться, а все оставшиеся слились в огромный клубок тьмы.

Я увидел новую иллюзию. Лицо Хороса Камена показавшееся в центре огромного чёрного облака.

Он пытается меня поглотить, пытается отправить меня в тёмную яму.

Его голос прозвучал в моём разуме. В нём слышалась злость и надменность.

— …Всё кончено! Я забираю это тело! Преимущество за мной! Ты… ты будешь жить вечно в качестве сосуда повелителя мёртвых!

— Хах, хах, хах, аааа, ааа…

Он силён. Не знаю сколько лет он прожил, но даже частичка его души обладает невероятной мощью.

К этой силе добавляется одержимость и мания величия.

Повелитель не ожидал что всё вот так обернётся… что он проиграет Сенри. Подобная форма ритуала, наверное, его последняя надежда. Если бы он провёл ритуал как задумывал… что бы со мной стало?

Повелитель взмыл в воздух. Тёмное облако перекрыло луну, всё небо, весь мир и обрушилось на меня.

Моя рука двинулась. Интересно, сыграл инстинкт монстра, которым я стал, или душа двигает телом, потому что не хочет умирать? Кончики пальцев не целились в повелителя, ногтями я сделал глубокий порез на собственных губах.

Боль уже стала привычна. Парящее во тьме лицо повелителя уставилось на меня непонимающим взглядом. Я ухмыльнулся распоротыми губами. В одно мгновение агония исчезла из моего разума.

Тем, кто станет повелителем мёртвых… буду я. Прости, но ради себя мне придётся тебя поглотить.

Ты будешь… первым человеком которого я когда-либо съел.

Я бросился на окружающую тьму, раскрыл окровавленные губы и заглотил её.

Тьма не обладала каким-то вкусом. Это всего лишь видение… у него нет физической формы.

Но мой разум сотрясся от мощного крика.

Вот оно что… вот как твой крик звучит на самом деле.

Я ощутил странный восторг, а голос вскоре стих. Тишина была единственным что осталось в ночном лесу.

Силы оставили мои конечности и тело рухнуло на землю. Боль, которую я испытывал всё это время бесследно исчезла.

В разуме не стало другого голоса.

Круглая луна сияет в ночном небе. Кажется, рассвет совсем скоро.

Прохладный бриз налетел на моё, лежащее на земле тело, а я лежу и размышляю над тем, что произошло.

В моей голове теперь нет других сознаний. Душа повелителя, инородное тело пытавшееся меня захватить было поглощено, если не полностью, то важные его части, и слоилось со мной. Чувство оказалось очень освежающим.

Новые знания и воспоминания, лившиеся в меня в процессе… я пока не могу ими воспользоваться. Наверное, подсознание убеждено что пытаться вызвать их слишком опасно. Воспоминания и опыт повелителя куда насыщеннее моего. Пожалуй, лучше не заставлять себя в них погружаться.

Теперь, слегка успокоившись, я попытался опереться рукой на землю и подняться, но у меня ничего не получилось.

На мгновение я растерялся. Потом я потянулся к ближайшему дереву и, наконец, собравшись с силами, поднялся.

Конечности отказываются меня слушать. На секунду я погрузился в размышления. Двно я не ощущал истощения, а теперь оно тяжким грузом легло на моё тело.

Кажется… я на том же месте, рядом с могилой.

Я ощутил, что моё тело, сам я, сильно изменился. Должно быть, прошёл мутацию.

Интересно, условия были выполнены из-за поглощения проклятой души повелителя? Или он заранее провёл какой-то ритуал? Теперь… я уже не гуль. Только вот я и не тёмный охотник, который должен был стать следующей ступенью развития. Если бы я им стал, моя плоть бы потемнела, но я остался таким же, каким и был.

О мелочах буду думать позже. У меня почти нет сил.

Мне вспомнился момент, когда я только-только стал гулем и ощутил голод впервые.

Я вытер кровь, которая текла из моего лба и сделал глубокий вдох. У меня очень мало сил. Смогу ли я одолеть магических зверей этого леса? Проживу ли я достаточно чтобы их найти?

Нет… я должен. Я поглотил некроманта, своего повелителя.

Я использую любое средство для выживания. После всего чем я пожертвовал я зашёл очень далеко.

И сейчас, кроме еды, мне нужно найти место, в котором солнечный свет меня не достанет.

Пройдя новые мутации я обрёл больше слабостей. Во что бы я там не превратился, солнечный свет должен стать для меня смертельным. Нет времени предаваться боли, которую я ощущаю. Схватка с повелителем, должно быть, отняла немало времени. Солнце вскоре взойдёт. У меня есть Плащ Нескончаемой Ночи, который я забрал у повелителя, но переоценивать его эффект не стоит. Если бы подобные предметы устраняли угрозу солнечного света, нежить была бы куда более серьёзной угрозой чем сейчас.

Моё тело как будто опухло. Но это значит, что я по-настоящему жив. И это не самое плохое ощущение.

Шаг за шагом я двигался на ватных ногах, ощущая как я шагаю по твёрдой земле.

Мне вдруг вспомнилось, что я обронил своей секач.

Я… наверное мне стоит его забрать. В каком бы беспомощном состоянии я ни был, охота на монстров явно пройдёт легче с оружием в руках.

Я повернулся и замер. Серебряная стрела просвистела в нескольких сантиметрах от меня.

— А?..

Свистящий звук. Мгновение спустя стрела пронзила мою левую ногу. Её как будто оторвало. Я рухнул на землю.

Извиваясь от агонии, я посмотрел на свою ногу.

В колене застряла стрела… мгновение назад её там не было

Стрела была серебряной, она пронзила плоть и кость, от них исходил белый дымок.

Я попытался её вытащить, но руки, дрожавшие от боли и истощения, меня не слушались.

Мои мысли погрузились в хаос. Я услышал знакомый грубоватый голос.

— Здорово-то как. Далеко ты не ушёл… монстр. Ты просто нечто.

— Не распаляйся. Это ты обманул нашу принцессу, да?

— Эти раны… и глаза… младший вампир, да? Мне казалось, ты назвался гулем… Наверное у Сенри пока маловато опыта для первого ранга.

— П-почему?! — наконец выдавил из себя я.

В паре метров от себя я увидел синеволосого мужчину заподозрившего во мне нежить в Энже. Он смотрел на меня, корчащегося от боли на земле, как на кучу мусора.

— Почему? А надо ли такое спрашивать? Рыцари Упокоения приходят только ради одного. Чтобы убивать монстров.

Проклятье… проклятье, проклятье, проклятье, проклятье.

У меня нет сил. Серебряная стрела застряла в моей левой ноге, и рана распространялась из-за её священной силы. Даже если у меня получится подняться, я не смогу двигаться быстро.

Ко мне медленно подступали окружённые священной силой Рыцари Упокоения.

Их было четверо, рыцари третьего ранга. Повелитель сказал мне что пока я не стану вампиром, я им не противник. А ещё я видел, насколько силён был повелитель… он сражался со всеми пятерыми, включая Сенри, часы напролёт.

Биение забившегося вновь сердца начало отдаваться в ушах.

Я услышал раздавшийся надо мной голос. — Что же… я сильно удивился, когда увидел, что упёртая Сенри отправившаяся сюда за останками, вернулась с пустыми руками.

— Может она и сильна, но слишком уж мягкая. Кажется строгой, но честная до безобразия… и тайны хранить не умеет. Порой она выдаёт что-то сама того не понимая. Потому мы и пришли.

Я взвизгнул и попытался отползти от рыцарей. Нужно потянуть время. Нужно притвориться слабым.

Мне не победить, четверо рыцарей слишком сильны в сражении бок о бок. Безнадёжность моего положения очень быстро вернула мне рассудок.

Разве могу я сдаться после того, как зашёл так далеко? Нужно что-нибудь придумать. Найти выход.

Как же раздражает. Если бы только я мог восполнить силы, у меня бы получилось сбежать.

Я дрожал и не сводил взгляда округлившихся глаз с моих врагов.

Приближаясь, рыцари всё больше походили для меня на ангелов смерти.

Сенри с ними не было. Эта четвёрка слабее её, но все они сейчас настороже… четверо рыцарей третьего ранга.

Они запросто меня уничтожат. Их сила ошеломляет. Не знаю, смог бы я побить хотя бы одного из них, даже если был бы полон сил. В таком положении я не могу ничего. Даже застать их врасплох неожиданной атакой не получится, их четверо.

Следующая серебряная стрела пронзила правую ногу.

Я видел её полёт, но поскольку тело меня не слушается, уклониться у меня не было возможности.

Да и одна целая нога сбежать бы мне не помогла.

Ну и ладно. Ноги мне не нужны. Нужно мне только заставить их совершить ошибку.

От жгучей боли я вскрикнул. Крики вызывают сочувствие. Но взгляд светловолосой женщины-рыцаря, прострелившей мне обе ноги, остались ледяными, в отличии от Сенри она даже не дрогнула.

Всё что случилось… я этого не ожидал. Я что, на самом деле проклят?

Появление Сенри застало меня врасплох.

Потом неожиданное воскрешение повелителя и попытка меня поглотить.

А теперь за мной пришли рыцари, а ведь ещё даже рассвет не наступил… гораздо раньше, чем я ожидал.

Я знал, что Сенри не сможет соврать. Но считал, что раньше утра они не объявятся.

Ночь время нежити. Мне казалось, что раньше рассвета прийти они не рискнут. Наивное предположение. У меня не было времени тут разлёживаться. Надо было бежать как можно дальше от поместья, даже если бы пришлось ползти, даже если бы пришлось оставить все припасы, которые я собрал.

По рыцарям было заметно истощение. Их одежда была порвана после сражения, да и сражаться они могут явно не в полную силу. Но, хоть они далеко не так сильны, как Сенри, силы их благословений более чем достаточно чтобы меня уничтожить.

Сопротивление… бесполезно. Если я попытаюсь на них напасть, меня уничтожат.

Всё что мне удалось заполучить, тело, свобода… будет утрачено.

Думай. Ты должен думать. Ты должен выпутаться.

Рыцари Упокоения разделились чтобы меня окружить, а я поднялся на колени и руки. Бреши в их защите не было, но и способным сопротивляться врагом они меня не считали. Если потребуется, они просто обрушат на меня множество атак, не дав мне и шанса уползти.

А мне нельзя этого допустить.

Мои силы истощены, может я смог бы нанести один точный удар, но победить всех четверых невозможно. Нужно тянуть время, эх, вот бы у меня была пара лишних секунд. Даже если это ничего не изменит… было бы лучше.

Раны на ногах начали разрастаться. Будь я гулем, этого бы не случилось. Способности, пришедшие ко мне с мутацией, обернулись против меня.

Я с мольбой во взгляде посмотрел на ближайшего ко мне мужчину-рыцаря.

Именно он заподозрил во мне нежить в Энже. Кажется, Сенри называла его Невира.

Я отчаянно взмолился. Заставил свой голос дрожать сильнее даже чем во время разговора с Сенри. — Хах, хах… Я… У меня… есть воспоминания… из жизни.

— Да, похоже на то. Слышали от Сенри. Звучит невероятно, но ты даже могилу вырыл, да? Не расхитил… а вырыл. Впервые слышу, чтобы монстр таким занимался.

— И… и я никогда не нападал… на людей. Я не собираюсь… нападать!

— Ну да… и что?

Идеал… стоящий передо мной мужчина идеальный Рыцарь Упокоения.

Тот самый хладнокровный могучий рыцарь какими я их себе представлял.

У него даже брови не дёрнулись, но я всё равно ощутил невероятную враждебность.

Он был зол. Не думаю, что я что-то сделал, но он был на меня зол. Наверное, в глазах Рыцаря Упокоения любой монстр остаётся монстром, нападает он на людей или нет. Для человека, который защищает мир людей настрой очень правильный.

— Сенри расска…

— Не смей даже имя её произносить, чёртов монстр!!!

— ?!

Выражение его лица стало демоническим. Он выпучил глаза, а его губы задрожали. Рука так сильно сжала рукоять палицы, что пальцы побелели. Мужчина с мечом, стоявший с другой стороны, женщина с луком и мужчина с посохом… все они взглянули на меня с раздражением.

Кажется, даже малейшее слово может вывести их из равновесия.

— Это?.. Это она… она обо мне рассказала?..

— Если бы она рассказала, мы бы столько не медлили. Она покрывала тебя до самого конца. Но мы не такие мягкие, как она.

Слава богу. Эти слова даровали мне какое-то необъяснимое облегчение.

Я поверил в её сочувствие. Да, я им воспользовался, но всё равно в него поверил. Пусть это ничего не меняет, довольно сложно ощущать, что тебя предаёт то, во что ты веришь.

Не могу придумать ничего что помогло бы мне выпутаться. Да и средств для побега у меня нет.

На мгновенье, на лице стоявшего ближе всех Невиры мелькнуло сочувствие. Он протянул левую руку, ту, которой не держал палицу, словно пытаясь мне помочь.

— Я соболезную твоей судьбе. Очнуться и оказаться монстром… такое не в каждом кошмаре присниться может. Не так ли?

Его левая рука была наполнена энергией света. Мощный свет. Если я её коснусь, наверное, мгновенно буду очищен.

Он сделал это намеренно. Увидев, что я не спешу к нему тянуться, Невира злобно ухмыльнулся, а потом схватил мою левую руку и начал тащить меня вверх, подняв над землёй моё тело.

Белый дым валил от моей руки. Тело кривилось от агонии, спина изогнулась так сильно, как только могла.

От позвоночника я слышал треск. Раздался монструозный крик… я даже не поверил, что он мой собственный. Позитивную энергию можно использовать для защиты. А можно использовать её для того, чтобы ранить нежить.

Правая рука дёрнулась. Невира на расстоянии удара. Я могу его достать, но сколько бы я не пытался, рука не двигалась. Словно прикосновение рыцаря вытянуло из меня силы.

Что же, строго говоря, силы из меня никто не вытягивал. Просто моя невообразимо огромная бездна заполняется светом.

— Рана будет глубокой. Она привыкла к бедам, но этот случай точно на ней отразится. Теперь, с каждой новым случаем она будет вспоминать тебя. И, когда-нибудь, это может стать огромной её слабостью. Ты точно такой же монстр, как и Хорос, раз смог ранить человека, наделённого таким мощным благословением.

— …Ты мог бы… просто позволить мне… быть! Мне… ничего больше не нужно!

Я взмолился. Взмолился очень даже искренне. Всё, чего я желаю, это выживание.

Я не хочу причинять людям проблем. Да и обид ни на кого не питаю.

Но они всё равно пришли чтобы меня убить. Я отчаянно посмотрел в глаза Невиры.

— Мы никогда не отпустим монстра! — объявил он. — …Может сейчас ты и безвреден, но когда-нибудь ты кого-нибудь убьёшь.

— А ещё мы пришли по приказу наставника. Хочешь знать почему Сенри с нами нет?

Я ощущал, что нахожусь на волосок от смерти, неожиданно, со мной заговорила женщина-рыцарь. В отличии от Невиры, целясь мне в голову из лука она словно хотела выбить из меня причину меня убить.

— Видишь ли, наш наставник. — продолжила она. — Он выслушал мольбу Сенри. Он улыбнулся и сказал: «Ну хорошо, я закрою на это глаза». Сенри упряма, убедить её просто так он бы не смог. Но Сенри знала, что он соврал. Точнее, не была уверена в том, что он говорит правду. Видишь ли, сейчас… сейчас она выжидает, когда наставник уснёт или уйдёт.

— Но это бесполезно. — добавил Невира. — Наставник отправил нас, сказал нам прикончить тебя наверняка. Не думал, что он отпустит нас ночью… но для Сенри это станет хорошим уроком. Уроком, который пригодится ей, когда она станет рыцарем первого ранга.

Мои враги, что женщина с луком, что мужчина с мечом, непрошибаемы. Наверное, то же самое можно сказать о стоящем поодаль мужчине с посохом, который всё время молчит.

Неужели все они считают мою жизнь настолько ничтожной?

Что я должен сделать чтобы после такого восстановиться?

Придёт ли на помощь Сенри? Нет, это немыслимо. Даже если она поспешит, я буду мёртв к тому времени как она доберётся.

Даже если она объявится, Невира уничтожит меня прежде, чем она успеет вмешаться.

В этом человеке сильна решимость… решимость убить меня даже если Сенри его за это возненавидит.

Голода я не чувствую, зато меня мучает жуткая жажда. Мужчина с мечом назвал меня чуть раньше младшим вампиром. Если это правда, то мне нужна… кровь.

Она так близко и так далеко. Даже если изогну шею Невиры, ближайшего ко мне человека, мне не достать. Да и я понятия не имею что случится если я вопьюсь клыками в одного из рыцарей, окутанных позитивной энергией.

Мужчина с мечом осторожно приблизился ко мне и срезал Плащ Нескончаемой Ночи. Увидев на моей шее Амулет Теней, он с проклятьями сорвал его, порвав цепочку. — Вот почему мы не могли тебя почувствовать.

— Сокровища Хороса… Проклятье. Без них мы бы не выпустили тебя из города.

Если бы у меня не было этих вещей, повелитель и не пустил бы меня в город.

Что же до рюкзака, его я скинул ещё когда начинал сражаться с призраком повелителя

Изучив мои пожитки Невира грубо швырнул меня на землю. Он решил меня отпустить? На мгновенье я понадеялся на невозможное, но Рыцари Упокоения тут же уничтожили эту надежду.

— Осталась только одна задача. Убить тебя. Но… — сказал Невира грубоватым тоном, пока я катался по земле от боли. Он наставил на меня палицу. Его глаза блеснули золотым светом, посмотрев на меня. Остановив наконечник в паре сантиметров от моего лица он произнёс.

— Проси прощения. И я дарую тебе быструю смерть.

Так себя ведёт… тот, кто собирается окончить твою жизнь. Ангел смерти.

Куда безжалостнее чем описано в сказаниях… и куда реалистичнее.

Они уничтожают врагов, врагов человечества. А я один из них.

Наверное, их дома ждут семьи. Люди, о которых они беспокоятся.

Многие люди уверены, что их ненаглядные рыцари — это надёжный и непоколебимый щит.

Только вот… умирать я не хочу.

— Я не хочу… умирать… я просто… не хочу умирать!!!

Мои крики пронеслись по тёмному лесу. Эти крики исходили от моей души, хоть я и знал, что ничем кроме большей жестокости по отношению ко мне это не кончится.

— …Ты из ума выжил? Ты не сопротивляешься… ты слишком жалок. Как ты вообще можешь быть подчинённым Хороса Камена? Я уже даже не могу винить Сенри в том, что эмоции взяли над ней верх. Слабаки её смертельный враг.

— Невира, не болтай, а прикончи его наверняка. Приказ наставника.

— Понял я, чёрт возьми! Я не такой как она!!!

Я умру. Буду убит. Помощи ждать неоткуда.

Я был убит таинственной болезнью при жизни и умру от рук Рыцарей Упокоения после того, как ощутил вкус свободы. Окружённый, неспособный сопротивляться, сокрушённый огромной мощью.

Из глаз покатились слёзы. Кровавые слёзы. Всё перед моими глазами начало меркнуть, я бросил отчаянный взгляд на своих врагов. Тело перестало двигаться.

Из-за боли я даже мыслить здраво не способен. Слабость, мне нужна хоть какая-то их слабость. Не знаю точно сработает ли это, но попытаюсь. Я буду бороться до самого конца. А если умру… буду являться им в их кошмарах.

— Не смей смотреть на меня таким взглядом!!! Как ты смеешь делать такое лицо?! Проклятье!!!

Невира начал меня пинать. С каждым ударом в моё тело вливалась позитивная энергия.

Я не мог даже кричать. Я ощутил, как позитивная энергия сводит на нет само моё существование.

Даже когда я совсем обессилел, Невира не ослаблял бдительность и не поднимал ногу слишком высоко. Он привык быть настороже всегда.

Кости ломались, куски плоти срывало с тела, я лежал на земле как труп. Он схватил меня за волосы и поднёс к своему лицу. Он посмотрел мне прямо в глаза, его взгляд был наполнен жестокостью.

— …Что же. Вот тебе моя последняя милость… я дам тебе время пожалеть о своём желании.

— …Невира?! Нельзя…

— Я покажу тебе что очищение Рыцарями Упокоения это освобождение. Как там тебя зовут? А, не важно. Знаешь самую болезненную смерть для нежити?

Моё тело, в котором не осталось сил содрогнулось от угрожающего тона Невиры.

Неожиданно, по левому плечу прошёл глухой удар.

В какой-то момент Невира вонзил в землю короткий меч, за который взялся и нанёс мне удар рукой. Что-то упало на землю. Он это поднял.

Это была… моя рука.

Невира сжал её, мгновенно испарив. Она обратилась в пыль и исчезла.

…Ну и ладно, забирай руку. Я даже двинуть ей не мог. Эта рука ничто…

— Солнечный свет. Мы ослабим тебя настолько, чтобы ты не мог регенерировать, а потом солнечный свет медленно заполнит твою бездну. Ты будешь ощущать невыносимую боль до самой своей смерти. Даже самая злобная нежить начинает рыдать от боли. Мы называем такое солнечным приговором. Обычно такое мы используем только как меру предупреждения, но…

Солнечный свет. Даже когда я был гулем, существом, почти не подверженным влиянию солнца, долгое пребывание под его светом вызывало невыносимую боль.

Сколько меня они собираются оторвать? Я издал пронзительный, короткий крик. — А… А… Как… ужасно…

— У тебя будет время всё обдумать. Время пожалеть. Считай это своим наказанием за обман Сенри и попытку жить после смерти!

Гнев. Невира на меня злился и пытался выместить это чувство на меня.

Он собрался меня пытать. Что бы он не говорил, пытать меня он собрался из собственных побуждений, чтобы свести какие-то личные счёты. Впервые я увидел у Невиры, до этого бывшего воплощением Рыцарей Упокоения, настоящую эмоцию.

Но это ничего. Всё нормально. С моих губ сорвались прерывистые вздохи.

Раз они хотят убивать меня медленно, я даже рад. Как бы ни было больно, как бы ни было унизительно, я перетерплю. Раз мне дают шанс прожить подольше, шанс найти выход, разве боль большая цена?

Невира посмотрел на меня свысока, пока я отчаянно пытался уцепиться за свой рассудок, и нахмурился.

Глухой удар прошёлся по правому плечу.

— Думаешь ты сможешь выжить? Нет, не сможешь. Тебе будет дано время, а не свобода.

Невира обратил отрубленную правую руку в пыль прямо на моих глазах, я уставился на него удивлённым взглядом.

— Тебе я оставлю… только голову. Это всё что тебе нужно чтобы поразмыслить, не так ли? А, точно. Чтобы ты не скучал я поставлю твою голову рядом с могилой, которую ты вырыл.

Я… не могу двинуться. Конечно, не могу, у меня отсутствует всё, что ниже шеи.

Рыцари Упокоения, точнее, Невира, безжалостно уничтожили моё тело. Он намеренно не использовал серебряный меч. Сначала он оторвал мне руки, потом ноги, а потом сорвал голову с тела и очистил все мои части, по очереди.

Не понимаю, как я могу быть ещё жив. Сил у меня нет, регенерировать я тоже не могу.

Жуткая боль и холодок в затылке намекали на то, что я умираю.

В ночном лесу было тихо. Рыцари Упокоения ушли. Наверное, оставить меня одного часть приговора. С могилы Лу на которой меня оставили я вижу только остатки поместья повелителя.

Я не смог сделать ничего. Ни сразиться, ни бежать. И единственное что мне осталось это боль и безнадёжность.

Совсем как в моей прежней жизни… ого, какая жуткая мысль.

Разум отчаянно пытался найти выход. Вдруг, в завываниях ветра я услышал голос. Судя по всему, слух восстановился.

— Как же ты жалок, Энд…

— ?! Ты… ещё здесь?..

Я услышал голос повелителя. Он оказался настолько упрям, что я бы посмеялся, будь у меня для этого тело и силы.

Стоявшая передо мной иллюзия Хороса Камена ухмыльнулась.

— Ты пришёл… меня забрать? Ну, к несчастью… ничего не осталось… кроме головы!

— Глупец. У меня нет сил чтобы тебя захватить после того, как ты меня поглотил! Я всего лишь останки от своих останков.

— Интересно… а бывают останки… от останков… останков?

— Энд, ты умрёшь. Если бы ты отдал своё тело мне, ничего этого бы не случилось.

Но это всё равно было бы подобно моей смерти. Не вижу отличий.

Наверное, у него действительно не осталось сил, потому что я не чувствую, чтобы он попытался что-то сделать. Эх, если бы эта жалкая иллюзия могла места спасти.

Впрочем, у меня появился собеседник. Даже если это всего лишь галлюцинация его образа и голоса, мне это не мешает.

— Почему… я ещё… не умер? У меня… нет сердца.

Насколько я знаю сердце это слабость вампира. То, что я остаюсь живым, так долго не имея сердца противоестественно. Я рад, конечно, но…

Повелитель нахмурился, словно услышал вопрос глупого ученика и ответил. — Вампиры умирают от деревянного кола в сердце, но это часть их проклятия. Если тебе не пронзили колом сердце, ты не умрёшь мгновенно.

— Ха… Ха-ха… что это за бред? Что за странные создания, отвергающие здравый смысл?!

Не умереть потеряв всё что ниже шеи? Безумие какое-то. Если в мире такое возможно, не понимаю почему вампиры не вырывают себе сердца чтобы избавиться от слабости.

Повелитель усмехнулся. — Но сердце остаётся источником силы вампира. Без него вампир лишается большинства своих способностей. Это относится и к тебе, хоть ты и младший вампир.

— Не было… у меня силы.

После перерождения я был жутко слаб.

Слабее себя я встречал только Лу и Хака, но они и не пытались сражаться.

И, конечно же, при жизни я был бы гораздо слабее их обоих.

Повелитель не ответил на мою реплику. Он буднично продолжил. — Младший вампир лишь подготовительная ступень на пути к вампиру, куколка, если хочешь. У тебя нет большинства способностей вампира, но и слабости вампиров выражены не так отчётливо. Солнечный свет не обратит тебя в пепел мгновенно.

— Ого… это… здорово.

— Но это лишь означает что твои страдания будут долгими. У тебя нет сил, и ты не можешь регенерировать. Твою душу будет терзать солнечный свет и умирать ты будешь очень медленно. Твоя бездна глубока… куда глубже чем думали те дураки, но… долго тебе не прожить. Я бы дал тебе один час после рассвета.

— Что… мне сделать?

Я меня буквально нет ног чтобы подняться. Двигать я могу только ртом, да и то я слишком слаб чтобы передвигаться.

Несмотря на то, что я поглотил повелителя, он не нахмурился, когда я обратился за помощью. Он ответил почти мгновенно. — Ничего не поделать. Истощённый младший вампир ничего не сделает в таком положении.

Вот как… так это конец.

Иллюзия повелителя исчезла. Но его слова заставили меня собраться.

С этого момента… начнётся битва на истощение.

Я буду бороться с болью. Я сохраню сознание. Я не умру.

Так же я вёл себя на смертном одре. Разница в том, что сейчас от меня осталась одна голова.

Рассвет означает начало последней моей схватки.

Тёмное небо начало светлеть, слабый свет озарил всё вокруг.

Первым моим ощущением была боль, словно я обгорел на солнце.

Она началась с макушки, а потом жаром перекинулась на остальную часть головы и лицо.

Узнав о своей судьбе, я подумал, что у меня есть время. Что это лучше, чем умереть.

Но я быстро осознал свою ошибку. Мощь позитивной энергии вгрызлась в остатки моего тела прожигая даже мои мысли. Будучи одной только головой, я даже скрючится от боли не могу.

Казалось, солнце светит на меня и только на меня уже десяток часов. Постепенно, понемногу боль пыталась меня убить. Боль пыталась снова сделать меня трупом.

Я выпучил глаза пытаясь просто перенести боль. С каждой секундой становилось всё труднее. На меня навалились ужас и отчаянье, подобных которым я не ощущал даже когда передо мной стояли Рыцари Упокоения.

Инстинкты били тревогу, подсказывая мне убираться подальше от солнца, моего заклятого врага. Оно ещё даже не вылезло из-за горизонта, а уже такое со мной сотворило. Не понимаю, почему я ещё не был уничтожен. Моя бездна заполняется. Негативная энергия будет сведена в ноль. В ничто.

Я уже ничего не могу сделать. Во мне сражаются тьма и свет.

Я попытался отвлечься от агонии. Со временем свет становился всё сильнее.

В моей голове возник вопрос.

Повелитель сказал, что я протяну час. Но, судя по солнцу, час давно прошёл.

На сколько времени меня хватит? Сколько я смогу это выносить? Как долго… мне придётся это выносить?

И… что всё это значит?

Теперь я понял почему Невира и другие Рыцари Упокоения назвали это самой болезненной смертью для нежити. Оставить меня на солнце не было ошибкой.

Это… настоящая пытка.

Меня терзает боль, а мой палач само солнце, не знающее пощады. Беспомощность. Грань между жизнью и смертью.

Чем больше нежить получает от смерти, тем больнее будет подобная пытка. После того как Рыцари Упокоения покидают место такой казни нежити, надежда рождается сама собой. Но от этой боли разум умирает раньше тела.

В горле становилось всё суше. Я выл от непрекращающейся боли. Концентрируясь на дыхании, я отчаянно пытался сохранить сознание.

Если я приму смерть всё будет кончено. Я знаю об этом, потому что несколько лет выживал со странной неизлечимой болезнью.

Я слабел, но переносил боль и цеплялся за жизнь, а врачи называли то, что я продолжаю жить чудом.

Жалость, которую они испытывали ко мне поначалу обернулась шоком. Все, доктора, члены моей семьи, чародеи… все думали, что я должен умереть давным-давно. Но я жил. Строго говоря, я пытался цепляться за жизнь до последних мгновений.

Заставляя больное сердце биться, я снова и снова заставлял себя жить.

Не сдамся я и сейчас. Один раз я уже умер. Умер, а потом чудесным образом воскрес со своими воспоминаниями.

Агония, отчаянье… это ничто, я никогда не сдамся.

Я посмотрел на ненавистное солнце.

Я мертвец. Сосуд Короля Мёртвых, потенциал в котором видел Хорос Камен. Этим меня не уничтожить.

Я перестал кричать. Пытаясь производить шум я мог бы отвлечь себя от боли, но это стоит мне выносливости. Этот секрет я узнал при жизни. Я просто молчал, перенося жгучую боль погрузившись в мысли и накинув на разум тёмную пелену.

У меня нет шанса на победу. Плана у меня тоже нет.

Ждать остаётся… только ещё одного чуда.

Сколько уже прошло времени?

Солнце было всё выше в небе и жарило всё сильнее, усиливая боль, которую я ощущал. Я запомнил вид солнца и поклялся, что никогда его не забуду.

Оно яркое. Приносит боль. Страх. Но… оно прекрасно.

Раньше я любил утро, солнечный свет… а теперь он пытается прогнать меня из этого мира.

Бесполезно… его не победить.

Я буду уничтожен. Моя душа будет стёрта. Это больно. Моё лицо, в которое светит солнце… что с ним станет?

Свет слишком силён чтобы я мог видеть. Всё выгорело, я как будто покрылся адским пламенем.

Не хочу… не хочу умирать.

Я безмолвно закричал.

В тот самый момент, когда я уже был готов отпустить рассудок, мою голову что-то подняло.

Поначалу мне показалось что моя душа возносится на небеса. Но я быстро осознал, что это не так.

Считается, что проклятая некромантом душа не может отправиться на небеса.

Невообразимый свет передо мной сменили серебристо-белые волосы.

Я увидел знакомые фиолетовые глаза, в которых читалось явное удивление.

Я распахнул губы. Мне удалось выдавить всего одно прерывистое слово.

— Сен… ри…

— !.. !.. !..

— Не… могу… слы… шать…

Я её не слышу. Язык почти сгорел, хорошо, что глаза ещё позволяют различать очертания.

Я на пределе, я… близок к смерти. Почти вся накопленная мной негативная энергия сгорела.

Вряд ли я смогу выносить солнечный свет даже минуту.

В моём расплывчатом сознании появилась ниточка, за которую я готов ухватиться ради выживания.

Что я должен сделать? Как могу быть спасён?

Как мне повести себя с человеком вроде Сенри, обладающей нехарактерной для Рыцарей Упокоения слабостью? Как заставить её мне сострадать?

У меня нет сил. Я не могу двигаться. Я едва могу произносить звуки. Мои действия ограничены.

В этот самый момент, когда меня пронзила остра боль, я смог произнести слово, которое должно стать моим последним.

— С… па… си… бо…

Руки Сенри, бережно державшие мою голову, задрожали.

Это мой предел. Это всё на что я способен. Но, осознав, как она отреагировала я ощутил облегчение.

Сенри мягкосердечна и умна. Она будет действовать, не раздумывая если на что-то решилась, она быстро заполучила невообразимые силы, она упряма. Вдобавок, если верить Невире, она из тех людей, на которых смерть нежити, вроде меня, оставит неизгладимый след.

Им, Невире и остальным, следовало меня уничтожить.

Им не стоило поддаваться злости и предавать меня пыткам. Им не стоило давать мне время для размышлений. Им нужно было уничтожить меня окончательно и бесповоротно.

А теперь они потеряют то, что им безмерно дорого.

Нерешительность длилась всего секунду. Я снова полетел, а вскоре лбом ощутил прикосновение прохладных волос.

Видеть я уже не могу. Я не видел, что передо мной, но что-то гладкое и мягкое коснувшееся моих губ не было иллюзией.

Сладковатый аромат кожи мгновенно стёр боль и отчаянье. Язык, которым я не мог двигать, как мне казалось, сам собой потянулся к коже.

Меня тряхнуло от невообразимого удовольствия, истощение, которое я ощущал, отступило.

Я снова начал видеть. Язык снова обрёл возможность двигаться

— Спасибо… тебе… за это…

Поблагодарив дрожащую девушку, я впился клыками в подставленную Сенри шею.

— Мммм… Сенри до сих пор не вернулась.

— Ну да. О чём она думает?.. Он же просто монстр.

После слов наставника Невира раздражённо посмотрел на висящие в комнате часы. Солнце уже закатилось за горизонт.

Сенри покинула таверну ещё утром.

Когда она увидела возвращение Невиры и остальных, проследивших что солнечному приговору ничто не помешало, она всё поняла и выбежала из таверны прежде, чем кто-либо успел её остановить.

Луфри нахмурился, вспомнив выражение на её лице, казалось, она едва не разрыдалась.

Задачей отряда Эпе было убийство Хороса Камена, некроманта второго ранга и рыцари в этом преуспели.

Это означало что Сенри Сильвис должна стать рыцарем первого ранга, но время для поздравлений оказалось неподходящим.

Сенри была мягкой. Обычные люди называют подобное добротой, но для Рыцаря Упокоения это ненужное качество. Рыцари должны совершать необходимое ради выполнения своего долга, борьбы с тьмой. И методы, которыми они действуют, далеко не всегда праведны.

Порой они подвергают людей пыткам, а иногда убивают с особой жестокостью, в назидание другим. Бывают случаи, когда им приходится убивать людей поддерживающих порождений тьмы и даже игнорировать заложников. У многих рыцарей для борьбы с отродьями тьмы существуют очень личные причины и обиды.

Мир обязан выносить такое отношение рыцарей. Нежить обладает силами, которых у живых нет, нежить может поглощать энергию смерти, а обычные люди ничего не могут с этим поделать… мёртвые естественные враги человечества.

В этот раз Эпе соврал Сенри Сильвис. Сказав ей что, он закроет глаза на безвредного гуля, которую девушка встретила он отправил Луфри и остальных за его головой.

И Эпе не жалел о своём решении.

Он жалел о том, что ему пришлось солгать. Он знал, что это оставит на Сенри шрам. Но считал решение верным.

Потому что… так подобает поступить Рыцарю Упокоения.

Сенри тигрёнок. Со временем её благословение станет сильнее, в мгновение ока она возвысится на Луфри и многими другими рыцарями, вступившими в орден гораздо раньше. Ей нужно закалить лишь своё сердце. Ей не хватает циничности Рыцарей Упокоения. И этот недостаток мешает ей вырасти.

К счастью, он умна. Эпе знал, что, когда он всё её объяснит, Сенри поймёт почему это было необходимо. А сейчас ей нужно время чтобы успокоиться.

Набравшись опыта в сражениях с нежитью, она осознает.

Не бывает безвредной нежити. Нежить нападает на людей подчиняясь инстинктам. Они завидуют живым.

Гули едят человеческие тела, тёмные охотники нападают на живых по ночам. Вампиры пьют человеческую кровь. Для нежити люди подобны скоту на убой.

Нежить оживает благодаря проклятьям. Мерзкие некроманты накладывать проклятья на останки людей и создают этих существ.

Потому Рыцари Упокоения очищают души мёртвых… чтобы даровать им конец.

— Наставник, неужели действительно существует нежить, которая сохраняет прижизненные воспоминания после смерти?.. Я слышал, что вампиры могут обращать людей в своих верных прислужников выпив их крови, но… этот вампир подчинил свои инстинкты. Он на нас не нападал.

Невира прищёлкнул языком услышав вопрос Луфри и ответил грозным тоном. — Он на нас не напал, потому что Тельма прострелила ему ноги, придурок. Это просто совпадение! Уже забыл всё что было раньше? С этими ублюдками нельзя договориться!

Он был груб и всегда проявлял куда больше рвения чем остальные в схватках с нежитью. Такие люди необходимы ордену. Эпе нахмурился, а потом, не ответив на вопрос напрямую, сказал. — Невира прав. Все они должны быть уничтожены.

Существование нежити, сохраняющей воспоминания после смерти.

Секрет, который известен только Рыцарям Упокоения первого ранга.

Смерть считается частью жизни. Она неизбежна, потому люди, потерявшие любимых, предаются скорби и продолжают жить дальше.

Если вдруг станет известно, что существует шанс вернуть умершего к жизни, каким бы маленьким он ни был, это погрузит мир в хаос. Многие попытаются использовать некромантию чтобы вернуть к жизни любимых.

Те, кто узнавали этот секрет порой пытались вернуть людей к жизни. Им было не важно, насколько ничтожны шансы, с этим они не считались.

Однако, Эпе повернулся к Невире и с укором произнёс. — Однако тебе не стоило использовать солнечный приговор. Нужно было очистить его не причиняя боли. У тебя тоже есть слабость, Невира, и это она. Мне кажется, подобные казни не следует использовать без нужды.

— …Тц.

Луфри и остальные хмуро посмотрели на Невиру. Похоже, им эта затея также не нравилась.

Солнечный приговор причиняет боль немёртвому, а причинение боли без какой-либо в этом нужды противоречит причине существования Рыцарей Упокоения — очищению терзаемых душ. Впрочем, метод подобный метод наказания нередко используется рыцарями, потому что это способ облегчить терзания тех, кто затаил на нежить злобу.

Люди не бывают безукоризненными. То, что члены ордена испытывают эмоции, как и все остальные, прямое тому доказательство.

Впрочем, суть слов Эпе заключалась не в следовании моральным принципам.

Глядя на Невиру он прищурился, отчитывая того за бездумный поступок. — Кажется, я приказал вам убедиться в его окончательном уничтожении. Поэтому я и отправил вас немедленно, до того, как кончилась ночь.

— …Никогда нежить не выживала после солнечного приговора. Младший вампир, от которого осталась одна голова ни на что не способен. Вы же понимаете, да, наставник? Его ничто не могло спасти. У него нет союзников. Если бы я в этом сомневался, я не стал бы использовать приговор.

— …

— Также мы убедились, что он не регенерирует. Он был лишён сил. Если он и выжил после рассвета, то не больше тридцати минут. Разумеется, для этого монстра они могли показаться часами…

— Учитель, Невира прав. Да, он пошёл на солнечный приговор поддавшись эмоциям, но… тот немёртвый был таким… таким жутким…. Что Невиру можно понять.

Вспоминая случившееся, Тельма вздрогнула.

Обычно нежить подчиняется инстинктам. Эти инстинкты подсказывают немёртвым нападать на живых. Самосознание начинает пробуждаться в гулях, именно благодаря зародившимся в них желаниям.

Но те, кто сохранил воспоминания из жизни… отличаются.

Неизвестно какая именно уникальная черта человека позволяет ему сохранить память после смерти, но это выливается в смешение человеческих эмоций и инстинктов нежити. Впрочем, какой бы ни была нежить, её существование остаётся аномальным.

Поскольку нежить, сохранившая прижизненные воспоминания, встречается чрезвычайно редко, рыцари сталкивались с ними всего три или четыре раза. Однако записи об этих столкновениях до сих пор хранятся в архивах ордена Рыцарей Упокоения.

Такая нежить обладает телом монстра и разумом человека. Их необходимо уничтожать пока они не набрались сил.

Даже если такой немёртвый не атакует людей, само его существование может стать для мира настоящей катастрофой.

— Ладно, хватит. — сказал Эпе. — Невира, найди Сенри и приведи её обратно. Нельзя сидеть в этом городе вечно. Кроме Хороса Камена у нас полно других врагов.

— …Раз она не возвращается, наверное, она сильно расстроена. Она такая упрямая… Не знаю, получится ли у меня её вернуть…

— Я отправил тебя уничтожить нечисть, но солнечный приговор решил провести ты. Тебе с ней и объясняться, Невира. Всё хорошо, она сильна. Если поговоришь с ней начистоту, она поймёт.

Сенри вот-вот станет рыцарем первого ранга получив рекомендацию от Эпе. После этого ей будет позволено узнать о нежити, сохранившей прижизненные воспоминания. И она узнает об угрозе, которую они представляют.

Если бы только эта встреча случилась неделей позже… впрочем, в рассуждениях об этом нет никакого смысла.

— …Ладно, ладно. Придётся получить по заднице от нашей миленькой принцессы…

Невира вздохнул, явно раздражённый и поднялся.

Словно дожидаясь этого самого мгновения, раздался стук в дверь.

Все повернулись к двери. За дверью стоял кто-то, от кого исходила аура, похожа на ауру Сенри.

Невира слегка улыбнулся. Он окинул товарищей взглядом и двинулся к двери. — Боже, Сенри, как ты поздно! Хватит мяться. Наставник начал беспо…

— Стой! Невира!..

Что-то определённо было не так, Эпе попытался перебить Невиру, но было слишком поздно.

Невира распахнул дверь и жестом пригласил стоявшего за ней войти.

— …Прошу прощения за вторжение. Как я и думал, переступать порог без приглашения довольно затруднительно… наверное дело в том, что я вампир, хотя и младший.

Дверь открылась. Улыбка Невиры превратилась в удивление, а потом в напряжение.

Как ни в чём не бывало в комнату проскользнул тонкий силуэт.

Мужчина, от которого исходила такая же аура как от учеников Эпе прищурил глаза и улыбнулся, поджав губы.

Лучшее ощущение за всю мою жизнь.

Когда я впервые съел что-то став гулем я ощутил эйфорию, но пить кровь оказалось несравненно приятнее.

Наверное, дело в том, что кровь Сенри высочайшего качества. В общем, я понял почему вампиры из историй предпочитают нападать и выпивать кровь у женщин помоложе.

Вампиры становятся, сильнее выпивая кровь, это всем известно. Младшие вампиры, куколки вампиров настоящих, не исключение.

Кровь Сенри полностью восстановила моё тело, включая сердце. Я был физически на грани смерти и был бы уже мёртв опоздай она на несколько минут.

Я прекрасно вижу. Мощь позитивной энергии, окружающей Рыцарей Упокоения. Но, в отличии от прошлого раза, отчаянья я не испытываю.

Сейчас я на пике своих сил. Младшие вампиры — это подготовительная стадия для превращения в вампира, и они считаются одними из слабейших среди других видов нежити, но это не важно.

Моё тело уже не слабое и хрупкое, как при жизни. Конечности покрылись мышцами, у меня даже появился пресс. О том, сколько силы во мне теперь сокрыто и говорить не приходится. Моё неживое тело, неспособное к росту и взрослению изменилось. Скорее всего это тоже доказательство того, что моё развитие вышло за рамки проклятья, что всё пошло не так, как ожидал некромант.

В комнате собрались все Рыцари Упокоения. Тот который был вооружён палицей, пытавший меня, Невира, в шоке отступил на несколько шагов. Наверное, думал, что я Сенри.

— Т-ты!..

— КАК?!

Моё появление стало для них неожиданностью. Но отреагировали они не так как обычные люди.

Светловолосая женщина-рыцарь, Тельма, прострелившая мне в лесу ноги, схватила стоящий у стены лук, мгновенно прицелилась и пустила в меня стрелу. А Невира схватился за палицу.

Я остался спокоен.

Если бы я не был уверен, что выживу в лагере врага, инстинкт самосохранения не позволил бы мне сюда сунуться.

Палица приближалась к моему телу, а стрела летела в голову. Только вот теперь я младший вампир, моё зрение превосходит человеческое и я прекрасно могу их разглядеть.

Рыцари третьего ранга сильны. Позитивная энергия дарует им сверхчеловеческие способности, да и навыки они оттачивают как подобает героям человечества… только вот, они остаются людьми. Они мне в подмётки не годятся. Не после того, как я заполучил силы истинного монстра, пройдя через величайшее удовольствие всей своей жизни.

Я сделал шаг вперёд, левой рукой остановив палицу. Праой я поймал стрелу прямо в воздухе у своего лба. Боль пронзила обе руки, но с тем, через что я прошёл, оставшись на солнце это не сравнимо.

Питьё крови для вампиров не просто способ восстановления сил. Стрелу я бросил в сторону. Палицу вырвал из рук Невиры и кинул на пол.

Дымящиеся ладони быстро восстановились, дым исчез. Обычно вампиры на такое не способны.

— Всё что находится ниже шеи… сделано из крови Сенри. И спасибо что уничтожили всё, кроме моей головы.

Рыцари лишились дара речи. Единственным, кто остался спокоен был наставник Сенри, Гаситель Эпе.

Он силён. Даже сейчас взгляд на него повергает меня в шок. Мощь которой обладает он превосходит силы талантливой Сенри Сильвис, которая считается одной из сильнейших в ордене.

О Гасителе Эпе я слышал ещё при жизни. Даже среди рыцарей первого ранга он один из самых известных.

Я слышал безумные истории о том, как он в одиночку бросился в замок вампира-повелителя и изгнал тысячи немёртвых одним ударом. Они довольно популярны.

Он живая легенда. Я был удивлён узнав, что солнечный мужчина на самом деле Гаситель Эпе, герой моего детства, но вместе с тем стало понятно почему рядом с ним я ощущал будто меня изгоняет его энергия.

Он остался сидеть на своём месте, наверное, потому что ему не нужно будет даже вставать чтобы меня уничтожить. Он прищурился и спокойно спросил. — Итак, что тебе от нас нужно, младший вампир… Энд, кажется? Месть? Думаешь, что сможешь одолеть группу Рыцарей Упокоения… просто, потому что восстановил тело? Ты нас недооцениваешь.

Таких намерений, конечно же, у меня не было. Я бы о таком даже не подумал.

Даже сейчас при взгляде на Эпе сердце начинает сбиваться с ритма.

Он силён. Слишком силён. Он монстр в человеческом обличии. И он сильно отличается от существ, которые зовут себя рыцарями третьего ранга.

Я даже начал сожалеть что сюда отправился, но это необходимость.

Не давай ему себя запугать. Между нами, огромная разница в силах. Если переборщишь, то проиграешь и всё будет кончено.

Я вздрогнул и посмотрел на пялившегося меня с ненавистью Невиру.

— Разумеется я пришёл не ради мести. Я не держу на вас зла. То есть, я думал что солнечный приговор меня уничтожит и не совсем понимаю почему я должен был пройти через такую боль… однако, несмотря на прижизненные воспоминания я нежить. Мне не в чём вас обвинять.

Я окинул взглядом вскинувших наизготовку оружие рыцарей третьего ранга и заговорил в учтивой манере. Это решающий момент.

— Я знаю о Рыцарях Упокоения всё. Я ваш поклонник. Большую часть жизни я был прикован к постели и чтение книг о ваших подвигах помогало мне жить. Я готов забыть о том, что вы почти меня убили. Сенри пожалела меня только благодаря бессердечному поступку Невиры. Из-за того что я оказался на волоске от смерти, она добровольно подставила мне шею.

— Что?! Я знал, что она наивна, но… что… что это за глупость!..

Наконец, осознав, что произошло Невира начал испепелять меня взглядом.

Младший вампир ни за что не смог бы выпить крови Рыцаря Упокоения из-за сильной позитивной энергии. Эта позитивная энергия покрывает их тела и служит как бронёй, так и оружием в войне с нежитью.

Нужно чтобы рыцарь добровольно поделился кровью. То есть, Сенри сняла свою броню и предложила мне свою шею по собственному желанию.

Взгляд Эпе остался таким же мягким, как и раньше. Не могу понять о чём он думает.

— Тогда зачем ты пришёл? Думаешь после убийства я позволю немёртвому уйти?

— Что вы, Сенри жива. Я принял её подношение и выпил немного её крови, но я не настолько жесток чтобы убивать человека, который соизволил протянуть мне руку помощи. Всё-таки я не Рыцарь Упокоения. Я человек… и мои руки чисты, разумеется.

Рыцари третьего ранга шокировано переглянулись после моего заявления.

Впервые за разговор непоколебимое и величественное выражение на лице Эпе дрогнуло.

— Ты пересилил… жажду крови?

— Ну да. Хотя удовольствие было божественное. Я даже забыл о неизбежной смерти. Я и подумать не мог что такое возможно… Но я человек, а люди не позволяют импульсам брать над собой верх. Доказательством моих слов послужит тот факт, что я знаю ваши имена. Гаситель Эпе, Невира, Луфри, Тельма… и вон тот молчаливый мужчина, Адриан. Сенри мне сказала. Ваши имена нужны были мне как гарант моей защиты.

Я позволил себе горячий вздох, когда вспоминал как пил кровь впервые. Это события изменило мои взгляды на жизнь.

Но я не позволил себе стать нежитью окончательно. Желание выпить больше крови было сильным, но инстинкт выживания и разум взяли верх.

У нежити слишком много врагов. А я хочу выжить во что бы то ни стало.

— …Гарант защиты? Называй свои условия.

Эпе подумал, что я пришёл как вымогатель. Думал, стоит ли меня убивать. Как спасти Сенри, его ученицу, которая должна стать рыцарем первого ранга.

Он решил, что я держу Сенри в заложниках.

Но он ошибся. Я не удерживаю Сенри.

Я рискнул жизнью чтобы прийти сюда и объясниться. Я не хотел идти, но потенциальные плюсы перевесили опасность.

Сейчас я в простой робе, найденной среди останков поместья повелителя. Я вытащил тщательно завёрнутый в ткань продолговатый предмет. Стараясь не касаться серебряной рукояти, я его развернул. Предметом был меч, скрытый в ножнах.

Когда рыцари поняли, что это за меч, Невира и остальные взглянули на меня с целым ворохом эмоций в глазах, от злости до грусти.

Я положил меч Сенри на стол, потом улыбнулся Эпе той же вежливой улыбкой, которой он улыбался мне. — Условия? Вы неправильно меня поняли. Я не держу Сенри в заложниках. Я… пришёл чтобы вернуть меч. Сенри передала его со словами: «Простите. Я ухожу из ордена Рыцарей Упокоения. Спасибо вам за всё».

Луфри и остальные застыли.

Мои слова, послание, всё это правда. Конечно, я сыграл на её доброте и манипулировал ей, вызвав сочувствие, но решение уйти она приняла сама.

Сенри Сильвис Рыцарь Упокоения, но она слишком сильно отличается от других рыцарей.

Рыцари Упокоения, Невира и остальные, поборники правосудия и враги тёмных созданий. Но Сенри не такая.

Сенри… она помощница слабых. Мягкая настолько, насколько это возможно. Поэтому она смогла проникнуться жалостью к слабой и жалкой нечисти, ко мне. Доброта — это здорово, для большинства людей, но рыцарям она не подходит.

— Сенри сказала, что останется со мной чтобы удостоверится что инстинкты не возьмут надо мной верх. Она не позволит мне нападать на людей, а взамен будет давать кровь, которая нужна мне для выживания. — я вздохнул. — Какая добрая девушка, жаль, что рыцарь из неё никакой.

— Ты… ублюдок…

Лицо Невиры стало красным от злости, он сделал ко мне шаг. Рыцари Упокоения жуткие люди. Им не нужна причина чтобы атаковать порождений тьмы.

— Постой, постой! Не нападай на меня. Умру я, умрёт и Сенри. — прикрикнул я.

В глазах Эпе мелькнул огонёк.

Упоённый своим всесилием и восторгом от выпитой крови я громко заявил. — Кто же её убьёт, спросите вы? Никто… точнее, она сама. Мы друг другу пообещали. Если я умру во время этих переговоров, если я не вернусь, Сенри перережет себе глотку. Если бы я не получил такой гарантии, я бы сюда не явился!

— …Ты блефуешь.

— Луфри! Вы куда лучше меня знаете способна она на такое или нет… вы гораздо больше времени с ней провели. Вам стоит поостеречься. В отличии от меня Сенри не нежить. Одной только головой ей не выжить.

Я испытал просто великолепное чувство окинув их взглядом. Я, безвредный, жалкий младший вампир сижу среди Рыцарей Упокоения который ничего не могут мне сделать.

Убийственное напряжение ощущалось в воздухе. Разумеется, вероятность того, что я сейчас умру не нулевая.

Но слов Сенри более чем достаточно чтобы я мог рискнуть своей жизнью.

Кровь сильной, прекрасной, невинной молодой девы. Кровь бывшего Рыцаря Упокоения. Пить такую кровь регулярно… вампир о большем не может и мечтать.

Совсем небольшое количество такой крови полностью восстановило моё тело и даровало мне огромную силу.

Её кровь заметно повысит мои шансы на выживание.

Вампиры известны своей ужасающей способностью обращать тех, у кого они пьют в своих сородичей, в младших вампиров.

Пока я младший вампир у меня такой способности нет, но даже если я её получи, я не стану её обращать. Если обращу её в вампира, не смогу больше пить её кровь.

Впервые тело Эпе пришло в движение. Он поднялся и спокойно произнёс. — Это бред. Если она собирается жить как скот, чтобы её кровь пил вампир, даровать ей смерть будет милосердием…

— Да, вы правы. Правы во всём.

Я стал монстром. Мутация изменила цвет моих глаз на кровавый. Я стал прозрачным в зеркалах. Наступит время, когда я обзаведусь слабостью перед крестами и чесноком, а ещё не смогу входить в комнаты, куда меня не приглашали. А ещё не смогу пересекать текущую воду.

Однако, каким бы монстром не стал я, Сенри останется человеком. Примирительным тоном я сказал. — Но подумайте сами. Даже Сенри, какой бы уверенной в своих убеждениях она не была, не станет делиться своей кровью с монстром вечно, не так ли?

— …К чему это ты клонишь?!

— Сейчас Сенри в замешательстве. Вот к чему я веду. Лично вы, Невира, и все присутствующие в этой комнате причина её слабости.

Невира изменился в лице, когда я отдельно его выделил.

Сенри добра. Она сторонница слабых. Но это не заставило бы её подставить вампиру шею. Она пошла на это только из-за пыток Невиры.

Солнечный приговор ослабил того, кто и раньше был жалким и хрупким. Сенри начала винить себя в том, что не смогла остановить Невиру. И поэтому дала мне свою кровь. Я на это даже не рассчитывал, но договор для меня просто отличный.

Теперь, когда я в безопасности я даже рад что меня почти уничтожили.

— По правде говоря, поначалу Сенри сама порывалась вернуть меч. Но я её остановил. Решил, что будет лучше самому сюда отправиться хоть и с риском для жизни. Слишком уж она доверяет людям.

Если бы она сюда пришла, её бы арестовали переубедили и привели в чувство.

Впрочем, пусть её и никто не переубеждает, вечно это не продлится. Она безгранично добра, но, вместе с тем, достаточно сообразительна и благоразумна. Она обвинила себя в случившемся. Но того, что я существо тьмы это не меняет. Скорее всего довольно скоро она придёт в себя.

Мои отношения с Сенри очень ненадёжны. Став заметно серьёзнее, я посмотрел на Эпе.

— Сенри сильна. Честно говоря, она настоящий монстр. Пара капель её крови не позволят мне её одолеть. Она не дама в беде. Если я попытаюсь кому-то навредить она убьёт меня без раздумий.

— …И поэтому мы должны тебя отпустить?

— Если убьёте меня сейчас, Сенри не будет мешкать, она наложит на себя руки. Она нестабильна. Ей нужно время чтобы успокоиться.

Но я ей не позволю.

От неё мне нужно только сочувствие. Если я перестану быть слабым, сочувствие исчезнет. И пока этого не случилось нужно подыскать какую-нибудь причину чтобы она осталась рядом со мной… или, хотя бы, не убила.

В общем, что бы не случилось дальше, мне беспокоиться не о чём. Я всего лишь нежить, жаждущая выживания, повелитель мёртвых которого Хорос создал сам того не желая. Я не стану врагом всего праведного и людей. По крайней мере, пока меня не будут трогать.

Эпе хмыкнул. Его глаза распахнулись шире, когда он посмотрел на меня. Старик умён. Давление, которое я ощутил способно даже меня, рискнувшего всем чем можно рискнуть, застыть на месте.

Моё сердце трепещет. Но я пытаюсь этого не показывать.

Всё это время Эпе сдержанно улыбался, но в этот момент он обнажил зубы и тихонько сказал. — Ты недооцениваешь Рыцарей Упокоения. Думаешь, такие условия заставят нас позволить тебе уйти? Энд, ты чего-то не понимаешь. Сенри утеряна. Её смерть только на её руках, и мы сделать ничего не можем. Наша цель убийство омерзительных живых мертвецов.

Мои брови поднялись сами собой, я усмехнулся.

Не важно, реальная это угроза или блеф, выглядит это очень по-детски. Даже знаменитый Гаситель Эпе… не так уж хорош.

Я выживу. Ради этого я воспользуюсь всем, что есть в моё распоряжении будь то грубая сила, слова или удача.

— Если бы вы действительно были готовы на это пойти, Сенри никогда не стала бы такой мягкой. Я знаю всё о Рыцарях Упокоения, в конце концов я большой поклонник ордена. К врагам вы не проявляете милосердия, но, когда дело доходит до ваших товарищей ситуация совсем иная. Вы бы никогда не сделали неверного выбора. Если бы вы могли меня убить, наш разговор не зашёл бы так далеко. Задам вопрос по-другому… Вы хотите, чтобы ваша бесценная маленькая принцесса убила себя из-за слабенького младшего вампира, вроде меня? Ха-ха-ха… глупая будет смерть. Она сказала, что, если меня убьют, она присоединится ко мне в путешествии в иной мир. Только вот я проклят, сомневаюсь, что мы отправимся в одно и то же место.

Эпе молчал, он продолжал улыбаться. Луфри и остальные мрачно смотрели на своего наставника.

Я начал готовиться к побегу. Не знаю, насколько силён Эпе, но сейчас ночь, время нежити. Если я ошибся, и он на меня нападёт, возможно у меня получится сбежать.

Тёмные охотники, предыдущая ступень эволюции умеют сливаться с тьмой.

Поглотив душу повелителя эту стадию, я пропустил, так что использовать способность тёмных охотников не умею. Может у меня получится если попрактиковаться, но сейчас слиться с тьмой я не способен.

Впрочем, Эпе и остальные этого не знают.

Сейчас они размышляют… взвешивают угрозу, которую я представляю и ценность Сенри.

Рыцари Упокоения не совершают ошибок. Единственным звуком, оставшимся в комнате, было тиканье часов.

Молчание кончилось неожиданно.

Эпе нахмурился и медленно сел обратно в кресло. Его ученики выдохнули.

После того как меня попытались убить таким жутким способом я перестал верить в их сочувствие, но, всё же, это показывает, что Эпе и его ученики остаются людьми.

Они умеют проявлять беспокойство друг о друге. У меня такого права нет. Я расслабил плечи, убедившись, что они этого не заметили. — И ещё одна вещь. Я хотел бы чтобы мне вернули Амулет Тени и Плащ Нескончаемой Ночи… вы их украли. Они нужны мне чтобы вести мирную жизнь и это сувениры на память о Хоросе. Они принадлежат мне. Вы же не хотите, чтобы ваша принцесса ночевала в полях и лесах… да?

— Луфри… будь добр… принесёшь их сюда?

— …Да, сэр.

Не думал, что мне их вернут, но, похоже, сработало.

Луфри вытащил знакомый плащ и амулет из сундука в задней части комнаты и передал их Эпе.

Эпе положил плащ на стол передо мной, а потом взял в руки амулет с камнем, скрывающим негативную энергию.

Он демонстративно показал его мне и, когда я посмотрел на амулет с надеждой во взгляде, тихонько сказал. — Энд… Должен признать, ты отличный переговорщик, и в этот раз я тебя отпускаю. Но это не значит, что мы тебе верим. Доверяем мы только Сенри.

По камню пробежала трещина.

Прежде чем я успел даже вскрикнуть, Амулет теней треснул.

Эпе будничным движением бросил остатки амулета на пол и натянуто улыбнулся. — Тебе лучше уйти… я едва сдерживаю злость. И пожалуйста передай Сенри что мы за ней придём.

— …Тц. Монстр.

По спине пробежал холодок. Я ощутил, что что-то может случиться.

Если я сейчас же не уйду, буду убит. В словах Эпе была какая-то сила, которая меня в этом убедила.

Может я переборщил с насмешками.

Я повернулся спиной. Через мгновенье серебряный клинок скользнул по моей щеке.

Я ничего не почувствовал. Я ничего не услышал. При этом, я не терял бдительности. Белый дымок поднялся от пореза на щеке. Клинок застрял в двери… Меч Сенри, который я пришёл вернуть.

Сердце сжалось, я ощутил боль от пореза.

Сзади раздался голос Эпе. — …Верни его Сенри, если осмелишься, Энд. Этот меч не простая побрякушка, которую можно передать с посыльным…