Время до дня проведения бала пролетело в мгновение ока.

Я пыталась держаться подальше от работы в поле и полива, однако мои ногти уже утратили свои красивые очертания, а пальцы по-прежнему оставались немного шершавыми. Да и кожа слегка покраснела из-за солнечных ожогов.

Всё это время я старалась почаще заботиться о своей коже, но одной недели явно было недостаточно.

И уже сидя в карете, направляющейся в столицу, я продолжала беспокоиться о разных вещах и часто вздыхала.

К счастью, Алвес сопровождал карету верхом на коне. Если бы он услышал, как я вздыхаю, то, возможно, поднял бы шум и изменил своё решение на счет бала.

На самом же деле я с таким нетерпением ждала этого дня, что просто не могла не волноваться о своей коже и руках.

Фил знал настоящую меня. Он бы посмеялся и простил всё, что бы я ни натворила.

Вот почему мне бы хотелось наслаждаться танцами как можно дольше. Раньше я всерьез танцевала лишь со своим братом.

Сначала я чувствовала себя хорошо…

Но после быстро потеряла уверенность в себе.

* * *

– Это и есть дом Фила?..

Карета остановилась перед прекрасным особняком.

Он казался не таким огромным, как имения, принадлежавшие высокопоставленным аристократам в столице. И даже был намного меньше особняка графа Орфельса.

На вид этот дом был слегка староват и невзрачен, и потому не мог посоревноваться с ними в роскоши

Однако он определенно был больше и лучше, чем нынешнее поместье виконта Рагулена.

– Кажется, его мать была предыдущей владелицей. Теперь же он принадлежит Филу. Однако тот здесь практически не останавливается. Как расточительно, – рассмеялся Алвес.

Да уж… Фил частенько оставался в доме семьи Рагуленов на несколько ночей.

Не могу поверить, что он предпочитал спать на полу в моём доме, когда у самого был такой чудесный особняк.

Вот же странный человек.

– Виконт Рагулен, леди Люсия, давно не виделись.

Выйдя из кареты, я удивилась, увидев Тиану, которая поприветствовала нас с улыбкой.

Однако эта улыбка словно говорила: «Поторопитесь и проходите!».

Я решила покорно подчиниться.

* * *

Мы отдохнули и выпили по чашечке чая.

После чего меня отвели в комнату, в которой находилось великолепное платье.

– Вам нравится платье, которое мы приготовили для вас? – спросила меня Тиана с волнением в голосе.

Я смогла выдавить лишь:

– Оно прекрасно…

Платье было бледно-зеленым с легким голубоватым оттенком. И украшено тонкой вышивкой с мелким цветочным узором.

Когда-то оно принадлежало матери Фила, поэтому фасон несколько отличался от нарядов, которые были сейчас в моде.

Но мне платье показалось восхитительным, возможно, как раз из-за старомодного дизайна. Оно покорило моё сердце, потому что напоминало платья принцесс из сказок.

– Эти аксессуары вам следует надеть вместе с платьем.

Мне показали ожерелье и пару серёжек.

Это потому что мы собираемся танцевать? Украшения казались легче чем те, что мне одалживали раньше, и драгоценные камни в них меньшего размера.

Тем не менее, выглядели они дорого.

– Я доверюсь твоему вкусу, Тиана…

– Как пожелаете.

Тиана, которая уже хорошо знала и понимала меня, улыбнулась.

Затем она внезапно повернулась к Алвесу.

– Не желает ли виконт Рагулен, чтобы я подобрала что-нибудь и для него?

– Нет, не вижу смысла наряжаться. Я отправлюсь туда в том же, в чём прибыл. Мне придется общаться с разными людьми, поэтому предпочту не слишком среди них выделяться.

– Понимаю, тогда я позабочусь об этом, – произнесла Тиана и подхватила чемодан брата.

Мы с Алвесом вернулись в первую комнату, которую нам показали, и выпили ещё по чашке чая.

Я сделала глоток чая с другим ароматом и выдохнула.

Как и снаружи, внутри особняк выглядел слегка устаревшим.

Мода на большую часть предметов интерьера уже прошла. Некоторые вещи напоминали те, над которыми, как над отжившими своё, смеялись в семье графа Орфельса.

– Это место совсем не изменилось.

Брат тоже разглядывал интерьер.

Встретившись со мной взглядом, он указал на шторы.

– Впервые я остановился здесь почти десять лет назад. Это те же шторы, что висели и тогда… Я проверил это чуть ранее: следы порезов из-за наших проказ остались на обратной стороне. Я сказал, что заплачу за них, но его мать лишь рассмеялась и простила нас.

Брат…

Какого чёрта ты творил в чужом особняке?

Я была ошеломлена этим признанием, в то время как Алвес предавался ностальгии.

Но внезапно его лицо омрачилось.

– Прошло шесть лет с тех пор, как она умерла... нет, уже семь. А особняк совершенно не изменился. Фил отказывается здесь что-либо трогать. Даже несмотря на то, что воспоминания порой причиняют боль.

– Фил… изменился ли он с тех пор?

Когда я осмелилась спросить, Алвес на мгновение задумался, а затем медленно открыл рот:

– Ты что-то слышала от рыцарей, не так ли?

– Только то, что мать Фила была отравлена, а его отец после этого слёг…

– Ясно… Его отец скончался три года назад. Много всего произошло.

Должно быть, есть ещё куча сложных вещей, о которых я ничего не знаю.

Когда я задумалась об этом теперь, то вспомнила, что было время, когда Фил действительно приезжал к нам домой с печалью в глазах.

– Но как же жаль. Если всё так и продолжится, то он не станет жить здесь даже после женитьбы. Наверняка этот дом останется без присмотра до тех пор, пока Фил на старости лет не уйдёт на покой.

О, должно быть, у него есть и другие особняки?

Фил, ты и правда удивительный аристократ…

– Будь я богат, то арендовал бы это место. Отсюда удобно добираться до королевского дворца, а также заключать сделки с торговцами. Это хороший дом, – угрюмо пробормотал брат.

Хотела бы я, чтобы у нас было больше денег.

В конце концов, поездки туда и обратно между столицей и нашим поместьем были непростыми…

Было бы неплохо, если бы мне удалось снять этот дом за своё приданое… но едва ли это возможно…

Некоторое время мы оба пребывали в глубоком раздумье.

Тиана, которая вернулась, чтобы сообщить, что ужин готов, увидев нас, сильно нахмурилась.