(Приятного чтения!!!)

Днём в семейном ресторане было немноголюдно, по заведению текло ленивое, спокойное время.

Они сидели у окна, в мягкой кабинке, залитой светом.

— Благодарю за ожидание. Ваш сезонный клубничный воздушный панкейк.

Официант аккуратно поставил блюдо на стол — и Хисамэ восторженно ахнула:

— Это выглядит невероятно аппетитно. Не зря Кота-кун порекомендовал..

Пышный панкейк, щедро усыпанный ярко-красной клубникой, действительно был похож на съедобную шкатулку с драгоценностями.

Сверху — клубничный соус, белоснежные завитки сливок, — всё было выложено с идеальной эстетикой.

Кота на другом конце стола спокойно пил кофе.

— Панкейки тут выпекают на месте, после заказа. Всё свежее, так что должен быть вкусный.

— Понятно. Тогда… я начинаю.

С предельной аккуратностью Хисамэ разрезала панкейк ножом и вилкой и осторожно отправила кусочек в рот.

— Мммм… такой мягкий, прямо тает…

Слегка прищурив удлинённые глаза, она выдохнула от удовольствия. Щёки чуть расслабились, на лице появилась едва заметная улыбка.

Увидев это, Кота резко отвёл взгляд и сосредоточился на кофе.

Это нечестно.

Обычно Хисамэ — сдержанная, холодная, не подпускающая никого близко. Скорее всего, никто в их классе никогда не видел её такой — искренне довольной и расслабленной.

Хисамэ Тодзё.

Недосягаемая звезда школы Токива. Девушка, досрочно окончившая Гарвард, обладающая зрелой красотой и идеальной фигурой. В ней сочетаются интеллект и внешность — неудивительно, что ей бесконечно признаются в любви.

И так же регулярно она всех отвергает. И вот сейчас — она сидит с ним, с Котой, в кафе, после школы. Если кто-то из парней узнает об этом — ему не сносить головы, и он это чувствует всерьёз.

— Рад, что тебе понравилось — неловко сказал он.

— Кота-кун, а ты будешь? Я могу отрезать кусочек.

— А, нет, не надо…

— Почему? Разве ты не голоден после школы? Или ты плохо себя чувствуете!?

— Нет-нет, не в этом дело! Просто… Это же мой способ поблагодарить тебя за помощь с пересдачами!

Из-за подработки Кота завалил шесть предметов на последней контрольной. Хисамэ потратила кучу времени, занимаясь с ним — после уроков, по выходным… Отблагодарить её как-то — было для него делом принципа. Поэтому он и пригласил её сюда.

Хисамэ тихо положила нож на тарелку. Её голос стал серьёзным:

— Кота-кун… Ты ведь не подумал, что этим панкейком можно отделаться?

— Э… — он запнулся.

Хисамэ посмотрела прямо в глаза. В её взгляде виднелось не только спокойствие, но и настойчивость.

— Если ты считаешь, что можно выразить свою благодарность только этим десертом, то…

— П-прости! Я не это имел в виду!

В голове у него пронеслись все часы зубрёжки, всё, как она объясняла, терпеливо помогала… Конечно, один панкейк — это даже не начало благодарности.

Он судорожно схватил меню и протянул ей:

— Заказывай всё, что хочешь! Сколько угодно! Сегодня всё за мой счёт!

Он знал, на что шёл: в этом фами-ресторане он сам работал, а значит — имел скидку. Ведь у него не было карманных денег: он — сын владельцев небогатой лапшичной. Он застыл, как будто принимал диплом с рук директора.

— …Ха — выдохнула Хисамэ

— Кота-кун, ты же сам сказал, что хочешь отблагодарить меня за помощь с учёбой.

— Ну, Да…

— То есть ты не помнишь, что именно я у тебя просила?

Меню внезапно вырвали у него из рук. Кота удивлённо поднял голову.

— Я-я вовсе не просила… десерт… — выпалила Хисамэ — я сказала, что… хочу… п-пойти с тобой на… свидание!

Она почти полностью спрятала лицо за меню. Только её глаза, выглядывающие сверху, метались в панике. Она явно смущена до предела.

«Она что — всерьёз считает это свиданием…? Хисамэ сама предложила пойти на свидание… Не могу поверить.»

Когда они ещё встречались, она ни разу не приглашала его куда-либо первой. Странное дело, но после расставания она стала куда активнее. Кота, нервно ёрзая, вертел в руках кофейную чашку.

— …Я помню — тихо произнёс он.

— Раз помнишь, не заставляй меня это повторять. Ты… издеваешься?

— Я не хочу тебя обидеть… — начал Кота, но замолчал под взглядом Хисамэ.

Глаза у неё сузились. Он быстро поправился:

— Я не издеваюсь, Хисамэ.

— Правда?

— Честно.

— Тогда ты признаёшь, что… это настоящее свидание?

Голос был напористым, но вопрос — как у ребёнка, просящего подтверждения. Кота кивнул:

— …Да, признаю.

Хисамэ наконец убрала меню от лица и аккуратно положила его на край стола. Затем, взяв нож, снова принялась за панкейк.

— …Раз это свидание, разве… не стоит делиться друг с другом?..

Она подцепила небольшой кусочек панкейка и протянула его Коте. Глаза её смотрели снизу вверх, словно говоря: «Аа~н».

«Не может быть… Она прямо вот так… сама… предлагает покормить меня?»

Удивление и смущение пересиливали радость. В обычной жизни Хисамэ была холодной, неприступной, а теперь… Кота застыл, но с каждой секундой взгляд Хисамэ становился всё более пронзительным. Это, как ни крути, свидание. Чтобы не расплавиться под её взглядом, Кота сдался и открыл рот.

Тёплый, воздушный панкейк оказался у него во рту. Он и правда был вкусным — как из сна.

Покормив его, Хисамэ тут же отвела глаза и снова принялась за резку, но её уши, выглядывающие из-за тёмных волос, были ярко-красными.

— В-вкусно? — спросила она тонким, чуть дрожащим голосом.

Вкуса он даже не запомнил. Но всё равно ответил:

— …Да. Вкусно.

— Я тоже — прошептала она.

— А?

— То есть… мне вкусно… потому что я ем вместе с тобой…

Хисамэ взяла кусочек себе, аккуратно поднесла к губам, и коснулась их вилкой. Кота почувствовал, как жар бросает в лицо. Он не выдержал:

— Я… пойду взять попить. Что тебе принести?

— Мне то же самое. Чёрный кофе — сказала Хисамэ.

— Принято — кивнул Кота.

— И… — с явным стеснением добавила она:

— Пять пакетиков сахара и… столько же сливок, пожалуйста…

— Спокойно, я помню — Кота легко улыбнулся и направился к зоне напитков.

У кофейного автомата он терпеливо ждал, пока струя горячего кофе зальёт чашку. И тут из-за машины выглянул менеджер заведения — статный мужчина средних лет.

— Эй, Годзандзи-кун, девушка у тебя — просто сногсшибательная. Старайся, не упусти такую! Я, кстати, подкинул побольше клубники. В качестве бонуса.

— Я заметил. Спасибо вам — сдержанно поблагодарил Кота.

Он узнал: на панкейке, который подали Хисамэ, клубники было в два раза больше обычного. А он-то сам в этом кафе работал и собирал эти блюда десятки раз. Смотря, как чёрная жидкость лениво капает в чашку, Кота добавил:

— Хотя… как бы неловко это ни звучало после вашей доброты… мы ведь не встречаемся.

— Серьёзно? Тогда ты за ней ухаживаешь? Не волнуйся, Годзандзи-кун! Эта девочка — по уши в тебе! Уверен.

— Ха… — Кота слабо вздохнул.

— Да ладно тебе! — бодро продолжал менеджер — она вот прямо сейчас на тебя смотрит. Не веришь? Обернись.

Кота повернул голову. И правда: Хисамэ смотрела на него. Их взгляды встретились — и она тут же отвела глаза с поразительной скоростью, но спустя пару секунд осторожно снова повернула голову в его сторону — и снова заметив, что Кота смотрит, резко отвернулась.

— Вот это да… Молодость — это круто. С такой красоткой каждый день как праздник, не так ли?

— Я же говорю, она не моя девушка…

— Ну не придуривайся. Разве девушка пойдёт в фами-ресторан одна с парнем, к которому она равнодушна?

Действуй! Говори, что чувствуешь!

Он хлопнул Коту по плечу. Парень тяжело вздохнул — от такой воодушевляющей ерунды.

И ведь всё это он и сам знал. В ту самую ночь, на той самой учёбе — Хисамэ ведь сказала:

«Кота-кун… я тебя люблю».

Она действительно любила его. Кота, глупо полагая, что она просто не хочет нарушать уговор о помолвке, сам предложил расстаться… А теперь он понимает: ошибся.

Она по-прежнему ждёт его.

Он может сказать «да» — и всё вернуть.

Он может быть с ней, стоит только захотеть. Но…

— Я сам уже не понимаю, чего хочу — пробормотал он.

Слишком многое всколыхнуло его чувства. Две блестящие девушки — и обе признались ему почти одновременно. Слишком роскошный выбор… чтобы воспринимать его с радостью.

Чем больше выбор — тем больше сомнений. И Кота понимал: всё становится только сложнее. 

Кофе давно уже был готов. Кота взял две чашки и направился обратно от стойки напитков.

Проходя мимо, он краем глаза уловил знакомый блеск золотистых волос за перегородкой, но не стал останавливаться. Его ждала Хисамэ — и он пошёл прямо к ней.

— Прости, что задержался — сказал он, ставя чашки на стол.

— Спасибо — Хисамэ мельком взглянула на чашку, из которой поднимался пар, и благодарно кивнула.

Когда Кота уже собирался сесть напротив, она вдруг подала голос:

— К-Кота-кун… можно я немного… покапризничаю?

— А?

— С-садись, пожалуйста… рядом со мной…

Он невольно застыл на месте. Хисамэ нервно теребила край пакетика с сахаром, потом резко выдала:

— Ты же сам только что признал, что это… с-свидание! А свидания, как я выяснила, нужны для… сближения. И согласно исследованиям, психологическая близость прямо коррелирует с физической дистанцией, поэтому…

Она говорила так, будто объясняла математическую теорему.

Сидеть рядом с ней — не впервой. Постаравшись не придавать этому значения, Кота сел рядом.

И тут…

— ЫЫЫЙЙЙ!!! — дёрнулась Хисамэ всем телом.

— Эй, ты чего так вздрогнула?

— Т-так ты внезапно сел! Конечно, я испугалась!

— Ты же сама попросила…

— Да, но я не ожидала, что ты сядешь до того, как я морально подготовлюсь!

— Ну тогда скажи, когда будешь готова. Я пока снова напротив сяду…

Он уже начал вставать, но почувствовал, как его рукав кто-то потянул. Хисамэ крепко вцепилась в его пиджак и надулась.

— Я… я уже подготовилась! Всё! Сиди!

Вот теперь он почувствовал себя неуверенно. Смотреть ей в глаза стало почти невозможно. Даже когда он сел обратно, её рука не отпустила его пиджак.

Будто… она совсем не хочет отпускать.

«Нет-нет-нет. Не накручивай себя… Не воображай лишнего…»

Кота не знал, как себя вести рядом с девушкой, которая открыто говорит, что любит его. Он всё ещё учился этому. И тут Хисамэ вдруг сказала:

— Раз уж… у нас такое свидание… может… сфотографируемся?

— А? — он не сразу понял, о чём она.

Но увидев её с телефоном в руке — всё стало ясно.

— Мы ведь ни разу не фотографировались вместе, правда?

— …Да.

Даже когда они официально были парой — не сделали ни одной фотографии. Причина была простой:

— Я просто думал, тебе не понравится — пожал плечами Кота — мы ведь тогда держали наши отношения в секрете…

— И как, позволь спросить, фотография связана с этим секретом?

— Ну… вдруг кто-то её увидит? И поймёт, что мы… встречались.

— П-подожди! Ты что, собрался показывать наши фото кому-то!?

— Да нет, конечно! Просто если вдруг кто-то увидит — будет неловко…

— Показывать их другим — возмутительно! Ты вообще знаешь, зачем нужны такие фотографии?

— Ну… эм… чтобы… память?

— Чтобы можно было тайком пересматривать их в одиночестве — отчеканила Хисамэ — вспоминать, как мило мы были вместе, и снова чувствовать себя счастливой!

— …Вот это да. Никогда бы не подумал, что ты такое скажешь.

Это было похоже на откровение. Кота даже мельком подумал — не упадёт ли завтра на землю метеорит. Он уставился на неё, явно растерянный.

Хисамэ тут же заметила его реакцию и вся вспыхнула.

— Н-н-н… Ничего! Забудь! Я ничего не говорила!

Она замотала головой, пытаясь спрятаться за смартфоном. В таком виде она выглядела даже трогательно.

Ну и ну… Если она так хочет фото, то Кота не видел причины отказываться.

— Ладно, давай сделаем снимок. Только не показывай никому, хорошо?

— …Да — кивнула она и наконец снова собралась.

Хисамэ подняла смартфон. На экране — обычный старшеклассник и невообразимо красивая японская девушка. Оба… обрезаны наполовину.

— Кота-кун, подвинься ближе.

— Вот так?

Он только слегка наклонился в её сторону — и тут же ощутил лёгкий цветочный аромат.

Запах Хисамэ… Не думать об этом оказалось невозможно. Он застыл, как напряжённая пружина.

— Ещё ближе.

— Угу… — пробормотал он, но не двинулся.

Если подвинется хоть чуть — коснётся её. А он знал: Хисамэ его любит. И всё же, даже зная это… он не решался позволить себе лишнего.

Пока он не сделал свой выбор — касаться её нечестно.

— Ууух… — раздался сдавленный стон сбоку.

Хисамэ гневно смотрела на экран, будто на личного врага.

— Я просто хочу милое фото с тобой на память об этом свидании!

Почему оно всё время получается обрезанным!? Все пары умеют фотографироваться нормально — почему у нас не выходит!?

— Может, это из-за настроек камеры?..

— НЕТ ВРЕМЕНИ! ОСТАЁТСЯ ТОЛЬКО КАРДИНАЛНЫЙ МЕТОД!

Не успел Кота ничего сказать, как Хисамэ… прижалась к нему.

— …?!

Мягко…?!

Сознание Коты тут же погрузилось в ослепительную белизну…

Щёлк — прозвучал звук затвора камеры.

Снимок — наконец-то без обрезанных лиц — был успешно сделан. Хисамэ уже отошла, и теперь с сосредоточенным видом изучала экран телефона. На экране — не сказать, чтобы удачное фото.

У Коты лицо вспыхнуло красным, он застыл в напряжённой позе. Хисамэ — с пунцовым лицом — глядела в камеру с выражением, словно позирует на паспорт.

Наверное, не совсем то «романтическое селфи», о котором она мечтала. И Коте тоже хотелось бы… ну, чтобы это было что-то более нормальное.

— Хочешь, переснимем? — осторожно предложил он.

— Нет — покачала головой Хисамэ — всё в порядке.

— Но…

— Ты говоришь это, чтобы я… снова обняла тебя?

— Н-не совсем…

— Мне и так хорошо — быстро сказала она, не глядя. — это же наше первое совместное фото. С тобой.

Кота заметил, как уголки её губ слегка дрогнули. Хотя фото и было далеко от идеала — она смотрела на него с почти нежной улыбкой.

Он почесал щёку, смущённый. Фото явно было провальным, но с какой бережностью она его хранила… это было трогательно.

— …Кстати, я могу показать, как правильно настраивать камеру.

— Что?

— Вот здесь — сдвинь ползунок. Так ты сделаешь шире угол съёмки.

— Режим с расширенным охватом…!?

— Теперь можно фотографироваться и без плотного сближения.

— П-почему ты сразу не сказал!?

— Я… не думал, что ты совсем не умеешь пользоваться камерой.

— П-потому что… я впервые в жизни пыталась сделать парное фото!

Она сказала это почти с обидой — и тут же отвернулась. А потом — словно передумав — посмотрела на него боковым взглядом:

— М-можно… ещё раз? Давай снимем новое фото… Только… на этот раз, чтобы выглядело, будто мы по-настоящему близки.

— Я только за — кивнул Кота.

Хисамэ радостно засияла.

На экране телефона отразились они — пара неуклюжих, но счастливых старшеклассников, делающих своё первое настоящее фото как "нечто большее".

◆◆◆

За ширмой, напротив Хисамэ и Коты, сидела Крис — как только он схватил кофе и начал удаляться, она откинула шарфик с головы:

— Фух, чуть не спалили меня…

Она отряхнула свои золотистые двойные хвосты и поправила солнцезащитные очки.

Кристина Вэствуд — одна из самых известных в мире моделей, наполовину японка, — обычно носит очки в публичных местах, чтобы избежать внимания папарацци. Но сейчас у неё была другая причина.

Она прижалась к ширме и заглянула через щель: Кота и Хисамэ сидели плечом к плечу — слишком близко. Их совместные селфи — прямо как у влюблённой пары! Крис терпеливо прикусила губу, пытаясь не выдать реакцию.

— Прошу прощения — тут подоспел официант с бейджем «менеджер» — ваши сезонные клубничные воздушные панкейки!

Он поставил один перед Крис, другой — перед Ния. Ния, держа их в поле зрения, слегка наклонила голову и удивлённо сказала:

— А это… не то, что мы заказывали?

— А, у нас был заказ на клубничный воздушный панкейк — уточнила Крис.

— Я заказала тот же, но… он другой! У Хисамэ было намного больше клубники!

Она вскочила и показала в сторону ширмы, где сидел Кота с Хисамэ. Крис среагировала мгновенно: схватила Нию за указательный палец.

— Спокойно! Сядь и молчи — обратилась она к официанту — нам, пожалуйста, сразу много клубники, на всю тарелку. И счёт… я сама оплачу.

— Да-да… — заикнулся официант и быстро вернулся на кухню.

Ния с удовольствием сладко сказала: «Клубника, клубника!» Крис хмуро посмотрела на неё:

— Может, перестань так выделяться? Что если Кота заметит, что мы следим за ним?

— Почему мы не должны? — ния улыбнулась глупой, беззаботной улыбкой — это ж просто фами-ресторан. Людей — сколько угодно.

— Ну пожалуйста… Ты совсем не представляешь, если я приглашу его пойти домой вместе, что он ответит?

— «Крис, ты достала».

— Я убью тебя за это — промучилась Крис.

— Похоже, Крис была для него просто «игрушкой»… — язвительно добавила Ния — ну что ж, не повезло тебе, Крис.

— Кто кем «играет»? Не придумывай. — она вскочила, побледнела от ярости и выпила весь стакан холодного чая за один глоток — кажется, в твоей жизни правит хаос, а я — вовсе не часть этой игры…

Глядя на свою пустую хрустальную стеклянную чашку, Крис вздохнула:

— Он… сказал: «Сегодня я иду домой с Хисамэ. Извини меня».

И всё. Как будто она — единственная, с кем он хочет быть.

— Ты готова есть пасту после панкейка? — абсолютно естественно спросила Ния, даже слегка улыбнувшись.

— Не понимаю, о чём ты говоришь? — горячо сказала Крис — я пытаюсь тебе объяснить, а ты… о, паста?

— Что думаешь про тарелку тальятелле?

— Ты с ума сошла? Сама пару минут назад говорила о клубнике, с тобой невозможно разговаривать серьёзно!

— Смотри, аппетит — это же не разум, а? — проговорила Ния и нажала на звонок.

Официант тут же подпрыгнул:

— Паста будет?

Крис почувствовала головную боль и качнула головой, словно выставляя цензуру:

— Честно, зачем ты вообще пришла? Я не приглашала тебя за стол.

— А просто показалось… забавно же!

— Никакого веселья. Когда Кота на свидании с другой, весело?

— Я не о них, — улыбнулась Ния. — Меня забавляет то, как ты за ними следишь. Ну, такая прикольная ситуация.

Она зажевала клубнику, наслаждаясь вкусом. Крис с трудом сдерживала раздражение.

«Держись, Крис… это не время для ревности. У меня цель — не дать им восстановить свои отношения.»

Она перевела взгляд обратно на Коту и Хисамэ. Её стратегический план был почти идеален:

1. Кота и Хисамэ разорвали помолвку.

2. Они больше не пара и не помолвлены — просто одноклассники.

Но всё пошло не так, как предполагалось. Во время учебного лагеря Кота решил математическое задание от Хисамэ — и та решилась признаться. График, который она придумала, казался ей слабой формой выражения чувств… Но это сработало.

Кота не просто исправил отношения — он вернулся к ней.

Честь ей и хвала — подумала Крис, осознавая, что потерпела поражение.

И это явное доказательство: сейчас они в ресторане — ближе друг к другу, чем до расторжения помолвки.

«Я думала: когда он окончательно отпустит Хисамэ, он сосредоточится на мне… Но теперь он снова запутался. Что будет дальше? Кого он выберет?»

Крис напряглась, пытаясь рассмотреть их выражения через затемнённые очки — но ничего не увидела. Словно через дымку — чтобы скрыть настоящие эмоции.

«Что-то не так. Я ни разу не ошибалась в себе…» — её внутренняя паника росла.

Если сейчас он вернётся к Хисамэ окончательно — всё кончено. По натуре Кота не тот, кто изменяет так легко.

«Он полюбил Хисамэ искренне. Могу ли я действительно соревноваться с его собственным сердцем…?»

Тем временем они вдвоём тихо смеялись, что-то беззаботно разделяя. Без способности читать его мысли — Крис остаётся только гадать. В её голове цеплялись темные сценарии:

«Представь, что он прямо сейчас признаётся ей.»

«И она с любовью отвечает «да».»

Крис чувствовала, как комнату наполняет мрак. Дыхание стало учащаться, словно её накрыло приступом паники. Она не могла видеть, что происходит на самом деле. И это тяготило её до невозможности.

Громко скрипнув стулом, Ния встала из-за стола с сумкой в руке.

— Спасибо за еду! Я пошла.

— Чего?.. — Крис выдавила из себя растерянный звук.

На столе перед ними стояли пустые тарелки от панкейков и пасты. Крис нахмурилась.

— Ты… серьёзно? Собралась просто взять и уйти?

— Нужно возвращаться и делать работу — Ния ответила буднично, словно речь шла о чём-то повседневном.

— Работу? — Крис недоумённо моргнула.

— Ну, я же гончар. Нужно доделать изделия.

Крис прищурилась.

— А как же Кота? Его свидание с Хисамэ? Тебе не интересно, чем всё закончится? Они ведь могут снова начать встречаться!

Сердце кольнуло. Даже произнести это вслух было больно.

— Не особо — отозвалась Ния с ледяным спокойствием — я ведь его невеста. Официальная. Мне незачем волноваться, с кем он там сейчас флиртует.

— …

— Хисамэ и Кота помолвку расторгли, да? Так что теперь единственная его невеста — я. А вы с Хисамэ… ну, может, и сгодитесь ему в качестве «подруг по развлечениям». Надеюсь, вам повезёт.

— …И как долго ты ещё собираешься всех унижать?..

— А теперь — пора расписывать заготовки! — весело выкрикнула Ния и развернулась на каблуках.

Её высокий хвост качнулся, блеснул на свету, и она с лёгкостью, будто порыв ветра, покинула ресторан. Крис осталась молча смотреть ей вслед. Уже приоткрытые для очередной едкой реплики губы она медленно закрыла.

Она медленно сомкнула уже открытые губы для очередной едкой реплики Она снова посмотрела в щель между перегородками.

А там, за соседним столом, Кота и Хисамэ всё так же улыбались друг другу — и Крис по-прежнему не могла понять, о чём они говорят.

＊＊＊

На следующий день после занятий Кота открыл LINE и увидел сообщение от менеджера с работы в семейном кафе: кто-то из персонала заболел и он попросил его выйти на час раньше. Он быстро ответил — «Приду». Затем он открыл чат с Хисамэ — и увидел там множество фоток с их вчерашнего свидания.

Все — парные снимки: он и Хисамэ.

Они так старались подобрать удачные кадры, что сделали несколько дублей. После ухода из кафе она написала: «Отправляю фото для общей памяти» — и переслала ему все. На одном из снимков они сидят плечом к плечу на диване, а Хисамэ чуть улыбается. Несмотря на растерянность, он не мог отвести взгляд:

«Какая редкость — увидеть её улыбающейся…»

Но внезапно за спиной послышался холодный, почти беззвучный голос:

— Ух ты… Как тебе вчера повезло.

— …?!

Кота резко повернулся: за ним стояла Крис, с руками на бедрах и явно не в настроении.

— Ничего такого… — он поспешил спрятать телефон.

Но Крис грубо наклонилась к нему, ощутив дыхание, и принялась изучать экран.

— Ты фотографировался с Хисамэ? И не просто фотографировался, вы были так близко… Я точно знаю, что она к тебе прижималась к груди — произнесла она, сквозь зубы — что это вообще означает?

— К-Крис, ты сейчас вот ты прижалась ко мне…, — сбивчиво сказал он, пытаясь сохранять спокойствие.

Она издевательски улыбнулась и продолжила на ухо:

— И что? Что ты хочешь от всего этого?

— …Уйди.

— Ты с Хисамэ был так близко, а со мной — нет?

— Это… мы только на секунду соприкоснулись, чтобы сфотографироваться. Что с тобой случилось, Крис?

— Случилось?…

— Ты уж очень не в своём духе.

Насколько он знал, Крис всегда была дерзкой и уверенной в себе. Той девчонкой, что с гордостью заявляла: «Я — Кристина Вэствуд, звезда мирового масштаба».

Но сейчас — её прямолинейная ревность к Хисамэ выглядела… совсем на неё не похоже.

— …Что значит «не в своём духе»?

Крис отстранилась от него. Скрестив руки на груди, она надула губы.

— А ты сам-то, Кота, был «собой»? Сидел тут, уткнувшись в фотки с девушкой, и весь сиял.

— Я не сиял! — всполошился он.

— Да ну? Ну, если я ошиблась — прошу прощения — фыркнула она, демонстративно отворачиваясь.

— Послушай, это просто… Хисамэ захотела сделать фото на память…

— На память?

Резкий голос перебил его. Глаза Крис округлились, и она с силой схватила его за пиджак.

— «На память» чего, а? Возобновления отношений? Вечности вдвоём? Свадебной клятвы «И в горе и в радости»?!

— На память свидания в семейном ресторане!!

Он уже пожалел, что вообще заговорил об этом. Крис отпустила пиджак, начала вертеть один из своих хвостиков, и, будто потеряв интерес, буркнула:

— …Ясно.

Кота прищурился:

— Ты ведь была вчера в кафе, да?

Он не мог утверждать наверняка, но подозревал, что она всё же следила за ними. И если так — значит, видела, что он с Хисамэ снова не встречается. Тем более, Крис всегда умела читать людей по лицам. Кота не раз убеждался в этом на собственном опыте.

На его вопрос она только пожала плечами:

— А кто знает?

— Эй…

— Кота-кун, ты собрал анкеты по выбору профиля?

Голос прервал их разговор. Перед ними стояла Хисамэ, со стопкой бланков прижатых к груди. В школьной обстановке она снова выглядела холодной и сосредоточенной, словно прежняя. 

На долю секунды их взгляды с Крис пересеклись — и, казалось, между ними пролетела искра.

— Ага, всё собрал — ответил он.

— У девочек тоже всё готово. Пойдём отнесём.

Кота встал, взял свою пачку анкет — они с Хисамэ направились к учительской.

— Кстати, Кота, а что ты выбрал — гуманитарное или техническое направление?

Голос Крис прозвучал за их спинами.

— Я однозначно выбираю гуманитарный блок. К точным наукам не тянет.

— Точно такой же выбор! Значит, в следующем году у нас будут одни и те же занятия — обрадовалась Крис, расправив плечи.

В этот момент услужливо вмешалась Хисамэ:

— Удивительно, но я тоже выбрала гуманитарное направление.

— Что?! — Хором вскрикнули Крис и Кота.

Хисамэ, безэмоционально:

— Что вас так удивляет?

— Ну… я же думала, что ты — на «технарь»!

— Разве ты не по математике? — удивился Кота.

— Именно. Все школьные программы по математике я уже прошла. Поэтому решила попробовать что-то новое, — спокойно пояснила Хисамэ.

— Какой сильный мотив… — прошептал Кота. Это вовсе не походило на его собственный, более смиренный выбор гуманитарного пути. Хисамэ повернулась к Крис:

— Крис-сан, простите, но зачем вы идёте с нами? Мы с Котой сейчас выполняем обязанности старост — отнесём анкеты в учительскую.

— А ты с чего решила, что я должна отчитываться перед тобой? Я вообще-то с Котой иду. Только с ним!

— Только с ним? — фыркнула Крис, резко вскинув брови — ты что, думаешь, я не имею права идти рядом? Я его подруга, между прочим!

— Но сейчас мы с Котой выполняем обязанности старост. Твоё присутствие только мешает — спокойно заметила Хисамэ.

— А ты с чего взяла, что можешь решать, кому идти, а кому нет? — вспыхнула Крис. — это ты таскала Коту по свиданиям и заставляла фотографироваться, как будто он тебе должен!

Хисамэ напряглась, голос её стал резким:

— Я ничего не заставляла! И не приписывай мне того, чего не было!

— Посмотри на себя, притворщица! Думаешь, такая тихая — значит, правильная?

— А ты — коварная лисица! — парировала Хисамэ, не выдержав.

Девушки вспыхнули одновременно, словно между ними вспыхнула молния. И тут, как гроза, влетела Ния:

— Так, хватит! С меня достаточно. Репетиция окончена — инициативу беру на себя!

И повисла звенящая тишина.

— Я думаю о будущем — спокойно сказала Ния — и кроме керамики тоже рассматриваю варианты.

— И какие же? — с недоверием спросил учитель.

— Брак — выпалила она.

Учитель на секунду растерялся. Ния молниеносно схватила Коту за руку и прижалась к нему:

— Я выйду замуж за Ко-куна!

— Эй, подожди! — растерянно попытался возразить он.

Прямо перед учителем, внезапное заявление о браке звучало совершенно неуместно. Да, в детстве они и правда "обещали пожениться", но такое выпалить вслух…

Учитель выглядел явно шокированным.

— Китаодзи, вы понимаете, что я говорю совершенно серьёзно?

— А я что — нет? — упрямо ответила Ния — Кота, покажем учителю доказательство?

С этими словами она схватила Коту за лицо обеими руками, резко повернула его к себе и — прежде чем он успел что-либо понять — приблизила своё лицо.

Сбоку послышался тихий вскрик. Рядом учитель, похоже, затаил дыхание. И вот — её губы коснулись губ Коты.

Её опущенные ресницы дрожали, а поцелуй, хоть и был резким, оказался удивительно мягким и нежным. С ошарашенного Коты выпал из рук ворох бумаг с анкетами — они разлетелись по полу коридора.

Спасибо, что читаете!!!

Далее: Глава 2 «Помеху не обойти»