«Ну наконец-то! Ну и ну, столько времени болтали о прошлом — и вот он, долгожданный кульминационный момент! Хотелось бы, чтобы он принёс что-нибудь по-настоящему захватывающее~»
Мы сидим у окна, на втором этаже, до них — целей нашей слежке — довольно далеко, разговора не слышим, но видим: Саяма выглядит измождённым. Может показалось, или упустили как-то, но она стоит абсолютно без каких-либо вещей с собой. Видимо, найти миллион не смогла, а чтоб наличкой его доставить понадобится, по меньшей мере, сумка, ведь кошелек или пенал не вместит всей суммы. А его бы, держи после передачки денег, её «возлюбленный» я или Аяка увидели бы.
Раздосадованный отсутствием барыша Суго, похоже, хочет уйти, а Саяма его удерживает. Так, перебрасываясь фразами, они всё же направляются в сторону улицы с отелями, и мы, не теряя их из виду, покидаем фастфуд. Так как школьная форма будет бросаться в глаза, Саяма переодеолась (впрочем, прежде чем прийти на вокзал, после уроков сам надел взятую сменку в раздевалке).
Слишком близко подбираться рискованно: могут заподозрить. Поэтому следим за ними с противоположной стороны дороги. Хотя сейчас послеурочное время, но город ещё не проснулся — до сумерек далеко. В принципе, подозрений быть не должно, но на всякий случай иду рядом с Айкой, крепко держась за руки, изображением типичную парочку, что бродит близ улиц квартал красных фонарей.
— Похоже, между ними совсем нет гармонии~
— Да это и неудивительно. Компания его разорилась, разве у него теперь есть время заботиться о других? Та сотня миллионов иен явно ушла не в фирму, а прямиком в его собственный карман... Хотя даже если и в фирму, её ведь всё равно изъяли целиком — теперь он нищий. А если даже не изъяли, то его алчность растёт: хочет вытянуть из Саямы ещё больше, вот и теряет голову. Ситуация, в общем, странная: будто бы увяз в болоте окончательно, но при этом не может достать и миллиона.
— То есть... думаешь, она таки не нашла потребованной им суммы? — интересуясь мнением напарницы, спрашиваю.
— Похоже на то.
Ни досады, ни удивления в этом нет: такие деньги не раздобыть в одночасье. Хотя я и не слышу, что именно кричит Саяма, скорее всего, обещает принести завтра. Ведь она из тех, кто даже во лжи стремится вымолить дар, «последний шанс» у своего горе-возлюбленного: её упорство прекрасно засвидетельствовал сегодня, когда она старалась сотрясти с меня бабла.
— А?
— Что случилось?
— Там, где нет вывески, всё же кто-то зазывает посетителей~ Я прошла мимо, увидела лишь мимоходом, но глянь: он прямо загораживает путь женщине, идущей с противоположной стороны! Я проверяла записи с камер — тогда, когда забрали сотню миллионов иен, туда никого не пускали, а сейчас, видимо, пускают и других. Неужели им уже не хватает денег?
— Компания разорилась... Ах да, наверное, часть доходов они получали совместно. Компания Суго и тот бар, должно быть, сотрудничали и делили прибыль. Но раз фирма обанкротилась — доход исчез, вот они и ищут наличные...
«Хотя Эйна и просила меня вмешаться, как именно сделать это зрелищнее? Всё, чего хочу — чтобы она улыбнулась. Но представить, что могу сейчас предпринять, да так чтоб свет из глаз полился от радости, не удаётся.»
— ... Айка-сан. А что, если мы войдём туда, представившись парой влюблённых?
— Ч-что?! Чт-что?! — она сначала растерялась, но быстро поняла, о чём я. Прокашлявшись, переспросила. — Прости... я не то чтобы не поняла тебя. Просто... что именно ты задумал?
— В конечном счёте, в этом мире правит всё же деньги. Скорее всего, в том заведении вымогают у посетителей: если не платишь — подвергаешься чему-то неприятному. А Саяма всеми силами пытается привлечь внимание любимого Суго именно деньгами. Так что если мы войдём туда как гости и начнём тратить без счёта... что тогда?
— А-а... тогда получится... очень интересненькая ситуация...
«Близость к пылающему огню заставляет и самого вспыхнуть.» — цитата из книги, как нельзя удачно описывала текущий акт в разворачивающейся в реальном времен постановке о жадности, грехопадении и людской низости. — Впрочем, что я, что госпожа сами порочны, просто находимся на позиции лидеров процесса. Даже Аяка-сан поддалась влиянию ценностей Эйны, что, прекрасно демонстрирует, совершая траты в сотни миллионов иен ради совместного времяпрепровождения.»
— Какое восхитительное предложение!~ — воскликнула она. — Ладно, если уж нам суждено пойти в ад, пойду вместе с вами! Недостойная Айка Акабанэ станет соучастницей Сагири-куна! Вперед Клайд, твоя Бонни с тобой!
Любовь и школьники — понятия неразлучные. Вернее, это обязательный этап юности, через который все проходят. В мире столько разных девушек — взгляд невольно скользит туда, где твои плавают твои интересы интересы. Лишь изредка возникают исключения из правил: к примеру, мое жизненное положение... или, если правильно говорить, сложившиеся семейные обстоятельства, навязанные мамой. Из-за не в годы проживания «дома» так и не успел познать розовую пору... а уже после покупки. Всё, что прочувствовал и узнал напрямую связано с госпожой. Потому, стоит мне задуматься о том, кто в моем представление является собой образ «возлюбленной», перед глазами немедленно встаёт она, а затем связывающие нас вопсоминания.
Чтобы игра в любовников не выглядела фальшиво, требуется начинать с внешнего представления. Если по одному взгляду случайные прохожие воспримут нас за парочку голубков — значит удачно влились в образ и не выделяемся на фоне такой же амурной молодежи. Для подготовки к роли на минуту Аяка-сана отошла в женский уголок. Когда же вернулась, взглядом окинул её, внешни не изменилась никак... за то поведение преобразилось в миг, ибо она подошла, встала вплотную и на глазах зазывалы захватила мои губы жарким поцелуем.
— Мм...
Неимоверных усилий стояло сдержаться и не позволить сему поцелую пересечь в нечто большое: руки, одна из которых плавно легла на её талию, заигрались на теле девушке. Пальцами второй даже удумал привычно потянуться к груди. Будь мы наедине (необязательно), ванной, позволил бы себя страсти увести дальше, но здесь, при всех? Чувство и тело предавали, пленяли закончить с представлением и вернуться в особняк ради более приятных вещей. Как назло, Аяка, заметив возбуждение мое — а как не заметить, когда прижималась всем телом, и грудью и бедрами ко мне — лишь легкими движениями таза подначивала продолжать.
Ситуация пошло-неловкая. Но разве сейчас время думать об этом? Хотя, конечно, стоит думать. Неужели, окажись мне в тесной кабинке без одежды совсем утратим над собой контроль? Стоит поблагодарить Эйну — если бы она не принимала на себя на ежедневной основе мои сексуальные нападки (сегодняшние затянулись, плохо выспался), глядишь, овладел бы одной из её служанок прямо в квартале красных фонарей.
Неужели, увидев друг друга голыми, мы перестанем волноваться? Глупость какая. Если бы так было, я бы не нападал на Эйну каждое утро, едва проснувшись, от нехватки близости.
В отличие от парней-ровесников, которые в случайные «резкого подъема тонуса» могут в любой момент времени открыть додзинси или включить порно-ролик на телефоне, дабы сбросить пар, мне приходится бороться с непристойными мыслями о госпоже и служанках без дополнительных сдерживающих факторов, сталкиваясь с «возбудителями» постоянно лицом к лицу. Я только утром убеждал госпожу, что более благопристоен, чем она думает обо мне, и вот сейчас, ощущая каменный стояк и целуясь с дорогой сердцу девушкой, стыжусь собственного поведения.
— Ну, пойдём, Аяка... Ты ведь рассказала мне про отличное место, где можно баблишком раскинуть?
— Да! Пойдём!
Я нарочито громко произнёс это, чтобы нас приняли за расточительных глупцов. Как и ожидалось, зазывала проигнорировала нас и небрежно распахнула дорогу.
«Подготовка завершена — осталось лишь войти. Эйна, должно быть, следит за происходящим через камеры. Угадает ли она мои намерения? Или нет? Впрочем, главное — чтобы ей было весело. Ради неё готов стать последним шутом. Ради неё мне всё равно, сколько денег нужно слить на ерунду. — тут-то припомнил о важном аспекте шоу, деньгах, потянулся к карточке, но руку остановила моя спутница. Взглядом указала на специальный чемоданчик, с которым вернулась через минуты-две после ранней отлучки, даже внимание на него не обратил. Там покоились, ждали своего часа двести миллионов иен. — Когда она успела их подготовить? Откуда они взялись? Неужели, госпожа, предсказывая сей шаг, заранее послала банковских служащий в данный район заныть некоторое количество средств на предстоящее траты, а затем, когда сумма понадобилась, отправила СМС подручной, Айке, с геолокацией где те самые деньги достать?»
Мы спустились по лестнице и остановились у двери. Я только занёс руку, чтобы взяться за ручку, как Айка тихо прошептала мне на ухо:
— Мне Сэй рассказала, как вы её бедняшку шалостями своими с госпожой в машине прям засмущали. Если повторим это здесь, уверяю, никто не усомнится, что мы парочка. Ну что, ты в деле?
— ... М-мне... мне так стыдно...
— Давай покажем госпоже Эйне прекрасное шоу. А если разозлится и будет ругаться, то обязательно извинимся.
— А не боишься, что за это она твою ценность понизит?
— Из-за сей ерунды? Нет, она так не поступит. Ни со мной, ни с тобой, Сагири-кун. Сам знаешь, у нее особые взгляды на романтические и не отношения, поведение людей и прочие темы той же категории, но оценка ценности — очень строгая, исключает из себя эмоциональный фактор. Готовься, милый, я выжму тебя досуха.
— Я-я-я...
«И почему сегодня она такая активная? Есть ли на то причины. В любом случае, отступать поздно.»
— О-о! Как и говорила — заведение с отличной атмосферой!~
Несовершеннолетний юноша в сопровождении взрослой девушки — зрелище, притягивающее взгляды. Но по моему лицу вряд ли сразу поймёшь, что я ещё школьник, да и то, как я обнимаю спутницу за плечи, а пальцами, с рефлекторной регулярностью тянусь к её груди, выдаёт не стеснительного подростка, а зрелого любовника. Идти обнимая через под мышку, может, и чересчур, но кто после такого усомнится, что между нами — нечто большее, чем просто дружба?
Госпожа Айка, что-то бормоча себе под нос, всё же покраснела, но руки моей не отпустила. Официантка подошла, скромно отвела глаза и провела нас к свободному столику.
— Принесите всё вино, что есть в этом заведении.