Глава 58. Детство. Часть 2.

Дилан, как настороженный кот, посмотрел сначала налево, потом направо. Он находился в большой комнате, украшенной и заполненной артефактами и блестящими предметами. Высота потолка составляла примерно три метра, на стенах висели гобелены и картины, в центре стоял роскошный диван и мраморный столик.

С того момента, как он вошёл в эту комнату, Дилан заметил, что оставляет за собой грязные следы босых ног. Они утопали в ковре, а грязь прилипала к ткани. Он поднял свою чёрную и огрубевшую ногу и сморщил лицо, чувствуя как горят его щёки. О чём он думал, заходя в такой роскошный дом с грязными ногами?

Оглядевшись вокруг, Дилан заметил отвращение и презрение в глазах служанок. Они следовали за ним всюду, иногда отвлекаясь на пятна, которые он оставлял на коврах.

— Вы молодой господин Дилан? — спросила его толстенькая и на вид умелая женщина в униформе горничной, украшенной большим количеством украшений, чем у остальных, — Я Териза, старшая горничная. Пожалуйста, следуйте за мной, мы Вас вымоем, — она почтительно поклонилась и пошла вперёд.

Дилан последовал за ней, чувствуя тревогу. Она привела его в большую просторную комнату. Стены её были выложены плиткой, как и пол, в котором виднелся большой бассейн, наполненный парящей водой. Та лилась сверху, из головы льва, наполняя и без того полную ванну.

— Юный господин, прошу, поднимите руки, — попросила Териза.

Дилан подчинился, сам не зная почему. Всего за секунду, быстрее, чем он успел даже моргнуть, она сдёрнула с него рубашку и обнажила его бледную кожу. Он был настолько тощий, что виднелись рёбра, а живот казался невероятно плоским, но всю эту худобу невозможно заметить, не сняв с него его мешковатую рубашку.

— Ч-то за? — Дилан в панике прикрыл свой торс.

Его лицо густо покраснело, и он посмотрел на Теризу как на извращенку.

Наблюдая за его застенчивой и милой реакцией, Териза не могла не увидеть в нём своего сына, — Вам нужно принять ванну, юный господин.

Договорив, она схватила его за подмышки и подняла, поражаясь тому, насколько он лёгкий. Дилан начал размахивать руками и дрыгать ногами, смотря жалобным и беспомощным взглядом в глаза Теризы.

Она отвернулась и старалась не смотреть на него, пока остальные служанки снимали с него оставшуюся одежду. После того, как они закончили, Дилан обнаружил, что стоит на кафельной плитке, окруженный горничными. У каждой из них в руках было по ведру воды, и тут началась пытка.

Горничные облили его тёплой водой, намереваясь смыть всю грязь и пыль. После ополаскивания, они взяли мыло и принялись мыть ему волосы. Если вкратце, то горничные хорошенько вымыли его, прежде чем вновь облить водой и затолкать в ванну, после это они спешно отошли в сторону и слились с окружением.

Наконец покончив с пытками, Дилан залез в горячую воду, и ему выдался момент, чтобы переварить всё, что произошло с ним за этот день. Сначала его пригласили в эти гигантские хоромы, из-за чего он провел верхом на лошади пол дня, затем затащили в ванну сразу по прибытию. Те двое, что привели его сюда, даже не удосужились представиться, так ещё и исчезли сразу по приезде в особняк. Сказали лишь, что собираются доставить его к отцу.

Будучи умным ребёнком, Дилан пришёл к выводу, что его отец владелец этого особняка, а уж точно не дворецкий или что-то такое. Вряд ли кто-то станет так хорошо обращаться с сыном дворецкого.

Дилан выдохнул и пустил пузыри в ванну, молча наслаждаясь расслабляющими свойствами ванны. Вскоре он вылез из неё, всё ещё не привыкший к теплоте и пристальному взгляду служанок.

Дилан оделся с помощью горничных в специально приготовленную ими одежду и буквально превратился из грязного уличного мальчугана в настоящего молодого принца, хоть и не обладал соответствующей для этого аурой. После перевоплощения Дилана обучили нескольким основным правилам этикета в надежде на то, что он не будет вести себя неподобающе.

Териза отвела его в гостиную, усадила на диван и налила чаю. Дилан с любопытством посмотрел на него и, понюхав, немножко отхлебнул. Сразу же его лицо сморщилось от странного на тот момент для него, вкуса.

— Молодой господин, Вы не должны открыто показывать своё отвращение к вещам. Аристократ должен всегда вести себя грациозно и элегантно, а также улыбаться даже в самые трудные моменты.

Именно в этот момент живот Дилана заурчал. Засмущавшись, он застенчиво прикрыл его руками. По правде говоря, Дилан не ел с самого утра и сейчас был немного истощён.

— Девочки, принесите юному господину чего-нибудь перекусить, — приказала Териза.

Две горничные мигом покинули комнату и вскоре вернулись, принеся с собой хлеб и суп. Увидев такую вкуснотищу, Дилан засеял от волнения, не постеснявшись даже пустить слюнки. Он взял ложку и принялся есть, бросая взгляды на Теризу каждый раз, когда собирался к чему-либо прикоснуться.

Териза удивлённо нахмурила брови, но вскоре поняла, что мальчик не был уверен, кому предназначалась эта еда. Вероятно, он больше привык рыскать в её поисках и драться за неё. Возможно даже в голове у него сейчас пробегали мысли по типу: 'могу ли я вообще это есть?', 'что я должен сделать, чтобы рассчитаться за это?' или даже 'может они просто играют со мной?'

— Так Вы голодны или нет? Это принесли Вам. Будет проблематично, если Вы упадёте в голодный обморок во время занятий, — сказала ему Териза, убеждая его в том, что он за это ничего не должен.

Спустя минуту колебаний Дилан больше не мог сопротивляться ароматному запаху супа и свежеиспечённого хлеба. Грубо схватив хлеб, он принялся его есть, периодически обмакивая в суп.

Наблюдая за тем, как мальчик трапезничает в такой яростной и неподобающей манере, Териза молча покачала головой. Одна из её главных задач заключалась в том, чтобы превратить этого мальчика в кого-то, кто был бы в состоянии выйти и показаться лорду, но, видимо, на это уйдёт больше времени, чем ожидалось.

Внезапно Териза услышала сквозь звуки трапезы какое-то сопение. Дилан плакал и ел одновременно. Он отчаянно запихивал еду в рот, параллельно вытирая слёзы.

В этот миг на сердце старшей горничной нахлынуло чувство искренней жалости к ребёнку, но она подавила его, стараясь вести себя профессионально. Её работа учить его, ни больше, ни меньше. Сантименты излишни, к тому же, они часто встают на пути воспитания, как показывает её опыт обучения горничных.