— Готова отдать его в любое время.

— ... Уверена? Уже скоро... «Она» возвращается с учёбы из-за границы. И мы снова будем с нашим легендарным изначальным харизматичным и прекрасным лидером пятёрки...

— О ком ты вообще?! Не было у нас никого изначального.

— Нья-ха-ха-ха. Ну да. Мы с первого класса вчетвером.

Стоило Укё- семпай указать на это, и Сакон-семпай рассмеялась.

Похоже легендарного изначального члена на самом деле нет.

Чёрт. А я на миг поверил.

Были байки о «пятой» и «фантомной нулевой».

— Блин... Эй, Касуми. Скажи ей что-нибудь тоже, — поражённо проговорила Укё-семпай.

И ответила ей девушка... С прозвищем «замужняя».

— А? Я? Хм, ну.

«Замужняя» Сирамори Касуми.

Высокая и стильная, но при этом собранная. Она выглядела скорее не как красивая девушка, а красивая женщина, ученица третьего года старшей школы, обладающая взрослой красотой.

Помимо ужасного прозвища она ещё была «президентом литературного кружка».

Между прочим... Я её заместитель.

— Ну, я согласна с Ан. Мне все эти странные штуки не очень по душе. Хотя и чувства Рино я могу понять, — Сирамори-семпай улыбнулась им. — Желание как-то услужить парню, который говорит, что ты ему нравишься, — с хитринкой сказала она и осмотрелась вокруг.

И... Нашла меня.

Я ел в углу столовой, когда наши взгляды встретились.

— ... М.

Когда это случилось, всё моё тело напряглось.

А видевшая это девушка самоуверенно улыбнулась...

А потом подмигнула.

Просто закрыла один глаз.

Только это сделала и всё... А я после этого места себе не находил.

Эй, эй... Чего вытворяет семпай?

Неизвестно, кто может увидеть, а она такое выкидывает!..

Особое обхождение.

Что это ещё за особое обхождение?..

И... «Парню, который говорит, что ты ему нравишься», — это про меня скорее всего.

Она похоже знала, что я украдкой смотрю на неё и слушаю, потому и подмигнула.

А, блин.

Я ей не соперник.

Что это за чувство поражения?!

Пока я страдал, мой друг, Токия, сидевший напротив, улыбался.

Судя по лицу, он тоже заметил подмигивание.

— Завидую я вашим заигрываниям.

— ... Замолчи и отвали, — холодно и бессильно ответил я.