«А?» — подумал я.

Я лишился дара речи, а он сказал: «Постарайтесь. Я буду молиться за ваш успел», — и повесил трубку.

Больше сам он со мной не связывался.

Я отправлял несколько концепций для будущих произведений, но в ответ получал «для начала посмотрите, как оно покажет себя в сети».

«А?» — подумал я.

Что-то странное.

У авторов... Всегда так?

Именно так... У профессионалов?

У меня ведь вроде талант...

«Атсуги-сан... Он вообще никто в редакторском отделе. Ему бы главное побольше проектов. Неприятный тип».

Это была вечеринка издательства. Там я спросил у автора-семпая, и получил такой ответ.

Псевдоним Умикава Рейку.

Опытный автор, писавший уже около десяти лет для разных издательств, не только романы, но и сценарии к манге и играм, он показал себя много в чём. У него были связи в разных издательствах и игровых компаниях, и ему было известно, что из себя представляет этот бизнес.

«Он известен тем, что никогда не правит черновик и сразу отправляет его в печать. И ещё нахваливает. «Талант», «есть вкус»... Всем так говорит. Без правок редактору ведь куда проще».

Я услышал это...

В издательском деле была тенденция издавать веб-новеллы.

Не обычное дело, а тенденция.

Она дошла до того, что издательства бились за новичков... И издавали популярные произведения.

И среди редакторов были те, кто издавал всё до того, как всё будет отработано.

Они не собирались взращивать талант, а брали всё как есть.

Текста ещё немного, популярность только растёт, и они лезут до того, как присмотрелся кто-то ещё.

Тут ведь главное успеть...

«Веб-версия выходит, а Атсуги-сану этого достаточно. Он только на рейтинг на сайте смотрит, ничего не редактирует, так печатает. Так и издаёт многие вебки. Говорит: «Веб-версию лучше не править». Уж в этом Атсуги-сан преуспел».

Умикава-сенсей говорил с отвращением.

«Мне такое не нравится... Хотя негодяем я его назвать не могу. Подходящих под это авторов хватает. Есть ведь гении, которые с первого черновика без редактирования попадают в цель, тут и редакторам проще. Тут важно похвалить произведение и позволить автору писать».

Тут он был прав.

Были и другие такие же веб-произведения... Но они после выхода в печать показали отличные продажи. Кому повезло, тому повезло.

И вообще.

Мне ведь... Самому было приятно.

Приятно, когда меня гением называли.

Я принимал его похвалы и считал себя талантом.

Автор, который и без редактирования выдал отличное произведение, конечно же будет рад такому редактору.

Но это если ты и правда талант...

«Скажу как есть, Куроя-кун...» — сказал мне Умикава-сенсей: «Твоё произведение... Не дотягивает до того, чтобы оказаться на полках магазинов».

Он сказал чётко.

Понятнее не бывает.

Атсуги-сан такого бы ни за что не сказал.

«Но я не говорю, что ты плох. Для ученика средней школы... Если думать с заделом на будущее, ты вполне можешь что-то написать. Тут виноват редактор, который вообще не захотел ничего править. Нет смысла выставлять перед публикой драгоценный камень как он есть. Неправильно, когда редакторы берут вебки, а потом просто выбрасывают. Если не собираешься присматривать за автором, то лучше вообще не берись...»

Он продолжал говорить, но я не слушал.

Мне было приятно, что Умикава-сенсей говорит мне правду и пытается поддержать. Он сказал мне, что виноват редактор.

Но.

Почему-то я не мог злиться на редактора.

Моё сердце было заполнено печалью.

Никакой я не гений.

Я один из многих, к кому пристал редактор, желающий навариться на популярности произведения. Я был одной из множества палок, которая в итоге не выстрелила.

Редактору был нужен не я, а моё произведение... А точнее популярность веб-версии. Содержание не важно, главное, чтобы в сети серия была популярна.

Мой талант и усилия его не волновали.

Он просто хвалил и ни на что особо не надеялся. Потому когда результат оказался плох, просто отбросил меня.

Однако я... Принял его слова и считал себя талантом.

Вот такой я смешной.

Думал, что у меня получилось всё благодаря таланту и стараниям, а теперь было так стыдно, что хотелось исчезнуть из этого мира.

Жалкий.

Так я начал считать.

С того дня... Я перестал писать.

Обновления в веб-версии прекратились, и некоторые читатели стали переживать. В комментариях было много разных голосов.

Они переживали за моё здоровье и психологическое состояние... А популярность моего произведения росла.

Но... Я больше ни во что не верил.

Всякий раз как меня хвалили, моё сердце лишь глубже погружалось во тьму.

Какими бы тёплыми слова ни были, я всё ещё слышал в голове слова Атсуги-сана и никому не верил.

Слова фанатов должны были обрадовать меня... Но они не находили отклика. Меня тошнило лишь от того, что я всё это читал.

Я не верил в то, что моё произведение интересное, я не верил тем, кто это говорит...

Я перестал понимать, для чего я пишу романы.

* * *

— Вот как...

Выслушав меня, Сирамори-семпай выглядела печальной.

Сидя на стуле, я отпил чай из бутылки. Его купила девушка. Посмотрев на обложку, я тяжело вздохнул, но уже был спокоен.

— Прости, я... Не знала и сказала всё это.

— ... Нет. Тут я сам виноват, — ответил я.

Сам удивился, как сухо сделал это.

— ... Правда сам. Без стараний и таланта придумал себе что-то. Считал, что исполню мечту, и совсем зазнался...

Пока выплёвывал слова, ощущал в животе чёрную ношу.

Но высмеивать себя не прекращал.

— Родители тоже были озадачены... То у меня дебют, то я из дома выходить не хочу... Конечно на второй год я не остался... Но родители много раз вынуждены были ходить в школу... Я им столько проблем доставил.

Конечно хвастаться не стоит... Но я довольно умный.

В параллели вхожу в тройку лучших.

Изначально я собирался поступить в лучшую школу префектуры.

Но из-за моего романа успеваемость ухудшилась, я без причины перестал посещать занятия, и скатился на худший вариант.

В итоге свалился с положения, на котором мог бы попасть в желаемую школу, и сдал экзамены сюда.

— Я всё... Выбрасываю на ветер, — точно отбрасывая прошлое, заговорил я.

— Выбрасываешь?

— Выбрасываю. И своё время, и жизнь. Из-за странной мечты... Из-за того, что подумал, будто она сбылась, я...

Меня поглотила и растоптала мечта... И потому я узнал вкус позора.

Если бы не мечтал, если бы не писал... Не переживал бы из-за всего этого.

— Лучше бы я не писал... Не мечтал бы о такой глупости, как профессия писателя... Всё, всё... Я только испортил!..

— ... Ничего ты не испортил.

Так.

Сказала Сирамори-семпай.

Она осторожно подбирала слова... Но смотрела прямо на меня и говорила.

— Из-за того, что ты написал роман, ты ничего не испортил.

— ... В каком смысле?

— Это... Не знаю, пустил ли ты свою жизнь на ветер. Я ведь не ты. Но... Для меня это не так.

— ...

— Ведь... — говорила девушка.

Уголки её губ приподнялись в улыбке, а на лице было мягкое выражение.

— Это произведение очень интересное, — сказала она, нежно погладив обложку моей книги.

Но эти слова... Вызвали обратную реакцию.

— Не нужна мне твоя забота...

Её добрые слова не достигли моего сердца.

— Ничего там интересного, обычная работа любителя!.. Дрянь, которой в сети полно... До уровня профессионалов вообще не дотягивает... Дрянь, которая по ошибке увидела свет.

Я продолжал говорить.

Общаться я умел плохо, но продолжал говорить про себя гадости.

— Редактор меня нахваливал... Но знакомый писатель прямо сказал: «Это не коммерческий уровень»... Оценка в сети ничего не стоит. Предложения ужасные, история скучная, видно авторское самомнение... Не за что нахваливать такое жалкое произведение!..

Самому было смешно, как я противился похвалам.

После начала продаж я был самоуверен, но тут же последовали плохие отзывы... Хотя и положительные были.

Помимо сайта люди поддерживали меня, оставляя тёплые слова.

Но я... Уже просто не воспринимал их.

— ... Ну да, хвалить просто. Против критики все возражают, но ни слова никто не скажет о добрых словах.

Например похвалы Атсуги-сана... Я принимал их, ничего не возражая.

И понимал, в какую тьму проваливаюсь.

Похвалы редактора, принятые мной, сыграли со мной злую шутку, и теперь даже в добрые слова в сети... Я не верил. Вся поддержка раздражала и вызывала страх.

Я больше ни во что не верю.

Не могу поверить тем, кто хвалит меня... И не верю в собственные силы.

Я меньше всех верю в то, что пишу.

— Я ведь... Оцениваю сейчас как простой читатель... Могу сказать, что это произведение — скучная чушь. Это ничего не стоящее произведение, написанное школьником с завышенной самооценкой...

— Прекрати! — громко сказала Сирамори-семпай.

В её голосе была обида.

Она схватила меня за щёки и подняла голову.

Девушка смотрела мне прямо в глаза.

В её серьёзных глазах... Была злость.

— Хватит говорить гадости о произведении, которое мне понравилось.

— Понравилось?..

— Да, понравилось. Я же сказала, что оно интересное.

— ... Это лишь добрые слова...

— Не добрые. Я вру людям, но не про книги, — говорила Сирамори-семпай.

Не собираясь уступать, девушка решительно сказала:

— Интересная книга или нет... Решаю я сама. И не важно, кто и что говорит. Путь там что-то говорит профессионал и люди в сети только гадости пишут, пусть даже... Сам автор будет не согласен... Если мне нравится, значит нравится.

— ...

С этим было не поспорить.

Нравится книга или нет... Решать лишь тебе.

Даже если автор считает книгу шедевром, читатели могут решить, что она скучный мусор.

И наоборот.

Если автор считает книгу провалом и чёрным пятном в своей карьере, кто-то из читателей может подумать, что она очень интересная...

— Твоя история интересная, Куроя-кун, — сказала Сирамори-семпай. — Это не просто добрые слова. Она интересная и хорошая. И я рада знать... Что такую замечательную историю придумал мой милый кохай, — девушка смущённо улыбнулась. — Ну... Прямо нахваливать конечно не за что. «Это самая лучшая книга из всех, что я читала!» — это уже откровенный подхалимаж. Она незрелая и местами слабая... Потому понятно, почему она кому-то не понравилась. Порекомендовать её сложно... Но мне понравилось. Это личное мнение. Я рада, что прочитала её. Может дело в хорошей совместимости?

— Совместимости?..

— Я про книги. Есть такие, которые вообще никак не даются, хотя их огромными тиражами продают, а то, что ты считаешь шедевром... Могут снять с печати из-за низких продаж. Вот и у меня с тобой хорошая совместимость. Потому я стала твоей... Автор Куроя Сокити, фанаткой.

— ... М.

Мне было неловко слышать это.

Вдруг это простая забота. Она просто решила поддержать психологически неустойчивого кохая.

Но.

Я... Думал, что это правда.

Смог принять это за правду.

В её словах ощущалась уверенность.

После случая с редактором у меня была точно аллергия на похвалу, но в этот раз я смог её принять.

Слова девушки достигли моего сердца.

От них буквально исходил свет.

Тьма в сердце была растоплена.

— Я... Простая читательница. Сама я ничего не создаю, и все мои слова — это слова простого читателя. Так что... Мне не понять твоё отчаяние и переживания, Куроя-кун... Я не знаю, как можно помочь. Потому... Я могу лишь безответственно говорить как простой читатель, — сказала мне Сирамори-семпай.

Она взяла мою руку и посмотрела в глаза.

Будто фанатка, пришедшая на автограф-сессию...

— Мне понравилось. Я буду и дальше поддерживать тебя. Береги себя и старайся.