Всем привет. Переводчик из Love knows no boundaries передал перевод этого тайтла мне. Я перевел первую главу полностью, чтобы было в едином стиле.

------

Я удержал госпожу Тэндзё и попросил её выслушать мои объяснения.

Мы с Кагуей сидели за столом в позе сэйдза.

Комнату наполнила атмосфера напряжённой сцены.

Лицо госпожи Тэндзё было каменным, руки скрещены на груди.

— Ю-кун, у меня ноги затекли. Можно сесть поудобнее?

— Сиди и не двигайся!

— Пицца же остынет.

— Сначала представься. Живо развеивай это недоразумение! Немедленно!

Кагуя недовольно надула губы, но тут же переключилась и посмотрела на госпожу Тэндзё.

— Приветики, я бывшая девушка Ю-куна!

— Хватит нести эту чушь в такой момент! Я тебя сейчас же вышвырну!

От этого убийственного для моего сердца заявления я не выдержал и взорвался.

А, всё, в глазах госпожи Тэндзё погасла жизнь.

— Да шучу я, шучу. Не злись, ну, пожалуйста.

Кагуя умоляюще схватилась за край моей футболки.

— Какие уж тут шутки! Давай заново!

— Я Нишики Кагуя! Спасибо, что заботитесь о Ю-куне.

Моя сестра с лёгкостью поприветствовала красавицу Тэндзё Рэйю, ничуть не смутившись.

Её самоуверенная манера, в которой не было и намёка на вежливость, поражала. Или это просто потому, что она ещё ребёнок?

Слушая их со стороны, я весь извёлся.

— Значит, сводная сестра, да?

В голосе госпожи Тэндзё всё ещё звучало сомнение.

— Да. Юридически — сестра. Не бывшая девушка и не подружка для развлечений, — настойчиво повторил я.

— Я понимаю, что вы не похожи, раз у вас нет кровного родства, но… почему вы так… близко?

Если бы ко мне так прижимался маленький ребёнок, это выглядело бы мило, но когда к второкурснику старшей школы прижимается его сестра, ученица третьего класса средней школы, картина получается, мягко говоря, неловкой.

— Вот это меня и самого очень беспокоит. Сколько ни делай ей замечаний — всё без толку.

— Ну мы же брат и сестра, какая разница, правда? — сказала Кагуя и, не обращая внимания на присутствие госпожи Тэндзё, снова повисла у меня на руке.

— Весьма бурный телесный контакт, я погляжу.

Госпожа Тэндзё скривила губы, но, казалось, изо всех сил сдерживала свои истинные чувства.

Я высвободил свою руку и повернулся к ней.

Стонущую рядом Кагую, у которой затекли ноги, я пока решил игнорировать. Сядь нормально, у тебя трусики видно.

— Так почему твоя сводная сестра вдруг решила зайти в гости? — в её голосе чувствовались шипы.

— Сказала, что принесла сувенир из семейной поездки. Без предупреждения, — я указал на бумажный пакет со сладостями.

Если бы я знал, что Кагуя вломится ко мне, я бы попросил изменить время доставки пиццы, чтобы они не пересеклись.

— Это ведь не какая-то хитроумная попытка создать себе алиби, верно?

— Послушайте, я не стану прибегать к такой подлой лжи, чтобы выгородить себя, прикрываясь сводной сестрой. Она — моя семья, самая настоящая! И вообще, неужели я похож на идиота, который приведёт кого-то в дом, зная, что вы вот-вот придёте? — я изо всех сил старался объясниться.

— А может, это такая игра, чтобы пощекотать нервы.

— Паранойя!

— Говорят же, в мире полно людей с самыми разными вкусами.

Какое богатое воображение. Неужели её и правда интересуют такие вещи? От одной этой мысли у меня забилось сердце.

— И что бы вы делали, если бы у меня и вправду были такие особые предпочтения? — спросил я серьёзно, хоть и был ошарашен.

— У каждого свои увлечения, так что я бы не стала осуждать огульно.

Её попытка сохранить объективность была очень в духе учителя.

— Так что бы вы всё-таки делали, будь я таким?

— Э-э-э… Ну… для начала нужно тщательно изучить запрос, а затем рассмотреть возможные варианты реагирования в пределах допустимого… — пробормотала она тихим голосом.

Какая неуверенность, полная противоположность её чёткой речи в школе. Это значит, она готова отреагировать в зависимости от запроса?! То есть можно было бы без проблем обрушить на неё все свои мужские желания?!

Чёрт. От одних только фантазий я готов был… возбудиться, но передо мной сидела сводная сестра.

Нужно было сохранять достоинство старшего брата.

— Вы всё ещё не верите моим словам? — спросил я снова, стараясь говорить спокойно и ровно.

— Твоя сестра ведь ещё в средней школе, верно? Не слишком ли взросло она выглядит?

— Мне часто так говорят! — беззаботно подтвердила Кагуя.

Госпожа Тэндзё из вежливости выразилась очень мягко.

Будучи учительницей, она общалась с множеством подростков и вряд ли стала бы так напрягаться из-за обычной девочки.

Я прекрасно понял, на что она намекала.

Моя сводная сестра, Кагуя, была, как бы это сказать… на редкость кокетливой и расчетливой девчонкой.

Причина крылась в контрасте между её внешностью и внутренним миром.

С виду — настоящая красавица, а на деле — взбалмошная девчонка без царя в голове.

Она капризна и действует по наитию, поэтому способна на совершенно неожиданные поступки. Не зная, что такое сдержанность, она со всеми, невзирая на возраст, общается как с друзьями и постоянно нарушает личное пространство.

Черты лица у неё правильные, доставшиеся от покойной матери, но в них ещё оставалось что-то детское. Руки и ноги — по-юношески изящные, фигура — совершенно обычная. И всё же каждый её жест был обворожителен и нёс в себе оттенок соблазнительности, немыслимый для ученицы третьего класса средней школы.

Своей детской непосредственностью и соблазнительными манерами она сводила мужчин с ума.

Если говорить по-хорошему — она милая девочка, которая легко нравится людям. Если по-плохому — похитительница сердец, не выбирающая жертв.

Парням достаточно было хоть раз поговорить с Кагуей, чтобы решить, будто она в них влюблена. Такое случалось сплошь и рядом.

Своим многообещающим поведением она одного за другим затягивала их в любовное болото.

Насколько я знаю, был случай, когда ей одновременно признались в любви пятеро, и без её ведома развернулась настоящая драма.

Вот только сама она ни в ком не была заинтересована, так что победителей в этой битве за её сердце ещё не было.

Нишики Кагуя была той ещё проблемной девчонкой, что будоражила чистые мужские сердца, а её родные постоянно переживали, в какую очередную передрягу она ввяжется.

Вдобавок она предпочитала взрослую одежду в стиле «гяру» с открытой шеей и плечами, из-за чего на улице к ней постоянно приставали. Стоило мне на секунду отвернуться, как к ней уже кто-то подкатывал. Сколько раз мне приходилось в панике их отгонять…

— Ваши опасения более чем обоснованны.

Воспоминания о былых трудностях нахлынули на меня, и лицо моё исказилось.

Чтобы снять с себя все подозрения, я достал смартфон и показал семейную фотографию, сделанную, когда Кагуя пошла в среднюю школу. На ней перед школьными воротами стояли отчим, мама, я и Кагуя.

— И правда сводная сестра… Ого, а ты в средней школе такой маленький и милый, Юнаги-кун.

Как только Тэндзё Рэйю убедилась, что Кагуя — моя сводная сестра, она тут же успокоилась.

Моя классная руководительница, соседка и любимый человек наконец-то снова озарилась улыбкой, сияющей, словно солнце.

— Я рад, что вы мне поверили.

Я с облегчением выдохнул, сумев доказать свою невиновность.

— Слушай, Ю-кун, ты же говорил, что у тебя нет девушки? А перед этой тётенькой так распинаешься. Может, она твоя возлюбленная?

— К сожалению, нет. Хотя я был бы на седьмом небе от счастья, стань такая красавица моей девушкой.

Я бросил взгляд на госпожу Тэндзё — она смущённо опустила глаза.

— А, понятно. Значит, вы любовники? И как, Золотая неделя у вас была жаркой?!

— Не-е-ет!!! — в один голос воскликнули мы с госпожой Тэндзё.

Да и вообще, не стоит ученице средней школы так просто бросаться такими словечками. Услышь это наши родители, они бы от шока в обморок упали. Для них Кагуя — любимое сокровище.

— Тогда кто эта тётенька для тебя, Ю-кун? — с любопытством посмотрела на госпожу Тэндзё Кагуя.

— Она моя соседка. Живёт в сто третьей квартире.

Я изложил объективный факт.

— Такая красавица живёт по соседству?! Везёт тебе, Ю-кун!

— Это да.

— И почему это соседка заходит к тебе в квартиру?

— Мы просто общаемся по-соседски.

— Заходить в квартиру как к себе домой — это «просто»?

Когда о нашем образе жизни спросили вот так в лоб, мне стало трудно подбирать слова.

Ведь мы всегда старались, чтобы никто из посторонних не знал, что мы ходим друг к другу в гости.

— Мы делимся едой, да и вообще часто общаемся.

Я старался отвечать как можно правдивее.

— Заходить в квартиру к старшекласснику… Тётенька, вы какая-то ненормальная?

Она искренне не понимала, что такая красавица может делать рядом с её братом.

Болезненные вопросы от Кагуи продолжались, словно мы поменялись ролями.

— Всё наоборот, Кагуя. Это она присматривает за мной, беспокоясь, как я тут справляюсь один.

Ради репутации госпожи Тэндзё я должен был всё чётко разъяснить.

Пусть лучше неправильно поймут меня, но я не позволю, чтобы это коснулось её.

— Просто соседка принесла бы пиццу и так разозлилась, увидев меня?

Доводы Кагую не убедили.

— Любой бы обалдел, застав парня и девушку в такой двусмысленной позе.

— Именно. Долг взрослого — сделать замечание, если несовершеннолетние занимаются чем-то неподобающим, — спокойно ответила госпожа Тэндзё. Её строгое выражение лица только усиливало впечатление рассудительности.

— Уф, какая зануда. Прямо как завуч. Слишком уж вы лезете в дела соседа. Это разве не нарушение личных границ? — Кагуя состроила брезгливую гримасу и высунула язык.

— Кагуя, не говори ерунды. Я не против, значит, всё в порядке.

В такие моменты я особенно остро понимал, что наши отношения не должны стать достоянием общественности.

— Юнаги-кун и мне помог, когда я была в беде. С тех пор я часто на него полагаюсь, — подала голос госпожа Тэндзё, заметив, что моё положение становится шатким.

— Опять спасаешь кого-то, кроме меня, — надула щёки Кагуя, став похожей на хомячка.

— Тётенька, а чем он вам помог, например?

— Э-э, ну…

— Неужели чем-то таким, о чём нельзя рассказать?

Я и сам, вспоминая, мог насчитать слишком много случаев, когда я её выручал.

Причём многие из них были настолько щекотливыми, что могли быть неверно истолкованы в зависимости от того, как о них рассказать.

— Он… он убил для меня чёрного жука! Я ужасно боюсь насекомых.

Она чуть не сказала «таракан», но вовремя осеклась.

В тот раз она была в такой панике, что, забыв о необходимости держать лицо, бросилась мне на грудь.

Действительно, для госпожи Тэндзё появление «Т» было величайшим кризисом.

— А-а, это я понимаю. Я их тоже терпеть не могу. Ну, тогда да, ничего не поделаешь, пришлось просить Ю-куна.

Девчонки понимающе переглянулись.

— В общем, так, Кагуя, будь добра, подружись с моей соседкой.

— Может, поедим пиццу вместе? Считайте это небольшой приветственной вечеринкой для твоей сестры.

На наше предложение Кагуя кивнула.

***

Пицца, видимо, упала очень удачно, почти вертикально, так что начинка практически не пострадала.

Кагуя принялась уплетать один кусок за другим.

— Имела бы ты хоть каплю совести.

— Надо было, наверное, ещё одну заказать.

— А, я потом отдам деньги за свою порцию и за Кагую.

— Не беспокойся, я угощаю. Предоставь это работающей старшей сестре. К тому же это и благодарность за твою помощь.

Вот он, надёжный взрослый, с которым не поспоришь.

Согласно «Соседскому соглашению» расходы на еду мы делили, но говорить об этом при Кагуе было бы бестактно.

— Тогда с благодарностью приму угощение.

— Не за что.

— Кагуя, хватит только есть. Ты что-то должна сказать.

Облизнув жирные пальцы, она небрежно бросила: «Спасибо».

— Эй, благодари нормально. И салат тоже поешь.

— Я не люблю овощи.

— Это для здоровья.

— Я же ем лук и перец.

Тоненьких ломтиков овощей на пицце явно недостаточно.

— Ешь давай, нечего привередничать.

— Ю-кун, ты ворчишь, как старикан.

— Кто тут старикан? Получишь у меня.

— Вы так дружны, — заметила госпожа Тэндзё с тёплой улыбкой. А-а, прекратите. Вы точно всё неправильно поняли. Ничего такого, что вы себе вообразили, тут нет!

— Ага, у меня же братокомплекс! — беззаботно призналась ученица третьего класса средней школы.

Поразительно, как она может так спокойно заявлять о своём «браконе» незнакомому человеку.

— В умении вот так сразу выражать свои чувства вы с братом очень похожи.

— У нас нет кровного родства, так что это вам просто кажется.

Мне было неприятно, что меня ставят в один ряд с Кагуей.

— Ну что ты, говорят же, люди, живущие в одной среде, становятся похожими.

— Не говорите так, будто всё знаете, — резко и недовольно бросила Кагуя.

Я уже было хотел сделать ей замечание, но госпожа Тэндзё остановила меня жестом руки.

— Ничего, не обращай внимания. В конце концов, это я вторглась в ваше личное пространство, когда вы наконец-то встретились.

Судя по всему, слова Кагуи её и впрямь не задели.

Наверное, работая учительницей, она привыкла пропускать мимо ушей дерзкие высказывания подростков.

Более того, она, казалось, с каким-то удовольствием наблюдала за нашей трапезой.

— Вот тётенька всё понимает. Ю-кун, ты слишком со мной нянчишься.

Кагуя с укором посмотрела на меня.

— Тот факт, что ты здесь самая младшая, не меняется.

— Будешь так себя вести, я наговорю про тебя тётеньке всякого.

Угрожать брату, с которым только что встретилась, — какая смелость.

— Хотя бы небылицы не придумывай.

— Тогда я бы хотела услышать правду, — с лёгкостью подхватила госпожа Тэндзё. И это было её большой ошибкой.

— А Ю-кун ведь отверг моё признание в любви. Ужасно, правда?

Кагуя с улыбкой сбросила огромную бомбу.

Моё сердце чуть не остановилось, а лицо госпожи Тэндзё застыло, словно ледяная маска.

Который раз за сегодня это происходит? Да сколько можно.

— Кагуя! Не усугубляй недоразумение!

— Но это ведь правда, что я призналась тебе в любви.

В памяти всплыли её слова.

«Я не хочу становиться тебе сестрой!»

Эти слова, брошенные Кагуей когда-то, до сих пор не давали мне покоя.

Временами они внезапно вспыхивали в памяти, портя настроение. Почему слова, брошенные другим человеком, до сих пор так сильно влияют на меня?

— Как я мог всерьёз воспринять слова ребёнка?

— Но мои чувства были настоящими. А ты мне так и не ответил.

— Естественно.

— Увиливать от ответа на чувства девушки — это просто низко.

Сидевшая рядом госпожа Тэндзё выглядела так, будто вот-вот умрёт.

— И то, что ты постоянно игнорируешь мои сообщения, — это ведь тоже назло? — воспользовавшись моментом, выплеснула своё недовольство Кагуя.

— На важные сообщения я отвечаю.

— Но это самый минимум! Тётенька, вы ведь тоже так думаете? Да?

— Пожалуй. Лучше всё-таки отвечать на сообщения. Тот, кто их отправляет, может почувствовать себя проигнорированным и расстроиться, если не получит ответа.

Госпожа Тэндзё встала на её сторону, и Кагуя энергично закивала.

— Вот-вот! Я так переживаю. Чуть не плачу.

Оказавшись в меньшинстве, Кагуя осмелела, а я с горечью возразил. Это же чистой воды клевета.

— Всё как раз наоборот.

— Что наоборот?

— Кагуя начала заваливать меня сообщениями не сегодня. Ещё когда я жил дома, она постоянно присылала всякую ерунду. Сначала я честно отвечал, но их стало так много, что я просто не выпускал телефон из рук. А это было как раз перед экзаменами в старшую школу. Чтобы сосредоточиться на учёбе, я решил отвечать только на самое необходимое. Родители об этом знают. С тех пор так и повелось.

И дома, и на улице телефон разрывался от уведомлений, будто его бомбардировали, и батарея садилась вмиг. В конце концов, моё терпение лопнуло, и я был вынужден начать её игнорировать.

— А, вот оно что… — госпожа Тэндзё всё поняла.

— Для меня переписываться так же важно, как дышать! — с серьёзным лицом заявила моя сводная сестра.

И ведь правда, печатала она с какой-то демонической скоростью. Её пальцы словно отбивали чечётку на экране, и сообщения прилетали одно за другим.

— Не преувеличивай.

— Если мне не хватает общения, я могу умереть от одиночества.

— Не умрёшь, не переживай.

— Ю-кун, ты всё-таки меня ненавидишь. Бесчувственный!

— Если бы я тебя и вправду ненавидел, давно бы заблокировал. К тому же, в этом году уже у тебя экзамены, так что поумерь свой пыл.

— Ах да, Кагуя-тян ведь в третьем классе, для неё это важный год. Тогда, наверное, стоит немного потерпеть, — вмешалась госпожа Тэндзё, пытаясь её урезонить.

— …Тётенька, вы и правда похожи на учительницу. Кем вы работаете?

Какой проницательный вопрос.

— Э-э, в сфере образования, — натянув улыбку, кое-как ответила госпожа Тэндзё.

«А, понятно», — Кагуя пропустила это мимо ушей, не выказав особого интереса.

— Кстати, Кагуя-тян, ты уже решила, куда будешь поступать? Есть какая-нибудь школа на примете? — сменила тему госпожа Тэндзё.

— В ту же, что и Ю-кун, — в старшую школу Киё.

Ещё одна бомба. Мы с госпожой Тэндзё замерли, одновременно задержав дыхание.

Я и сам слышал об этом впервые.

Если она поступит, со следующей весны мы будем учиться в одной школе.

А это значит, что тайна госпожи Тэндзё — что она учительница — будет раскрыта.

Госпожа Тэндзё дрожащей рукой поднесла к губам стакан с колой и, поперхнувшись, закашлялась.

Я протянул ей коробку с салфетками, загородив её от Кагуи, и зашипел:

— Ч-ч-ч-что будем делать?! Моя сестра поступает в нашу школу!

Я кричал шёпотом.

Как и ожидалось, госпожа Тэндзё была в полной панике. Вытирая губы, она выглядела так, будто вот-вот расплачется. Что-то я вечно протягиваю ей салфетки за столом.

— Главное, не говорить ничего лишнего, — прошептал я.

— Угу!

— Ах, кстати, тётенька, а как вас зовут?

Феноменальная бестолковость Кагуи проявилась в самый неподходящий момент.

Как она вообще могла разговаривать с человеком так долго, даже не поинтересовавшись его именем?

Каждый раз я терял дар речи от её чудесного умения всё испортить.

Госпожа Тэндзё оказалась в тупике. Хватит отплачивать злом за добро человеку, который угостил тебя пиццей!

— Моё имя…

Лицо госпожи Тэндзё побелело.

Хотелось как-то сменить тему, но сейчас не представиться было бы ещё более странно.

— Ага. Я ведь ещё не спрашивала. Скажите, пожалуйста, — Кагуя одарила её светской улыбкой.

Если она сейчас назовёт своё настоящее имя, а Кагуя поступит в Киё, то секрет, что моя соседка — школьная учительница, раскроется. Кагуя, узнав Тэндзё Рэйю, непременно ляпнет: «А, это та тётенька, соседка Ю-куна». Об этом разлетится по всей школе, и нас ждёт общественное порицание, а в конечном итоге — расставание.

— Э-э-э… Рэй… ю, — последний слог она произнесла так тихо, что я едва расслышал.

— Тогда буду звать вас Рэй-тян! Рэй-тян, а какая у вас фамилия?

Кагуя, не дожидаясь разрешения, уже перешла на свой лад. Она, как всегда, быстро сокращала дистанцию.

— Фамилия?! — голос госпожи Тэндзё сорвался. Она забегала глазами по сторонам, совершенно растерявшись.

— У меня фамилия, она немного редкая…

— Тем интереснее!

Она отвечала обрывками, отчаянно пытаясь выиграть время, но Кагуя ждала ответа.

— …Тооми! Да, Тооми!

— А как пишется?

— «Далёкое море», читается как Тооми!

— Значит, вас зовут Тооми Рэй. Красивое имя!

Так, для Кагуи, Тэндзё Рэйю стала Тооми Рэй.

***

После ужина, убрав со стола, мы решили расходиться.

— Рэй-тян, спасибо за пиццу. Я ещё приду в гости.

— Не приходи, — тут же отрезал я.

— Ну тогда пойдём куда-нибудь погуляем. Я хочу купить новую летнюю одежду, составишь компанию?

— У меня скоро промежуточные экзамены.

— Ю-кун, ты мне только отказываешь.

— Главная обязанность ученика — учёба. Низкие баллы за тесты скажутся на оценках.

— Если твоя успеваемость упадёт, ты ведь вернёшься домой? Я была бы рада.

Не втягивай меня в свои авантюры. С абсолютно невинным видом она говорила ужасные вещи.

— Может, хотя бы после экзаменов? Тогда это ничему не помешает, — вмешалась госпожа Тэндзё.

Я удивлённо на неё посмотрел.

— То есть мне можно пойти?

— Конечно, сходите куда-нибудь. Вы ведь нечасто видитесь, верно?

В ней уже не было и следа прежнего волнения, она вела себя как взрослая.

Мы втроём вышли в общий коридор.

— Я тогда провожу Кагую до станции.

— Хорошо. Будьте осторожны по дороге.

Госпожа Тэндзё, отчаянно скрывая свою измотанность, помахала нам на прощание.

Обычно утром я провожал её в школу после завтрака, а вечером она возвращалась в свою квартиру.

Быть тем, кого провожают, а не наоборот, было как-то непривычно.

Мой взгляд случайно упал на табличку с номером квартиры на почтовом ящике.

«Понятно, вот почему Тооми».

Номер её квартиры — 103. Видимо, она с ходу придумала фамилию, прочитав цифры как иероглифы: 1 (то:), 0 (о), 3 (ми)[1].

— Ю-кун, ты идёшь? — поторопила меня Кагуя.

В небе ярко светила луна.

Под светом ночного неба мы вдвоём шли к станции.

— Когда по соседству живёт такая красавица, и правда не захочется возвращаться домой. Вы и по выходным вместе?

— Сегодняшний день — исключение.

И правда, в нашем «Соседском соглашении» ничего не говорилось о выходных и праздниках.

— Я-то думала, что Ю-кун живёт в полном одиночестве и тоске, но, кажется, ошиблась. Такая серьёзная помеха… Интересно, можно ли от неё как-то избавиться? — пробормотала Кагуя, глядя на луну.

— Тебе нравится Рэй-тян?

— …Какой внезапный вопрос.

— Ты же не можешь пройти мимо человека в беде. Может, ты помогал ей и незаметно для себя привязался… как в моём случае? — Кагуя насмешливо улыбнулась полумесяцем, поддразнивая меня.

— Так ты знаешь, что я к тебе неравнодушен?

— Конечно. Ты же мой любимый сводный брат, который так обо мне заботится.

— Что ж, это главное.

Какая наигранная фраза.

— Слушай, возвращайся домой. Давай снова жить вместе, как раньше, — попросила Кагуя, склонив голову набок.

— Мне здесь спокойнее.

— Но ведь учиться, есть и спать можно и дома? — её шёпот был полон намёков.

— Значит, сувенир был просто предлогом, а это и есть главная цель?

— Угадал.

— Я не вернусь.

— Это потому что со мной тебе неспокойно?

— Да, ты постоянно заставляешь меня волноваться.

Я честно признался.

— Это ты слишком обо мне печёшься, Ю-кун. Если так беспокоишься, то тем более возвращайся. Тебе же будет спокойнее, если я буду рядом.

— А ты, в свою очередь, собираешься поступать в Киё мне назло?

— Мне там форма нравится. Сейчас у меня матроска, а в старшей школе хочу носить блейзер, — ответила она оживлённым голосом.

Звучит как довольно примитивная причина, но для девушек это, видимо, весомый аргумент.

— Есть куча других школ с блейзерами.

— Если мы будем учиться в одной школе, то сможем гулять вместе после уроков. Я просто хочу всегда быть с тобой, Ю-кун.

— Мы и так близки.

— Как брат и сестра… ведь так?

— Этого достаточно.

— Недостаточно, недостаточно, совсем недостаточно! Мне мало, и мне скучно. Ведь так, правда? — Кагуя снова повисла у меня на руке.

— Я же сказал, слишком близко.

— Разве не здорово, когда тебя обнимает такая милашка?

— К тебе я уже привык.

— Какой ты язва, Ю-кун!

— Воспитание плохое.

— О ужас! Нужно срочно восстанавливать твоё душевное здоровье домашней едой!

— Готовить всё равно буду я.

— Ха-ха. Точно.

Мы встретились взглядами.

И одновременно рассмеялись.

— А-а, весело. Я так рада, что ты совсем не изменился, Ю-кун. С тобой разговаривать интереснее всего.

— Да неужели.

Мой ответ, похоже, пришёлся Кагуе по душе.

— Слушай, а тебе не интересно, что было дома, пока тебя не было?

— Не особо.

— Мне опять парень в любви признался.

— Вряд ли ему понравится девушка с братокомплексом.

— Я ему отказала.

— Ну и молодец.

— Хотя, мне и другие признавались, много…

Похоже, она всё так же популярна.

— Весёлая у тебя школьная жизнь.

— Не сказала бы. В этом году экзамены, сколько раз я уже говорила, что не могу ни с кем встречаться.

— Для тебя это удивительно ответственно.

Было бы плохо, если бы она увлеклась романтикой и забросила учёбу.

— Просто нет кандидатов в парни лучше, чем ты, Ю-кун.

— Какая низкая планка.

— Наоборот. Слишком высокая.

— Несправедливо сравнивать ученицу средней школы и старшеклассника.

— Может, мне тогда больше подходят парни постарше?

— Зависит от человека, — возраст не имеет значения. Это я мог сказать и про себя.

— …Ты ведь рад, что у меня нет парня?

— Если ты будешь счастлива, то и я буду рад.

Я её брат, и всё, чего я желаю, — это счастья для своей сводной сестры.

— …Скучно.

Кагуя отпустила мою руку и пошла вперёд.

— Эй! Кагуя, стой!

Она собиралась перейти дорогу на перекрёстке с плохой видимостью. Я схватил её за руку и отдёрнул назад.

В ту же секунду мимо нас пронеслась машина.

Выскочи она на дорогу, могла бы попасть в аварию.

Провожая взглядом удаляющиеся красные фонари машины, я мысленно выругался. Куда он так гонит на слепом перекрёстке? Права бы у него отобрать.

— Темно, будь осторожнее. Здесь и ночью много машин.

— …Ты всегда меня спасаешь.

— Ещё бы, попади ты в аварию — была бы беда.

— Ты такой добрый, Ю-кун.

— Сама будь внимательнее.

— Засмущался.

— Нечего вечно на меня полагаться.

— Это, наверное, невозможно. Ведь ты — моя первая любовь.

Она остановилась и, сложив руки перед собой, виновато улыбнулась.

— Такие слова стоит говорить только тому, кого по-настоящему полюбишь.

— Поэтому я и говорю их только тебе, Ю-кун.

К сожалению, мы со сводной сестрой, похоже, так и не стали настоящей семьёй.

---

Примечание:

[1] Тооми (遠海): Фамилия, придуманная Рэйю, является игрой слов, основанной на цифрах её квартиры 103. В японском языке цифры могут читаться по-разному. В данном случае:

1 (一) может читаться как «то:».

0 (〇) часто ассоциируется со звуком «о».

3 (三) читается как «ми».

Таким образом, 103 -> «то-о-ми». Иероглифы, которые она придумала, 遠 (то: - далёкий) и 海 (уми/ми - море), вместе образуют фамилию Тооми.