Я стоял перед дверью родного дома и почему-то медлил её открыть.

Поднеся ключ к замочной скважине, я, против обыкновения, почувствовал напряжение.

Это знакомое здание было моим домом, но с ним не было связано почти никаких тёплых чувств или воспоминаний. Я ушёл прежде, чем успел их обрести.

Но раз уж меня сюда привезли, бежать было нельзя.

Хотя, с тех пор как на берегу моря мне объявили о расторжении «Соседского соглашения», настроение у меня было на нуле.

Если бы можно было, я бы хотел переиграть сегодняшний день с самого утра и наотрез отказаться от предложения Тэндзё-сан поехать на море. Хотелось как-то отменить этот плохой финал.

— Это невозможно, — пробормотал я.

Я обернулся, но машины, на которой меня привезла Тэндзё-сан, уже не было.

Настроение и не думало подниматься. С другой стороны, если я вернусь в свою квартиру, там, по соседству, будет она сама. Хныкать в такой ситуации — лишь делать себе ещё хуже.

Пока я так топтался в нерешительности, дверь открылась с той стороны.

— Ю-кун, ты приехал.

Кагуя встретила меня с напряжённым лицом.

— Привет. Со вчерашнего дня не виделись.

Я был в таком состоянии, что даже наша ссора с Кагуей казалась чем-то незначительным.

— У тебя какой-то ужасный вид.

— А ты, похоже, знала, что я сегодня приеду.

— Мне Рэй-тян сказала.

— Значит, всё было подстроено.

Этой женщине не проиграть.

— Прости, что вчера так ушла.

— Я тоже был неправ. Да, у меня есть кое-что для тебя.

Я достал из рюкзака одежду и протянул ей.

— Это от моих друзей, в качестве извинений. А это — от меня.

После того как Кагуя ушла, я, помимо того, что купили Акира и Маюдзуми, тоже купил ей в качестве извинения то платье, от которого она отказалась.

— Что, оба?!

Заглянув в пакеты, Кагуя не смогла сдержать улыбки.

— Они просили передать, что извиняются. Простишь их?

— Прощу… но в этот раз это серьёзная проблема, касающаяся нас как брата и сестры. Не хочу так просто всё забывать из-за подарков, — она вернула мне пакеты.

Я удивился, услышав от неё такие серьёзные слова.

— Что случилось? Тебе вчера та женщина прочитала суровую лекцию?

— Она выслушала меня. Поэтому я больше не хочу злоупотреблять твоей добротой, Ю-кун.

— Я тронут этими словами, но одежда-то не виновата. Буду признателен, если примешь.

Сделав вид, что соглашается с большой неохотой, Кагуя снова взяла пакеты.

— Спасибо, что вернулся, Ю-кун, — с серьёзным лицом сказала она.

— Прости, что так долго тянул.

— Ничего. Виновата была я.

— Я люблю тебя, Кагуя.

— Я тоже тебя люблю, Ю-кун.

— Взаимная любовь.

— Но ты ведь любишь меня как сестру, да?

— Да.

Кагуя медленно кивнула, что-то обдумывая.

— Да, думаю, у меня тоже. Мне весело проводить с тобой время, но вчерашнее «свидание» показало мне, что для этого не обязательно быть парой! Так что… можешь больше не беспокоиться.

— Похоже на то.

Удивительно устроен человек: даже если есть обиды, но другие чувства берут верх, злость уходит на второй план.

Это было не то же самое, что просто сдерживать гнев.

Прошлое не изменить, но в моей голове всё встало на свои места.

Радость от того, что я увидел духовный рост моей сводной сестры, в значительной степени принесла мне облегчение.

Не нужно было никаких громких слов о прощении. Я просто почувствовал, что всё и так хорошо.

— Ю-кун, ты всё-таки ко мне слишком снисходителен.

— Похоже, у меня и правда есть лёгкий сестринский комплекс.

— Фу, когда ты так говоришь, это звучит как-то мерзко.

Моя сводная сестра скривилась.

— Какой у тебя злой язык.

— Зато честно, правда?

Я кажется начал понимать, почему Тэндзё-сан иногда теряется от моей прямоты.

— Знай меру.

— Это и есть Нишики Кагуя. Нам предстоит долгая жизнь в качестве брата и сестры, так что смирись.

— А может, мне всё-таки уйти? — я развернулся на пороге.

— Нельзя! Я ужин приготовила и ждала! Эй! — она в панике схватила меня за одежду.

— Можно поесть?

— Это твой дом, конечно, можно.

— Ну, тогда с благодарностью приму, — я снял обувь.

— Слушай, Ю-кун, ты ведь не жалеешь, что я появилась в твоей жизни?

— Ни капли.

В этом я был уверен.

— А ты, Кагуя, можешь меня и возненавидеть, если хочешь.

— Я же сто раз говорила. Я хочу, чтобы ты вернулся. Как настоящий старший брат.

Той Нишики Кагуи, о которой я беспокоился, больше не было.

— …Пора прекращать упрямиться и смущаться. Мне тоже пора повзрослеть.

— Ты с самого начала был взрослым, братик.

Раньше я бы не стал это отрицать.

Я ошибочно полагал, что быть взрослым — значит подавлять эмоции и вести себя рационально.

Я даже не замечал, как тянусь изо всех сил, и мнил, что этот образ «взрослого» и есть настоящий я.

Но за время, проведённое с Тэндзё-сан, я изменился.

Одна мысль о ней вызывала у меня улыбку.

— Я тоже ещё ребёнок.

Благодаря встрече с женщиной по имени Тэндзё Рэйю, я смог это честно признать.

— Слушай, а тот человек, который тебе нравится, это, случайно, не Рэй-тян?

— Ага, — легко ответил я.

— Понятно. Ну, тогда мне с ней не тягаться.

— А с другими смогла бы?

— Легко, — уверенно заявила моя сводная сестра.

— А-а, так получается, это я стала купидоном для тебя и Рэй-тян.

— Надо же, как ты легко назвала себя свахой.

— Если Рэй-тян тебя бросит, я тебя утешу.

— Тогда прошу сейчас. Будь со мной нежной.

— Что-о?!

Мой ответ, похоже, был для неё полной неожиданностью. Кагуя покраснела.

— Э-э, то есть, это ведь как брат и сестра, да?

Чего ты так волнуешься, сестрёнка?

— Конечно. Ладно, я голоден, пойдём в гостиную.

— Слушай, Ю-кун.

— Что?

— С возвращением.

— …Я дома.

В этот миг я по-настоящему, наконец, вернулся домой.

***

Родители были очень рады моему приезду, и мы впервые за долгое время ужинали вчетвером.

На столе стояли мои любимые блюда.

Я влился в обстановку настолько естественно, что даже удивился — словно я и не уезжал. Мы болтали о пустяках, и ужин прошёл в весёлой и тёплой атмосфере.

Благодаря этому я смог немного отвлечься от мыслей о Тэндзё-сан.

После ужина, оставив отчима и Кагую убирать со стола, мама позвала меня в сад.

— Ну как, нет проблем с одинокой жизнью? Денег хватает?

— Если прибавите, боюсь, начну тратить на ерунду, так что всё в порядке. Я по-своему наслаждаюсь жизнью.

— Ну смотри. Ты всегда можешь вернуться домой, если что.

— Я только что сказал, что наслаждаюсь, а ты уже пытаешься затащить меня обратно, — я рассмеялся от такой резкой смены темы.

— Ну, ты ведь ушёл в том числе и из-за Кагуи… — нерешительно начала она. — Ты тогда сам предложил жить отдельно, но, так или иначе, получилось, что мы отдалили тебя от дома.

Мама, похоже, чувствовала вину за то, что как бы выставила меня из дома.

Я до боли чувствовал её неловкость, и мне самому становилось трудно говорить.

Кто виноват: поторопившийся сын или мать, которая не смогла его остановить?

Даже будучи родителями и детьми, мы не могли поговорить по душам, и от этого встречаться дома становилось всё более неловко. Так и испортились наши с мамой отношения.

Как же сложно бывает общаться.

— Родной сын — это важно, но новая, ещё маленькая дочь была в приоритете.

— И мы снова воспользовались твоей добротой.

— Помогать друг другу — это и есть семья.

— Ты вырос хорошим мальчиком. Я горжусь своим сыном.

Хоть она и хвалила меня, её лицо оставалось напряжённым.

Наверное, это было всё, что она могла сказать.

Она не смирилась с моей одинокой жизнью. Но в то же время понимала её необходимость.

Люди не всесильны, а в реальности сложные проблемы переплетаются так, что решить всё разом невозможно.

— Если ты чувствуешь себя виноватой, у меня есть две просьбы.

— Какие?

— Мы с Кагуей помирились.

— Да. Я это видела по тому, как вы сегодня вели себя.

— И у меня на душе стало легче…

— Юнаги?

— Мам, я продолжу жить один. Я хочу этого.

— Хорошо. Если ты так хочешь, поступай, как знаешь.

— Можно?

— Ты ведь из тех, кто не отступится, пока сам не убедится в своей правоте.

— И ещё. Немного о будущем. Когда-нибудь я приму одно удивительное решение, и я хочу, чтобы ты меня благословила.

— У тебя уже есть планы?

— Это будет зависеть от моих стараний.

— Хорошо. Я приму любое твоё решение.

— …Что-то ты слишком легко согласилась.

— Потому что больше всех на тебя всегда опиралась именно я, твоя мама. Как я могу не верить в тебя безоговорочно?

— Спасибо.

— Родителям только в радость, когда дети доставляют им немного хлопот. Так они чувствуют свою связь с повзрослевшими детьми.

— Ты — образец матери.

— Это просто любовь… Ты с детства был таким умным и надёжным, и мне так жаль, что я взвалила на тебя и свои проблемы.

— К счастью, я чувствовал и родительскую любовь, так что вырос не самым плохим сыном.

— Да, ты — моё сокровище.

Я опешил.

— Ты это говоришь сыну-старшекласснику?

— Я скажу то же самое, когда у тебя появятся седые волосы.

Да, похоже, я всегда буду для неё сыном.

— …Так что за решение?

— Если я скажу сейчас, будет неинтересно.

— А мне интересно.

Простым ответом она не удовлетворилась.

Хороший шанс. Можно хотя бы подготовить почву.

— Мам. У меня сейчас есть человек, которого я люблю. По-настоящему. Я считаю её незаменимым, самым дорогим для меня человеком.

— Влюблён по уши. Не знала, что в тебе есть такая страсть.

— Она поддержала меня, и благодаря ей я смог сегодня вернуться домой.

— …Надо же, разговариваю с Юнаги о любви, — мама с глубоким чувством посмотрела на меня. — С матерью ведь неловко говорить о таком.

— Как-то это… приятно. Свежее ощущение.

— Это в последний раз.

— Я всегда рада выслушать тебя, если захочешь поговорить о любви.

— Нет, это в последний раз.

Следующий раз будет, лишь если эта любовь потерпит крах.

— Твоя избранница — соседка по квартире?

Она угадала.

— Как ты узнала?

— Я же мать. Когда-нибудь, если будет возможность, познакомь меня с ней.

Мама не стала расспрашивать дальше, но было видно, что ей очень любопытно.

— …Думаю, когда я окончу школу, это будет возможно.

Я ответил, вкладывая в эти слова слабую надежду.

***

Было уже поздно, и я решил остаться на ночь.

Приняв душ, я надел свою старую пижаму, которая оказалась мне немного коротка.

Мою комнату, похоже, приготовили заранее, зная, что я останусь: всё было чисто убрано, а постель застелена.

И этот роскошный ужин… меня встречали, словно это было целое событие.

— Прямо всё включено.

В своей квартире мне всё приходится делать самому.

Только так понимаешь, как это здорово, когда кто-то о тебе заботится. Родной дом — это прекрасно.

Я лёг на кровать и стал вспоминать этот долгий, насыщенный день.

«…Всё-таки это не моя комната».

Хоть я и спал здесь каждый день до окончания средней школы, я не чувствовал, что это моё пространство.

Центром моей жизни была та квартира, где по соседству жила Тэндзё-сан.

Оставшись один, я почувствовал, как на меня накатывает вся моя боль.

«Так меня что, бросили?»

Счастливый день на море обернулся падением в ад.

На фоне закатного моря мне сообщили худшее.

Отчаяние было таким, словно меня бросила любимая.

Это был почти ночной кошмар, жестокий удар, от которого я едва не умер в машине по дороге домой. Мне было так тяжело, что я не мог даже посмотреть на Тэндзё-сан. Вскоре от усталости и вибрации машины я уснул. Честно говоря, я бы не выдержал этого тяжёлого молчания, если бы не заснул.

Ехать в одной машине после такого неловкого разговора было для меня пыткой.

«…Хм?»

Что-то не сходилось.

«Постойте, мы с Тэндзё-сан даже не встречались. Уместно ли здесь слово "бросили"?»

Хотя по ощущениям сердце было разбито вдребезги.

Наверное, я наговорил матери таких громких слов отчасти для того, чтобы подбодрить самого себя.

«…"Соседское соглашение" — это ведь правило не только о взаимопомощи, но и о том, чтобы сдерживаться и не становиться парой до моего выпуска. Что же тогда значит "расторжение"? Может, наоборот, теперь можно делать что угодно?»

Даже в такой ситуации мой неисправимый мозг пытался мыслить позитивно.

Наши отношения вернулись к исходной точке… так?

Нет, не так.

«Она просто предложила расторгнуть "Соседское соглашение"».

Это факт.

Мы вернулись к тому состоянию, что было до угощения карри — к состоянию просто соседей, которые не интересуются и не вмешиваются в жизнь друг друга.

«Но почему тогда я чувствовал себя так, будто меня бросили?»

Если спокойно всё обдумать, это было странно.

Наверное, так на меня повлияла сама ситуация и та атмосфера, которую создала Тэндзё-сан.

«Тэндзё-сан ни разу не сказала, что разлюбила меня».

Тогда что это была за гнетущая аура?

Красивые люди и так сильно влияют на окружающих. А когда обычно весёлый человек вдруг излучает такую необычайно мрачную ауру, это неизбежно затягивает.

Даже я, привыкший к ней за время нашего общения, впервые столкнулся с по-настоящему подавленной Тэндзё Рэйю.

Я резко сел и ударил себя по щекам.

«Надо было раньше догадаться, Нишики Юнаги! Машина, море — сегодня с самого утра Тэндзё-сан держала всю инициативу в своих руках! А ты так легко повёлся!»

Боль в щеках привела меня в чувство.

Я попался на неумелую игру Тэндзё Рэйю.

Я же сразу подумал, что это странно — звать меня на море на следующий же день после вчерашнего.

Но я был так рад возможности поехать на свидание с Тэндзё-сан, что проигнорировал эту маленькую странность.

«Такой романтик, который верит в вечную любовь, не мог бросить меня просто так, по своему желанию. Это чувство вины было так очевидно, а-а, чёрт!»

Меня злила собственная недогадливость.

Та Тэндзё Рэйю, которую я знал, никогда бы не поступила так дёшево.

Причина, по которой такая добросовестная женщина пошла на такой жёсткий шаг, зная, что причинит мне боль.

Догадка была только одна.

«Сто процентов, это из-за Кагуи. Она выслушала её, слишком прониклась и любезно доставила меня прямо домой. Если наладится мир в семье, у меня не будет причин жить одному. Если мы перестанем быть соседями, наши отношения закончатся, — вот какой вывод она поспешно сделала!»

В голове Тэндзё Рэйю, должно быть, нарисовался именно такой финал.

Если мы не будем соседями, эта любовь не выживет.

Поэтому она решила закончить всё первой.

До чего же трогательно.

Игнорировать собственную боль и ставить на первое место чужие интересы.

«…Вот поэтому я и не могу её оставить».

Тэндзё-сан слишком старается ради своих учеников.

Если она так будет выгорать, то ничего хорошего не выйдет. Если я не буду её поддерживать, она снова скатится к жизни с низким QOL [1], где она будет плакать над обычным карри.

Я живо представил, как она в своей тесной комнатке плачет в одиночестве.

«Я не позволю ей быть одной».

Всё это были лишь мои догадки.

Возможно, просто удобная для меня трактовка.

Но мне казалось, что я почему-то понимаю, о чём думает Тэндзё Рэйю.

***

На следующий день я рано утром вернулся в свою квартиру.

Когда я уходил, меня провожала вся семья. Родители спрашивали: «Когда в следующий раз приедешь? Хотим обсудить следующую семейную поездку», — прозрачно намекая на скорое возвращение.

«Передай привет Рэй-тян. И скажи ей спасибо за то, что помогла нам стать настоящими братом и сестрой».

«Хорошо».

«И ещё, передай Рэй-онээ-тян [2], что заботу о тебе я поручаю ей».

Такое вот послание передала со мной Кагуя.

Я вернулся на свою станцию до того, как начался утренний час пик.

Пробегая по улице с закрытыми роллетами магазинов, я, как обычно, набрал номер Акиры, чтобы её разбудить.

— *Ты что, на улице?* — спросила Акира, едва взяв трубку.

— Ага.

— *Почему? Уже идёшь в школу?*

— Я был дома. Сейчас возвращаюсь, чтобы переодеться.

— *Ночная вылазка.*

— Не так это называется.

— *Ты передал подарок сводной сестре?*

— Ага, спасибо. Она была рада. И извинялась.

— *Мы квиты.*

— Думаю, в следующий раз Кагуя будет спокойнее, так что не относись к ней слишком враждебно.

— *Я и не испытываю к твоей сводной сестре никакой враждебности.*

— Вот как. Ну, будь с ней помягче.

— *Нишики, ты что, думаешь, я всегда злюсь?*

— А разве нет?

— *Я выбираю, на кого и когда злиться.*

— Могла бы и ко мне быть немного добрее.

— *Куда уж добрее.*

— Ты серьезно?..

— *Не спрашивай!* — её голос резко стал жёстким.

— Вот поэтому я так и думаю.

— *А ты, Нишики, оказывается тугодум.*

— В чём?

— *Вот в этом!*

Она повесила трубку.

***

Я быстро добежал до своего дома.

В тот самый момент, когда я подходил, из своей квартиры вышла Тэндзё Рэйю.

Даже издалека было видно, что она не в духе.

Она даже не заметила, что я подхожу.

— Доброе утро, сенсей.

Тэндзё-сан застыла от удивления.

— Это не сон?

Она явно не ожидала увидеть меня на следующий же день, и ей было очень неловко.

Она избегала моего взгляда.

— Вы уже проснулись? Завтракали?

— П-проспала, опаздываю.

— Без меня вы пропадёте.

— Наглец! Ничего подобного.

Её бравада была неубедительна. Нет, я не могу позволить ей вернуться в то состояние, в котором она была до «Соседского соглашения».

— А вы вчера здорово всё провернули.

— Ты помирился с Кагуей-тян?

— Да.

— …С семьёй поговорил?

— Благодаря вам у нас была прекрасная семейная идиллия.

— Вот как. Хорошо.

— Это всё благодаря вам, сенсей. Спасибо.

— Я лишь сделала то, что должен делать учитель.

Она выпрямила спину, но выглядела всё равно как-то скованно.

— Прости. У меня скоро поезд, я пойду.

Тэндзё-сан оборвала разговор и, отвернувшись, пошла в сторону станции.

Но я не собирался молча провожать взглядом её любимую спину.

— И ещё, докладываю: я продолжаю жить один. Так что и впредь прошу любить и жаловать!

Я коротко изложил ей итоги вчерашнего семейного совета.

Нельзя отнимать у занятого человека много времени, так что отчёты должны быть краткими.

Так, теперь и мне нужно переодеться в школьную форму.

— Постой! Что ты сейчас сказал?

Она быстро вернулась.

— Вы же опоздаете.

— Неважно, отвечай!

— Я сказал, что продолжаю жить один, — ответил я, немного робея перед её напором.

— Ты не вернёшься домой?!

Что, я сделал что-то, из-за чего стоит так злиться?

— Получается, так. По крайней мере, до выпуска.

— А твоя семья не против?

— Я буду чаще заезжать домой. В остальном всё по-прежнему.

От моего ответа Тэндзё-сан пошатнулась, словно из неё вынули душу.

— Тэндзё-сан, вы в порядке? Голова закружилась?

— Да я вчера с такой решимостью ехала на море…

— Я ездил на море с Тооми Рэй, а не с Тэндзё Рэйю.

— Это была лишь уловка, чтобы вытащить тебя!

Она прямо призналась.

Видимо, у неё не осталось сил притворяться, и её истинные чувства вырвались наружу.

Даже расстроенная, она была такой милой.

— Моё возвращение вам мешает?

— Не в этом дело, но…

— Какие-то проблемы?

— Причина, по которой ты жил один, исчезла. Если я так легко это приму, это будет нечестно по отношению к Кагуе-тян.

— А вот и послание от самой Кагуи: «И ещё, передай Рэй-онээ-тян, что заботу о тебе я поручаю ей».

— Что?!

— Не верите — спросите у неё самой.

Эти слова, казалось, положили конец метаниям Тэндзё-сан.

— Я ведь сделал, как вы сказали, и вернулся к семье.

Я взял её за плечи, чтобы посмотреть ей прямо в глаза.

— Фе? — растерянно пискнула она.

Затем, я твёрдо продолжил:

— Для меня время, проведённое с вами, — самое спокойное. Только с вами я могу быть настоящим Нишики Юнаги. Мне не нужно врать самому себе. Такого человека, как вы, больше нет.

Я могу заботиться о ней, но это не та забота, что морально истощает.

Я всё ещё осознаю разницу в возрасте и статусе, но в масштабах целой жизни это мелочи.

К моменту, когда я окончу школу, это уже не будет иметь значения.

— А? То есть…

— Поэтому для меня Тэндзё Рэйю — больше чем семья.

— Н-не слишком ли это смелое заявление?

— А разве вера в вечную любовь — это не об этом?

— Об этом, но…

Сегодня она на редкость недогадлива!

— Ну, то есть, в конечном итоге это ведь значит пожениться? Ну, на свадьбе ведь клянутся в вечной любви… или я что-то путаю?! Я опять поторопился?

Я всегда думал, что клятва в вечной любви — это и есть предложение пожениться.

Сказать такое, похожее на предложение, с самого утра — мне было до смерти стыдно.

Но чтобы она впредь не принимала односторонних решений, пренебрегая моими чувствами, я должен был сказать это твёрдо.

— Нет, ты не путаешь, но когда это так внезапно…

Она покраснела до корней волос и смутилась до смерти.

— Семья — это ведь не только те, с кем ты родился. Её могут создать и чужие люди, встретив друг друга. Я хочу создать с вами настоящую семью.

Раз уж дошло до этого, я решил идти до конца и не оставить ей ни шанса для неверного толкования.

Мои чувства не остынут от того, что «Соседское соглашение» один раз расторгли.

— Э-э, ну, а-а…

Тэндзё Рэйю была в полной панике.

Она покраснела до самой шеи, словно закипела, и её глаза забегали.

— Короче говоря, место, куда я хочу вернуться больше всего, — это рядом с вами! И впредь Нишики Юнаги будет жить рядом с Тэндзё Рэйю!

Она окончательно застыла.

Я и сам не знал, что делать, и убрал руки с её плеч.

— И ты… ты этого хочешь?

— Я же обещал. Я не отступлюсь, пока вы не поверите в вечную любовь.

— …Сейчас я на мгновение смогла поверить.

— А иначе и быть не могло.

Хотелось разделить эту радость, но ей нужно было идти на работу.

Мой любимый человек наконец-то одарил меня улыбкой, сияющей, как солнце.

Увидев её лицо, я наконец-то почувствовал, что вернулся домой.

Моё место — рядом с ней.

Я был в этом уверен.

— С возвращением, Юнаги-кун.

— Я дома, Тэндзё-сан.

И тут я увидел, как у неё на глазах заблестели слёзы.

— Ой, вы что, опять плаче…

Не успел я договорить, как она обняла меня.

В этот раз это не было случайностью.

Без сомнения, она по своей воле прыгнула в мои объятия.

Я, растерявшись, осторожно обнял её за спину.

— Что, если нас кто-нибудь увидит? Пойдут слухи по всей округе.

— Ты в обычной одежде, так что всё в порядке. Для тех, кто не знает, это выглядит так, будто влюблённые не хотят прощаться.

— Какая смелость.

— А из-за кого, по-твоему, я такой стала?

Прижавшись друг к другу, мы перешёптывались. Это было так ново.

— Можно я скажу кое-что, только между нами?

— Что?

— Это так будоражит, что я не уверен, что смогу нормально сидеть на уроках.

— Сосредоточься. Я и сама постоянно прилагаю усилия, чтобы выглядеть спокойной.

— По вам и не скажешь, что вы так стараетесь.

— Взрослые не приносят личные проблемы на работу.

— И всё же глаза у вас припухшие. Опять вчера плакали?

— Не говори «опять»! И я не плакала!

Она явно упрямилась.

— Тогда почему?

— Это… да! Это слёзы умиления от фильма, который я смотрела.

— Поразительно. Вы и машину вели, и ещё фильм смотрели, какая выносливость.

— Я плаваю, это закаляет.

Плавание — панацея от всего, оказывается.

— Вы скучали, когда меня не было рядом? — спросил я из чистого любопытства.

— Да, — легко призналась она.

— У меня есть повторное предложение.

— Какое?

— Давайте возобновим «Соседское соглашение»?

— Э-э, ну, не знаю… — она набивала себе цену, но её лицо сияло.

— Если мы не заключим его прямо сейчас, случится страшное.

— Например?

— Несдержанный сосед, похожий на дикого зверя, будет самовольно готовить вам еду, заботиться о вас и, если повезёт, нацелится на эротические отношения.

— Это, вообще-то, преступление, и, в каком-то смысле, всё как обычно.

— Вы уверены? Если, не дай бог, появится женщина привлекательнее, чем Тэндзё Рэйю, она может начать ходить ко мне.

— Это бесит. За измену — смертная казнь!

Она сказала это с абсолютно серьёзным лицом.

— Шучу. Так что, как насчёт соглашения?

Мы посмотрели друг другу в глаза.

Ответ был очевиден.

Секретные соседские отношения Нишики Юнаги и Тэндзё Рэйю будут продолжаться.

Конец 2-го тома

---

Примечание:

[1] QOL: Аббревиатура от английского «Quality of Life» (качество жизни).

[2] Рэй-онээ-тян (レイお義姉ちゃん): Культурный нюанс. Обращение Кагуи к Рэйю. (онээ-тян с префиксом 義, означающим «сводный/неродной») — это «сводная старшая сестра». Кагуя символически принимает Рэйю в семью, признавая её будущей женой брата.