*п.п.: в анлейте название тома «Кое-что для долгой дороги вперед», в первоисточнике «Ничего не изменится, если я просто влюблюсь в тебя»

***

— Я дома.

Было 23:35, за несколько минут до полуночи, когда моя младшая сестра Эма вернулась домой со своей подработки. Учитывая, что это опасное время, я беспокоилась о том, благополучно ли моя сестра вернется домой. К тому же, она так сильно выделяется… Каждый раз, когда она опаздывала, я всегда беспокоилась, чтобы бы к ней не пристали какие-нибудь головорезы или что-то в этом роде.

Не обращая внимания на мое беспокойство, моя младшая сестра начала снимать куртку.

— Сестренка, я собираюсь навестить своего друга,*  на обратном пути из Сендая.

*п.п.: напоминаю, что «друг» и «подруга» в японском языке произносятся одинаково, а склонения по родам отсутствуют.

Мы с Эмой собирались в Сендай на три дня и две ночи, чтобы навестить нашу тетю Чизуру, которая там жила.

Чизуру - младшая сестра нашей мамы, и, поскольку наша мама вышла замуж довольно рано, она души не чаяла в нас с Эмой, пока мы были детьми. Это была молодая, воспитанная, деловая женщина, которая была нам скорее старшей сестрой, чем тетей. Мы решили навестить ее впервые за долгое время, чтобы сообщить о поступлении Эмы в колледж.

Однако тот факт, что она заедет в гости к подруге, был для меня новостью. Я немного насторожилась, но, тем не менее, ответила ей самым спокойным тоном, на который была способна.

— Понятно. И что она за человек?

На всякий случай мне хотелось узнать, какие отношения у Эмы с этой ее подругой. Однако, единственное, что она мне сказала, это то, что они «школьные подруги». Обычно она упоминала Мию-тян или Юри-тян по имени, если речь шла о них, но, похоже, это был не тот случай.

— Где она живет?

— Э-э, Ямагата. Судя по всему, это удивительно близко к Сендаю. Я даже не знала этого раньше.

— О Боже, похоже, твоя подруга уехала очень далеко. Интересно, что должны чувствовать ее родители.

Когда я сказала об этом Эме, ее щеки раздулись от легкого неудовольствия.

— Это верно. Она даже меня оставила в неведении до вступительных экзаменов. Я уверена, что ей сейчас скучно, так что я поеду и нанесу ей визит.

Несмотря на ее слова, в голосе Эмы слышались неподдельное волнение и радость. Я уверена, что она, должно быть, с нетерпением ждет встречи с ней.

— Я согласна. Я уверена, она будет рада, если ты к ней приедешь.

Она милая, очаровательная и моя единственная сестра.

Внешне она привлекательна, как куколка, и, хотя временами она может быть откровенно упрямой, в глубине души она невинная и чувствительная девушка. Последние 18 лет я всегда старалась защитить ее вместо нашего отсутствующего отца.

Услышав мои слова, щеки Эмы покраснели от смущения.

— Хе-хе~. Я надеюсь на это.

— Но не причиняй ей слишком много хлопот, ладно? И не забудь позвонить мне, когда будешь возвращаться.

— Хорошо.

Не успев ответить, она обернулась и посмотрела на меня, прежде чем спросить моего мнения.

— Эй-эй, ты думаешь, там все еще холодно? Если я буду носить только шорты, точно будет слишком холодно, верно?

Выражение ее лица, когда она это сказала, было настолько нежным и ласковым, что даже у меня, у ее старшей сестры, неожиданно забилось сердце.

Должно быть, там ее ждет кто-то важный. В этом я была уверена.

***

— Вот ваш чек и сдача. Большое спасибо!

Возглас кассира достиг моих ушей, и я в который раз за сегодня коротко вздохнул. Вчера вечером меня мучила бессонница, а сегодня я мало ел на завтрак и обед. К счастью, другие посетители, обедавшие в кафе, этого не заметили, но то, как я сейчас вел себя, явно было ненормальным.

Это было не потому, что я был в депрессии. Во всяком случае, событие, которое должно было произойти в ближайшее время, должно было стать поводом для празднования.

Но…

Почему я так нервничаю...?

Все началось с сообщения, которое пришло на мой смартфон от нее две ночи назад.

Она - девушка, которую я всегда любил. Перед отъездом я признался ей в своих чувствах, и мы подтвердили нашу любовь друг к другу. После этого она, которая решила остаться в своем родном городе, и я, который решил переехать сюда для учебы в университете, были отделены друг от друга.

В следующий раз мы встретимся, вероятно, на каникулах или летом. В любом случае, я ожидал, что это произойдет, когда я вернусь в свой родной город. Но вместо этого, два дня назад я получил от нее сообщение, в котором говорилось, что она навестит меня во время поездки к своей тете. Я не смог сдержать удивленное «Что?!» Кроме того, ответ, который я отправил, был ни к селу ни к городу, из-за моего неумения вводить символы свайпом... Именно в такие моменты моя абсолютная нехватка навыков общения с людьми раздражает меня больше всего.

Вчера я потратил весь день на уборку, а сегодня собираюсь встретить ее, когда она приедет на поезде.

Прошла всего неделя с тех пор, как мы виделись в последний раз, и с тех пор мы общаемся каждый день. И все же, еще через несколько минут она будет здесь, и я смогу услышать этот ее колкий смех не через телефон, а лично. От одной только мысли об этом у меня участилось сердцебиение и ослабели колени. У меня резко поднялась температура тела, и несмотря на то, что я только что прогулялся по заснеженному городу, я совершенно не чувствовал ни малейшего холода.

Хотя я добрался до станции довольно давно, до прибытия ее поезда еще оставалось время. Внезапно я почувствовал странный зуд в носу. Поскольку сегодня было солнечно, мне показалось, что даже цветы здесь начали распускаться, хотя весна здесь наступала позже, чем в регионе Канто. Я порылся в карманах, но, к сожалению, не смог найти там никаких салфеток.

Если я буду слишком часто сморкаться, это вызовет раздражение, поэтому надо купить несколько красивых, мягких салфеток… Я направился в аптеку, расположенную в здании вокзала. Мое решение было основано на предположении, что цены там, вероятно, дешевле, чем в ближайшем супермаркете.

После того, как я купил салфетки, которые хотел, я, чтобы убить время, прошелся по аптеке, восхищаясь различными новинками, появившимися в последние годы. При этом мне удалось наткнуться на группу товаров, расположенную в задней части магазина, где не было много людей. Я был шокирован тем, что увидел.

Вероятно, в аптеке намеренно решили разместить их таким незаметным образом.

Названия торговых марок были напечатаны простыми буквами вместе с ценниками под ними. По отдельности эти два элемента не выдавали ни малейшего намека на безнравственность... но в совокупности их наличие заставляло остро осознавать одно и только одно занятие. И этим занятием было то, о чем я заставлял себя не думать последние два дня.

Что я должен делать? Что она хочет делать сегодня?..

Когда она написала, что «заедет ко мне в гости», имела ли она в виду, что собирается прийти в мою квартиру? Или она встретится со мной только из чувства долга, и только потому, что случайно оказалась в этом районе? Но в последний раз, когда мы встретились, она вела себя очень агрессивно и активно, так что, если она действительно имела в виду, что собирается остаться в моей квартире…

— Ах, Иджима. Вот ты где.

Услышав свое имя, я резко обернулся. Там меня встретило личико очаровательной девушки. Ее каштановые волосы развевались, когда мимо дул легкий прохладный ветерок.

Видеть ее в белой куртке было для меня непривычно, поскольку я обычно видел ее в школьной форме. Конечно, тогда любой из нашей школы мог бы ее узнать, но тот факт, что девушки могли так сильно измениться всего за одну неделю, был поразителен.

Ее нынешний наряд восполнил пробел, образовавшийся из-за отсутствия школьной формы, и даже сделал ее еще красивее. Ее свежий образ в повседневной одежде заставил меня долго смотреть на нее.

Тем временем…

— Так вот где ты был.

— Ох, да.

Я не успел ничего ответить, как ее любопытный тон вывел меня из оцепенения. Она что, поймала меня с поличным? Как обычно, в самый неудачный момент.

— Эм… Итак, как ты узнала, что я здесь?

— Мне также нужно кое-что купить здесь. Разве ты не читал сообщение, которое я отправила тебе, когда приехала?

— Э-э, я как раз собирался…

Я засмеялся, пытаясь отвлечь ее внимание, и запихнул полиэтиленовый пакет из аптеки в свою поясную сумку Tailmate. Затем я достал из кармана свой смартфон и обнаружил, что, конечно же, около двух минут назад я получил от нее сообщение.

— Ладно, я тоже куплю кое-что, хорошо? - сказала она, прежде чем отправиться в центральную часть аптеки. Решив, что лучше не совать нос в то, что девушки покупают в аптеках, я подошел к выходу и стал ждать ее там.

После того, как она закончила с покупками, мы вместе быстро вышли из аптеки. Как только мы подошли к кольцевой развязке перед вокзалом, она внимательно осмотрелась по сторонам.

— Ты здесь впервые?

— Ага. Тут на удивление современно.

Я подозревал, что она, скорее всего, никогда раньше здесь не бывала, и, как оказалось, был прав. Конечно, само собой разумеется, мы находились в столице префектуры, так что, естественно, такое место показалось бы продвинутым таким деревенщинам, как мы, которые приехали из довольно заштатного городка даже среди других заштатных городов Тибы…

Когда я внезапно рассмеялся, Китаока в замешательстве склонила голову набок.

— В чем дело?

— Ничего… Просто я сам тоже так думал.

Мои впечатления, когда я впервые приехал сюда, были почти идентичны ее предыдущему комментарию.

Возможно, она подумала, что я надсмехаюсь над ее замечанием, поскольку она поспешно добавила: «Ой, но здесь действительно гораздо холоднее, да?»

Я решил не говорить ей, что это тоже было среди моих тогдашних впечатлений.

— Есть что-нибудь, что ты хочешь здесь увидеть?

— Ну, я не знаю этого места, поэтому не могу придумать ничего, что могло бы прийти мне в голову.

Верно, подумал я, поворачиваясь и глядя на нее. Я проверил, несет ли она что-нибудь тяжелое, и если да, то хотел нести это вместо нее. Однако, к моему удивлению, у нее не было ничего, кроме маленькой сумки.

— Ты путешествуешь налегке.

— Ага. Видишь ли, я отправила почти все остальные свои вещи прямо от тети к себе домой.

Я понимаю. Неудивительно, что она взяла с собой немного… Я думаю, это означает, что она не останется ночевать, поскольку она не взяла с собой сменной одежды.

— Во сколько у тебя обратный поезд?

— …Я пока не знаю.

Ее ответ был несколько угрюмым по тону. Может быть, ей не понравилось, что она только что приехала, а я уже поднимал тему отъезда.

— О верно. Твоя квартира уже полностью меблирована? Тарелки, чашки, мебель и все такое?

Она резко сменила тему, и я покорно последовал ее примеру.

— Не совсем… Я просто покупаю вещи, когда они мне нужны.

Я все еще не мог решить, какая посуда и другие предметы мне действительно нужны, и мой дом был почти как у минималистов.

— Это очень похоже на Иджиму. Почему бы нам тогда не пройтись по магазинам? — весело рассмеялась она.

— Хм?

— Ты сказал, что «покупаешь вещи, когда они мне нужны», верно? Что ж, сейчас самое время.

По какой-то причине ее слова всегда обладают странной убедительностью.

— Я вспомнила, здесь в поезде нужно нажать кнопку, если хочешь выйти, да?

— Ага. Говорят, это для того, чтобы не допустить проникновения холода внутрь.

— Ох, так вот почему. Я никогда раньше не видела ничего подобного.

Китаока, сидевшая рядом со мной в автобусе, восхищенно вздохнула. Она, как и я, родилась и выросла на теплых равнинах Канто, так что все здесь было для нее внове.

Она спрашивала меня о многом, например, когда мы проезжали под огромной горой или почему светофоры здесь вертикальные, а не горизонтальные. Пока мы разговаривали, неестественное напряжение между нами спало, и мы смогли разговаривать друг с другом, как в старые добрые времена в старшей школе.

Как только мы подошли к огромному (и действительно дорогому на вид) мебельному магазину у дороги, я сначала направился в отдел штор. К счастью, у меня с собой была фотография квартиры, поэтому, используя ее в качестве образца, я нашел несколько дизайнов, которые очень хорошо совпадали.

После долгих раздумий я остановился на шторах приглушенного темно-зеленого цвета. Судя по всему, мне удалось взять последние, которые были у них в наличии.

Я также решил купить посуду. Когда я увидел, как Китаока положила в корзину палочки для еды, вилки и маленькие тарелки для двоих, я задумался, действительно ли нам нужно такое количество.

— Это для меня, - сказала она. «Ну, думаю, ничего страшного», — подумал я и сдался.

Купив еще кое-что, мы сели в автобус. Когда я открыл дверь своей квартиры, солнце за окном уже начало садиться.

Я сразу снял простыни, висевшие на окне, и повесил шторы.

— Слава Богу, выглядит хорошо.

Хотя размер штор я измерил на глаз, оказалось, что они идеально подошли и по цвету, и по размеру.

С тихим вздохом облегчения Китаока быстро направилась на кухню.

— Я заварю чаю, ладно?

Глубоко внутри своей квартиры я увидел стройную девушку, стоящую на кухне. Теперь в моем доме стало намного светлее, и я чувствовал, что дело не только в шторах, которые я только что купил. Я уверен, что это произошло потому, что она была здесь.

Возможно, именно поэтому я уже довольно давно чувствую беспокойство. На какое-то время это затихло, но как только мы вернулись домой, я почувствовал, что мой пульс снова участился. Хоть мы и знакомы так давно… Нет, хоть она и моя девушка, я понятия не имею, как и что мне делать, оставшись наедине с такой милой девушкой. Все, что приходит мне на ум, — это дурные мысли, вызывающие внутри меня ожесточенную битву между добром и злом.

«То, что она пришла к тебе домой, означает, что она дает тебе добро, разве ты не понимаешь? Кроме того, ты ждал этого момента целую вечность».

«Нет, прошла всего неделя с тех пор, как я начал с ней встречаться! Это определенно слишком быстро для такого».

«Что, черт возьми, ты имеешь в виду? Ты понимаешь, что мы говорим о Китаоке Эме? Она явно привыкла к таким вещам, ты, девственник».

«Да ты такой же девственник, как и я. Знаешь, если надавить слишком сильно, она на самом деле оттолкнет тебя. Что ты будешь делать, если она возненавидит тебя, тупица?»

Разговор в моей голове постепенно начал превращаться в комедийную пародию, поэтому я приказал обоим голосам замолчать и яростно взъерошил себе волосы, чтобы избавиться от голосов.

Черт возьми. Жаль, что я не слушал болтовню Кацуи более серьёзно...

У него была своя девушка, поэтому мне интересно, что они обычно делают вместе. Его бессвязная болтовня всегда меня раздражала, поэтому я отмахивался от его слов небрежным «Да-да», но, возможно, в ней действительно содержался намек для меня.

Я еще раз убедился, как важно прислушиваться к советам других, особенно тому, у кого нет опыта.

Отчаявшись найти зацепку, я отфильтровал в своем почтовом ящике все сообщения, которые получил от него. Оказывается, всего час назад я получил от него одно письмо. Сгорая от любопытства, я открыл его и обнаружил текстовое сообщение с прикрепленной к нему картинкой. Оно было на светло-голубом фоне с неровным шрифтом… Кажется, это какой-то билет. Но сейчас это не имеет значения. Я пролистал другие его сообщения, но в итоге ничего не нашел.

Китаока вскоре принесла две кружки в комнату, кажется, не замечая моих тревог. Я в спешке спрятал свой смартфон.

— Держи.

— С-спасибо.

— Будь осторожен, он горячий.

Поскольку моя квартира была довольно тесной, свободного пространства было немного. Не имея другого выбора, я поставил свою кружку на стол и сел на кровать позади.

От чашки еще шел горячий пар, но я все равно решил сделать глоток. Это был простой напиток, приготовленный из чайных пакетиков, но по запаху он был намного вкуснее, чем все, что я готовил раньше. Я начал понемногу отпивать его, чтобы не обжечь язык, когда Китаока села рядом со мной, в результате чего мой пульс достиг рекордно высокого уровня.

Звук далеких машин был единственным, что можно было услышать в комнате. Было так тихо, что я даже мог слышать биение собственного сердца, поэтому решил нарушить тишину.

— Китаока.

— Да?

— Эмм… Спасибо, что приехала.

Я не знал, как выразить свои текущие чувства, и непреднамеренно сформулировал свои слова формально. Когда я это сделал, она издевательски рассмеялась.

— Я приехала сюда не ради тебя.

Возможно, она говорила это потому, что не хотела, чтобы я был к ней слишком внимателен, но, похоже, она настаивала на том, что приехала сюда потому, что «это оказалось рядом».

Но я не могу читать ее мысли, так что, может быть, она действительно говорит правду… Я в унынии опустил плечи, когда почувствовала два сильных удара по плечу.

— …Это же была шутка, ясно?

Я обернулся с чувством облегчения и обнаружил, что она поставила свою кружку на стол и теперь пристально смотрела на меня.

Ее красивые глаза уже были слегка влажными, и как только наши взгляды встретились, я почувствовал внезапный прилив тепла от груди к кончикам ушей.

— Правда в том…

После короткого бормотания она отвела взгляд и замолчала.

Я хотел услышать остальную часть ее слов. Я хотел приблизиться к ней.

Но мои руки и ноги не двигались, как будто они были не мои. Я тоже не мог говорить. Это потому, что она была слишком красивой?

Однако... я собрал ту небольшую смелость, которую смог собрать, и двинулся, чтобы сократить расстояние между нами, как вдруг из моего живота послышался отчетливый урчащий звук.

— Ах…

Я собирался проигнорировать это, но она проницательно заметила: «Ой, у тебя сейчас заурчало в животе?», тем самым развеяв то сладкое настроение, которое было в нас.

Подавленный, я проклинал свой организм, когда она хихикнула.

— Фуфуфу. Ты голоден?

— Да, немного…

Честно говоря, мой желудок обычно не урчал, когда был пуст.

Просто единственное, что я ел после обеда, — это легкий перекус, поэтому уровень моей энергии был довольно низким. Я честно кивнул головой на ее вопрос.

— Хорошо, я приготовлю что-нибудь для тебя. Есть ли поблизости супермаркет?

— Ага. Это в 7-8 минутах ходьбы.

— Тогда давай сходим.

— Эээ, но ты проделала весь этот путь сюда, чтобы навестить меня. Так не годится.

Когда она приехала, я попросил ее сопровождать меня, чтобы купить шторы и кое-что для квартиры. Заставлять ее готовить для меня, вдобавок ко всему, было бы уже слишком.

Однако, она отвергла мое внимание и решительно заявила следующее.

— О чем ты говоришь? Могу поспорить, что с тех пор, как ты приехал, ты ел бессистемно. Время от времени тебе следует есть что-нибудь питательное.

Ее слова забили для меня последний гвоздь в гробу.

В конце концов, меня всегда интересовало, как она готовит.

Она быстро закончила приготовления и попросила меня поторопиться: «Давай пошли».

***

— Ой, дешевый куриный фарш. Может быть, я смогу приготовить жаркое (ёсенабэ) с куриными фрикадельками (цукунэ).

Мы осматривали мясной отдел супермаркета.

Я не совсем понял, что она только что сказала, но это звучало восхитительно, поэтому я сказал:

—Мне кажется, это звучит хорошо.

— Я почти уверен, что в холодильнике есть тюбик имбиря, — продолжил я.

Я купил его, потому что хотел попробовать приготовить некоторые блюда самостоятельно, когда у меня будет время. Я был рад, что он не пропадет зря.

Следуя указаниям Китаоки, я осмотрел остальную часть магазина. Когда мы подошли к овощному отделу, я увидел, как она взяла упаковку с тремя морковками вместо одной. Несколько сомневаясь, я решил спросить ее об этом.

— Ты действительно будешь использовать так много моркови?

— Мы всегда можем приготовить тушеную морковь (кинпира) из остатков.

Ее немедленный ответ поставил меня в тупик. Я слышал, что это легко приготовить, но мне еще предстояло попробовать самому, чтобы проверить, смогу ли я это сделать.

Заметив мое бедственное положение, она забрала у меня корзину и призвала идти дальше.

— Я приготовлю это для тебя, чтобы ты мог съесть позже. Если хочешь, можешь даже поставить его в холодильник.

Ее ответ произвел на меня большое впечатление. При таких темпах мне, возможно, придется полагаться на нее во всем, что касается готовки. Если вспомнить, она однажды говорила мне, что делит домашние обязанности с сестрой, так что она, должно быть, привыкла к такого рода вещам.

После того, как мы нашли все необходимое, мы направились к кассе и разделили счет. Поначалу я не хотел позволять ей платить, поскольку она была гостьей, но она настояла на том, что у нее есть деньги от подработки, так что в конце концов я уступил.

Вернувшись домой, мы сразу же приступили к готовке. Я стоял рядом с Китаокой на кухне и выступал в роли ее помощника.

Китаока начала быстро нарезать китайскую капусту, хризантемы, морковь и грибы эноки и по очереди укладывать их в кастрюлю. Тем временем мне было поручено придать форму фрикаделькам.

Однако наша первая проблема быстро возникла, как только она закончила мыть рис.

— Где рисоварка?

— Ой…

Я был потрясен. Я забыл одну из самых важных вещей в кулинарии.

— Нет ее.

— Что?

— Обычно я готовлю в горшке. Рис получается довольно хорошим, просто чтобы ты знала.

Я где-то читал, что рис полезно готовить в глиняных горшочках, поэтому, когда попробовал готовить здесь, я обнаружил, что это не требует много времени и усилий, но при этом получается невероятно хорошо. Поэтому я не думал, что мне понадобится рисоварка. Однако указанный глиняный горшок в настоящее время использовался для приготовления жаркого, а это означало, что его нельзя было использовать.

— Все в порядке… Но хм… Что нам теперь делать?

Рис уже был промыт, так что было бы расточительством просто выбросить его. Мы оба были в тупике.

— О верно!

Внезапная идея поразила меня. Я исчез в своей комнате. Через некоторое время я вернулся на кухню с неким предметом в руке.

— Я получил ее от своей сестры. Я почти уверен, что в книге сказано, что ее можно использовать для приготовления риса.

В моей руке была книга рецептов, к которой в подарок прилагалась пластиковая пароварка. (Или, может быть, мне следует сказать, что к пластиковой пароварке прилагалась книга рецептов).

Сестра преподнесла ее в качестве прощального подарка, когда я переезжал сюда. Она сказала: «Вот, возьми это. Используй ее, чтобы правильно готовить овощи, когда будешь там». Я очень оценил этот жест, но мне было интересно, подарила бы она подобную вещь другому молодому человеку. Будучи ее братом, я находил такой подарок весьма сомнительным. Я еще даже не открывал ее, но похоже, что сейчас самое время ей воспользоваться.

Поначалу Китаока отнеслась к ней немного скептически, но, пролистав книгу рецептов, похоже, изменила свое мнение.

— Понятно… Хорошо, давай попробуем.

Она положила мокрый, промытый рис в пароварку, налила положенное количество воды и установила таймер на микроволновке. Ожидая, пока приготовится тушеное мясо с рисом, она начала мелко нарезать оставшуюся морковь. Тем временем я мыл грязную посуду в раковине рядом с ней.

— Ты сказал, что твоя сестра немного странная? - спросила она.

— Ну, ее внешность довольно обычная. У нее такая же голова на плечах, как и у всех, и она серьезно учится в университете. Но иногда она делает такие загадочные вещи, которые заставляют меня задуматься, делает она это просто так или ради смеха.

Моя сестра действительно обычный человек. Она не выделяется внешностью, к ней никогда не приставали и она не приставала к другим, она уверенно идет по жизни как порядочный человек (правда, она сквернословит, когда дело касается ее семьи). Я думаю, что общество назвало бы ее «хорошей девушкой», хотя я думаю, что то же самое в некоторой степени относится и ко мне.

— Сколько ей лет?

— Посмотрим… В прошлый раз, когда я проверял, она была студенткой четвертого курса университета… так что четыре года плюс мой возраст означают, что ей около 22 лет.

— Значит, тогда ей столько же, сколько моей сестре. Моя скоро начнет работать.

— Да неужели? Помнится я уже однажды встречал твою сестру.

Это было во время культурного фестиваля, когда Риса посетила наш стенд. Я с любовью вспоминал яркую и дружелюбную улыбку, которую она мне показала, в то время как ее младшая сестра передо мной показывала сложное выражение лица.

— …Похоже на то. Я слышала от своей сестры.

— Что она сказала?

— Иджима-кун — один из твоих одноклассников, да, Эма-тян? Сегодня он очень старался объяснить мне историю региона Босо. Он интересный парень.

— Ах, я это помню. Я все время говорил о геологических слоях и тому подобном.

Ее сестра так внимательно слушала мои объяснения, что я тогда немного переборщил. Возможно, это создало у нее впечатление, что я «ботаник-геолог», хотя это было не совсем так, но я решил оставить все как есть.

— А еще: Шин-Кун сказал мне, что такие парни, как он, — это скрытые драгоценности, которые со временем раскрывают свою истинную ценность, — вот что она сказала.

— Хм…? Ну это должно быть шутка…

По сути, он сказал ей, что в ближайшем будущем со мной, вероятно, произойдут какие-то огромные перемены, которые каким-то образом сделают меня лучше. Это было настолько удивительно, что я даже не знал, что сказать.

Кимура Шин был по уши влюблен в старшую сестру Китаоки, и в прошлом он помогал мне в разных делах. Похвала от него, самого красивого парня в школе, конечно, сделала меня счастливым, но его чрезмерный комплимент, тем не менее, несколько смутил. Однако, почему он был обо мне такого высокого мнения, хотя мы с самого начала не были настолько близки?

— Затем она спросила меня: «Что ты думаешь, Эма-тян?» Я ответила ей: «Я не знаю».

— Лично я не думаю, что изменюсь в ближайшее время…

— …Мне бы хотелось, чтобы ты вообще не менялся.

Голос у нее был тихий, но я определенно слышал, что она сказала.

Однако я не мог уловить истинный смысл ее слов.

Когда наш разговор подошел к концу, приготовился наш рис. Жаркое с мясом также потушилось.

Я разложил рис по тарелкам, которые мы только что купили, и положил на столе палочки для еды и блюдца. Затем на середину стола я положил журнал вместо подставки для кастрюль и поставил на него глиняный горшок. Как только я открыл крышку, оттуда пошел белый пар, затуманивший мои очки. Увидев это, Китаока захихикала.

— Должно быть, для тебя это обычное явление...

Поблагодарив за еду, мы взяли палочки и начали есть.

— Это вкусно.

— Ага. Это очень согревает.

Овощи были немного переварены, так как их долго готовили, но это, в свою очередь, позволило умами из овощей и курицы просочиться и смешаться с бульоном, придавая блюду насыщенный вкус даже без приправ.

Главное блюдо — куриные фрикадельки — имело пышную текстуру, а сок, выделявшийся из них, когда я откусывал, брызгал во рту, что делало их очень вкусными. Имбирь также добавил приятный оттенок вкусу.

— Рис также идеально получился.

— Понятно. Приятно слышать.

Пережевывая пищу, я рассеянно начал размышлять.

Вот я сижу напротив девушки, которую всегда любил, и ем вкусное блюдо, которое мы с ней приготовили вместе. Мы почти не разговаривали, так как были слишком заняты, наслаждаясь едой, но я видел, как она зачерпывает половником суп из кастрюли с самым расслабленным выражением, которое я когда-либо видел на ее лице. Это было чем-то немыслимым в мои школьные годы, когда я видел у нее только недовольное выражение лица. Подумать только, что такой день настанет...… Все это кажется таким нереальным.

— В чем дело?

— Нет, ничего.

Однако, несмотря на мои слова, беспокойство начало сжимать мое сердце.

Да, это было нереально, это согрело меня, и, хотя, возможно, это было банально, наше совместное времяпрепровождение, несомненно, сделало меня счастливее, чем когда-либо в моей жизни…

…Но скоро ей придется вернуться домой.

Это осознание мгновенно заставило мое сердце замереть. Сколько времени у меня осталось с ней? Я хотел спросить, но боялся, что из-за этого такой волшебный момент потеряет свою яркость, поэтому я сгорбился. Я сгорбился и отвёл от неё взгляд.

— Я совершенно объелся. Похоже, мы немного перестарались, а?

Мы положили в кастрюлю так много продуктов, что даже после того, как наелись досыта, все равно оставалось немалое количество.

Я сказал ей, что доем остальное завтра, и она отнесла кастрюлю на кухню.

После того, как мы убрали грязную посуду и кухонные принадлежности, мы сделали небольшой перерыв, она вернулась в гостиную и начала перебирать сумку, которую поставила в углу.

Ох, видимо, ей пора уходить. Ее длинные волосы затрепетали, и я приготовился услышать от нее прощание, но то, что я услышал дальше, было совершенно неожиданным.

— Эй, у тебя есть сменная одежда, которую я могу надеть после ванной? Я возьму что угодно; даже футболка подойдет.

— А?

— Может быть, мне следует начать наполнять ванну горячей водой, чтобы я могла использовать ее к тому времени, как закончу снимать макияж?

Я был ошеломлен. В руке у нее была косметичка и набор зубных щеток, которые она достала из сумки. Даже я, каким бы тупым я ни был, мог понять, что это значит: она собиралась остаться здесь на ночь.

Мой разум мгновенно остановился. А? Когда мы встретились сегодня утром, разве она не говорила, что собирается купить билет домой? Она действительно имела в виду завтра? И почему я вообще предполагал, что она сегодня уйдет? А? Почему?

— Эм…

— Что?

— А как насчет твоего возвращения домой…?

Мне с трудом удалось выдавить свой вопрос. В ответ она произнесла это обыденным тоном:

— Если ты говоришь о скоростном поезде, то я уже давно упустила свой шанс. Даже если я сейчас сяду на последний скоростной поезд, я не смогу добраться до дома, так как мне нужно пересесть на метро.

Я взглянул на свои цифровые часы. Похоже, я был так поглощен общением с ней, что не заметил, что уже так поздно.

Она была права; я сомневался, что она вообще успеет к отходу скоростного поезда.

Но тем не менее я стоял на своем. Я не думал, что это правильно - позволять девушке оставаться у меня на ночь с такой легкостью. У меня, по крайней мере, было достаточно здравого смысла.

— Это правда нормально, что ты не поедешь домой?

— …Я уже предупредила сестру. Я сказал ей, что остановлюсь у друга.

Друг... Конечно, это не так уж далеко от истины, но все равно я чувствовал себя очень виноватым, потому что мне казалось, что мы обманываем ее сестру.

— Ты действительно уверена? Никто не будет заявлять о твоей пропаже в полицию, верно?

— Полиция? Не преувеличивай! Не стоит так переживать. Или ты планируешь кого-нибудь пригласить? Если да, то я остановлюсь где-нибудь в другом месте.

Похоже, ей надоели мои выходки. Возможно, я был слишком осторожен. Я поспешно покачал головой.

— Нет, дело не в этом… Дай мне секунду.

Я достал из шкафа под кроватью чистую одежду — верх и низ, и отдал ей.

— Я позаимствую твою ванну, ладно? - беспечно спросила она, прежде чем выйти из комнаты.

Оставшись один, я наклонился и обхватил голову руками.

…Что мне теперь делать?!

Я был рад, что она останется со мной до завтра, но здесь не было никаких развлечений; черт возьми, даже телевизора не было, так что я не мог придумать, чем бы девушка могла развлечься. Ну, есть одно… Ух, именно из-за того, что мои мысли постоянно вертятся в этом направлении, я не могу предпринять решительных действий в такие моменты. Я больше не знаю.

Должен ли я быть джентльменом или зверем?

Ночь радости, конфликтов и дилемм только началась.

Ааа… прямо сейчас… она… вот здесь…

Я услышал звук льющейся воды. Прямо сейчас здесь, у меня дома, девушка принимала ванну. Это была ситуация, с которой я не сталкивался ранее, тем не менее, это до странности живо врезалось мне в мозг. Я несколько раз ударился головой о стол и тяжело вздохнул, пытаясь подавить фантазии, которые угрожали выйти из-под контроля в моей голове.

Взрослые были невероятными. Им, должно быть, пришлось пережить множество мучительных ситуаций, подобных этой, чтобы достичь того, чего они достигли. Я так нервничал, и мое сердце билось так быстро, что малейший раздражитель скорее всего, взорвал бы его. Бух! Как воздушный шарик, проколотый иголкой. Или как наступить на мину, спрятанную в пыли.

Мне захотелось чем-нибудь отвлечься, поэтому я достал ноутбук и включил его. В такие моменты лучше всего выполнять скучные, монотонные задачи.

К сожалению, я уже очистил свой почтовый ящик от спама и отсортировал все свои фотографии… Внезапно я вспомнил о классическом времяпрепровождении. Известная игра под названием «Сапер» … Попробую убить время.

Я включил игру и надел наушники, чтобы отключить весь фоновый шум, прежде чем щелкнуть по полю, чтобы открыть несколько плиток.

Иногда я неправильно считал плитки и нажимал на поле с миной. Бум! Раздались бесчисленные взрывы. Мне казалось, что я играю намного хуже, чем обычно, но, тем не менее, простая, но захватывающая идея игры помогла мне забыть о, казалось бы, медленном течении времени. Каждый раз, когда я играл в новую игру, я задавался вопросом о том, как работает алгоритм, лежащий в основе игры.

Я максимально сконцентрировался. Я был на грани достижения своего личного лучшего времени, ведь на поле оставалось всего три мины.

— Что ты делаешь?

Внезапно я услышал голос прямо возле своих ушей. Вздрогнув, моя рука соскользнула и случайно подорвала мину.

Я поспешно снял наушники и, обернувшись, увидел сидящую прямо позади меня девушку в повседневной толстовке с капюшоном и спортивных штанах.

Это была моя обычная одежда от Uniqlo, но она излучала совершенно другую атмосферу, чем когда ее носил я. Ее волосы были собраны в пучок с помощью резинки для волос пастельного цвета, а ее лицо выглядело естественным без макияжа. Кожа у нее была гладкая, ресницы длинные, глаза большие, четко очерченные черты лица… Она была очень очаровательна даже без макияжа, а ее румяные щечки и блестящие губы после ванны выглядели еще более восхитительными, чем когда-либо.

Я был так возбужден, что выражение моего лица почти стало похотливым, когда я попытался закрыть рот.

— Эм… я просто, понимаешь, убивал время.

— Я понимаю. Ну, я тоже забылась в ванне. Это было так удобно и расслабляюще. О, и я взяла на себя смелость использовать твой шампунь и все такое.

— О… да, используй все столько, сколько захочешь.

Мой ответ заставил ее в замешательстве склонить голову набок.

— Твоя игра займет какое-то время?

— Нет, совсем нет.

— Тогда тебе пора идти, иначе вода остынет. Похоже, ее повторно нельзя разогреть.

— О, ладно, - небрежно ответил я и направился в ванную. В некотором оцепенении, я попытался воспользоваться душем, не проверив его внимательно, в результате чего мне на голову полилась холодная вода. «Хья!» - я вскрикнул от испуга.

…Как будто небеса велели мне взять себя в руки.

Во время принятия душа я случайно использовал кондиционер вместо шампуня (это неудивительно) и чуть не утонул в ванне из-за различных естественных сил, но в любом случае мне удалось выбраться из ванны, высушить волосы и тело и вернуться в гостиную. Китаока уже распустила волосы и сидела на кровати играя в телефон.

Одежда, которую я ей одолжил, была, что неудивительно, велика по размеру и подол толстовки был подвернут несколько раз.

Если подумать, я одолжил ей только два предмета одежды… Мой взгляд скользнул по области ниже ее шеи, выглядывающей из-под пижамной рубашки, что вызвало еще один приступ непристойных фантазий.

Заметив мой взгляд, она посмотрела на меня. Я рефлекторно перевел взгляд на стену.

— Эй. Кажется, я слышала крик, когда ты был там?

— Ах… это просто душ облил меня холодной водой.

— Подожди, правда? Я повернула его не в ту сторону?

Я не помнил, чтобы сам поворачивал ручку в положение холодной воды, так что вероятно, это сделала она.

Но для нее было нормально не знать, что и как делать в чужом доме, да и винить ее я тоже не собирался, поэтому выдал расплывчатое «Может быть».

Она начала болтать ногами взад-вперед, продолжая смотреть в телефон.

— Ты хочешь пойти куда-нибудь завтра?

— Сходить куда-нибудь? Куда?

— Ну, я слышала, что неподалеку есть горный храм.

Даже я, новичок в этом регионе, знал о храме, о котором она упомянула. Это было одно из самых известных достопримечательностей префектуры. Отсюда было относительно легко добраться, и это могло бы стать идеальным местом для неспешной экскурсии. Кроме того, я и сам подумывал о том, чтобы когда-нибудь побывать там.

Она внезапно застыла, возясь со своим телефоном.

— Ах.

— Что такое?

— Здесь говорится, что храм был одним из тех мест, куда убегали женщины, чтобы расторгнуть свой брак.

— О. Вот как…

Другими словами, в основе храма лежало представление о том, что пары, которые посещают его, расстаются. Ну, это своего рода дурное предзнаменование, но не более того. Я попытался проникнуть в ее мысли настолько простым способом, насколько мог.

— Мы можем пойти, если хочешь. Что думаешь?

— Нет… Давай не пойдем.

В ее голосе явно сквозила обида. Я знал, что мне не следовало спрашивать.

Думаю, я на собственном горьком опыте убедился, что девушек действительно волнуют подобные вещи.

— Что-нибудь еще…

Пробормотала она себе под нос, приступив к поиску. Может быть, будет лучше пойти туда, куда она хочет, а не везти ее в какое-то странное место, которое мы найдем в Интернете?

В это время, я отодвинул стол, достал из шкафа спальный мешок и разложил его на полу рядом с кроватью.

— Хм? Что ты делаешь?

— Я собираюсь спать здесь. Ты можешь занять кровать.

— Ты не можешь этого сделать. Почему бы нам просто не спать вместе?

Ее смелое предложение заставило мое сердце подпрыгнуть. Конечно, не то, чтобы я не думал об этой идее. Но…

— …Не будет ли здесь тесно?

Какими бы худыми мы с ней ни были, двум людям на односпальной кровати будет слишком тесно, чтобы кто-то из нас мог спокойно спать.

Если бы она оказалась в такой неловкой ситуации, я бы чувствовал себя виноватым, особенно после того, как она проделала долгий путь сюда, чтобы увидеть меня.

Однако, похоже, она также чувствовала себя виноватой или сомневалась, стоит ли ей занимать кровать, поскольку она добавила опровержение.

— Но… не простудишься ли ты, заснув так? Ты заболеешь.

— Ну, здесь не так уж и плохо…

Возможно, спальный мешок и казался тонким, но, поскольку мы были в помещении, мне будет в нем вполне комфортно.

Она просто ответила равнодушным «О» и отступила. После этого я начал засовывать ноги в мешок.

— Хм? Уже собираешься спать?

— Ну… Если мы собираемся куда-нибудь завтра, нам следует лечь спать пораньше, верно? Кроме того, я уверен, что ты тоже устала. Как только закончишь искать достопримечательности, тоже ложись спать.

С этими словами я опустился на пол. Говорят, что «утро вечера мудренее», так что, возможно, когда я проснусь, я найду какое-то новое решение своих проблем.

Я ложился спать с этой надеждой в сердце.

Я собирался натянуть спальный мешок до пояса, когда меня окликнул тихий голос.

— Иджима.

Не успел я обернуться, как с кровати протянулась рука и схватила меня за щеку.

— Скажи мне.

Я думал, она шутит, но ее глаза, расположенные чуть выше моих, были тревожны.

— Почему ты сегодня так холоден ко мне? Почему ты ведешь себя со мной так отстраненно?

Я сразу почувствовал, как по спине пробежали мурашки. В конце концов, я прекрасно понимал, о чем она говорит. Тем временем она безжалостно продолжала свой допрос.

— Как ты думаешь, с какой стати я проделала весь этот путь сюда?

— Почему…? Это…

— Мне действительно нужно это объяснять, чтобы ты понял? Мы пара, не так ли?

Я запнулся под шквалом ее вопросов. Тем временем ее голос становился все выше и выше.

— Ты сказал, что хочешь меня видеть, не так ли? Это была просто ложь?

Конечно, я помнил, что отправил ей это сообщение.

И хотя я знал, что все, что я скажу в этот момент, будет бессмысленным, я все равно не мог не возразить ей.

— Нет, это не было…

— Но на самом деле твои действия не отражают твоих слов. Весь день ты, казалось, отчаянно хотел, чтобы я поехала домой. Я была так счастлива, что мы наконец смогли быть вместе, потому что я так сильно скучала по тебе, но ты, кажется, совсем не разделяешь моих чувств. Я чувствую себя такой дурой из-за того, что так разволновалась сегодня.

Я собирался сказать: «Я ни за что не хотел, чтобы ты уехала домой…», когда она упала на кровать, закрыв лицо руками.

— Это неправильно. Разве мы не должны быть парой?..

…Она плачет?

Я сделал это снова.

Я проклинал себя, глядя на нее, свернувшуюся калачиком от печали. Она была похожа на брошенную кошку, и от этого у меня защемило сердце. Передо мной был самый дорогой для меня человек в мире; она, которая открыла мне все свои чувства, и все же, в своей никчемной гордости, я решил пренебречь ими с единственной целью - спрятать от нее свои скрытые мотивы.

Наверняка она думала о гораздо большем, чем я мог себе представить, и поэтому проделала весь этот путь. Должно быть, она почувствовала себя разочарованной и недовольной моим несерьезным отношением.

— Китаока.

Я выбрался из спального мешка и забрался на кровать. Я начал расчесывать и гладить ее длинные, свежевымытые волосы…. Она пахла так же, как и я.

— Мне жаль.

Она покачала головой, как будто говоря, что больше ничего не хочет слышать. Она задавала мне столько вопросов, но не требовала на них ответов, вероятно, потому что она сама знала, что ее опасения напрасны.

Конечно, мне тоже не хотелось продолжать оправдываться. Больше всего на свете я хочу сказать ей…

— Я тебя люблю.

Я приблизил свое лицо к ней и прошептал ей это на ухо. Ее худые плечи возле груди слегка задрожали в ответ.

— Я так сильно тебя люблю… что просто не знаю, что делать, когда я с тобой.

Возможно, она сочтет меня жалким. Возможно, она не сможет сопереживать моим чувствам. Но в этом одном предложении суммировались все проблемы, которые меня мучили. Я никогда никого не любил так сильно, как ее, поэтому весь мой предыдущий опыт оказался бесполезным, и я остался в неведении не зная, что мне делать. Все это время я придерживался определенного правила — ничего не испортить.

Я осторожно схватил ее за запястье и отвел руку от лица. Ее лицо было красным, выражение лица было мрачным, но слез в глазах не было.

Я лег рядом с ней, взял ее за руку и вздохнул с облегчением.

— Я так рад, что не довел тебя до слез.

— …Естественно. На самом деле я бы никогда не заплакала.

При ближайшем рассмотрении ее лицо казалось более милым и детским, чем обычно, а в ее светлых волосах отражались падающие сверху лучи света.

Когда-то у меня сложилось впечатление, что она была «похожа на ангела», но теперь я мог с уверенностью сказать, что она действительно была ангелом. Она показала мне мои недостатки, придала мне смелости, полюбила меня всем сердцем и была упрямой, но все же до смешного милой девушкой. Если бы это не было тем, что все называют чудом, то я не знаю, что это было.

— Не смотри на меня так. Это смущает.

Смутившись, она отвернулась от меня, как только я отпустил ее руку. Мне действительно хотелось подольше полюбоваться на нее, но я также не хотел принуждать ее против ее воли.

Вместо этого я нежно обнял ее стройную спину сзади. Когда она не предприняла никаких попыток убежать, я обхватил ее руками и притянул к себе.

Мои очки мешали, но мне пока не хотелось их снимать. Я хотел ясно видеть ее лицо как можно дольше.

На самом деле была фраза, которую я был готов сказать ей, когда мы сегодня встретились. Возможно, с опозданием на несколько часов, но теперь я, наконец, мог сказать ей. Не имело значения, отвергнет ли она меня.

Я укрепился в своей решимости.

— Могу ли я продолжить с того места, на котором остановился на днях? — спросил я тихим шепотом. Она молча повернула ко мне голову. Ее вопрошающие глаза сузились, прежде чем согласно закрыться. Я положил руку ей на щеку и немного повернул ее голову к себе, постепенно приближая свои губы к ее губам… Мое сердце колотилось, и моя грудь чувствовала себя так, словно вот-вот взорвется.

Затем это произошло. У меня был первый поцелуй с моей первой девушкой. Чтобы добраться до этого момента, пришлось пройти много препятствий и поворотов, но сейчас это не имело никакого значения. Ее губы были мягкими, теплыми и более влажными, чем я ожидал, ярко запечатлевая в моем сознании, что это случилось на самом деле.

Спустя несколько мгновений, тонкий язычок робко просунулся мне между зубами. Я приветствовал его своим собственным. Наши языки начали медленно и сдержанно, но постепенно стали более страстными и настойчивыми. Я не был уверен, правильно ли я это делаю. Но ее губы крепко прижались к моим, так что я просто продолжал, хотя и неуклюже.

Кто знает, как долго мы занимались этим, прежде чем она, наконец, убрала свой язык и оторвала свои губы от моих, из ее рта вырвался тяжелый вздох. «Хааа…» Мой первый поцелуй с девушкой превратился в потрясающий французский поцелуй. Я еще некоторое время наслаждался его послевкусием, прежде чем открыл глаза. Там я увидел Китаоку с отсутствующим, ошеломленным взглядом.

Ее реакция меня немного расстроила. Но все равно…

— Это было… невероятно…

Я не знал, что чувствовала по этому поводу Китаока. Но для такого человека, как я, который всю жизнь прожил без девушки, этот поцелуй был лучшим, что когда-либо со мной случалось. Словно мое счастье, удача, радость, и все остальные возможные положительные эмоции были доведены до максимума.

Однако… Я знал, что на самом деле есть что-то еще, что может быть еще приятнее, чем это, потому что у меня были мои первобытные инстинкты и кое-какие дополнительные знания.

Каково было бы испытать что-то еще более невероятное, чем поцелуй, когда один только поцелуй мог заставить меня почувствовать такое? Я отчаянно хотел это знать. Я хотел знать ответ на этот вопрос прямо здесь и сейчас.

Я крепко обхватил руками ее за талию и притянул к себе. В моих объятиях ее тело немного сжалось. Затем, от ее живота я провел руки вверх к ее выпуклым местам. Как одержимый, я начал трогать их руками. Конечно, в них было что-то особенное, не похожее ни на что, что я когда-либо испытывал раньше… но из-за плотной одежды, которую она одела, я не мог по-настоящему ощутить это в полной мере. Я хочу знать, каковы они на самом деле.

Именно об этом кричали мне мои инстинкты.

Могу ли я это сделать...?

Я расстегивал пуговицы, внимательно наблюдая за ее реакцией. Я увидел, что под ней ничего не было надето. Из-под толстовки выглядывала узкая вертикальная ложбинка. Нервными, дрожащими руками я наконец расстегнул толстовку и медленно открыл ее грудь.

— Ннн…

Верхняя часть ее тела теперь была полностью обнажена. Ее округлые и упругие выпуклости были такими белыми, что под ними были видны вены, а их вершины по цвету напоминали персиковый цветок. Ее узкая талия также помогала еще больше подчеркнуть размер груди. Я почувствовал, как что-то поднимается из глубины моего тела, и пробормотал про себя:

— Это тело преступно.

Не в силах подавить любопытство, я ущипнул ее чувствительные места. Пока я дразнил ее твердые и остроконечные части тела, ее дыхание постепенно становилось все более жарким. Она прошептала, собираясь снимать штаны:

— Выключи свет…

— Ещё немного.

Она немного дернулась, когда я ей отказал. Конечно, на то была причина.

— Я всегда хотел увидеть тебя обнаженной, Китаока.

Я фантазировал о таких вещах в течение очень долгого времени. Возможно, это началось с того момента, как мы впервые стали одноклассниками… то есть я, вероятно, начал фантазировать о ней, когда мы были первокурсниками.

Даже зимой, когда наши отношения стали натянутыми, она часто являлась мне во сне.

— Я думал об этом так много раз, что задаюсь вопросом, в здравом ли я уме.

Я действительно был безнадежным человеком. Будет ли она по-прежнему любить меня, даже узнав эту мою сторону?

— Ты идиот…

Ее голос был таким мягким, что я сразу понял, что она не злится на меня. Я положил ее на спину и снял штаны, закрывающие ее ноги, вместе с нижним бельем. Кажется, ее пижама в какой-то момент упала с кровати. Теперь она была полностью обнажена, и ничто не прикрывало ее тело.

Она была той, о ком я всегда мечтал, сидя в углу классной комнаты. Когда-то я оставил надежду, что когда-нибудь смогу коснуться ее или ее сердца. Теперь она открывала мне все свое тело, обнаженное, как в день своего рождения. Она казалась даже стройнее и нежнее, чем я себе представлял. Женщина, прекрасная и в то же время манящая, лежала передо мной совершенно обнаженная. Я чувствовал, что это зрелище мне никогда не надоест. Однако…

— Ну хватит, ты уже достаточно посмотрел...

Она протянула руку и сняла с меня очки. Затем я разделся полностью, чтобы мы могли обнять друг друга лицом к лицу.

Мы были так близко друг к другу, что я мог видеть ее очень хорошо, несмотря на свою близорукость.

Мы неоднократно целовали друг друга, стимулируя чувствительные места друг друга… Черт возьми. Это так приятно, будто я нахожусь на небесах. На самом деле, разве я не держу сейчас ангела в своих объятиях? Возможно, это действительно рай.

— Иджима…

— М-м-м?

— Я... тоже тебя люблю. Я люблю тебя так сильно, что, кажется, схожу с ума.

О Боже. На самом деле мне было бы легче поверить, если бы кто-нибудь сказал мне, что я сплю.

Девушка, которую я любил, приняла меня со слезами боли от первого секса. Из всех чудес, которые этот мир подарил мне по прихоти, это, должно быть, было самым счастливым.

Я поддерживал ее тело, которое теперь было соединено с моим, и гладил ее по спине и голове снова и снова, пока боль не утихла.

— Эма.

Когда я впервые назвал ее по имени, я почувствовал, что область, в которой мы соединялись, становится все жарче.

Ее потупленное лицо тоже начало краснеть, да так, что я увидел это даже в темноте.

Выражение лица, которое у нее было сейчас, было милее всего, что я когда-либо видел раньше, и она была для меня дороже всего на свете. Но вид боли в ее глазах меня опечалил, поэтому я придвинулся ближе к ее губам, как будто тянулся к ним.

Даже если это был сон, мне не хотелось забывать этот момент.

Я еще раз обнял ее дрожащее тело, прежде чем начать двигаться, сохраняя это искреннее желание в своем сердце.

***

Звук шороха одежды разбудил меня ото сна. Еще находясь в состоянии подобном трансу, я начал понимать, что сплю не один, а вместе с кем-то рядом. Внезапно я почувствовал, как что-то теплое коснулось моей щеки.

Я задавался вопросом, что она сделала… прежде чем я, наконец, расплылся в улыбке, осознав, все еще притворяясь спящим.

Скрип. Кровать громко заскрипела. Я притворился, что повернулся во сне, и посмотрел в ту сторону, откуда доносился звук. У кровати стоял ночник, используемый в походах. Благодаря этому фонарю, который я обычно использовал для чтения, я мог видеть, хотя несколько слабо и смутно. Похоже, она потянулась к пластиковой бутылке, стоявшей под кроватью, и открывала крышку, чтобы попить, все еще лежа лицом вниз. Даже в этом полумраке я мог сказать, что ее профиль был светлым.

Эта девушка не была такой опытной девушкой, как я когда-то думал; во время нашего совокупления она, казалось, испытывала такую боль, что мне было больно просто смотреть на нее в таком состоянии. Из нее также вытекло немного крови. Я был удивлен, но учитывая, что раньше она крайне боялась приставаний в переполненных поездах, это было понятно.

Как только она закончила пить, я воспользовался возможностью и спросил ее.

— Эй…

— Что?

— Ты в порядке?

— Ага… со мной все в порядке.

Она говорила правду? В ней было что-то вроде упрямства, поэтому мне было трудно принять ее слова за чистую монету.

Оставив это в стороне, верхняя половина ее тела, выглядывавшая из-под одеяла, казалась немного холодной. Несмотря на то, что мы только недавно встретились, мне не хотелось так скоро с ней расставаться. Когда я перевернулся и обнял ее тонкую талию, гладкая поверхность ее спины встретила меня прохладным прикосновением.

Когда я потер ее своей рукой, чтобы согреть, эмоции, которые я чувствовал раньше, начали возвращаться. Слегка ущипнув ее чувствительное место, я скользнул рукой между ее бедер.

— Это правда. Ты уже вся промокла.

— То же самое касается и тебя. У тебя уже встал.

Ее тонкие пальцы схватили мой член. Мне казалось, что я кончу только от этого.

В конце концов, мы целовались до рассвета. Когда я снова открыл глаза, был уже полдень. Мы еще вчера говорили о том, чтобы съездить на экскурсию, но теперь казалось, что это уже невозможно. Мы решили отложить поездку на следующий раз и сегодня еще немного отдохнуть в моей квартире.

***

 — Я пойду приму душ.

Китаока первой встала с кровати, чтобы вымыться. Я решил поваляться еще немного, наслаждаясь ее теплом и слушая звук льющейся воды.

Хаа… Что мне делать…?

Хотя я так говорю, на самом деле я ничего не могу сделать. Мне было ясно, что с таким отношением я стану бесхребетным и нерешительным человеком. И не похоже было, что эти блаженные времена будут продолжаться вечно. Я знал, что должен стать более инициативным, более решительным, но это было далеко за пределами возможностей такого обделенного романтическим опытом человека, как я.

Вскоре шум воды прекратился. А из кухни донесся приятный, аппетитный запах.

— Что ты делаешь? — спросил я, когда она вернулась в комнату.

— Ну, я подумала, что приготовлю рисовый суп (зосуй) из вчерашних остатков. Он готовится прямо сейчас.

Затем она начала убирать комнату.

Я знал, что должен помочь… но слегка прохладный воздух в сочетании с комфортным матрасом удерживал меня на месте. «Просто дай мне еще три минуты», — подумал я, закрывая веки.

— Ай!

Внезапно я услышал крик. Я сел, гадая, что произошло, когда Китаока принесла мне что-то в руке. — Вот...

Все еще с размытым взором, я взял предмет.

Подождите, это...?

У меня было плохое предчувствие по этому поводу. Я поднес предмет поближе к глазам и подтвердил свои подозрения: это были мои очки.

Блин…

Оправа была сломана пополам, и линзы тоже треснули, вероятно, из-за большого количества приложенной силы.

Я попытался поднести оправу к глазам, чтобы проверить, смогу ли я еще ими пользоваться, но мое зрение было настолько искажено, что это казалось невероятным. Похоже, она случайно наступила на них во время уборки. Они был полностью сломаны.

— Я ни за что не смогу ими воспользоваться сейчас, да…

— Извини…

— Нет, все в порядке… Что сделано, то сделано.

Это было непреднамеренно и не специально. К тому же это была моя вина, что я оставил их там. Но…

— Что же делать…? Это единственные, которые у меня были…

Те, что с металлической оправой, которые я в основном использовал в школе, остались в доме моих родителей.

Я мог бы попросить маму привезти их, когда она придет на мою вступительную церемонию послезавтра, но проблема заключалась в том, что мне делать до этого момента. Не помогло и то, что я по неосторожности забыл пополнить запас одноразовых контактных линз.

К тому же, завтра я буду один… Это будет крайне неудобно, поскольку я все еще не ориентировался и в городе, и в собственной квартире. Тем более что те из нас, кто страдает сильной близорукостью, по сути, слепы без каких-либо вспомогательных средств... Ну, это, конечно, преувеличение, но суть вы поняли.

Я был в растерянности, не зная, что мне делать, когда Китаока, прервала мои раздумья.

— Тогда почему бы нам не пойти и не купить очки позже?

— Хм?

— Давай подберем что-нибудь, что действительно будет тебе к лицу. Я помогу тебе выбрать что-нибудь подходящее.

Ее неожиданное предложение заставило меня замолчать. Тем не менее, она невозмутимо продолжила.

— Это будет пара, которую ты сможешь использовать, когда пойдешь в университет. Считай, что отправил те занудные очки на пенсию.

…Я и раньше слышал, что, похоже, ей не нравились мои школьные очки. А мне они очень нравились, поэтому меня немного огорчила наша разница во мнениях. Но она была права. Мои старые очки плохо сочетались с моей повседневной одеждой, не говоря уже о школьной форме.

Я сдался и пробормотал: «Ладно, пожалуй». Мне показалось, что я вижу, как она счастливо улыбается, хотя это было очень размыто.

Я быстро принял душ и с жадностью проглотил тарелку рисовой каши, приготовленной на ночном бульоне (он успел настояться, что сделало кашу довольно вкусной. Конечно, я добавил туда еще и яйцо). Тем временем Китаока искала ближайший магазин очков.

Похоже, в здании вокзала, которое мы посетили вчера, был популярный магазин, предлагающий по фиксированной цене комплекты оправ и линз, поэтому мы решили пойти туда.

На улице, как и ожидалось, было довольно холодно, поэтому мы надели теплые куртки и отправились в путь.

— Осторожно, ступенька.

Она повела меня за руку к автобусам, направлявшимся в сторону вокзала. Хотя у меня плохое зрение, но я могу в некоторой степени различать свое окружение; в конце концов, я все равно решил позволить ей вести меня, потому что она, похоже, очень хотела это сделать.

— Хм, так это на третьем этаже.

Кажется, это было то самое здание, которое мы искали. Мы поднялись на лифте и направились в магазин очков.

Как только мы вошли, я начал примерять каждую пару очков, которые были выставлены на витрине.

— Что ты думаешь об этих?

— Я почти уверен, что есть клоуны, которые так выглядят.

— Как насчет этих? Они не соскальзывают с носа?

— О да. Кажется, они упадут, если я посмотрю вниз.

— Эти дужки вокруг ушей меня как-то раздражают.

— Хм, думаю, эти не совсем подходят, да.

Мы обменивались мыслями о каждых новых очках, которые я примерял. Она предложила несколько других пар, но я не смог их как следует рассмотреть, поэтому в конце концов решил купить те, которые она назвала лучшими.

После того, как я прошел проверку зрения, мне дали заполнить гарантийный талон, который Китаока заполнила от моего имени, потому что, опять же, я плохо видел. Интересно, это то, что люди имеют в виду, называя «эффективным»?

Я попросил более тонкие линзы вместо обычных, и, что удивительно, с меня не взяли никакой дополнительной платы. Мне нужно быть разборчивым в таких вещах, потому что я буду использовать их каждый день, так что в этом отношении мне действительно повезло.

В итоге мы снова разделили счет 50 на 50. Сначала она хотела заплатить всю сумму, так как чувствовала ответственность за поломку, но мне это казалось неправильным, поскольку я был единственным, кто пользовался очками. Я отказался брать деньги и сказал, что они мне не нужны, но она слишком упорно отказывалась уступать. В конце концов, после обсуждения, мы договорились о разделении 50 на 50.

Примерно через час ожидания новые очки были готовы. Мы перешли в ближайший ресторан быстрого питания, и я их надел. Ее счастливая улыбка была отчетливо видна сквозь линзы.

— Вот о чем я говорю. Ты выглядишь хорошо.

— Действительно?

— Ага. Они намного лучше, чем твоя последняя пара.

Я нашел эти очки идеальными, тоже — не слишком большие и как раз подходящего размера, но оказывается, это потому, что на самом деле они были созданы для женщин. При ближайшем рассмотрении я обнаружил на внутренней стороне рамки горошек, который, на мой взгляд, был слишком милым, надеюсь, что со временем я привыкну к нему.

— Эй, Китаока…

— Ага?

— Я обязательно позабочусь о них.

Хотя половину стоимости я заплатил сам, мне казалось, что это был мой первый подарок от нее. Она приподнялась на локте и счастливо улыбнулась.

— Не наступай на них, ладно?

Собственно говоря, ее слова напомнили мне случай, произошедший в средней школе, когда я случайно наступил на очки и сломал дужку.

— …Я сделаю все возможное, чтобы не оставлять их на полу.

Она радостно прищурилась и сказала: «Хорошая идея».

Мы немного поговорили за кофе, но время шло, ее взгляд все чаще и чаще падал на экран телефона, а вместе с этим ее улыбка становилась все более и более редкой. Еще через несколько минут она, наконец, медленно пробормотала.

— Сегодня вечером мне нужно идти на подработку.

Я ответил ровным, нерешительным «О…» Она натянуто улыбнулась мне.

— …Думаю, мне скоро придется уйти.

Я знал, что рано или поздно услышу от нее эти слова, но все равно они меня опечалили.

***

— Похоже, мы успели вовремя.

Стоя перед кассой, Китаока что-то бормотала себе под нос, глядя на электронное табло объявлений над головой. Она собиралась сесть на Синкансэн, и ей повезло, что не пришлось стоять в очереди, поскольку она зарезервировала место.

В прошлый раз уезжал на поезде я, но на этот раз все было наоборот. Я ужаснулся своему эгоизму, когда мне пришла в голову ужасная мысль, что было бы лучше, если бы поезд отменили.

Прозвучало объявление о приближении поезда Синкансэн. Я купил билет на платформу, и мы вместе спустились на станцию.

Внезапно что-то белое пролетело мимо. Китаока посмотрела на небо и пробормотала: «Ой, снег пошел». Одинокая снежинка упала на линзу моих недавно купленных очков. Однако вскоре она исчезла, быстрее, чем я успел напрячь глаза, чтобы увидеть ее лучики.

— Ну, увидимся позже. Мне очень понравилось время, проведенное вместе.

Она улыбалась, но я не мог сказать, была ли это натянутая улыбка или искренняя, трогательная.

— Спасибо за это.

Я еще раз поблагодарил ее, указывая на свои очки. В ответ, она направила на меня палец.

— Тебе лучше надеть их в следующий раз, когда мы встретимся.

— Да… я уверен, что с этого момента я буду использовать только их.

Тогда мне очень помогли школьные очки, но те, что были сейчас, были легче и сидели лучше. К тому же, они оказались намного дешевле тех, которых я купил раньше.

Было удивительно, как далеко продвинулись технологии и индустрия. Я был просто поражен.

Прошло так много времени с тех пор, как мое зрение в последний раз было таким ясным; я даже мог видеть все, что попадало в поле моего зрения. Мир выглядел более ярким, чем когда-либо прежде. Я как будто переродился в новом мире.

Но иногда... такая невероятная красота может причинять боль, подумал я, глядя на девушку передо мной.

Скоростной поезд прибыл на платформу. Но мне казалось, что я так многого еще не успел донести до нее.

Ты действительно не против оставить все как есть? Не пожалеешь ли ты о том, что просто так отослал ее? Все эти чувства растаяли, прежде чем я смог высказать их вслух. Когда дверь открылась, Китаока медленно подняла правую руку и помахала рукой.

— Увидимся.

— Ага.

Она села в вагон и продолжала махать мне рукой с сиденья у окна. Я тоже махал в ответ, пока она не скрылась из виду. Когда поезд скрылся вдали, и я больше не мог слышать его шума, я, наконец, ушел с опустевшей платформы.

Все это казалось мне таким нереальным.

Все еще не придя в себя, я сел в автобус, потом немного прошелся пешком и добрался до своей квартиры.

Я отпер дверь и снял обувь. Мне не хотелось ничего делать, поэтому я лег на большую кровать в своей комнате и растянулся на матрасе в одиночестве, и меня охватило непреодолимое чувство пустоты.

Ничего не изменилось с тех пор, как я ушел. Стол, кровать, подушки и недопитая кружка, из которой я пил, были в том же виде, в каком я их оставил. Но теперь она ушла.

Это был первый раз, когда я привел девушку в свою комнату. Это был первый раз, когда я приготовил еду и ел ее с кем-то. Это был первый раз, когда я с ней поссорился с тех пор, как мы стали парой. И это был первый раз, когда мы спали вместе.

Столько всего произошло со мной за один день, и это кардинально изменило меня как личность.

Ты была здесь совсем недавно, но без тебя эта комната кажется намного более пустой.

Я задавался вопросом, когда я смогу снова увидеть эту ее улыбку. Незнание этого только еще больше усилило чувство утраты, которое я испытывал.

Возможно, она чувствовала то же самое, когда я оставил ее в тот день.

Тогда зачем я приехал сюда? Я снова почувствовал сожаление по поводу принятого решения.

— …Что ж, я думаю... нет смысла плакать из-за пролитого молока…, — пробормотал я про себя. Что сделано, то сделано. Я не могу изменить прошлое. В жизни есть вещи, которые мне приходится принимать, даже если я этого не хочу; несомненно, это одна из таких вещей.

Тем не менее, я не мог вынести сокрушительного одиночества, которое чувствовал сейчас, поэтому решил снова выйти на улицу, хотя я только что вернулся домой. Посещение оживленного места с большим количеством людей должно отвлечь меня от всего этого. Я сел и сунул руки в рукава куртки, которую только что снял.

Перед уходом я решил слегка прибраться в комнате, заменил простыни на свежие и сунул старые в стиральную машину вместе с одеждой, которую только что снял, когда зазвонил домофон у входной двери. Я заглянул в глазок, чтобы посмотреть, кто это.

Что?! За моей дверью стояли два человека, которые выглядели очень знакомыми… или лучше сказать: они выглядели точно так же, как «те двое». Вздрогнув, я бросился вперед и открыл дверь. Когда я это сделал, раздался веселый голос.

— Привет!

С большим рюкзаком и чемоданом в руках Кацуя вошел в дверь с широкой улыбкой на лице и поднятой в знак приветствия правой рукой.

— Ты продолжал присылать мне сообщения о том, как тебе скучно, Яссан. Мне стало жаль тебя, поэтому я здесь!

И за его спиной стояла…

— Ааа, я устала. …Привет, Месхи. На улице было ооочень холодно. И я умираю с голоду. Можешь приготовить мне что-нибудь теплое?

— Даже ты, Таму…?

— Да, давненько мы не виделись.

Она лениво улыбнулась. Я не мог в это поверить; мои бывшие одноклассники Кацуя Сайто и Нанами Тамура были здесь.

Почему? Я был вне себя от удивления и практически потерял дар речи, в то время как Тамура поставила свой багаж на пол и невозмутимо объяснила мне.

— Видишь ли, мы с Пейёном купили билеты «Сейшун 18»*, чтобы отправиться на экскурсию по малоизвестным станциям.

*п.п.: Билет «Сейшун 18» — это специальный льготный билет, который позволяет его владельцу неограниченно ездить в течение одного дня на местных поездах Japan Railways Group. Один билет действителен в течение пяти дней в течение определенного сезонного периода.

— Я отправил тебе фото вчера. Я думал, ты заметишь.

Теперь, когда он упомянул об этом, я вспомнил, что мне прислали фотографию, похожую на специальный билет на поезд. Я не ответил ему, потому что не понял, что это значит, но я должен был хотя бы спросить его: «Что это?» Внезапные визиты действительно вредны для моего сердца.

— Это место было своего рода отличным «бонусным этапом», понимаешь? И поскольку твой дом был неподалеку, мы подумали: «Почему бы не зайти в гости?»

— Вы вдвоем…?

— Не волнуйся. Мы получили разрешение от Аски.

— Видишь ли, Аска-тян обожает Таму-сан. «Я так завидую тебе, Кацуя-кун. Я тоже хочу путешествовать с сестренкой Таму!» — вот что она сказала.

Похоже, девушка Кацуи очень доверяет Тамуре.

Конечно, еще бы. В конце концов, я тоже не думал, что между этими двумя произойдет что-то неладное. А то, что они не прислали мне никаких сообщений до своего приезда, кроме нескольких загадок, наверное, потому, что хотели насладиться моей реакцией. Такие уж они люди. Но…

— Ага. Я бы сказал, что комната достаточно большая, чтобы мы могли здесь спать втроем.

Похоже, они собирались остаться здесь на ночь. Должен сказать, тот факт, что это случилось сразу после ухода Китаоки, был поистине удачным. Если бы это произошло немного раньше, они могли бы столкнуться на вокзале или, того хуже, здесь.

Эта мысль заставила меня немного вздрогнуть.

Но если оставить в стороне Кацую, Тамура все же девушка. Что мне делать…? Внезапно она посмотрела на меня и ухмыльнулась.

— Не набрасывайся на меня, ладно?

— Я не буду.

Когда я резко опроверг ее, Кацуя присоединился к нашему разговору.

— Это было бы равносильно самоубийству, если бы ты попытался напасть на нее. Это на сто процентов невозможно.

— Не говори о людях так, как будто они монстры. Вы двое просто недостаточно тренируетесь.

— Но ты сама рассказывала мне, что даже во время подготовки к вступительному экзамену ты делала по 100 приседаний в день, по 200 отжиманий, а в свободное время тягала 15-килограммовые гантели стоя на краю письменного стола. Как могут слабые, тощие мальчики вроде нас соревноваться с таким чудовищем, как ты?

Тамура, казалось, была очень горда и довольна его словами. Неудивительно, что ее тело было стройное и подтянутое. Я питал к ней серьезное уважение.

Ну, думаю, раз Кацуя тоже здесь, то проблем быть не должно... Я разрешил им переночевать у меня, но не без напоминания о необходимости поддерживать чистоту.

После этого Тамура предложила нам троим отправиться на однодневную экскурсию в купальню, чтобы искупаться в горячих источниках, что мы и сделали. По дороге домой мы купили в супермаркете тонну продуктов со скидкой, прежде чем вернуться в квартиру.

Когда наш похожий на банкет ужин подходил к концу, Тамура вдруг посмотрела на часы.

— Эй, мы собираемся продолжить наше путешествие в следующую префектуру завтра, так что вы оба, прекратите болтать и ложитесь спать пораньше, потому что вам придется вставать в 5:30.

— Ладно.

— Подожди, я тоже?..

Мой возглас был встречен небрежным ответом Тамуры.

— Очевидно. Не будь таким занудой. Как бывший член Клуба местных краеведческих исследований, не думаешь ли ты, что тебе следует попытаться изучить традиции и географию каждого региона? А? Или у тебя есть какие-то планы?

— Да нет…

— Отлично. Я знаю, что ты любишь фотографировать поезда, поэтому уверена, тебе будет очень весело. О, кстати, не забудь зарядить камеру.

Я криво усмехнулся манере Тамуры говорить на одном дыхании.

Эта властная парочка силой взяла меня с собой, но я был рад, что больше не одинок. Я был благодарен, что у меня есть такие хорошие друзья.

После обсуждения было решено, что Тамура будет спать одна на кровати, а мы, двое парней, будем спать в спальных мешках на полу (Кацуя изначально предложил всем спать на кровати вместе, но я отверг эту идею и сказал: «Хватит валять дурака»).

Тамура распустила собранные в хвост волосы, и каждый из нас лег на свое место.

Выключив свет, мы выслушали приказ Тамуры и прекратили разговоры.

Вскоре они крепко уснули. Я тайком проверил свой смартфон.

…Она уже должна закончить свою подработку.

Я до сих пор не получил от нее известия о том, благополучно ли она добралась или нет. Но уже был поздний вечер, и она, должно быть, устала от путешествий и работы. Я решил спать, а завтра проверю, когда все уляжется.

***

Мой поезд из восьми вагонов с грохотом катился по рельсам. Было уже около полуночи, но городской пейзаж за окном все еще был оживлен и суетлив.

Знакомое зрелище заставило меня почувствовать, что я наконец-то дома.

Последние пять часов я была занята своей подработкой. Все это время мне удавалось держать себя в руках, но как только я закончила смену, я обнаружила, что погружаюсь в свои мысли.

Я невольно вспомнила человека, с которым рассталась сегодня днем.

Это было странно. Я почти никогда не проявляла активности по отношению к представителям противоположного пола, и у меня было сильное отвращение к чужим прикосновениям. И все же прошлым вечером я ворвалась в его дом, осталась там на ночь и даже заставила его переспать со мной... Боже, не могу поверить, что я это сделала.

«Эма…»

Однажды он назвал меня по имени, и очень хриплым голосом. От одного воспоминания об этом мое тело раскалилось добела, а из глубины души накатило оцепенение, которое дошло до моего сознания и затуманило его.

Вчера вечером я была по-настоящему эротична, не так ли...

Нет, но если это так, то тоже самое можно сказать и об Иджиме. Обычно, на его лице было выражение: «Меня не интересуют женщины», поэтому для меня было огромным шоком, когда он сказал мне: «Я всегда хотел увидеть тебя обнаженной». Думал ли он об этом каждый раз, когда мы вместе возвращались домой? Кроме того, он продолжал целовать меня и дразнить так долго… Я действительно не знаю, был ли он хорош в этом или плох, но, когда я подверглась такому основательному и агрессивному нападению, я почувствовала, что во мне что-то пробудилось, хоть и слегка. Черт побери этого скрытого извращенца, выругалась я в душе.

Я не могу поверить, что он скрывал свою истинную сущность. Никто в школе, вероятно, не знал об этой его стороне.

Кстати, это был первый раз, когда я увидела его без очков. Лицо его не представляло собой ничего примечательного, но всё равно было довольно милым. Кроме того, очки, которые мы вместе выбрали, ему очень шли, и я думаю, он выглядел довольно привлекательно. В глубине души мне хотелось похвастаться им перед всеми, но, думаю, я еще немного подержу это в секрете.

Интересно, что он сейчас делает…

Я еще раз проверила смартфон в руке. Никаких новых уведомлений не приходило. Вероятно, это был уже сотый раз, когда я проверяла свой телефон с тех пор, как рассталась с ним.

Этот цикл, в котором мои надежды возникали только для того, чтобы через секунду разбиться вдребезги, продолжился, когда поезд въехал в город, где я жила.

Он только что отошел от последней остановки перед моей станцией, когда мой телефон коротко завибрировал.

— Ах…!

Может ли он быть телепатом? К сожалению, я была не права, оказалось, что это сообщение от кого-то другого. Но когда я прочитала содержание сообщения, я немного разволновалась.

Да, было бы быстрее сказать все напрямую, чем печатать столько предложений. Я решила позвонить ей позже.

Я вышла на своей станции, прошла через турникеты и позвонила ей, пока шла по улице к своему дому.

— Эй, прошло много времени~. Я получила твое сообщение~.

С другой стороны телефона я услышал веселое: «Спасибо. Как дела?»

Давненько я так не разговаривала с Кумико по телефону. Я знала, как у нее дела, потому что получила известие от своих старых подруг из средней школы, но поскольку мы обе были заняты подготовкой к вступительным экзаменам, мы не разговаривали лично друг с другом после культурного фестиваля.

Ее сообщение гласило: «Я слышала, что они только что выпустили специальный эпизод к той драме, но здесь его не показывали. У тебя есть запись?»

Я ответила: «Конечно», и добавила, что у меня на диске сохранен весь сериал, так что я могу одолжить, если она захочет.

— О да, как там в Хиросиме? Ты пробовала там окономияки*?

*п.п.: жареная лепешка из смеси разнообразных ингредиентов, смазанная специальным соусом и посыпанная очень тонко нарезанным сушёным тунцом. Жарят окономияки на тэппане — горячей металлической плите. Нередко в японских ресторанах горячая плита оборудуется прямо на столе у посетителей, которые жарят подготовленные лепёшки сами.

Я быстро сменила тему. На самом деле я использовала ее сообщение как предлог, чтобы позвонить ей, потому что хотела поговорить с ней, чтобы развеять свои мысли.

— Окономияки хороши, но знаешь ли ты, что у них есть секретная особенность? Туда добавляют угря (анаго)! На самом деле, я только что попробовала их с родителями, которые приехали в гости, и это было действительно вкусно. Мне бы хотелось, чтобы ты тоже была здесь и попробовала их.

— Угорь? – спросила я.

— Да, коллега Масуо-сана, Анаго-сан* — ответила она.

*п.п.: скорее всего речь о манге «Sazae-san».

Ее нелепая шутка меня рассмешила, и я рассмеялась.

— Ну, а я только что вернулась из поездки в Ямагату. Там было действительно холодно. И там еще идет снег.

— …Ямагата? — спросила она с любопытством.

Интересно, почему она была так заинтригована? Когда я ответила «да», ее голос приобрел многозначительный тон.

— Возможно, ты была в гостях у Иджимы-куна?

— А?

— Видишь ли, Иджима-кун на днях рассказал мне, что его приняли в университет в этом регионе и что он переезжает туда.

Я потеряла дар речи от ее замечания.

Я ослабила бдительность, так как думала, что она из другой старшей школы, и значит не поймет. Но больше всего меня удивило…

— Когда он тебе сказал?

Я понятия не имела, что он и Кумико все еще поддерживают связь друг с другом. Что она имела в виду под словами «на днях»? По крайней мере, этого не могло произойти до того, как были объявлены его результаты, верно? Тогда разве это не означало, что они разговаривали совсем недавно?

Хотя я была явно потрясена, Кумико ответила легкомысленным тоном.

— Я думаю, это было где-то неделю назад. Знаешь, мы вместе ходили на концерт Scosho?

— Какого черта? Я ничего об этом не слышала.

Все это было настолько шокирующе, что я случайно позволила себе грубость в разговоре с ней. Судя по тому, что она сказала, они, должно быть, общались лично, а не по телефону. И они даже сходили на концерт вместе? Два человека, интересующиеся одной и той же группой, идут вместе на концерт? Это довольно значимое событие, не так ли? Почему меня до сих пор держали в неведении по этому поводу??? Все эти загадки безмерно расстраивали меня.

— …Значит, он тебе не сказал.

— Да. Он вообще ничего не сказал, даже когда я была там и вчера, и сегодня. Ничего о тебе, ничего о Scosho. Неужели он сделал это специально?..

Он рассказал мне кое-что о своей сестре, о светофорах и о других пустяках. Почему он не рассказал мне о Кумико? Было ли ему что скрывать?

Я была на грани того, чтобы погрузиться в бесконечную пучину подозрений и сомнений, когда до моих ушей донесся смешок Кумико.

— Даже когда я была там вчера, говоришь ты? Значит, ты была с ним.

— Ах.

— О верно, когда мы были на концерте, Иджима-кун сказал мне, что с Китаокой-сан все «немного сложно». Похоже, вы уже помирились.

Я практически услышала «ROFL» в конце ее предложения. Кумико была сообразительной девушкой, поэтому она, вероятно, сделала вывод, какими были наши отношения, если я была там «вчера и сегодня».

Итак, теперь, когда я знала правду, мне предстояло принять важное решение... либо прикинуться дурочкой и притвориться, что я ничего не знаю, либо открыто обсудить это.

***

— Ого, вот это и есть то, что называется неизведанной территорией! Я так рада, что мы сюда приехали! В этом месте действительно есть очарование!

— Японское море! Ревущие волны! Я практически чувствую напряжение!

— Точно, точно! Я могу представить себе преступника, которого тут загоняет в угол инспектор полиции!

После продолжительной поездки на поезде мы вышли на станции, которая заняла почетное место в списке «Самых неизведанных станций Японии». Мы некоторое время любовались ветхим зданием вокзала, прежде чем выйти и пойти по шоссе. Там нам открылся захватывающий вид на волны, разбивающиеся о скалистые утесы.

Пара, сидевшая рядом со мной, громко восхищалась каждой незначительной деталью, пока я пытался сосредоточиться на съемке пейзажа с помощью фотоаппарата. Когда я увеличил выдержку, получились волны, похожие на гравюру на дереве «Великая волна Канагавы», из книги Кацусики Хокусая «Тридцать шесть видов горы Фудзи».

Пока я был поглощен фотографией, Кацуя внезапно задал мне вопрос о чем-то, что он, казалось бы, только что вспомнил.

— Ах да, Яссан. Когда ты купил эти очки?

— Хм? О, только вчера.

Поскольку он не спросил, например, с кем я их купил, я дал ему честный ответ.

— Хм…, - промычал Кацуя и кивнул, не задавая дальнейших вопросов.

Я решил проверить сделанные мной фотографии. О, эта довольно хороша… Я просмотрел каждую фотографию и отрегулировал экспозицию и фокус. Тем временем Кацуя повернулся к Тамуре и, высоко подняв голову, отдал ей честь.

— Инспектор Тамура, я подтвердил, что подозреваемый действительно виновен!

— Молодец, детектив Пейён. Пришло время выбить из него признание.

— Вас понял, шеф!

Инспектор, детектив? Кажется, они решили разыграть какую-то странную ролевую игру.

Эти двое никогда не меняются… Я с теплотой смотрел на Кацую, когда тот внезапно встал передо мной, загородив обзор.

— Ясан. Разве ты не скрываешь что-то от нас?

— Эм-м-м…

Моё сердце сжалось от полнейшего удивления. Конечно, я знал, о чем он спрашивает.

Он продолжил допрос в тоне, точно таком же, как в детективных драмах.

— …У тебя в квартире тарелок, чашек и палочек для еды было на двоих. Вся твоя посуда была вымыта, то есть ей недавно пользовались. В твоей комнате определенно кто-то был до того, как мы пришли, не так ли?

Его речь наконец заставила меня осознать. В этой ролевой игре меня судили. Когда Тамура взяла инициативу в свои руки, холодный пот выступил у меня на спине.

— Это не все. Тушеная морковь в твоем холодильнике? Сначала я подумала, что это ты сам приготовил, и это меня впечатлило, но потом я поняла, что, скорее всего, ее сделал для тебя кто-то особенный, верно?

— С самого начала мы поняли, что с тобой что-то не так, Яссан. Ты был очень взволнован, когда открыл дверь, и мне показалось, что ты не очень хорошо воспринял наш визит. Это было естественно; твоя девушка только что была здесь, поэтому ты беспокоился, что мы обнаружим следы этого.

Они попали в точку, но я чувствовал, что ситуацию еще можно спасти. Я покачал головой и ответил.

— Нет… Вы ошибаетесь.

— Яссан, почему бы тебе уже не признаться?

Кацуя говорил раздраженно и устало. С театральной хмуростью на лице, он подошел и сделал вид, что шепчет Тамуре, как будто желая, чтобы я не подслушал.

— Инспектор Тамура, на самом деле, вчера я обнаружил неоспоримую улику в шкафу подозреваемого…

Теперь, когда он упомянул об этом, я вспомнил, что хранил там салфетки и кое-что, что купил вместе с ними. О Боже.

Я попытался остановить его, но Тамура ответила с любопытным выражением лица.

— Что ты нашел? Презервативы «Окамото»?

— Нет, презервативы «Сагами». Кроме того, коробка уже была вскрыта, и часть ее содержимого была использована.

— Не смей рыться в чужом доме!

Я позволил ему остаться у меня, только чтобы он отплатил мне тем, что обыскал мой дом, как последний негодяй! Даже если он заметил это «доказательство», не было ли среди мужчин негласным правилом просто закрывать на это глаза? И Тамура! Ты девушка, так что не подыгрывай его грязным шуткам так радостно.

Не в силах сдержать негодования, я в гневе повысил голос. Несмотря на это, он остался невозмутимым и спокойно ответил.

— Знаешь, я сделал это не специально. Я собирался убрать свой спальный мешок, поэтому открыл твой шкаф и обнаружил, что внутри висит твой рюкзак Грегори. Но клапан сверху был закрыт неплотно, поэтому я случайно взглянул на то, что было внутри.

— Понятно, значит, ты прятал их в неиспользуемом рюкзаке. Я совершенно упустила это.

— Да, и для справки: я не считал сколько точно недоставало в коробке. Все, что я сделал, это немного встряхнул ее, и это дало мне представление о полупустом состоянии.

Услышав это, я не утешился. В основном это было из-за отсутствия такта Кацуи и Тамуры, но я также ненавидел тот факт, что именно из-за своей беспечности я оказался втянут в эту историю.

Я присел на камни и схватился за голову руками. Увидев, что я так явно расстроен, Кацуя от души рассмеялся.

— Итак, кто же этот загадочный человек? Ты, должно быть, встречаешься с ней, верно?

— Э-э, ну…

Я посмотрел на него.

Он ухмыльнулся и вытащил из кармана сложенный листок бумаги.

— Знаешь, я нашел это в бумажном пакете, который прилагался к твоим очкам…

Он медленно развернул лист бумаги и ухмыльнулся. И на этом листке бумаги было написано…

Ааа!

Я громко закричал в своем сердце, когда белая волна воды поднялась из моря позади меня.

***

Вечером я расстался с перевозбужденным дуэтом на вокзале и направился домой, чувствуя себя несколько опустошенным.

Возвращаясь домой на автобусе, я решил, что сегодня вечером обязательно приведу в порядок свою квартиру. Завтра моя мама должна была приехать в гости, поэтому мне нужно было убедиться, что то, на что мне сегодня указал дуэт, к тому времени будет полностью спрятано.

В этом смысле, я думаю, я должен быть благодарен двум своим неугомонным и любопытным друзьям.

Почти сразу как я вышел из автобуса, мне позвонили на смартфон. Звонил… человек, которому я планировал позвонить сам, когда приду домой. Естественно, моё лицо расплылось в улыбке.

Я ответил на звонок по пути домой.

На другом конце Китаока спросила меня несколько усталым голосом:

— Чем ты занимался сегодня?

— Ах… Ты знаешь Кацую и девушку по имени Тамура, которая раньше училась в классе В? Если ты забыла, Кацуя — мой очень близкий друг. Эти двое пришли ко мне вчера в гости, а недавно ушли.

— Подожди, вчера? Значит, они пришли после того, как я ушла?

— Ага. После того, как я проводил тебя и вернулся домой, я делал уборку, как вдруг зазвонил домофон. Они даже не связались со мной заранее, поэтому я был так же шокирован, как и ты.

Это было действительно как гром среди ясного неба. Я вспомнил, насколько шокирующим был тот момент, и она изумленно пробормотала: «Вау...»

— Тогда, наверное, было бы совсем плохо, если бы я задержалась у тебя подольше, да? Итак, тебе было весело?

— Ну, если уж на то пошло, я думаю, мне было весело, но…

Ее вопрос был банальным, но я не мог солгать ей, поэтому сформулировал свой ответ расплывчато. Видимо, остро почувствовав мою нерешительность, она спросила:

— Что-то случилось, что-то произошло?

— Нет, ну… может быть.

— Что это за «может быть»? Давай, выкладывай.

— …Они узнали, что мы встречаемся.

— Хах?

Когда сегодня днём Кацуя загнал меня в угол у скал, в руке у него был гарантийный талон на очки, которые я купил вчера. На нем был напечатан магазин, в котором были куплены мои очки, номер модели линз и оправы, а также результаты проверки зрения (используемые для определения фокуса линз). Наконец, он отметил дату покупки, вчерашнюю дату; над которой была фамилия «Мисс Китаока», четко написанная маленькими буквами.

Тамура взглянула на бумагу в руке Кацуи и застыла в изумлении.

— Полагаю, это означает, что вы пошли купить очки вместе со своей девушкой, но она случайно написала свое имя, когда заполняла форму, да?

Навыки проницательной наблюдательности. Она попала в точку. На самом деле я заметил, что в гарантии указано неправильная фамилия, но кассир ничего не сказал по этому поводу, поэтому я оставил все как есть.

— Китаока… Вы знаете женщин с такой фамилией, инспектор Тамура?

— Хммм… понятия не имею. Все, что я могу сказать, это то, что хотя это не такая уж редкая фамилия, но и не очень распространенная. Интересно, есть ли в нашей школе кто-нибудь с такой фамилией…

Затем они оба повернулись ко мне с самым озорным выражением лиц. Я неохотно встал и испустил самый большой вздох за этот год.

— Уф, если вы двое уже знали это, не могли бы вы избавить меня от допроса?..

Кацуя с самого начала расспрашивал меня на эту тему, и Тамура также говорила мне, что слышала, что я с ней очень близок. Наверняка эти двое еще не забыли этого.

С широкой улыбкой на лице Кацуя прижался ко мне и ответил:

— Ага. Но… я хотел услышать это прямо из твоих уст: «Я люблю Эму».

— Ты идиот. Я бы ни за что такого не сказал.

— Но, черт возьми, ты серьезно заарканил такую ​​милую девушку, а, Месхи? Я просто не знаю, что сказать.

— Эй-эй, а как вы друг друга называете?

— Ничего особенного… Просто «Иджима» и «Китаока».

— Я звоню в ВС*. Могу поспорить, что вы, ребята, называете друг друга гораздо более неловкими прозвищами. Может быть, что-то вроде «Кюн-кюн» или «Эма-нян»?

*п.п.: Это выражение используется, чтобы указать (привлечь внимание других) на ложь, ошибку, «Я звоню в ВС» означает «Вы лжете/неправы, и я скажу об этом всем».

— «Кюн-кюн» можно получить из «Ясу-кюн», ха… Тогда не лучше было бы, если бы он называл ее как-нибудь вроде «Нян-нян»?

Пока они возбужденно предавались своим фантазиям, я решил молчать и оставил их в покое.

Тем не менее, в итоге весь день надо мной издевались и дразнили из-за этого фиаско.

…И вот так закончился этот нелепый эпизод моей жизни. Но мне не хотелось слишком вдаваться в подробности, поэтому я рассказал ей вкратце: Мы втроем отправились в путешествие; они узнали, что у меня была девушка, по следам ее присутствия в комнате (я опустил часть рассказа про рюкзак в шкафу и гарантийный талон на очки); и, наконец, я признался им в правде.

— Мдааа. Итак, что Кацуя-кун сказал дальше?

— Он сказал что-то вроде «Ах, я так и знал». О, но я не думаю, что эти двое будут распространять слухи или сплетни о наших отношениях…

И все же мне было интересно, рассердится ли она на меня за то, что я рассказал им об этом без ее разрешения. Я беспокоился о ее реакции, но вместо этого получил неожиданный ответ.

— Дело в том, что Кумико тоже вчера узнала о наших отношениях.

— Что?!

— Вчера вечером я разговаривала по телефону с Кумико. Она сразу поняла, что я приехала к тебе с ночевкой, а потом настойчиво расспрашивала меня о подробностях. В конце концов, она стала настолько надоедливой, что я сказала ей, что мы встречаемся уже некоторое время.

Кумико тоже какое-то время очень подозрительно относилась к моим отношениям с Китаокой, но я каждый раз отвергал ее обвинения. Однако теперь она знала правду - в конце концов все наладилось, а я, получается, все это время ей лгал. Я деликатно попытался поинтересоваться ее реакцией.

— Кумико-сан была удивлена?

— Неа. Она просто сказала: «Ясненько, понятненько~». Я бы сказала, что она восприняла это на удивление хорошо.

Я почувствовал облегчение, услышав это. Ну, это похоже на непринужденную Кумико, которую я знаю. Я расплылся в улыбке, когда внезапно ее голос стал резким.

— Кстати, я слышала, что ты вместе с ней ходил на концерт. Почему ты мне об этом не рассказал?

— Ах.

По ее тону я понял, что она очень расстроена.

Было понятно, что она очень переживает из-за того, что ее оставили в стороне. Я поспешно попытался оправдаться.

— Э-э-э, ну, я подумал, что было бы странно приглашать тебя на концерт группы, которую ты плохо знаешь. Кроме того, тогда мы все еще, понимаешь…

Я пошел на концерт с Кумико прямо перед тем, как мы с Китаокой признались друг другу в чувствах. В то время я не ожидал, что наши отношения станут такими, какие они есть сейчас, поэтому надеялся, что она простит меня за то, что я сходил на концерт с ее подругой.

— Я знаю. Но на самом деле мне просто нужно было снять этот груз с души.

— Извини. С этого момента я буду держать тебя в курсе всего.

После того, как я искренне извинился перед ней, она больше не предъявляла никаких претензий. Вместо этого, после некоторого колебания, она начала спрашивать.

— Есть кое-что, о чем я уже давно хотела спросить… Иджима, ты предпочитаешь более скромных и покладистых девушек?

— Хм?

— Я имею в виду, и Кумико, и девушка, с которой ты в тот день шел домой, попадают в эту категорию, верно? Особенно Кумико. С ней ты мог непринужденно общаться с того момента, как впервые ее встретил, у вас обоих одинаковое хобби, и она тоже очень милая. Вот я и подумала, не в твоем ли вкусе такие девушки.

…Не слишком ли рано ей начинать во мне сомневаться, особенно учитывая, что наша связь продолжалась вплоть до вчерашнего полудня? Я собирался отчитать ее и сказать: «Конечно, это неправда», как вдруг вспомнил.

Китаока уже давно настороженно относилась к моим отношениям с Кумико; она сильно надулась, когда я сказал, что одолжу DVD Кумико, а когда она услышала, что мы виделись в кафе, она прямо спросила меня: «Вы встречаетесь?» Возможно, она беспокоилась из-за того, что что-то произошло между мной и Кумико. Другими словами, это была...?

— Нет, ну, Кумико-сан — хороший человек.

Я должен был отдать ей должное. Она была яркой, умной, заботливой и красивой. Но тем не менее…

— Но единственный человек, на которого я когда-либо смотрел, это ты.

Мне было немного неловко это говорить. Обычно я бы не сказал ничего подобного, но поскольку мы не видели друг друга, мне удалось рассказать ей о своих чувствах.

Я услышал вздох Китаоки на другом конце. Я старался не говорить слишком быстро из-за смущения, обращаясь к девушке, которая, вероятно, надувала щеки от ревности до такой степени, что могла лопнуть.

— Я почувствовал это с того самого дня, как одолжил тебе свои кроссовки в нашем учебном лагере.

Все началось, когда я оглянулся на ее съежившуюся фигуру у склона горы. Мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что чувство, которое я испытывал, было любовью, но с этого момента единственным человеком, который всегда занимал большую часть моего сердца, была она. Будь то двусмысленные жесты Кумико в мой адрес, страстное признание в любви от одной из моих кохаев или безмерный шок от чьего-то небрежного замечания, к лучшему это или к худшему, я всегда думал о ней.

Она ответила угрюмо и тихо.

— Я тоже. С того дня я всегда смотрела на тебя.

Я всегда надеялся, что это правда, но услышать прямо из ее уст, что она действительно чувствует то же самое, что и я, было немного неловко. Наверняка она тоже в этот момент сильно покраснела. Ее резкая манера говорить только доказывала, что на самом деле она скрывала свое смущение.

Воспользовавшись тем, что ни один из нас не мог видеть выражения лица другого, я широко ухмыльнулся, ожидая ее оправданий.

— На самом деле, разве ты не был бы странным, если бы я тебе тогда не понравилась? Ты всегда обычно был так добр к кому-то, кто был «просто одноклассницей»? — спросила она.

— Кто знает.

— Кто знает? Боже, почему ты такой нечестный…

По правде говоря, для меня в прошлом она была даже не «просто одноклассницей», она была девушкой, которую я ненавидел больше всего во всей школе. Даже я сам не знаю, почему я тогда так поступил. Но, может быть, только может быть, где-то в уголке моего сознания было предсказание, что именно такое будущее наступит из-за этого.

— Но, знаешь, я все еще чувствую, что кое-что упустила, — начала она.

— Почему?

— Давай подумаем. Если бы мы начали встречаться раньше, мы могли бы проводить больше времени друг с другом. Тебя это не расстраивает?

Я понял, что она пыталась сказать. Мы оба испытывали одинаковые чувства друг к другу, так что, если бы хотя бы один из нас набрался смелости чуть раньше, у нас было бы гораздо больше воспоминаний о времени, проведенном вместе. Мы бы не испытали столько грусти и одиночества.

Но…

— Не волнуйся, — заявил я с редкой для меня уверенностью.

Услышав ее слова, я, наконец сформулировал в уме то, что хотел донести до нее вчера, когда мы расставались.

— Мне просто нужно наверстать упущенное, начиная с этого момента.

У нас обоих были чрезвычайно строптивые характеры, безнадежно расходящиеся пути, и мы зашли так далеко, что я думал, мы никогда больше не увидимся, но в конце концов мы встретились на полпути как побочный продукт случайности. Каждый из нас испытывал одни и те же чувства друг к другу. Именно из-за этого грустного и печального времени, которое мы провели в прошлом, я почувствовал, что настоящее стало намного ценнее. Если так подумать, то мы вообще ничего не «упустили». 

— Ты действительно сможешь это исправить? — дразняще спросила она.

— Ну, это то, что я планирую сделать. Тем не менее, во второй половине третьего года мы почти не проводили времени друг с другом, так что это может занять очень много времени.

— …Меня это устраивает, сколько бы времени это ни заняло. В любом случае, мне больше нечем заняться.

— Но однажды я могу тебе так надоесть, что ты больше не захочешь меня видеть. Ты действительно уверена?

— Разве я только что не сказала тебе, что меня это устраивает? Если бы это было не так, я бы не встречалась с кем-то вроде тебя.

Я чуть не уронил телефон, как только услышал это. «Кем-то вроде тебя», — сказала она. Ее слова, как всегда, резкие. Но слышать, как она говорит: «Независимо от того, сколько времени это займет», действительно приятно… Когда я взял себя в руки, она продолжила несколько обиженным тоном.

— Ладно, проехали; главный вопрос в том, уверен ли ты, что тебе будет хорошо с таким человеком, как я, Иджима? Уверена, ты знаешь, что я могу быть эгоистичной, бесчувственной и довольно раздражающей, верно?

Я снова чуть не уронил телефон, когда услышал это. Я не думал, что ей нужно так себя унижать, но я тоже имел тенденцию быть суровым к себе, поэтому я знал, каково это — просто позволить самоуничижительному комментарию выскользнуть из твоих уст.

Так как бы она хотела, чтобы я ответил ей в такой ситуации?

Я подражал тому, как говорила и отвечала мне она.

— Я же сказал, что ты мне нравишься, не так ли? На самом деле, я бы не согласился ни на какую другую девушку, кроме тебя.

«Я бы не стал встречаться с кем-то вроде тебя». «Ты уверен, что тебе понравится с кем-то вроде меня?» Мы оба понимали, что у нас много недостатков, но, несомненно, именно потому, что мы были такими, нас и тянуло друг к другу. Когда-то я думал, что в нее невозможно влюбиться, но мы оказались больше похожи друг на друга, чем я думал, по крайней мере, в этом отношении. Как бы далеко мы ни были друг от друга, я больше не мог представить себя с другой девушкой.

Поэтому мы вместе преодолеем одинокие ночи и непредвиденные ситуации. Даже если мы не сможем быть рядом друг с другом, наши чувства всегда будут друг с другом.

Давай всегда будем идти вместе по долгому пути, который нам предстоит.

Конец

***

От переводчика: перевод занял больше времени, чем я рассчитывал. Буду рад, если вы поставите оценку этому тайтлу. Теперь на очереди второй том «Я номер два и девушка номер один».

Спасибо, что читали!