Вернувшись, я забрал Кумико у подъезда её дома и посадил на пассажирское сиденье.

— Бензин есть? А ещё я принесла сладости из дома. Если проголодаешься, скажи. И раз у тебя, похоже, нет навигатора, я захватила карту.

— Аа... Я только что проверил бензин. Заправимся по пути.

Какая же она подготовленная. К тому же бензина оставалось совсем немного. До Миядзимы всего около тридцати минут езды, но, как я недавно узнал, расслабляться нельзя. Я заехал на заправку и заправился.

Через лобовое стекло виднелось безоблачное осеннее небо. Кумико положила на колени плюшевую панду (конечно, купленную в Вакаяме) и, играя с ней, сказала:

— Какая хорошая погода.

— Ага, обычно, когда я выхожу, погода портится, так что это редкость.

Я сказал это с долей самокритики, но, к моему удивлению, это вызвало смех. «Ты человек дождя? Круто», — засмеялась она.

— Что хорошего в том, чтобы быть человеком дождя?

— Ну, в засуху ты мог бы быть полезен.

Полезен? Я что, машина для вызова дождя? Может, стоит съездить в Африку и проверить, — шутки, в которых сложно понять, шутка это или нет, продолжались. Пока мы болтали, слева по шоссе №2 показалось море. Мы уже почти у Миядзимы.

— Заедем на первую попавшуюся парковку?

— Конечно. Даже если она будет немного далеко, ничего страшного.

Кумико взяла свою бутылку с водой и сделала глоток. Впереди я увидел знак «Парковка с почасовой оплатой». Туда и заедем.

Но как только я расслабился, думая, что мы уже почти на месте, слева внезапно вклинилась машина.

— ...Чёрт!

— Ах...!

Я резко нажал на тормоз. Мы едва избежали столкновения, но из-за инерции содержимое бутылки Кумико вылилось ей на грудь. Она пыталась вытереть всё полотенцем, но её серый кардиган быстро потемнел.

— Прости...

— Нет, это не твоя вина... Всё высохнет, да и внутри была просто вода.

Я припарковался на ближайшей стоянке. Потянувшись на заднее сиденье, я нашёл куртку и положил её на пассажирское сиденье. Это была стильная осенняя стеганка.

— Надень это. Сохнуть будет долго, да и мокрая ты будешь слишком выделяться.

— Но тебе-то не будет холодно?

— Всё в порядке. Я родился в одном из самых холодных мест префектуры, так что такая температура для меня ничего не значит. К тому же, я забыл отдать ее в химчистку, и недавно чуть не выбросил, так что она просто валялось тут.

Я добавил: «Если будет странно пахнуть, скажи», и Кумико наконец сдалась. «Тогда я возьму его», — сказала она, надевая мою куртку. Дизайн немного грубоват, но на ней она смотрится нормально.

Мы пешком прошли до пристани, и, приближаясь к порту, увидели, что все парковки рядом были заполнены, так что, остановиться пораньше было правильной идеей.

— О, вижу огромные ворота! Они действительно стоят в воде!

— Не высовывайся слишком сильно, а то упадёшь!

Я удивился, что она так быстро вошла в азарт. Начинаю волноваться, сможет ли она сохранить такой настрой.

(Но она выглядит счастливой, так что всё в порядке...)

Мне стало как-то тепло на душе. Похоже, цель сегодняшней поездки будет достигнута.

Сойдя с парома, мы прошли через оживлённую торговую улицу и сразу направились в святилище Ицукусима. Кумико аккуратно обошла центральную часть храма, тихо бросила монетку, дважды поклонилась, хлопнула в ладоши и сложила руки в молитве. Кстати, омовение рук водой она тоже сделала правильно, что удивительно.

Кумико молилась довольно долго. Ещё раз поклонившись главному залу, она повернулась ко мне: — Прости за ожидание. Пойдём.

— Ты из семьи, связанной с храмами?

— Нет. Моя семья - обычные офисные работники. Но в старшей школе я училась в буддийской школе, так что немного интересуюсь храмами и святилищами. Поэтому и знаю правила посещения.

Я кивнул. Потом мы вместе вытянули предсказания...

— Неудача...

Я опустил плечи, увидев ожидаемый результат.

— Ты никогда не подводишь.

Кумико заглянула в мою руку и засмеялась.

— А у тебя...

Она протянула мне своё предсказание.

К моему удивлению, это было «Великое счастье». Там было написано: «№40. Белый дуб. Предзнаменование».

— Что это значит? Я потом поищу.

Кумико аккуратно сложила предсказание и положила его в чёрный кошелёк.

Я же, не желая больше смотреть на своё, завязал его на ветку.

Мы немного проголодались, поэтому купили момидзи-мандзю* в ближайшем кафе и сели на ступеньки у воды.

*п.п.: Момидзи-мандзю — это традиционное японское лакомство, гречнево-рисовый пирог в форме листа японского клёна. Его готовят из муки, воды, сахара и крахмала, а в начинку кладут сладкую бобовую пасту из бобов адзуки.

Море сверкало под осенним солнцем. Кажется, сейчас время, близкое к приливу.

— Ты долго молилась. О чём ты так просила?

— У меня есть желания. Я, хоть и не выгляжу так, но довольно жадная.

— Жадная? Не стоит так о себе говорить.

Кумико наклонила голову. «Ну, это зависит от содержания», — пробормотала она, а затем тихо добавила:

— Сначала я поблагодарила за всё, что было до сих пор. А потом пожелала, чтобы желание кое-кого сбылось. Вот и затянулось.

— Кое-кого?

— Да. Этот человек, кажется, готовится к сложному экзамену, выглядит немного уставшим и, возможно, сломленным. Я молилась, чтобы он смог снова собраться и не сдавался.

Она совсем не жадная. Желать счастья другим, а не себе, — это хорошо.

Но «сложный экзамен» и усталость... Где-то я уже слышал о подобной ситуации.

— Какой экзамен?

— ...Наверное, экзамен на госслужбу.

— Хм. Этот кто-то очень похож на меня.

Хотя я не чувствую себя сломленным, и я не говорил Кумико, что хочу стать судебным следователем, так что, вероятно, это просто совпадение. У неё наверняка есть и другие знакомые, которые стремятся к госслужбе, ведь это не редкость.

— Похож?

Наши взгляды встретились, и она улыбнулась. ...Сегодня моё сердце бьётся так сильно, что одной руки не хватает, чтобы его успокоить.

Чтобы скрыть неловкость, я решил съесть момидзи-мандзю, но сзади вдруг высунулась чья-то мягкая и пушистая шея.

(Что?)

И, прежде чем я успел что-то сказать, мой пирожок был украден. Моё бедное момидзи-мандзю стало жертвой дикого оленя. В знак благодарности он ещё и потянул меня за волосы.

— Что ты делаешь, чёртов олень?! Если съел, то убирайся!!

Я закричал, и олень убежал. Он не тронул Кумико, так что, видимо, он разбирается в людях. Я с досадой посмотрел на его убегающий зад.

— Сэмпай... Ты кричал на посланника богов..., - сказала в приступе хохота Кумико.

Видимо, моё незрелое поведение её очень развеселило.

— Тебя легко рассмешить.

— Прости... Вот, возьми половину моей булочки, в знак прощения.

Она разделила своё момидзи-мандзю пополам и протянула мне. Этот интимный жест снова заставил моё сердце биться чаще.

Из-за чувства вины перед Наоей и учащённого сердцебиения я так и не смог по-настоящему насладиться вкусом момидзи-мандзю, которое ел впервые за долгое время.