Хэтэуэй невольно моргнул, услышав звуки, исходящие вне Xi Гандама через наушники в шлеме. В тот же момент он увидел ночное небо, простирающееся перед ним вдаль и вширь. Люк грузового контейнера вырвало.

Пока Хэтэуэй цокнул языком, жалуясь на свою слабость и неподготовленность к бою, он увидел вспышку под ногами, и кабина сильно затряслась. Приток крови к мозгу внезапно прекратился. В глазах потемнело, и Хэтэуэй потерял сознание.

Сферическое ядро кабины вращалось по линейной системе. Неподвижность сидения поддерживалось тремя слоями амортизаторов. Случился резкий толчок, вызванный взрывом топлива грузового контейнера. Приходя в сознание, Хэтэуэй позволил гневу, нарастающему внутри него, взять верх.

— В моей голове бардак! Наверное, это все из-за Гиги.

Темнота в его глазах, которая казалось неподвижной, хотя двигалась столь же реально, как и его гнев, являлось комплексом вещей, давящих на него.

Яркая полоса света появилась в правом верхнем углу поля зрения Хэтэуэя отразилась от тьмы, превратившись в две полосы света. Его глаза посмотрели на поверхность моря.

— Черт!

Хэтэуэй понимал, что Xi Гандам, которым он управляет, подвержен гравитации, однако компьютер, управляющий доспехом, все еще работал. Он попытался повернуть модуль грузового контейнера для подъема. За темнотой Хэтэуэй увидел звездное небо.

На нижне-правом многофункциональном экране было видно, как контейнер, сопротивляясь гравитации, принимал вертикальное положение. Даже вспоминая ощущения от открытого космоса во время испытательного полета на Луне, нынешний полет больше походил на борьбу с гравитацией.

— Враг?

Хэтэуэй увеличил масштаб изображения в небе слева и ужаснулся. Однако луч света вырвался из тени, словно пытался сдуть мысли Хэтэуэя.

Луч пушки мегачастиц промелькнул рядом с ним. На мгновение яркая вспышка света озарила кабину, сотрясая воздух и весь контейнер. Сквозь дрожь послышался более резкий пронзительный звук. Частицы луча мегачастиц разлетелись в разные стороны, впиваясь в контейнер и Xi Гандам. Частицы оставили лишь крошечные дырочки, но в некоторых ситуациях даже такие маленькие дырочки могут привести к фатальному исходу. К счастью, находясь в атмосфере, частицы сильно замедлились и не пробили броню Гандама.

Хэтэуэй перепроверил состояние Xi Гандама и решил вылезти из грузового контейнера.

— Погнали!

Хэтэуэй видел, как свет от хвостового наконечника приблизился прямо к нему, набирая скорость. Он увеличил тягу Гандама, понимая, что его разум тянется к полоске света – последнему ускорению термоядерного реактора.

Резкая вспышка окутала весь грузовой контейнер, расплавив остатки контейнера. Вспышка, разрезающая воздух, заставила Гандам оторваться от грузового контейнера. Взамен вибрация лишь сильнее усилилась.

«Ничего... Я как-нибудь справлюсь!» — прокричал про себя Хэтэуэй, уклоняясь зигзагами от атак, исходящих из тени.

Гандам взмыл вверх, пытаясь противостоять потоку лучей мегачастиц. Он так легко взмыл в воздух, будто в руках Хэтэуэя был легкий радиоуправляемый самолет.

— Увернулся? Как? — простонал Лейн Эйм.

— Значит, Мафти получил доспех нового поколения, — подметил Гауман.

— С летательной системой Миновского?

Сардоническая улыбка на лице Гаумана помогла Лейну восстановить самообладание.

— Я в этом не разбираюсь. Я первый раз вижу его.

— Члены Мафти вечно говорят о том, в чем не разбираются.

— Я уже говорил, что нам ничего не рассказывают, чтобы мы не разболтали, ничего лишнего.

— Не умничай!

Лейн развернул Пенелопу, но скорость Xi Гандама, покинувшего грузовой контейнер, была настолько высокой, что у Лейна перехватило дыхание.

— Не преследуй его! Он сейчас попытается тебя сбить! — запаниковал Гауман.

Такое преследование врага больше походило на то, как мышь бежит в мышеловку.

— Я не идиот!

— Да ты себя в могилу загоняешь! Я не хочу умереть вместе с тобой!

— Мы не умрем!

— Умрем, если продолжишь в том же духе!

— Хватит принижать меня!

— А я не принижаю! Я лишь констатирую факт!

В тот же миг луч пушки мегачастиц пролетел очень рядом с Пенелопой.

— Фух!

Лейн Эйм в последний момент успел увернуться.

— Как?! На такой высоте?!

Услышав слова пилота, Гауман сильно разочаровался в нем. Лейн думал, что увернулся от атаки, но на самом деле это было отвлекающий маневр Хэтэуэя.

— Не теряй бдительность! Он появится справа или слева!

Поскольку Гауман сидел на сиденье, подсоединенное к подлокотнику, он очень сильно почувствовал удар, поэтому решил сделать все возможное, чтобы выжить.

— Направо!

Лейн собирался ответить на приказ Гаумана, но не смог, так как мгновение спустя луч пушки мегачастиц попал в Пенелопу. Мириады частиц разлетелись в разные сторону, а кабина пилота покраснела от ярких частиц.

— Взлетай!

— Да я знаю!

Пенелопа резко поднялась вверх. В ответ спинка сиденья Гаумана громко скрипнула.

Увидев бой, происходящий на высоте около восьми тысяч метров, шесть Густавов Карлов взмыли вверх с трех Кессарий (разновидность Бейз Джаббера) и полетели к Xi Гандаму. Для них вспышка, созданная пушкой мегачастиц, были хорошим ориентиром, как для насекомым, увидевших источник света.

Поскольку у Густав Карлов нет летательной системы Миновского, как у Гандама и Пенелопы, они вынуждены только резко подниматься вверх, а затем медленно планировать вниз. Так они успеют сделать только один-два выстрела.

Хоть Хэтэуэй и попал под перекрестный огонь Густава Карла как раз в этот момент, когда он приходил в себя после испытательного полета Гандама, он не запаниковал.

— Я Мафти Эрин и не хочу лишних жертв, поэтому улетайте отсюда прочь!

Хэтэуэй то поднимался, то опускалась в своем Xi Гандаме, делая заявление на радиочастоте Сил Земной Федерации. Они не могли не услышать его слова, так как сигнал легко принимался на близком расстоянии, несмотря на испускаемые частицы Миновского. В ответ несколько лучей пролетело рядом с Гандамом. После своего заявления Хэтэуэй подметил, где находятся Густавы Карлы.

— Похоже, вы решили проигнорировать мое сообщение! Вы сами избрали свою судьбу!

Хэтэуэй, проигнорировав выстрелы слева и справа, навел лучевую винтовку в правой руке и выстрелил в мобильный доспех врага. Начальная скорость заряда пушки мегачастиц Xi Гандама была заметно более быстрой, чем у старых моделей. На мгновение случилась яркая вспышка в воздухе, означающая, что Хэтэуэй уничтожил один из мобильных доспехов Федерации. Затем Гандам на скорости, превышающей скорость падения, промчался сквозь облака.

Пенелопа Лейна, которая сначала собиралась контратаковать, решила пропустить Хэтэуэя после того, что случилось с Густавом Каролом. Хэтэуэй навел прицел на Кессарию и нажал ка спусковой крючок, учитывая погрешности, вызванные атмосферным давлением. На месте Кессарии вспыхнул огненный шар. Парение Густава Карла крайне ограничено, поэтому, если под ногами не будет Кессарии, доспех упадет в воду. Без летательной системы Миновского мобильные доспехи утонут в море. Таким образом, уничтожение одной Кессарии приведет также к выведению из строя трех Густавов.

Пилоты Густавов явно были потрясены происходящим, поэтому попытались покинуть зону боевых действий, чтобы скрыться.

— Что же будет дальше?

Внутри себя Хэтэуэй понимал, что сейчас начнется настоящий бой, ощущая, как к нему приближается Пенелопа. Хэтэуэй поднял щит, который держал левым манипулятором, в тот самый момент, когда заряд пушки мегачастиц должен был вот-вот попасть в цель.

Щит начал гореть. Расплавленные частицы металла и волокна армированного пластика превратились в раскаленную нить и рассеялись по всему воздуху.

— Вот он!

За слоем воздуха, который был еще горячим от луча мегачастиц, прожегшего щит, Хэтэуэй увидел тень Пенелопы. Он инстинктивно выдернул лучевой меч из запястья манипулятора, скрываясь в тени щита.

— Вы зашли слишком далеко, создав клон Пенелопы! — послышался сердитый голос Лейна.

Лейн связался с ним через контактную связь, работающую на близкой дистанции.

— А я сюда не шутки пришел шутить! — рефлекторно в ответ крикнул Хэтэуэй, взмахнув левым манипулятором.

На левом мониторе отобразилась кривая линия от лазерной сабли, намекающая на то, что он во что-то попал, но явно попадание не было критическим. Среди дрожащего воздуха можно было разглядеть тень Пенелопы.

— Уходи, а не то он нас убьют!

— Заткнись!

Хэтэуэем двигало желание поймать тень мобильного доспеха противника, но вместо этого он перемещался слева направо и наверх, периодически стреляя из лучевой винтовки и размахивая лазерной саблей.

— Гауман, ты предал нас или тебя используют как щит?! Ответь мне! — вопрошал Хэтэуэй.

Хэтэуэй хотел верить, что голос, который он только что услышал, был слуховой галлюцинацией. Похоже, Гауман не мешает Лейну пилотировать доспех. Получается, он никого не предавал, поэтому Хэтэуэй сказал это, чтобы поддразнить вражеского пилота. Облака на мгновение расступились. За ними вдали отчетливо показался преследующая его Пенелопа.

— Он мой щит!

Услышав столь дерзкий ответ, Хэтэуэй оказался возмущен этим.

— Тогда отпусти его! Как я могу доверять тебе?

Хэтэуэй взмахнул лазерной саблей. В ответ Пенелопа тоже достала свою саблю и вступил в бой.

— Забудь обо мне и улетай с новым доспехом! — послышался крик Гаумана за стуком лазерных саблей

— Лейн, ты подлый ублюдок! Ты что, не можешь сражаться, не беря заложников?!

— Ты знаешь мое имя?!

— Дерись, как настоящий пилот!

— Я отпущу! Он здесь только по приказу капитана! Я смогу тебя победить и без него!

— Отпустишь?

Когда лазерные сабли столкнулись, образовавшиеся при этом искры, вызвали вибрацию, подобную ударной волне. Затем последовало еще несколько встречных ударов саблей. Прежде чем Хэтэуэй успел задать свой вопрос, Пенелопа резко отступила и предупреждающе выстрелила из лучевой винтовки. Тем временем люк кабины пилота открылась.

— Держи его! — послышался в наушниках голос Лейн Эйма.

— А?!

Хэтэуэй заметил, как что-то появилось спереди от Пенелопы, поэтому приблизил картинку на экране. Кажется, будто рядом с кабиной пилота Пенелопы появилась небольшой луч свет.

— Гауман?!

Хоть Хэтэуэй и подозревал, что это может быть ловушка, но все равно приблизился к падающему телу. Он развернул доспех спиной к земле и сравнял скорость со скоростью падающего человека, держа щит поднятым, а лучевую винтовку навел на Пенелопу.

— Мне кажется, все пройдет как надо... — был убежден Хэтэуэй.

«Честный юноша, не знающий настоящего боя, будет полагаться на так называемую «честь». Хороший парень».

Луч света исходил из фонарика закрепленного на бедре Гаумана. Он падал, словно прыгнул с парашютом, стабилизируя положение тела, вытянув руки и ноги в разные стороны. На нем не было наручников.

Хэтэуэй открыл люк кабины, борясь с напором ветра, прижимающего тело к сидению, наклоняясь, чтобы повернуть рычаги управления влево и вправо. Слабый свет от Гаумана скользнул в воздухе над ним. Хэтэуэй расширил луч прожектора Гандама и навел его на Гаумана. Так Xi Гандам стал отличной мишенью для вражеских мобильных доспехов. Только Хэтэуэй подумал об этом, как тут же со всех полетели многочисленные лучи. Со всех, кроме Пенелопы.

— Не стреляйте пока! — послышались слова молодого человека.

В этот момент Хэтэуэй выключил радио, настроенное на частоту Сил Федерации. Шум от помех, создаваемое частицами Миновского, раздражали его. Пенелопа совершила резкие движения влево и вправо, подавая сигнал союзникам, чтобы они прекратили огонь.

Хэтэуэй оценил поступок Лейна, который был слишком хорош, чтобы быть правдой, но подумал, что если его собьют, это не будет большой проблемой.

«Он достойный противник, но все же было бы лучше, если бы Лейн Эйм был взрослее».

Гауман напрягал руки и ноги, чтобы оставаться в луче прожектора. Не было способа снизить скорость его падения. Хэтэуэй контролировал тягу, чтобы подняться, и ускорился еще больше, когда Гауман появился перед ним в поле зрения, при этом он все равно оставался в центре люка.

Внезапно напряженное лицо Гаумана приблизилось, а затем скользнуло вниз. Из-за давления ветра тело Гаумана значительно наклонилось и пропало из поля зрения Хэтэуэя.

— Гауман!

Хэтэуэй включил двигатели на плечах Гандама. Тело Гаумана сместилось вверх, попав в поле зрение Хэтэуэя, и тут же Гауман попал в кабину Xi Гандама, а затем люк в кабину закрылся.

— Агх! — из уст Гаумана вырвался голос, не похожий ни на рычание, ни на смех.

— Сейчас начнется самое запарное! — сказал Хэтэуэй, разыскивая Пенелопу.

— Похоже на то...

Гауман зашел за сидение Хэтэуэя и уселся на его опорную перекладину, но она не могла выдержать вес тела. Если начнется серьезный бой, Гауман мог получить серьезную рану, так как его тело начнет летать по всей кабине.

— Я ждал не из-за жалости! Я собираюсь преподать вам урок, что террористы могут только копировать. Первоначальный доспех с летательной системой Миновского сильнее любого подражателя! — пробормотал себе под нос Лейн, удостоверившись, что его союзники отступают к своим Кессариям.

Он надеялся, что за это время Xi Гандам уже забрал Гаумана, и враг уже готов к бою.

«Больше не о чем беспокоится».

Лейн понимал, что перед ним достойный противник. Он предполагал, что сила вражеского доспеха такая же или превосходит Пенелопу. Лейн направил лучевую винтовку Пенелопы перед собой, высматривая противника и одновременно осматривая воздушное пространство, где исчез прожектор Гандама. Ракеты на бедре остались нетронутыми.

Хэтэуэй позволил Гандаму опуститься, в результате чего Гауман оказался вдавлен в спинку сидения. При этом он изо всех сил старался удержаться на месте, опираясь на переднюю часть спинки сидения Хэтэуэя.

— Нужно все сделать как можно быстрее. Получиться ли?

— Попробуй, — хмыкнул Гауман за спиной Хэтэуэя, устроившись на подлокотнике сидения.

— Он за нами не летит?

Падая и отступая, Хэтэуэй ускорился, оказавшись на высоте трёхсот метров.

— Черт!

У Хэтэуэя не было иного выбора, кроме как игнорировать ворчание Гаумана. На мгновение перед Пенелопой вспыхнула вспышка света. Гандам еще больше ускорился. Вспышки нескольких ракет преследовали Гандам по вертикали. Гандам медленно снизился до ста метров над уровнем моря.

— Быстрый!

Лейн заметил, что высота Гандама стремительно падает из-за резкого ускорения. Такими темпами буквально через пару секунд враг упадет в море. Есть только один шанс. В ином случае придется вновь искать врага в этой темноте, чтобы его атаковать. Когда битва затягивается, может случиться что угодно. Незыблемое правило любого боя гласит, что исход боя должен быть решен быстро.

В море поднимались столбы белой воды, возникающие при ударе ракет о поверхность океана. Вспышка хвостового наконечника мобильного доспеха уходящего противника виднелась впереди. Брызги воды поднялись вверх с поверхности океана из-за пролетающего над ним Гандама.

— Идиот!

Все это крайне сильно облегчало прицеливание Лейна, поэтому он был уверен, что один выстрел из лучевой винтовки положит конец бою. Лейн направил прицел чуть вперед от белых столбов воды, целясь туда, куда предположительно полетит Xi Гандам, и собрался нажать на курок.

В этот момент мобильный доспех врага ускорился еще сильнее, что можно было предположить по быстро вспыхнувшему свету. Этот свет отражался от поверхности океана, продвигаясь вперед, как будто отделилось от вспышки хвостового сопла мобильного доспеха. Кажется, будто Гандам пытается избежать боя.

Понимая, что вот его шанс, Лейн несколько раз выстрелил из лучевой винтовки. У него было ощущение, будто забивает последний гвоздь в крышку гроба. Лучи винтовки превращались в волнистые линии, следовали за противником, создав в конце своего пути яркие вспышки. Однозначно это были взрывы.

Но даже так вскоре Xi Гандам появился в поле зрения, посылая шквал ракет, и отступил.

— Почему?!

Лейн смог закрыть щитом переднюю часть кабины. Раздался грохот и вспыхнуло пламя. После того как все закончилось, Лейна окружило что-то черное. Сильная дрожь пробежалась по его телу.

— Что за черт?! Что происходит?!

Лейн не знает, сколько именно ему времени понадобилось, чтобы прийти в себя. Он остался рад, что после произошедшего остался жив и отделался лишь несколькими синяками. За это он был благодарен Богу.

Лейн нащупал кнопку на поясном ремне и включил фонарик на шлеме своего скафандра. Поверхность неработающего дисплея стало полностью черным, а дисплей панели консоли не показывал никаких признаков перегрузки.

— Меня контратаковали, хотя я надеялся забить последний гвоздь в гроб...

Ничуть не расстроившись, он отдался на волю покачавшийся Пенелопы, скользившей по поверхности океана. Лейн пытался понять, почему произошло то, что произошло. Он понял, что люк кабины пилота находится внизу.

— Значит, я стрелял не в мобильный доспех... Что же произошло? Пока я был уязвим, мобильный доспех приблизился ко мне и обрушил на меня шквал ракет.

Лейн покачал головой, проверил состояние кабины и, стоя на люке, проверил систему жизнеобеспечения скафандра. Он достал боевой спасательный комплект для экстренной ситуации в море и попытался открыть люк, но он не открылся автоматически.

— Черт!

Лейн Эйм попытался открыть люк вручную, но у него все равно не получилось. В итоге, чтобы выбраться наружу, пришлось взорвать люк. Пенелопа держалась на поверхности океана, используя аварийную подушку безопасности, пока Лейн забирался наверх и ждал спасения.

Так закончился второй реальный бой Лейна Эйма.

***

Покинув поле боя, Xi Гандам вместе с Хэтэуэем и Гауманом, летя на небольшой высоте, вышел на связь со своими товарищами. Так Гандам оказался на союзном корабле.

— Лучевая винтовка пропала, — сказал механик Максимилиан и с сомнением посмотрел на Хэтэуэя.

— Он использовал его как отвлекающий маневр. Пенелопа выстрелила в нее вместо Гандама. Я бы умер, если бы не поразительная сообразительность Хэтэуэя, — потянувшись, объяснил Гауман.

— Как?

— Хэтэуэй выстрелил из лучевой винтовки и отпустил ее. Поскольку она находилась прямо над поверхностью океана. Свет от луча казался очень большим. Пока противник вел снайперский огонь, Хэтэуэй приблизился и обстрелял его ракетами. Тем не менее мне кажется, мы его не уничтожили.

— Хм... Отлично получилось, — с улыбкой на лице похвалила его Эмеральда, перед этим покачав головой.

У нее есть странная привычка вести себя с Хэтэуэем как старшая сестра, хотя и признавала его способности.

— Как только убедимся, что за нами точно никто не следит, тут же отправимся на разведку в Оэнбелли. Хорошо?

— Хорошо. Надеюсь, Максимилиан постарается и сделает все возможное.

Ирам хоть и делал вид, что ему нечего сказать, но Максимилиан не мог так поступить. Ему нужно было поспешить и подготовить Xi Гандам к следующей миссии.

— Максу досталось тяжелая работенка?

Керия прошла мимо Эмеральды, которая побежала к своему Мессеру.

— Керия, ты успела вернуться!

— Конечно. Из Гонконга выбраться проще, чем из космоса.

Керия должна была быть в Гонконге, чтобы встретить Хэтэуэя. Она была из тех женщин, что с первого взгляда очаровывают мужчин. Керия ровесница Хэтэуэя. У нее короткая стрижа, из-за которой сзади ее можно было ошибочно принять за парня.

— Нам удалось забрать только половину запчастей, которые были в грузовом контейнере до того, как он утонул.

— Все из-за Эмеральды, которая сломала нос контейнера.

— И ты ее даже не наругаешь?

Керия протянула Хэтэуэю энергетический напиток, который она держала под папкой, будто прятала его.

— Спасибо. Да я и сам молодец, потеряв лучевую винтовку.

— Понятно. Как дела?

Когда на ее лице злая ухмылка, это значит, что она в хорошем настроении, но это также происходит тогда, когда Керия пытается скрыть свои эмоции. Хэтэуэй осушил энергетик, задаваясь вопросом, о чем она вообще думает и тихо пробормотал:

— Керия всегда такая...

— Отправиться на разведку Оэнбелли это, конечно, хорошо, но мы не можем недооценивать военную мощь Кимберли.

— Что говорит генерал?

— Все то же самое. Даже если учесть замену нескольких министров, правительство Земной Федерации не проявляет никакого интереса к реформам.

— Тем не менее мне кажется, что вскоре среди космоноидов появиться движение, которое сможет надавить на правительство Федерации.

Керия облокотилась о поручень, будто хотела столкнуться с плечом Хэтэуэя.

— Как тебе Гиги Андалусия? Она весьма любопытная, не так ли?

— Гиги странная девушка.

Хэтэуэй почувствовал от улыбки Керии запах женщины и попытался отстраниться. Рядом с ним стояла девушка, тронутая его словами. Девушка, которую не считал ошибкой.

— Она тебе напоминает Куисс Параю?

— Не совсем...

Хэтэуэй попытался повернуться спиной к Керии, но ее плечо было прижато крепко прижавшись к спине Хэтэуэя.

— У тебя так много романтических интересов... — произнесла Керия, почти коснувшись уха Хэтэуэя.

***

— С Лейном все в порядке?

— Да. Учитывая повреждения его доспехов, это чудо, что он вообще выжил. Все благодаря тому, что ты рядом с нами. Моя интуиция меня не подвела. Ты моя богиня удачи.

— Правда? Не хотелось мне ею становиться.

— Тот факт, что ты выжила в утренней бойне, еще одно доказательство твоей удачливости. Готов поспорить...

— У меня тоже есть свои планы. Через несколько дней я отправлюсь в Гонконг.

— Хорошо. К тому времени я разберусь с Оэнбелли.

— Что ж... Мне пора готовиться к переезду. В ином случае мне не удастся извиниться перед графом.

— Понятно. У всех людей есть обязательства, и они всегда крайне обременительны.

— Обязательства... Можно и так сказать.

— Живя с этими обязательствами, чувствуешь ли ты себя лучше?

— Я не так уж сильно одержима жизнью.

Гиги слегка испугалась, что ее желание услышать о Хэтэуэе отразилось на ее лице, когда она, прищурившись, посмотрела на закат.