— Паршиво... Охотники.

— А?

Услышав слова Митцуды, Хэтэуэй посмотрел на лобовое стекло. Население этого района было небольшим, но с наступлением вечера возле развлекательного района активно собирались люди. Прямо по центру улицы, перекрывая проход, стояли черные минивэны, рядом с которыми стояли люди в черных кожаных куртках.

— И что нам делать?

— Ты можешь расслабиться, а вот нас могут арестовать.

Михессия подняла воротник куртки. У нее уже был печальный опыт, когда ее поймали Охотники и насильно депортировали в космос. Второй арест отправил бы ее в пограничную колонию, известную как «отдаленный остров». Для Федерации это был настоящий позор использовать депортации в космос в качестве наказания, вселяя страх в сердца людей.

— Мы знаем этот район также хорошо, как и они, поэтому... — сказав это, Митцуда повернул машину направо, в подворотни.

— Они нас заметили?

— Они были заняты погрузкой пойманных людей в машины...

Митцуда поглядывал в левое и правое зеркало, чтобы не врезаться в людей.

— Раз уж загнали в угол, значит, пора хрустеть пленкой в зубах.

— Так и сделаю.

— Черт!

Впереди появилась машина. Митцуда запаниковал и повернул руль направо, пытаясь не врезаться. Скорость машины возросла, и они смогли выехать на другую улицу. Не зная, куда повернуть, Митцуда остановил машину. Хэтэуэй боковым зрением встретился с мужчиной в черной одежде с забралом. Охотники всегда одевались во все черное, независимо от климата. Это доказывало то, что они были группой, любящей запугивать обычных людей.

— Покажите свой вид на жительство! — сказал Охотник, постучав по стеклу кончиком своей дубинки.

В момент, когда Хэтэуэй собрался опускать стекло, Митцуда нажал на педаль газа и завернул вправо. Хэтэуэй врезался в спинку сиденья, а Охотник упал, крича от ярости:

— Вот сукин сын!

Охотник вытащил пистолет и начал угрожающи стрелять.

— Кого-то из гражданских подстрелили! — закричала Михессея, оглядываясь назад.

Несмотря на кроткий характер, Митцуда был выдающимся водителем. В руках опытного человека старый бензиновый автомобиль отлично пробивался через встречный поток машин, направляясь в пригород. Сзади раздавался вой от патрульных машин, которые медленно приближались слева и справа.

— Хэтэуэй, уходи!

— А вы?!

— Мы найдем место, где можно избавиться или утопить машину!

— Точно получиться?!

— У меня есть на примете пару мест как раз для такого случая.

Два раза свернув в подворотнях, Митцуда резко затормозил. В этот момент Хэтэуэй вышел из машины.

— Извините за все. Не дайте им поймать себя.

Не тратя время на выслушивание слов Хэтэуэя, Митцуда нажал на газ, чтобы разогнаться до максимальной скорости, стирая шины об бетон. Не имя возможности проводить машину взглядом, парень пошел в противоположном направлении, стараясь вернуть себе спокойное выражение лица. Мимо проехало три минивэна, заставляя другие машины разъехаться по сторонам. Хэтэуэй заметил пулеметы, установленные на крышах минивэнов.

— Мы действуем от имени военных! — кричали Охотники по громкоговорителям.

Ругаясь про себя, парень искал глазами такси и тут же запаниковал, не увидев поблизости проезжающих машин. Он понял, что уход из отеля без планов на вечер вызовет очень много подозрений. Беспокойство за судьбу Митцуды и Михессии не принесет никакой пользы, поэтому, чтобы отвлечься, Хэтэуэй зашел в сувенирный магазин, купив типичный туристический сувенир.

— Они проверяли ваш вид на жительство? — спросила местная продавщица, пробивая товар.

— А как же по-другому... Они часто проверяют их?

— С тех пор как Земная Федерация привела подкрепление на базу, они зачастили с этим. Даже в горы лезут со своими досмотрами. Почему бы Мафти не разобраться с ними?

— Говорите такие вещи, когда вокруг полно Охотников... Вас такими темпами могут депортировать, — сказал Хэтэуэй, взяв чек.

— Вам не кажется, что люди из Мафти глупые?

— Согласен. Тут есть неподалеку стоянка такси?

— Да, если примерно пятьсот метров идти направо, но сейчас там довольно шумно.

— Спасибо.

Зная, что дата и время напечатаны на чеке, Хэтэуэй тут же на улице разорвал его и выкинул, а затем неохотно пошел к стоянке такси. Охотники продолжали свою охоту, разъезжая на своих черных машинах. Парень мог лишь стоять и ждать пока на стоянку приедет такси, подумывая пойти до отеля пешком.

— Угх!

Дверь в здание позади резко открылась, и из него выбежало три-четыре человека, будто их выкинули оттуда. Вскоре за ними вышли несколько Охотников.

— Да вы издеваетесь!

— Вы нарушаете права человека!

Гражданский кричал это до тех пор, пока его подбородок не столкнулся с сапогом Охотника.

— Не надо!

Женщина обхватила ладонями сапог Охотника и тут же получила удар дубинкой. Она рухнула на бок. В это время другой Охотник пнул ее в пах.

— Если ждешь такси, жди его в другом месте! Ты не видишь, что мешаешь нам! — прокричал Охотник Хэтэуэю, когда группа Охотников выбежала из черной машины.

Хоть тон Охотника и был более вежливым по отношению к человеку, которого не собирались арестовывать, однако Хэтэуэй все равно получил легкий удар дубинкой.

— Ай!

Как только еще несколько человек оказались выкинуты на улицу, раздался выстрел. Когда Хэтэуэй отошел от стоянки такси, он заметил, что кто-то на третьем этаже выстрелил.

— Ублюдки!

Пулемет патрульной машины, припаркованной на стоянке такси, несколько раз выстрелил в ответ, вызвав ослепляющую вспышку. Перестрелка продолжалась несколько секунд. Один из Охотников погиб, однако взамен двое мужчин в футболках вывалились из окон, падая на землю с тошнотворным хрустом. С испуганным выражением лица Хэтэуэй, проходя между патрульными машинами, выставленными поперек улицы, переходил дорогу, чтобы подойти к такси.

— Можете подвезти меня?

Водитель одобрительно махнул рукой.

— Охотники сказали мне встать здесь. Взяли и заняли стоянку такси своими машинами.

Водитель посмотрел на ужасные события, происходящие неподалеку, и впустил Хэтэуэя внутрь машины, стараясь сделать вид, что не видит пакет с сувениром в руках парня. Хэтэуэй сел в машину и сказал, что нужно подъехать к зданию рядом с отелем Tasaday.

— Нам понадобиться больше времени, чем обычно, чтобы проехать.

— Вам дать еще денег?

— Не нужно.

Хэтэуэй установил зрительный контакт с водителем, пока тот смотрел в зеркало заднего вида, чтобы подтолкнуть человека к разговору.

— Охотники те еще твари, — сказал водитель, когда машина начала набирать скорость и появилась возможность перевести дух.

— Было весьма неожиданно увидеть перестрелку в городе. Похоже, стреляющие погибли.

— Такое происходит каждый день. Почему бы Мафти не заняться ими.

— Согласен. С ними стоит разобраться.

— Вы тоже согласны? Я, конечно, не слежу за последними новостями и не очень образован, но вроде бы правительство Земной Федерации депортирует в космос тех, кто не доволен положением дел, не так ли?

— Мгм.

Несмотря на противоречивые чувства водителя, Хэтэуэй чувствовал облегчение из-за того, что услышал, что обычные люди хотят, чтобы Мафти избавился от Охотников. Как-никак они были военизированной организацией, имеющей конкретную идеологию, и было приятно услышать, что кто-то хоть немного разделяет схожую идеологию. Всегда хочется верить, что, применяя насилие, ты приносишь людям справедливость.

— Мафти, конечно, молодцы, что пытаются вправить мозга Земной Федерации, однако, в конце концов, они хотят всех землян отправить в космос. Честно говоря, я не понимаю, зачем. Вроде бы атмосфера Давао не так сильно загрязнена.

— Вот только растительности сейчас не так много, как раньше, да и рыбу сейчас далеко не так просто поймать.

— Может быть. Хотя вроде бы люди на островах без проблем находят себе еду.

— Вполне вероятно. Мафти смотрит в будущее на несколько тысяч лет. Мне интересно, правда ли это.

— Полагаю, у них полно свободного времени. Увы, но смотреть так далеко я не могу себе позволить.

— Не можете позволить...

Такое простое словосочетание шокировало Хэтэуэя. Для людей, что жили в мире, где с каждым днем становились все хуже и хуже, смотреть в такую долгоиграющую перспективу было бессмысленно. С другой стороны, Хэтэуэй понимал, что люди, постоянно думающие о чем-то в далекой перспективе, легко могут споткнуться об преграду под ногами.

— Как можно думать о завтрашнем дне, когда единственное, о чем ты думаешь, так это как заработать деньги, чтобы затем их отдать толстосуму взамен на вид на жительство.

— Я вас я хорошо понимаю, — согласился Хэтэуэй, рассеяно смотря на обочину дороги, где ряды кокосовых пальм перетекали в вечернее небо.

Все, как сказал водитель и Гиги... Хэтэуэй уничтожил бы всю сформировавшуюся систему, если бы у него была бы на то возможность. Однако он был в ужасе от того, каким иерархичным государством стала Земная Федерация. Это можно было заметить даже по поведению членов Бюро Расследований. Чтобы разрушить эту иерархию, нужно вселить страх в самое ядро Федерации. Вот только если он так сделает, внутри правительства Федерации никто не будет проводить положительных реформ.

Анализируя все это, Хэтэуэй расстроился.

Чтобы продолжать жить на Земле, нужно получить разрешение, выдаваемое правительством Земной Федерации. Это оказалось необходимым, когда люди начали активно мигрировать с Земли сами и в том числе принудительно. Миграция началась из-за загрязнения экологии отходами современной цивилизации. Парниковый эффект привел к повышению средней температуры на два градуса. Людей охватил страх неминуемой гибели планеты.

Постоянная нехватка продовольствия и умирание природы, вызванное аномальными переменами погоды, привели Землю к такому состоянию, когда планета больше не могла терпеть землян. Миграция в космос является необходимостью. Однако если люди тут же покинут планету, человечество больше не сможет строить космические колонии.

Осознав происходящее с планетой, правительство Земной Федерации решило как можно быстрее построить еще больше колоний. Затем Федерация начала принудительное переселение человечество в космос. Вот только вскоре появились исключения из правил для людей, которые собираются сохранить природу Земли и культуру народов планеты.

Закон работал не идеально, так как среднестатическому человеку не казалось, что Земля на грани смерти, поэтому закон очень широко интерпретировали. К тому же многие люди, рожденные на Земле и привыкшие к гравитации, начали просто игнорировать этот закон. Это было не удивительно. Человечество просто не могло признать, что планета умирает из-за их собственной любви к размножению.

Миграция в космос была ценой, которую человечество вынужденно заплатить. Эпоха переселения в космос не была похожа ни на новый фронитр, ни на эпоху новых открытий. Люди все сильнее осознавали это. Разочарование, вызванное этим, еще больше разожгло ненависть тех, кто жил на колониях. Желание космоноидов вернуться на Землю было парадоксально, но тем не менее, естественным результатом.

Вторым грехом человечества было продолжение считать Землю своим единственным домом, куда они хотели вернуться жить после своего бездумного размножения. Для возрождения планеты нужно тысячу лет. Однако человечество за тысячу лет станет еще больше. Такими темпами люди больше никогда не смогут вернуться на родную планету. Это правда, в которую люди не хотят верить.

По-хорошему нужно было отменить всякие исключения, чтобы все человечество иммигрировало в космос. Если этого не сделать, души тех, кто погиб во время Восстания Чара, не смогут успокоиться с миром. Чар Азнабль попытался силой навязать это Земной Федерации, но ему это не удалось из-за подавляющей силы Федерации. Позже его попытка была прозвана «Восстанием Чара».

Во время восстания Хэтэуэй случайно оказался на борту линкора своего отца, служившего в рядах Земной Федерации. Там парень впервые оказался на поле боя. Именно на фоне этих событий он встретился с девушкой по имени Куисс Парайя. Она смотрела на войну своими невинными, почти детскими глазами. Однако это и ее чрезмерная чувствительность погубила ее.

Вероятно, это были галлюцинации, но Хэтэуэй был уверен, что во время Восстания Чара он слышал крики друзей и врагов, которых поглотило пламя во время борьбы за защиту Земли. Среди бесчисленных криков он услышал голос Куисс, которая была его первой любовью. Она была одна из тех, кто погиб в бескрайней пустоте космоса.

После этого Хэтэуэй решил разобраться в Восстании Чара. Он изучал личности и организации, которые участвовали во всем этом. Хэтэуэй также разузнал о карьере Чара Азнабля. Узнав, что Чар хотел спасти планету, давшую жизнь человечеству, парень проникся глубоким сочувствием к нему.

Реальность преподнесла людям сложные испытания. Если бы основная идея космической колонизации была реализована в полной мере, без исключений, тогда бы Охотники в черной форме воспринимались бы как символ справедливости, старающейся разоблачить незаконных мигрантов.

«Пока существуют исключения для определенных лиц, люди будут продолжать повторять одни и те же ошибки...»

Попрощавшись с веселым водителем, Хэтэуэй через пять минут ходьбы оказался в отеле Tasaday. На ресепшене ему сказали, что в десять утра приедет машина из Бюро расследований. Гиги не была в номере. Чтобы не встретиться с пассажирами Хаузена, Хэтэуэй заказал еды в номер. Он разложил перед собой открытки и другие документы. Внутри себя парень был готов к тому, что Гиги расскажет все Кеннету. Тогда он будет загнан в угол.

Даже если его поймают, то все будет в порядке. В любом случае его товарищи заберут Гандама. Как раз для этого люди из Мафти прибыли в этот район. Хэтэуэй съел жареную камбалу, чувствуя виноватым перед своими товарищами. Он едва успел притронуться к еде, как тут же вернулась Гиги.

— Почему ужинаете в одиночестве, господин герой? — произнес Кеннет.

— А вы здесь какими судьбами?

Тот факт, что Кеннет пришел вместе с Гиги, заставил Хэтэуэя нервничать.

— В смысле? Ты бросил меня и ушел гулять, поэтому я попросила Кеннета, чтобы он составил мне компанию за ужином. Капитан хоть и был занят, но все равно пойдет со мной. Милашка.

Гиги небрежно направилась в свою спальню, чтобы переодеться.

— Получается, ты здесь останешься? — спросил Кеннет.

Используя подготовленное оправдание, Хэтэуэй попытался выяснить, рассказала ли ему все Гиги.

— Куда вы пойдете ужинать? — спросил Хэтэуэй.

— Не скажу. Ты не против, что я позаимствую ее у тебя?

— Как хочешь.

— Тебе все равно?

— Мне она не интересна. Кстати, что там с расследованием завтра?

— Мы решили, что экипаж и члены правительства отправятся в нашу штаб-квартиру. Все, что вам нужно будет, так это подписать отчет, который я составлю, как только люди из Бюро закончат свою работу.

Кеннет вертел в руках дешевый сувенир, купленный Хэтэуэем.

— Безвкусица.

— Думаете? Я никогда ничего подобного не покупал. Мне как раз хотелось что-нибудь, сделанное вручную.

— Похоже, ты все еще ребенок ни смотря ни на что.

— Может, ты и прав. Не очень обдуманная покупка...

— Я почитал о тебе. Когда произошло Восстание Чара, ты был подростком, но при этом смог пробраться на корабль своего отца и даже смог попилотировать мобильным доспехом. Я слышал, что ты неплохо сражался и даже сбил один доспех.

— Это было нарушением военных правил. Я создал множество проблем своему отцу.

— Но все равно впечатляет. Ты смог сбить доспех без какой бы то ни было подготовки. К тому же в армии вечно происходит не пойми, что, так что они сами виноваты, что не заметили, как ты стал пилотом.

— Вполне вероятно.

— С тех пор ничего не изменилось. Глядя на послужной список Кимберли, я в отчаянии качаю головой.

— Мне кажется, отправиться с операцией в Оэнбелли неплохая идея.

— Ты, должно быть, шутишь. Он сделал это назло мне. Я должен был принять командование через три дня, но из-за инцидента на Хаузене все обернулось так. Кимберли планировал к тому времени устроить идиотское шоу и свалить в космос.

— У вас там все не просто так?

— В конце концов, это же обычная организация, которой управляют люди.

— Кучу проблем вам оставил предшественник.

— Это нормально, когда ты из обычной семьи. Хотел бы я, чтобы у меня был знаменитый отец.

— Иметь знаменитого отца не всегда удобно.

— Может быть...

— Извините, что заставила ждать.

Гиги переоделась в темно-синее платье с открытыми плечами и была в приподнятом настроении. Возможность менять настрой с помощью переодевания в платье было одним из преимуществ девушек.

— Капитан, завяжите шнурок. Шнурок на этом платье такой тонкий, что его в одиночку завязать неудобно.

— Хе-хе...

Подмигнув Хэтэуэю, Кеннет подошел к спине Гиги и завязал ей платье. Попивая чай, парень краем глаза наблюдал за ними, изо всех сил стараясь напомнить себе, что Гиги заискивающая девушка.