Мадресс, полночь

　В гавани в полночь Лойе призвал солдат быть в боевой готовности и немедленно повернулся лицом к своему шатру. Это были люди, которых он держал у себя под крылом, чтобы защитить гавань, когда он стал генерал-майором. Он полностью экипировал их и даровал им значительные награды. Они были выбраны в качестве элиты в том случае, если ситуация в провинции существенно ухудшилась. Лойе лично убедил своего отца не отправлять их на континент. Он предвидел неизбежность мятежа.

　— Однако же, подумать только, прославленные укрепления Мадресса с наружной стеной были проломлены за один день. Это ещё одна страница нашей позорной истории? Уверен, отец в ярости.

　Высмеял себя Лойе. События развивались не так, как того хотелось. Всё должно было быть возрождено после того, как они сместили Грола, но реальность была другим делом. Он задавался вопросом, стало ли всё более трагичным с тех пор. Территория растратила все свои деньги и людей на экспедицию, а оставшиеся впали в запустение. Кроме того, солдаты, которые возвращаются, приносят болезнь, нанося большой удар главным образом в сердца тех, кто выжил в беде. Чем хуже было питание, тем легче было умирать людям. А поскольку дворяне обычно не умирали, на них постепенно скапливалась ненависть народа.

　«… Сэр Синтия, вероятно, присоединилась к Армии Красного Круга с юным господином»

　Мысли о благородной женщине рыцаре ночью мелькнули в сознании Лойе. Она отказалась от его приглашения и перевелась в обнищавший север, чтобы позаботиться об Элгаре. Вероятно, единственная причина, по которой она заставила себя служить предателям, была ради Грола. Она шла по пути, который она выбрала для самой себя. Для сравнения, Лойе поступал так, как распоряжался его отец. Если бы он этого не делал, он в конечном итоге закончил бы как Риглетт. Его выбросят и лишат его статуса, и потому он продвинулся вперёд. До тех пор, пока ему светило славное и процветающее будущее, не было причин отступать, или так ему казалось.

　«Но что с того? Неужели это действительно то будущее, которое я хотел?»

　Лойе скомкал отчёт в его кулаке, в котором детально описывались ужасы войны, и яростно бросил его в сторону. И в это же самое время в шатёр зашёл подчинённый, поклонившись.

　— Сэр Лойе. А, эм, прибыл гость, но…

　— Гость в такой кризисный момент? Просто смехотворно, о чём ты думал!? Ты подумал о ситуации!?

　— Но, сэр, мне было поручено передать это… ваш гость — сэр Риглетт.

　— Ты сказал, моя сестра…

　Прервав его, Риглетт вошла в шатёр в форме военной полиции с её обычным кислым выражением. Её кожа была бледной, за исключением тёмных мешков под её резкими глазами. По-видимому, её коварный нрав не изменился.

　— Давно не виделись, Лойе. О, ты же теперь генерал-майор, верно?

　— Подумать только, ты ещё жива… Я слышал от отца, что ты мертва.

　— Ты реально думаешь, что я могу умереть, прежде чем увижу падение вас двоих?

　— Ты действительно не изменилась. И всё же, я не помню, чтобы соглашался на что-то. Вообще, в настоящий момент я довольно занят, так что я бы предпочёл, чтобы ты удалилась.

　Риглетт фыркнула, когда Лойе указал на дверь.

　— Не спеши с такими манерами и подумай, ладно? Слова твоей старшей сестры должны рассматриваться правильными. С самого начала ты был ниже меня, и всегда будешь.

　— Ха-ха-ха, даже это невыносимое отношение осталось таким же. Ты только и делаешь, что говоришь всякое, что отталкивает людей.

　— А ты по-прежнему марионетка того человека, как всегда. Весело быть марионеткой?

　— Не хочу, чтобы меня спрашивала та, чьи нити были отрезаны и выброшена на остров Вилла. Именно так я и стал полководцем. И разумеется я доволен.

　Слова Лойе вызвали улыбку на лице Риглетт.

　— Ху-ху-ху, меня не выбросили, но кое-кто смог воспользоваться шансом. Именно за этим я и пришла сюда сегодня. А ещё пришла, чтобы погоняться за вами, бестолочи.

　— Ты утомилась от своей изящной жизни на острове? Разве ты не должна была припеваючи жить с тем извергом? Было бы только к лучшему, если бы вы двое остались там взаперти на всю оставшуюся жизнь…

　Жизнь Риглетт при наблюдении за её номинальным начальником, на самом деле была всего лишь способом замести помеху под коврик, но она и Ноэль вернулись, чтобы отплатить им и штурмовали Мадресс. Вкратце, у Риглетт никогда не было никаких намерений наблюдать за Ноэль. Лойе не знал, как они это сделали, но казалось, что они даже задействовали солдат на острове Вилла.

　— Закрой свой рот. Мне абсолютно плевать на эту идиотку.

　— А я вот думаю, что ты сейчас её приспешница, дорогая сестра. А-ха-ха, и я уверен, что ты радуешься этому. У тебя нет гордости за своё семейное наследие Грамбулл?

　Лойе глумился, а Риглетт фыркнула в ответ, что только усугубило его постепенно разраставшееся раздражение. Он действительно хотел ударить это самодовольное лицо; возможно, даже понимая, как сильно Уилму хотелось держать её подальше в такой момент.

　— Ху-ху, мне сроду не нужно что-то вроде гордости. Я бы даже продала свою душу дьяволу, чтобы стоять над вами двумя.

　— Изверг не дьявол, верно? Твоя хозяйка.

　— Помолчи. Как я уже сказала, эти глупые вещи для меня не имеют значения.

　— Тогда, не могла бы ты объяснить, почему ты с этой идиоткой? Твоему глупому младшему братцу любопытно.

　— Она идиотка, легковозбудимая, мешается на пути, и ребяческий демон, но она может улавливать разговор, и у неё есть способность доводить дело до конца. Она предпочтительнее каких-то сраных червей, — уверенно заявила Риглетт.

　Это был первый раз, когда он видел её такой уверенной.

　— Ну тогда, какое у тебя дело? Ты разумеется пришла не для того, чтобы поздороваться со мной. Или ты хочешь, чтобы я был союзником?

　— Ху-ху, это обычный вопрос, Лойе. Если ты хочешь помочь члену семьи Грамбулл, нам двоим придётся тайно сговориться.

　— Что за глупости. Я генерал-майор Южной Коимбры. Пожалуйста, подумай более тщательно, прежде чем приходить с такими шутками. Я знаешь ли могу обезглавить тебя сейчас, так что не заходи слишком далеко.

　С ностальгическим видом отвращения Риглетт просто смотрела на него сверху вниз, на его попытку отговорки. Вероятно, она была лучшей на континенте, которая даровала людям чувство, что они были чем-то расстроены.

　— Это не повод для шуток. Разве ты генерал-майор не просто на словах? Все настоящие полномочия у Уилма, ведь так? Вот почему ты можешь командовать только этими людьми, несмотря на то, что генерал-майор — это тот, кто обычно осуществляет надзор за всей армией. Поистине жалкий.

　— … …

　Она была права. Лойе стал генерал-майором, но никогда не возглавлял так много, как десять тысяч человек; не больше трёх тысяч. Военные и государственный дела контролировались его отцом, а Лойе только выполнял то, что было велено. Разумеется, он консультировался с Периусом о том, как справиться с ситуацией, но с ним никогда серьёзно не считались.

　— Единственный способ сохранить семью Грамбулл: предать его. Однако Уилму придётся умереть.

　— Неважно что ты скажешь, это бессмысленно. По-твоему, я могу сделать что-то настолько же трусливое что и ты, предав моего собственного отца!!

　Риглетт почти что запела, когда она навалилась на него: «При таком раскладе ты будешь замешан в его преступлениях и казнён со всеми остальными. Естественно, это относится и к тем, кто сдастся. На том месте, где мы проведём казнь, будет показан грандиозный огонь. А все те, кого ты ненавидишь, наверняка будут ликуя танцевать. Ты разве не знаешь? Семью Грамбулл ненавидят повсюду. Если бы ты услышал все голоса недовольства, уверена, ты бы сошёл с ума».

　— Даже несмотря на то, что ты тоже часть этой семьи!

　— Прошу, не выкидывай меня на месте, а потом внезапно попробуй сделать меня компаньоном. Я отбросила этот дом Грамбулл. Чего мне сейчас требовать от него, разве это не символ предателей?

　Лойе мог только лишиться дара речи при её словах. Она так просто заявила, что больше не будет частью их дома. Этим она отбросила даже дворянство. Его бывшая сестра не сделала бы этого, как бы сильно она ни была осуждена её отцом. Вот насколько был ценен благородный статус.

　— По правде говоря, я действительно хочу, чтобы ты пришёл к погибели. Таким образом, я смогу уничтожить всех отвратных червей. Разумеется, я буду той, кто отдаст приказ на казнь. Не думай, что я позволю вам всем легко умереть. Я помню каждого члена семьи Грамбулл, который когда-либо смотрел на меня свысока, и никто не сможет спастись. Мужчины, женщины и дети, как только я их всех уничтожу никого не останется.

　Она начала бешено улыбаться. Скорее всего она действительно это чувствовала. Нет, не было никаких сомнений в том, что она это сделает. В голове Лойе, решение попытаться ей воспротивиться стало отчаянно блекнуть. Он знал, что единственная причина, по которой она даже пришла к нему, заключалась в том, чтобы ещё больше унизить Уилма. Ей достанется за это заслуженная прибыль, если он согласится на сотрудничество. Хоть он и мог убить её прямо на месте, это с высокой вероятностью могло напрямую полностью уничтожить семью Грамбулл. В любом случае желания Риглетт будут исполнены.

　— Ты разве не подумала, что я могу пленить тебя прямо сейчас? Я могу даже убить тебя, если это придёт мне в голову.

　— Ты действительно идиот. Если бы меня волновала моя жизнь, меня бы здесь не было. Убей меня сейчас, и тот изверг отомстит. Можешь нисколько не сомневаться. Даже если я умру, твоей погибели будет не трудно добиться.

　Теперь Риглетт улыбнулась, дрожа от блаженства, с такими же радостными и безумными глазами. В её глазах не было лжи, Лойе мог однозначно сказать это. Убив её это приведёт к своеобразной беде или, по крайней мере, к смерти от рук изверга.

　— Итак, сестра, ты хочешь, чтобы мы эвакуировали гавань и сдались? Это вот так ты хочешь помочь?

　— Такого было бы и близко недостаточно. Если ты хочешь, чтобы тебя пощадили, тебе нужно будет сделать что-то, что может унять гнев простонародья. В противном случае тебя никогда не простят. В конце концов, ты любимый сын этого отвратительного Уилма.

　— Что ты пытаешься сказать?

　— Всё просто. Войдите в замок Мадресс, плените Уилма и выиграйте бескровную победу. Таковы условия. Пустите хоть одну стрелу в нашу сторону, и сделке конец, — её улыбка исчезла, и она угрожающе приблизила своё лицо. — Я воссоздам для вас кошмар в Карнессе.

　Озноб пробежался вверх по позвоночнику Лойе от её убедительности, и он тут же отказался: «Это не смешно! Вести настолько нечестную игру, да как я могу!?».

　— Можешь. Разве ты не сын этого предателя? Для тебя это плёвое дело. Если ты этого не сделаешь, мне просто нужно будет уничтожить всех мерзопакостных червей. У тебя на раздумья есть время до завтрашнего полудня. Эта сестра, так беспокоится за своего младшего брата, что даст тебе свободный проход прямо до главной башни. Постарайся быть благодарен за мою услугу.

　— Я, я не могу! Сдаться, несмотря на моё командование, и пленить моего собственного отца в довесок к этому! Как будто я могу сделать что-то такое предательское!?

　Он неистово качал головой из стороны в сторону, но Риглетт не позволила ему увильнуть от неё. Она агрессивно схватила его за волосы и повернула его к своему улыбающемуся лицу.

　— Лойе, поразмысли. Общий штурм начинается завтра после полудня. Тот изверг не чувствует никакой жалости. Все те, кто внутри, будут убиты. Настроение изверга пойдёт на спад, поэтому она может просто сжечь весь участок. Ты можешь уберечь всех этих людей всего лишь небольшими усилиями. Ты герой, несомненно. Но, увы, что за чудесная вещь может произойти. Чтобы такой замечательный брат да тоже принёс мне славу.

　Её стремительный залп, и циничные слова пронзили Лойе.

　— С-сестра!

　— Ну, меня это вообще не заботит. Времени не так много, но поду-у-умай об этом. Разве не это ли первый шаг к взрослой жизни?

　Как только она договорила, она отпустила волосы, развернулась на каблуках и вышла из шатра.

　— Сестра… у тебя явно хорошее настроение. Должно быть, потому, что ты, наконец, можешь одержать верх над теми, кто однажды смотрел на тебя свысока!

　— Так и есть! Я невероятно, невероятно довольна, что выжила! Я в высочайшей степени удовлетворена!!

　Риглетт энергично удалилась, и с всеобъемлющей улыбкой на лице от всего сердца.

　На следующее утро ворота замка Мадресс открылись без каких-либо трудностей. С белым флагом над головой, разоружённые солдаты вышли из ворот. Коимбранские весы были заменены на знамя парных молотов из Армии Красного Круга в качестве доказательства капитуляции и сдачи оружия. Сбитые с толку солдаты Армии Красного Круга проталкиваясь друг через друга наблюдали за Риглетт сопровождаемую Ноэль входившую в замок, грудь которой раздувалась в гордости. Это был тот самый момент, когда Риглетт отомстила. И наконец, своими горнами и гонгами Банда белых муравьёв сигнализировала о величественной победе. Сама осада длилась два дня. Столица Южной Коимбры, Мадресс, пала. Наместник Уилм был арестован. Освободившись от его плохого управления, простонародье оглушительно радовалось триумфальному торжеству Армии Красного Круга. Ноэль вошла в замок, осматривая всё это скучающими глазами.

Заметки автора

Путь Риглетт гораздо счастливее, чем у главной героини.

Это её собственный имидж.