По дороге домой я сел на волнорез и в изумлении смотрел на море.

Луна плывёт по небу, отражаясь в чёрной воде, раскачиваясь, как яйцо пашот, разбитое на сковороде, причина, по которой мою голову занимают такие мысли, вероятно, кроется в том, что я голоден. Стоило мне подумать об этом, как у меня заурчало в животе, и я тут же запихнул себе в рот булочку с мясом, купленную в супермаркете.

Океаном, который нарисовала Сакура, должно быть море города Аохама.

Во всяком случае, здесь находятся пляжи, которые ближе всего к нашей школе, а размер тетраподовых глыб и ощущение пляжа точно такие же, как у моря перед моими глазами.

Неужели Сакура тоже в изумлении смотрела на море?

Какое тогда у неё было выражение? Я не имею представления.

Отказавшись от моей просьбы с улыбкой на лице, Сакура беспечно сказала: «Изначально, я просто хотела спокойно полюбоваться своими картинами, но сейчас у меня больше нет настроения», — потом она посмотрела на меня и специально вздохнула: «Ах~ точно! Я так проголодалась!», — достала из пакета говяжий бефстроган и съела их большими укусами. Потом она просто сказала: «Пока», и ушла.

Теперь, когда я думаю об этом, это не значит, что я не могу понять резкое настроение Сакуры «никогда этого не расскажу».

Хотя я понятия не имею, что Сакура хочет скрыть, отношения между Сакурой и Кобаяси, кажется, превосходят воображение Кавабаты. И если она вообще не планирует рассказывать об этом Кавабате, то как она может вот так просто рассказать это мне, тому, кто не имеет к этому никакого отношения?

И это не говоря уже о том, что Кобаяси никогда не занимала мои мысли.

Когда я услышал, что она умерла, моё настроение не изменилось. Первое, что пришло мне в голову, было «кто такая Кобаяси?», а уже потом, когда она смутно пришла мне на ум, у меня проскочила мысль: «Так она умерла?».

Это ничем не отличалось от того, когда я слышу повседневную информацию, такую как «когда будут промежуточные экзамены?», «дождь пойдёт днём», — я не почувствовал ничего особенного, что могло побудить меня начать думать о ней, это касалось и других учащихся, в этом не было никакой суматохи, которая могла побудить меня к сплетням. Проще говоря, она не имела ко мне никакого отношения. Люди рано или поздно умрут, но на этот раз умерла школьница из соседнего класса.

Узнав, что это было самоубийство, моё настроение не поменялось и я не сокрушался от того, что мне её жалко, я даже не размышлял о том, почему она захотела умереть.

И если такой парень ляпнет «я хочу узнать правду», наверное, ему никто не захочет рассказывать, правильно же?

— …… И что мне делать?

Я вытянул руки до предела, бормоча себе под нос.

Когда Кавабата обратилась ко мне с просьбой, я был ошеломлён, хотя и немного в предвкушении. Потому что я подумал, что возможно эта сила, которая до сего дня доставляла мне одни неприятности, сможет кое-где пригодиться.

В итоге до сих пор ничего не вышло.

Даже если я знаю, что Сакура лжёт, это никак не поможет мне узнать правду.

В конце концов, это всё, что я могу сделать со своими способностями.

— …… Мама.

Прислушиваясь к шуму морских волн *бш-ш-ш*, я невольно прошептал.

Моя мать спала в этом море.

Это не метафора, а факт. Прах моей матери был развеян в море города Аохама, в родном городе, где она родилась, месте её воспоминаний с моим отцом. Поэтому, когда я смотрю на это море, я думаю о матери, которой даже нет в моей памяти.

— Если бы это была ты, мама, что бы ты сделала?

Мать, которая ныне не находится в мире живых, — единственный человек, с которым я могу обсуждать эту силу. Я никому о ней не рассказывал, кроме отца. И… эта сила изначально была унаследована от моей мамы.

Первый раз, когда я увидел ложь насквозь… я и до этого уже неосознанно знал, что это ложь… в общем, то, когда я узнал, что могу распознать ложь, случилось ещё до того, как я пошёл в детский сад, — на мой четвертый день рождения.

— С днём рождения, моё золотце.

Я до сих пор помню, как в нашей гостиной бабушка надела дешёвую коническую шляпу из золотистого картона и поздравила меня с днём рождения. Рядом со мной сидел отец в серебристой шляпке, в то время бабушка, живущая в деревне, переживала, что мы с отцом будем только одни, и поэтому она приехала отметить мой день рождения.

— А вот тут есть кое-что хорошее.

Бабушка улыбнулась и открыла крышку белой коробки на столе.

В коробке лежал большой торт размером с моё лицо и с четырьмя свечами. В центре торта, украшенного взбитыми сливками и клубникой, стоял клоун из миндального крема на большом шаре с забавными выражениями лица, а рядом с ним — украшенная овально посыпанной шоколадной стружкой надпись «С днём рождения, моё золотце». По бокам торта также были нарисованы клоуны из свежих сливок и клубничного джема, это был изысканный торт.

Причина, по которой я хорошо помню этот четвёртый день рождения, с моими-то молодыми нечёткими воспоминаниями, — это всё потому, что отчётливо помню о существовании этого торта. Спрашиваете почему я так чётко его помню, причина вполне очевидна.

— Он страшный!

Я очень испугался той фигурки, украшающую торт, и клоунов, нарисованных по бокам. Вид красного креста, нарисованного на его бледном лице, и изгибавшуюся в фиолетовых губах улыбку, заставляли меня хотеть от страха уносить ноги. В то время я очень боялся клоунов, когда по телеку крутили рекламу персонажа известного сетевого магазина, я плакал и визжал. Поэтому в тот момент, когда я увидел этот торт, я опять не выдержал и заорал. Я любил торты, но клоунов ненавидел больше.

Бабушка, которая думала, что я буду счастлив, увидев, как я плачу, тут же неловко, панически и растерянно улыбнулась и сказала:

— Тогда давай уберём его. Есть другие тортики… подожди минутку.

Хотя фигурку было бы достаточно просто снять, отделаться от нарисованных по бокам клоунов было куда труднее, думаю, моя бабушка наверняка подумала купить ещё один торт в близлежащей кондитерской.

Если бы только этот ребёнок побыл терпеливым и позволил накормить себя — этого было бы достаточно, но в то время моей бабушке было очень больно и, наверное, она посчитала, что должна побаловать меня хотя бы в мой день рождения, за что я ей очень благодарен.

— Их нет, у тебя есть только вот этот!

— Тише, тише, золотце, тебе нечего бояться.

— Не надо, он страшный.

Я вообще не стал слушать утешения бабушки и начал сильно шуметь. Оглядываясь назад, мне очень, очень жаль свою бабушку, я плакал, орал и истерил, и мне не потребовалось много времени на то, чтобы заснуть.

Когда я проснулся вечером, моя семья поздравила меня шоколадным тортом на размер меньше и подарила мне подарки. Я не помню всех подробностей, но для меня тогда устроили большой праздник, а затем поздравили с днём рождения.

Когда бабушка со вздохом облегчения вернулась домой, мой отец, который всегда улыбался, спросил меня с серьёзным выражением лица:

— Масаки, ты можешь видеть ложь?

Я не понял о чём говорил мой отец, я безучастно смотрел на него, и отец снова спросил меня:

— Ты знал, что бабушка не сказала правду?

Когда я понял, в чём состоит вопрос отца, я вспомнил торт со страшным клоуном и тяжело кивнул:

— Я знал, что бабушка врёт.

«И как же я это узнал», — на тот момент я даже не думал об этом.

Потому что для меня «знать, правда ли это» было не более чем обычное дело.

Однако это был первый раз, когда я пришёл к осознанию этого факта.

Я мог видеть сквозь ложь и различать подлинность в словах.

Эта способность с самого начала была раздражающей.

Вспоминая ошеломлённое выражение лица моей бабушки, я до сих пор чувствую душевную боль. Я хочу отругать своевольного юного «я».

Если бы у меня не было такой способности, я бы не заставил свою бабушку так выглядеть.

И пережитое сожаления об этой силе лежит не только на том разе, скорее, по мере того как я становлюсь старше, у меня появляется всё больше и больше неприятных воспоминаний.

Когда я учился в начальной школе, Савада, который был очень близок мне, улыбнулся и сказал мне на занятии по футболу: «Эндо, ты всё время пасуешь мяч мимо, мне кажется, что ты каждый раз косишь», — и когда я узнал, что он думал на самом деле, я сильно разочаровался; во время учёбы в средней школе я наконец-то начал встречаться со своей первой девушкой, Юи, и накануне Рождественского свидания она мне сказала мне: «Я буду праздновать Рождество в кругу семьи, и я не собираюсь идти на свидание с другими парнями», — я заплакал, когда понял, что её причина отказа мне была ложью.

Пока вы в неведении, вы можете сохранять своё счастье. Однако для меня, кто умеет отличать правду от лжи я не могу не обращать на это внимание, как на шутку, ни заставлять себя поверить в это.

— Не волнуйся, Масаки, твоя мама такая же. Но, так как больше никто не знает это, тебе нельзя никому рассказать об этом, запомни.

Удостоверившись в моих способностях, отец присел на корточки и посмотрел мне прямо в глаза. Улыбнувшись и взяв меня за руку, он обхватил мой мизинец своим и энергично покачал им, радостно напевая детский стишок, когда скрещивают эти пальцы.

Отец должен был это очень хорошо понимать. Даже если это небольшая способность мало где пригодится, это также могло обернуться для меня очень неприятными последствиями, если она станет известна другим. Как раз потому, что отец, кажется, знал о способности матери, у него были свои собственные идеи на этот счёт.

Я и по сей день изо всех сил стараюсь следовать совету отца.

Хотя я был ещё молод — тогда мне было четыре года — я также был полон энтузиазма сохранить обещание с моим любимым отцом. И что ещё более важно, у меня и мысли не было хоть кому-то об этом рассказывать.

«Твоя мама такая же», — отец произнёс эту фразу с очень мягким выражением лица, но мне было всё равно. То был уговор между мной и моим отцом, — и это единственное, что имело значение.

В то время для меня отец был всем. Пока мой отец понимает меня, пока я могу держать обещание с моим отцом, этого достаточно. Но в тот день я ещё не знал, что в ближайшем будущем даже мой любимый отец начнёт избегать меня.

*

Когда я проснулся на следующий день, мой отец уже ушёл, а телефон на столе завибрировал, заменяя приветствие с добрым утром. Экран засветится и появился текст «отец». Я отвёл взгляд в сторону, переоделся в форму и выпил кофе. Мой собственный кофе был слишком горячим, так что его невозможно было выпить одним махом. Приближалось время выхода, поэтому мне пришлось добавить лёд и выпить разбавленный кофе одним глотком.

FROM: отец

Масаки, вчера на тебе, кажется, не было плаща. Сегодня солнечно, но дождевик очень удобная вещь, так прошу тебя, подумай насчёт него. Так вот, что я хотел сказать-то, через несколько дней будет день смерти мамы. В тот же день мы возьмём лодку, чтобы выйти в море. Я подумал «надеюсь, погода будет ясной», и после того как я проверил прогноз погоды, вероятность осадков составляет 0%. Ну, это всё.

Понятно.

Под аккомпанемент тряски поезда *чу-чух, чу-чух*, я стал выполнять свою сегодняшнюю обязательную домашнюю работу. Я нажал на клавишу «отправить», и в тот момент, когда я засунул телефон в свою школьную сумку, телефон снова завибрировал.

…… Это мой отец ответил?

Я поторопился и достал телефон только для того, чтобы узнать, что моим отправителем оказалась Кавабата.

FROM: Кавабата Саюри

Эндо, в каком ты вагоне? Можно мне к тебе прийти?

Вчера вечером я отправил ей сообщение, но она не ответила. Я немного жалел о том, что я должен был догнать её, а не донимать Сакуру, но дело было сделано, и время уже не повернуть вспять. Я подумал не спеша поговорить с ней после занятий, посему я также приготовил кое-какой сувенирчик.

Конечно. Я сижу на переднем сиденье вагона №3.

Через некоторое время после ответа на письмо Кавабата вышла из своего вагона.

— Доброе утро, Кавабата.

После того, как я поздоровался, она неловко улыбнулась и села рядом со мной.

— Доброе.

Сказав тихим голосом, Кавабата всмотрелась в моё лицо.

— …… Мне очень жаль за вчерашнее, я слишком взволновалась, ты, должно быть, удивился, да? — она добавила ещё одно предложение тихим голосом. — Я пошла домой, легла спать и не ответила. — она неловко повернула голову.

— Не бери в голову, это мне следует извиниться, ведь после этого я попробовал слегка изловчиться…… Но ничего не вышло.

— Ты говорил с Сакурой вместо меня?

— Ну, я временно объявил ей войну.

— Объявил войну?

— Ага, я сказал ей «я вижу всю твою ложь!».

Я подражал знаменитому сыщику, который был популярен в моём детстве, и произнёс эту фразу, но Кавабата даже не улыбнулась, мало того, она ещё и открыла глаза от удивления.

— …… Ты чего?

Я сказал что-то, чего не следует говорить?

Когда я спросил, Кавабата застенчиво улыбнулась и легонько покачала головой.

— Я не ожидала, что ты сделаешь это для меня.

— Конечно сделаю, я же сказал, что помогу тебе.

И разве это не Кавабата приготовила роскошные бутерброды, чтобы задобрить и попросить меня?

После того, как я в замешательстве наклонил голову, Кавабата спросила с небольшим сомнением:

— Это же Сакура, понимаешь? Большинство людей и слова не скажут против такого человека как Сакура.

Я понимаю к чему клонит Кавабата.

— Тогда зачем ты попросила меня?

Если так подумать, её «просьба» — сам по себе очень странный случай.

— Наверное, это что-то вроде мантры.

Кавабата неоднозначно улыбнулась и не торопясь спросила меня:

— Эндо, почему ты хочешь быть хорошим другом для меня?

— А?

Этот неожиданный вопрос ошеломил меня.

— ……… Ну, как бы так выразиться, из-за атмосферы что ли? Я думал, что мы с тобой хорошо поладим…… И вообще, у друзей не обязательно должны быть причины становиться друзьями, они становятся друзьями, даже не подозревая об этом.

Наблюдая за моим бессвязным объяснением, Кавабата радостно улыбнулась.

— Все считают, что со мной трудно поладить, я и сама это знаю. Из-за этого из друзей у меня была только Миса. Но для меня этого было достаточно. Пока есть хороший друг, который может тебя понять несмотря ни на что, этого счастья вполне достаточно…… Однако Миса умерла, и я осталась одна…… А потом, как раз в это же время, появился ты. Моим единственным другом стал ты. Если ты готов мне помочь, даже если противник — та самая Сакура, я чувствую, что тоже могу стать сильной… так что на самом деле я не хотела, чтобы ты что-то делал для меня, правильнее будет сказать, что даже если ты ничего не будешь делать напрямую, одно то, что ты стоишь рядом со мной, уже будет достаточно.

Другими словами, она действительно не ожидала от меня каких-то конкретных действий.

В душе Кавабаты я выгляжу как сверхтрус.

— …… Как-никак Сакура хороший человек.

Это предложение, в котором она призналась — искренние слова Кавабаты.

Но ещё вчера она сказала, что Сакура «бесподобная лгунья», нет? Как это понимать?

— До происшествия с Мисей, она мне тоже нравилась. С тобой ведь было то же самое, да? Поэтому я не ожидала, что ты ей можешь это сказать, и это напугало меня.

Мне нет никакого дела до Сакуры……

В тот момент, когда я захотел это отрицать, в вагоне зазвучала длинная трансляция «Сакаэ~~ Сакаэ~~». Увидев, что дверь вагона открылась, Кавабата тут же встала и сказала: «Пошли», — потянув меня. Тема полностью сошла на нет, и, прежде чем я успел спросить Кавабату, что она думает о Сакуре, мы как раз прибыли в школу.

— Слушай, может пообедаем сегодня вместе?

Прежде чем войти в класс, я набрался смелости и спросил это, а Кавабата улыбнулась мне:

— Я и сама хотела пригласить тебя сегодня, давай потом встретимся в аудитории клуба био-изучения, в которой мы вчера были?

— А ты всё такой же добряк и неженка~~

— А ты часом не врёшь, говоря, что вы не состоите ни в каких отношениях?

Стоило мне сесть, как Нисихара и Симода принялись поддразнивать меня с тем же настроем, что и вчера, тогда как я в привычном русле продолжал отнекиваться. Затем в класс вошла Сакура, и Симода в очередной раз начал восхвалять её с опьянённым выражением лица. Он до бесконечности повторял всякую белиберду, зато мне приходилось ждать, когда наступит первый урок.

Неизменная повседневная жизнь.

Нисихара, Симода и я учимся в одном классе ещё с первого года, и теперь они стали мне хорошими друзьями, за которых не нужно переживать.

Они весьма отзывчивые люди и не прочь посмеяться, да ещё и кайфуют от спорта. Они иногда лгут, но я не ненавижу их обоих. У них обоих хорошие личности, и по сравнению с другими парнями ложь этих двоих слишком просто раскусить.

Это может быть исключительно моей собственной теорией, но исходя из того, какую ложь говорит человек, можно понять характер человека.

Люди, которые хотят кичиться собой за счёт лжи, — это люди с высоким самомнением; с другой стороны, люди, которые пытаются принизить себя в глазах окружающих, очень вежливы или со слишком низкой самооценкой; те же, что лгут ради того, чтобы разбавить всё шуточками, — это люди, которые так увлекаются собой, что просто теряют чувство меры; а те, кто лгут в своё оправдание — трусы. Это метод оценки характера, который я резюмировал, слушая бесчисленное количество лжи на протяжении многих лет.

Ещё одна причина, по которой я не могу найти общий язык с Сакурой, помимо того, что она слишком часто лжёт, заключается в том, что я не могу понять по какой причине она лжёт. Я понимаю, что она отыгрывает свою роль посредством лжи, но она не извлекала из этого никакой выгоды. Я понятия не имею, почему Сакура столько лжёт, поэтому я понятия не имею, что она за человек.

— Это извинение за вчерашний день, сегодня тоже есть бутерброды, я больше не приготовила никаких уловок.

За обедом Кавабата сказала это и достала свой бенто, я поблагодарил её и положил на стол то, что принёс с собой.

— А вот это благодарность за вчерашнее и сегодняшнее.

— Это сделал ты?

— А, ну да, я сделал это с моей родственницей, сестрой.

Хобби моей двоюродной сестры Саяки — готовить десерты, она использовала кухню в квартире, в которой я сейчас проживаю, как оправдание того, что её слишком мала, поэтому она часто приходит ко мне домой, чтобы приготовить десерты. Само по себе это не имеет значения, ибо для такого сладкоежки как я, это только в радость, но по какой-то причине она постоянно упрашивает меня, чтобы я был её подручным каждый раз. Более того, она сама делает все эти великолепные кондитерские изделия, тогда как я занимаюсь всеми скучными шагами, такие как тёрка шоколада и интенсивное взбивание яичных белков. А её слова про то, что её дом находится дальше нашего на самом деле просто предлог, чтобы она могла перекинуть все хлопотные шаги на меня. Саяка учится на втором курсе в колледже, и моё мастерство тоже улучшилось до такой степени, что я уже мог сразу приготовить большинство десертов, не глядя на рецепт.

Когда она приходит ко мне домой, она также помогает мне с уборкой и стиркой, что меня также сильно выручает, помимо тех немногих изделий, которые сделаны на отлично, она также оставляет мне десертики…… так что я тоже не особо-то недоволен.

Кроме того, на этот раз она испекла столько кексов, что мы с отцом не могли доесть их до конца. Хотя использовать излишек еды в качестве благодарности было немного неловко, но это было лучше, чем давать им портиться. Придя к такому выводу, я этим утром положил свежевыпеченные кексики в контейнер.

— Ого, спасибо, мне нравятся кексы.

Кавабата счастливо улыбнулась, и съела кексы даже быстрее, чем свой собственный бенто.

— О, давай я приготовлю кофе.

Она встала, пережёвывая пищу во рту.

Ответив Кавабате, я открыл бенто и выложил всё на стол. В нём были бутерброды, картошка фри, хот-доги, фрукты на десерт и много-много кексов. Такое чувство, будто мы устраиваем пикник.

Я посмотрел в сторону аквариума, в котором неторопливо плавал ярко раскрашенный золотистый морской окунь.

Несмотря на то, что это такая же изящная сцена, что и вчера, может я слишком себя накручиваю, думая, что… у этого единственного самца, как мне кажется, нет энергии, всё ли у него в порядке?

— Эндо, вот, пожалуйста.

Сказала Кавабата, вернувшись с чашкой, и я, повернув голову, сел за стол.

— Спасибо.

Сказав спасибо, я аккуратно вцепился за края чашки.

Он всё ещё очень горячий, и дабы угодить моему придиристому языку, я бросил в него два кубика сахара и задал вопрос, который я не успел задать сегодня утром:

— Так что же тебе нравится в Сакуре?

Кавабата обнаружила, что Сакура лгунья. Но даже так, она всё равно сказала, что Сакура хороший человек, и до аварии с участием Кобаяси она также производила на неё хорошее впечатление, и это заставляло меня не понимать происходящее.

Почему Кавабата не солгала, — я не знаю причины, но, если просто подумать: она не лжёт, потому что ненавидит ложь, так?

— Может, её чуткая сторона……?

Кавабата ответила мне удивлённым выражением лица, которое, как будто, так и говорило: «Почему ты это спрашиваешь?».

— Под чуткостью ты ссылаешься на Сакуру?

— Ну да.

— Но она же лгунья?

— Ну~~, включая и это……?

После того, как Кавабата закончила двусмысленно говорить, она медленно заговорила, как будто перебирая свои прошлые воспоминания:

— Сакура однажды заступилась за меня, при встрече нового года.

— При встрече? Ты про то, что было на первом году?

— Верно.

В апреле начинается первый учебный год, и чтобы побыстрее познакомить всех со школой, для первых классов проводят мероприятие, которое называется приветственной вечеринкой для первогодок. Впрочем, приветственная вечеринка — это просто название, первый класс не знакомится с учениками других классов, вместо этого первые классы концентрируются на том, какие программы первогодки будут готовить друг для друга для обозрения. Более того, те, кто наберёт больше голосов в последнем всешкольном голосовании, могут рассчитывать на получение хороших призов, которые даже выходят за пределами воображение, поэтому учащиеся тоже очень мотивированы, и единство всего класса также крепчает не по дням, а по часам.

Кстати говоря, я танцевал под популярные песни айдолов от третьегодок, но это было совершенно непопулярно и я получил бездарный результат.

— В то время я училась в восьмом классе, и мы шли на первом месте.

Программа восьмого класса, успешно лидировавшая в соревновании, представляла из себя оригинальную драму, адаптированную из популярного фильма, с качеством которой наш класс никак не мог сравниться.

— Кроме того, Сакура училась во втором классе, который на три балла отставал от нашего класса.

В этот момент я наконец-то вспомнил про конфликт, который произошёл на приветственной вечеринке.

До конца не было объявлено, кто в какой ссылке допустил ошибку, но общее количество голосов составило менее 20 голосов. Поскольку восьмой класс занимал первое место, а второй класс занимал второе место, и им не хватало всего три голоса, в зависимости от количества пропущенных голосов, рейтинг, конечно, мог измениться и, следовательно, привести к конфликту.

Помнится, призом за первое место должно было стать барбекю по системе «ешь сколько влезет», а второе место — это поход в ресторан западного стиля. Для мальчиков, разумеется, барбекю было лучшим выбором, но девочки предпочитали ресторанчик в западном стиле. Кроме того, класс, занимавший третье место, получал бутилированные напитки и закуски, разрыв между предыдущими призами был очевиден с первого взгляда, но количество голосов у шестого класса, занимавшего третье место, было слишком низким, так что протестов не было.

— Я была единственной в нашем классе, кто отвечала за сбор голосов.

Кавабата показала обеспокоенную улыбку.

— Люди своего класса не могут голосовать за собственный класс, правильно? Поэтому ученики из второго класса начали говорить, что я спрятала голоса.

На приветственной вечеринке есть правило, что вы должны голосовать за другие классы. Если пропали голоса восьмого класса, то вероятность успешного реверса второго класса чрезвычайно высока.

— Второй класс пел мюзикл, так? Таноуэ, которая отвечала за свою команду, как говорили, была вокалисткой, которая сделала записи инди-музыки. Она казалась тогда вполне мотивированной и кричала: «Мы лучшие, потому что я уже выступала». А потом она спросила меня: «Я же пою лучше, чем ас хора Ояма из класса, да?» …… И в то время я честно ответила: «Я думаю, что Ояма может спеть лучше».

Кавабата смущённо улыбнулась.

Несмотря на то, что я впервые слышал о том, что Таноуэ причастна к инди-музыке, я также считаю, что голос аса хора, Оямы, действительно красивее.

Я, чьё место находилось очень далеко от призового, в то время должно быть болтал с Нисихарой и остальными. Мне и по сей день было немного стыдно.

— И в тот момент Сакура сказала: «Было бы здорово покушать спагетти».

— Э?

— Хотя она не шла наперекор Таноуэ, но, когда она громко рассмеялась, и все одноклассники замерли, она сказала: «Я и сама не люблю мясо, но спагетти такие вкусные».

Кавабата улыбнулась.

— После того, как Сакура сказала это, остальные тоже заулыбались и стали говорить: «А что, звучит классно», — затем все принялись говорить о том, что хотят поесть, и чем больше они говорили, тем больше радовались, даже мальчики, которые изначально жаловались на то, что хотят поесть якинуку, также присоединились к предложению Сакуры, причём с большим энтузиазмом. Я думаю, это было следствием отношений, которые Сакура построила со Тамурой и остальными.

Тамура весьма привлекательный школьник, пользующийся большой популярностью как среди мальчиков, так и девочек, даже при том, что мы не учимся в одном классе, я его всё равно знаю.

— Тамура искоса посмотрел на меня, а потом сказал: «Ладно, забыли об этом», и ушёл куда-то.

Но действительно ли она заступилась за Кавабату?

— Я думаю, она, должно быть, помогла мне, потому что мы тогда переглянулись.

Сакура очень хорошо умеет следить за потоком разговора.

Я ещё могу представить, как она превращает напряжение в весёлую атмосферу, но не могу утверждать, заступилась ли она за Кавабату, которая ей даже не приходилась подругой.

— Может она правда ненавидит мясо, а может она солгала, даже если и так, я ей благодарна.

Я не знаю, действительно ли Сакура действовала во благо Кавабаты.

Однако то, что Сакура не любит мясо — это ложь.

Потому что ещё вчера она ела прямо передо мной бефстроганов.

— С тех пор я считала Сакуру очень хорошим человеком. Было даже немного завидно слышать, что Миса была близка с ней… впрочем, после смерти Мисы я начала сомневаться в ней, но даже так, в глубине души я всё ещё думаю, что она бы не пошла на такое. Её действительно трудно возненавидеть.

Увидев, что Кавабата горько улыбается, я внезапно вспомнил, что сказала вчера Сакура.

«… Меня никто не ненавидел вот уже много лет».

Когда я услышал эту фразу, я остолбенел и подумал, насколько же она оптимистична? Но в действительности Сакуру почти никто не ненавидит. Во всяком случае, даже Кавабата, которую я считал исключением, думала так же.

— …… Предоставь это мне.

Я говорю это, потому что пришёл к выводу, что Кавабата просто не может этого сделать.

Всё-таки Кавабата до сих пор не смогла полностью усомниться в Сакуре. Сакура довольно сложная личность. Если вы не бросите ей вызов с решимостью разоблачить всё, вам лишь останется играть на её ладони. И более того, я больше не хочу видеть Кавабату такой грустной, как вчера.

— Сакура мне совсем не нравится.

Даже если Сакура действительно заступилась за Кавабату, это была всего лишь одна из многих ложей, которые Сакура должна была учитывать. То, что Сакура — загадочный персонаж, осталось прежним, и моё впечатление о ней не изменилось.

— Так что, я хочу разоблачить ложь Сакуры.

Если я не имею никакого отношения к Кобаяси, то Сакура не станет рассказывать мне правду, верно?

Что ж, пусть это будет и жёстко, но её получится разоблачить.

Я всё равно хочу помочь Кавабате.

Я надеюсь лицезреть её улыбку.

— Я найду способ победить Сакуру, а ты расскажи мне, пожалуйста, о Кобаяси. Потому что я её совсем не знаю.

Кавабата посмотрела на меня с неверящим выражением лица и, наконец, осторожно кивнула:

— Я поняла, спасибо тебе.

Затем, немного подумав, она продолжила:

— Мне трудно хоть что-то выведать у Сакуры, ладно, я сделаю, что могу. Я расскажу тебе о Мисе всё, что знаю.

*

Несмотря на то, что я так храбрился перед Кавабатой, как я могу выведать правду из уст Сакуры?

Даже если в голову ничего не приходило, я не смогу ничего начать, не увидевшись с Сакурой.

И то, что пришло мне на ум, — это моя собственная сила.

У меня была лишь одна идея: «Мне надо найти применение этой крошечной силе, которая до сих пор не использовалась». И чтобы одержать верх над той самой Сакурой, мне остаётся использовать только эту силу, о которой она не знает.

Размышляя об этом, я направился в художественный класс с твёрдой решимостью сжечь все пути отхода, но Сакуры там не было.

— Наруми, ну, занятия уже закончились, но я не знаю куда она пошла. Её куртка здесь, думаю, она должно быть делает эскизы в кампусе, но я не знаю, где она.

Девушка из того же класса, которая весьма близка с Сакурой, Этидзэн, пожала плечами, когда я в надежде посмотрел на неё.

— …… Эндо, позволь мне сразу сказать тебе, это безнадёжно. Потому что Наруми ни с кем не общается.

Этидзэн приподняла брови и сочувственно сказала это, вероятно, она неправильно меня поняла.

Ясно-понятно, для неё я просто хотел найти себе подружку после школы, наверное, всё дело было в этом, но она опрометчиво пришла к такому выводу, и как сочувствующая сторона я не мог этого вынести.

— Пробежись по школе, может где-нибудь да найдёшь её? Она должна быть сейчас одна…… Может ты почувствуешь себя полегчает, когда она тебе откажет? Давай!

Этидзен даже похлопала меня по плечу, подбадривая меня.

Прямо сейчас было бы трудно объяснить, что всё приняло неправильный оборот, но я улыбнулся ей кривой улыбкой, поблагодарил и не торопясь вышел из класса.

— М-да уж, и где же Сакура?

Классы, библиотека, атриум и спортивная площадка, я обошёл всю школу, но так и не нашёл Сакуру. Если вы хотите сделать эскиз с натуры, вам следует находиться в хорошо обозреваемом месте, я ведь правильно рассуждаю? Подобно безголовой мухе я обыскивал каждый уголок школы, но по-прежнему не находил её.

Оставшееся место, в котором я не искал……

— Наверное, она в старом спортивном зале.

На восточной стороне школы есть старый спортивный зал, который снесут со дня на день.

Поскольку дата проведения сноса ещё неизвестна, окружающая территория обозначена как запретная зона, но она всего лишь обмотана стоп-лентами, поэтому вы можете войти внутрь, если хотите. Это здание было старым, заросло по бокам бурьянами, очень грязное, и почти никто не хотел приближаться к нему, но это единственное оставшееся место.

— Пойду-ка посмотрю.

Прошёл уже час с тех пор, как я начал искать Сакуру. Хотя она также может вернуться в художественный класс, но, если я не поищу её до самого конца, я не смогу себя простить.

Я прошёл мимо галереи с пилларами, мимо учебного корпуса с клубными классами, прошёл весь путь до самого конца парковки, предназначенной только для учителей.

Старый спортивный зал — хоть это и руины, но правильнее будет сказать, что это старое деревянное здание, сплошь и рядом обросшее сорняками, которые спонтанно разрастаются под ярким весенним солнышком отчего невозможно представить, что на школьной территории имеется такой грязный участок.

На первый взгляд в этом месте не было человеческой фигуры, но присмотревшись повнимательнее, я обнаружил здесь сидящую на корточках молодую девушку, как будто она была похоронена в этих разросшихся сорняках. Она съежилась в канаве рядом со спортивным залом, и хотя вода уже успела высохнуть, я не понимал, зачем она сидела в этом нечистом месте, наполненном увядшей травы?

— …… Саку…ра?

Как только я закричал, тело девушки дёрнулось, и она удивлённо посмотрела на меня.

— Эндо?

Сакура распахнула свои большие глаза и продолжала моргать. Это отличается от её весёлого выражения лица в классе, того великолепного выражения лица, которое я видел вчера и прочих, — это было детское выражение.

Светлые волосы Сакуры мерцали в лучах тёплого весеннего солнца. Её не волновала череда волнистая на её спине и пыль на юбке, вместо этого она просто держала бумагу и карандаш в руках, как какое-то сокровище.

Два человека — испуганная Сакура и очарованный ею я — какое-то время глазели друг на друга, но одновременно смутились и отвернулись.

— Тебе что-то надо?

После некоторого молчания Сакура произнесла эти слова.

Выражение недовольства, казалось, было сделано ею в спешке, и это заставило меня почувствовать забавность происходящего.

— Я хочу продолжить вчерашнюю тему.

Когда я закончил говорить, Сакура намеренно громко вздохнула и пристально посмотрела на меня:

— Вчера же всё было оговорено. Разве я этого не говорила? Я никогда этого не расскажу.

— Даже если я пригрожу тебе, что расскажу всем, кто ты на самом деле, ты и тогда не расскажешь?

Сакура весело улыбнулась после того, как я понизил свой тон:

— Эндо, ты дурак? Думаешь, тебе кто-то поверит?

С тоном высокого давления, она внезапно в ответ назвала меня по фамилии. Похоже, что Сакура не собирается играть передо мной идола всей школы. Вместо того чтобы чувствовать себя несчастным, я почувствовал облегчение. Потому что мне не нравилась идеальная улыбка, которую она показывала в классе.

— И кстати, ты же знаешь моё истинное лицо?

Она добавила с гордостью это предложение. Какой позор, а ведь мне уже давно хотелось поднять белый флаг.

Это утверждение не могло быть более правильным.

Даже если я разоблачу лицо Сакуры, никто не захочет встать на мою сторону. В лучшем случае только Кавабата, а также Нисихара и Симода, да? Хотя нет, Симода, наверное, поддержит Сакуру?

— …… Тогда расскажи мне о Кобаяси.

Как только я закончил говорить, отношение Сакуры изменилось, на её лице появилось беспокойное выражение:

— О Мисе Кобаяси?

— Ага.

Сегодня в полдень Кавабата рассказала мне о Кобаяси.

Кавабата и Кобаяси — двоюродные сёстры, которые выросли вместе и Кобаяси её единственная хорошая подруга. Из-за семейных обстоятельств, Кавабата живёт в доме Кобаяси, и будь то дом или школа, Кобаяси держатся подле неё. Кавабата сказала: «Я знаю всё о Кобаяси Мисе», — и рассказала мне многое.

Кавабата не очень хорошо умеет общаться с людьми, и при частых конфликтах с людьми, Кобаяси всегда приходила ей на выручку. В средней школе она неправильно поняла приставание мальчика к Кавабате, которая ему нравилась и Кобаяси так разозлилась, что чуть не избила его и вызвала большой переполох. Они обе ничем не интересуются, кроме друг друга, и всегда проводят время вместе…… поэтому после окончания средней школы, когда Кобаяси вступила в художественный клуб и сблизилась с Сакурой, Кавабата тоже почувствовала себя несколько одиноко.

Однако, выслушав слова Кавабаты, я до сих пор не мог уловить конкретного впечатления от Кобаяси. Острая на язычок Кобаяси — супергероиня, имеющая на своём счету только хорошие очки, — это совсем не так. От неё не исходит ощущения реальной старшеклассницы, которая «думает о своей весне, волнуется и также испытывает негативные чувства».

Если вы хотите знать правду о смерти Кобаяси, вы должны понять её.

И если Сакура отказывается говорить правду, то тем более.

Так что… не важно, всё хорошо. До тех пор, пока я слышу что-то непосредственно из уст Сакуры, я могу отфильтровать правду в потоке её лжи. Я не смогу придумать способ сломать эту неразрешённую тупиковую ситуацию, не подготовив страховочный трос.

— Это взятка.

Я присел на более чистую кирпичную кладку рядом с Сакурой и отдал в её распоряжение контейнер с закуской. Хотя эти кексики я принёс Кавабате, в них также был напичкан крем, такое количество сможет с лихвою насытить ваш желудок, их просто невозможно съесть за один присест, так что их ещё много осталось. Хотя я не думаю, что это смягчит отношение Сакуры, но по крайней мере, это может дать ей возможность высказаться.

— Взятка?

Сакура нахмурилась, неохотно открыла крышку контейнера и, пристально глядя на кексы, медленно подняла один из них и откусила.

— …… Вкусно.

После того, как она прошептала, она медленно подняла голову.

— Очень вкусно!

На этот раз она посмотрела мне в глаза и чётко сказав вслух, спросила меня:

— Неужели ты сделал их сам? И не стал есть?

Сакура с улыбкой на лице и прислонив ко рту стаканчик с сахарной пудрой показалась мне невероятно молоденькой.

— Ну, я не захотел. Я и так уже много съел, так что я отдаю их тебе.

После того, как я закончил говорить, Сакура радостно кивнула и скушала кексы в мгновение ока.

Неужели с таким-то стройным телом она может столько съесть…… кстати говоря, если мне не изменяет память, у Сакуры должен быть небольшой аппетит, да?

И как это понимать? Симода тогда отвратительно извивался и говорил, что: «Бенто Сакуры такой маленький. От неё прям веет девчачьим чувством. Это так мило», — Сакура от души улыбнулась, глядя на меня, кто глазел на неё.

— По правде говоря у меня большой аппетит.

Сказала Сакура, когда она открыла сумку и показала мне, что лежало внутри. А это правда ничего, что я могу вот так просто заглянуть в сумку девушки? Немного поколебавшись, я с беспокойством заглянул внутрь.

— …… А тут многовато.

Её сумка была набита едой. Сладкая булочка, снэк, бефстроганов и рисовые шарики из супермаркета. Есть даже сыр, треска, салями и другие закуски, которые не подходят школьницам.

— Поскольку я не хочу разрушать представление каждого, я очень скромна во время трапезы. Ну а когда я проголодаюсь, я перекусываю ещё разок. Твои кексики были очень вкусными, спасибки, и в награду я тебе кое-что расскажу.

После того, как Сакура рассмеялась, как маленькая проказница, она посмотрела мне прямо в глаза:

— Ты же знаешь о предсмертной записке Кобаяси Мисы? Ну так вот, то, что в ней написано, всё так и есть. Должно быть, она очень довольна финалом. Может Кавабата и встала на защиту Кобаяси Мисы, но, если она действительно думает о ней, она должна тихо оплакивать её.

Она говорила медленно, как будто советуя.

— Кавабата сказала, что она знала Кобаяси лучше, чем кто-либо другой, и сказала, что она не верит, что Кобаяси совершила самоубийство.

— Кавабата вообще не понимала Кобаяси Мису. Она не понимала даже себя, не понимала и не замечала.

После того, как Сакура сказала, что хотела, она вздохнула.

— Тогда откуда ты это знаешь?

Когда я спросил, Сакура насмешливо засмеялась:

— Кобаяси Миса, как и я, лгунья. Но в отличие от меня…… вся ложь Кобаяси Мисы шла во благо Кавабаты. Я лгала в своё благо, а Кобаяси Миса лгала во благо Кавабаты.

Категорично сказав это, Сакура понизила тон:

— Позволь мне продолжить, то, что Кобаяси Миса больше всего любила Кавабату, это правда. Она любила Кавабату и была готова на всё. Если ты действительно думаешь о Кавабате, лучше не копай глубже…… ну-с, на сегодня закончили.

Затем Сакура полностью закрыла рот, снова положила альбом на колени и взяла карандаш, приступив к рисованию.

Сакура сказала правду, и я не думаю, что она скажет что-то ещё.

Некоторое время мы молчали, тихо прислушиваясь к звуку трущегося *чирк* карандаша о бумагу, к звуку весеннего бриза, обдувающего близлежащие листья цветущей сакуры, и непонятно откуда доносившегося пронзительного звука трубы.

— … А что ты рисуешь?

Я задал этот вопрос без особого умысла, чисто из любопытства.

Я видел только две картины Сакуры с тематикой моря, но обе картины глубоко впечатлили меня. Поэтому мне захотелось увидеть её новую работу.

— …… Девушку.

Сакура не отводила взгляда от бумаги и указала на крышу школьного здания, которая виднелась впереди.

Я проследил за её кончиком пальца и увидел молодую девушку, которая трубила на крыше. Наверное, там репетировал кто-то из клуба духового оркестра. Звук, который я только что слышал, был её игрой.

— Слушай, а можно мне посмотреть на твой эскиз?

Убедившись, что Сакура кивнула, я посмотрел на её эскиз.

На вышеупомянутой картине изображена девушка, ноги которой расставлены на ширине плеч. Но она стояла не на крыше, а на ветвях цветущей сакуры, зелёные листья которой мерцали на солнце.

Перистые облака, нарисованные на чистом небе, сердечное весеннее небо, на прекрасной сцене с листвой цветущей сакуры на фоне лаймовой зелени, юная дева неторопливо играла музыку. Это прекрасная картина, полная надежды.

— …… Здорово.

Я не смог сдержать своё бормотание, и Сакура гордо ответила: «Ещё бы~~».

Её гордое выражение лица было таким забавным, что я не смог удержаться от смеха.

Будь она в классе она либо скромно улыбнулась и сказала бы: «Ничего подобного», либо очень застеснялась и сказала: «Спасибо», эта уверенная улыбка — истинное лицо Сакуры?

— Ну чего?

Вероятно, уловив мои мысли, Сакура показала неловкое выражение, и я спросил её:

— Я с самого начала подумал об этом, но почему ты отсиживаешься в этом месте?

Будь то грязная канава или листья, падающие ей на голову, это не годится для Сакуры Наруми. Для меня такой вид приемлем, но, если её увидят другие люди, это может подпортить её имидж.

— Потому что, если этого не сделать, я не смогу это запечатлеть.

Грубовато и просто сказала Сакура, снова указывая на девушку на крыше.

А-а, теперь понятно.

Я не мог не согласиться и опустил свой взгляд на тот же уровень, что и Сакура.

Затем передо мной предстал оригинальный пейзаж на бумаге, нарисованный Сакурой.

Из более низкого положения, на расстоянии, можно увидеть девушку, которая играет на трубе, стоя на ветке.

Поскольку она создавала впечатление, что она рисует фэнтези картины, я считал, что она воображает всё это в своём уме, но Сакура на этот раз просто изобразила пейзаж, который она видела.

— Скажи, ты будешь рисовать здесь завтра после школы?

Как я спросил её, она ответила мне бесцеремонно холодно: «Ага».

— …… Можно мне и завтра прийти?

Я попробовал спросить, но она не ответила. Но даже если она скажет «NO», я всё равно приду к ней. Хотя Сакура сказала не копать глубже ради блага Кавабаты, у меня всё равно назначена встреча с Кавабатой, и я не могу отказаться от этого соглашения, не разобравшись с этим вопросом.

В тот момент, когда я медленно встал, Сакура прошептала: «… Эй».

— Что?

Когда я спросил, она посмотрела на меня и усмехнулась:

— Подумай о своей взятке. Если ты принесёшь мне много вкусностей, я смогу подумать об этом.

Может показаться, что она шутит, но я очень хорошо всё понял.

Это истинные слова Сакуры.

*

В течение следующих нескольких дней, я беседовал с Кавабатой в полдень и Сакурой в вечернее время.

Находясь наедине с двумя разными по типу милыми девушками, другие, кажется, очень завидовали этому. Ну, не скажу, что всё настолько плохо. Быть с Кавабатой для меня — это очень расслабляюще, а время, проведённое с Сакурой, тоже не сильно уж неприятно. Сакура, по-видимому, решила не быть со мной вежливой, потому что она не врала, как это делала обычно.

Однако, сколько бы я ни спрашивал её, я никак не мог выяснить правду о смерти Кобаяси.

Хотя Сакура и не рассказала мне ключевые моменты, но она всё же поведала мне кое-что, связанное с Кобаяси.

Она давала ей много советов по рисованию, с которым она не была хороша; они также ходили на пляж, чтобы вместе порисовать эскизы рыбок; а подарок, который Кобаяси подарила Кавабате — портрет Кавабаты, который она нарисовала для неё, — на самом деле во многих моментах сошёл с кисточки Сакуры.

Всё говорило о том, что отношения между Кавабатой и Кобаяси были по-настоящему хорошими, и я начал подумывать, что предположение Сакуры, построенное на том, что Сакура убила Кобаяси, должно быть просто недоразумение Кавабаты. «Кобаяси Миса всегда двигалась прямо к цели. Её не заботили другие вещи, она не оглядывалась назад и выкладывалась на полную. В этом смысле она сама милота», — Сакура со всей любовью отзывалась о Кобаяси, хотя со слов Кавабаты Кобаяси представлялась совершенно другим человеком.

Я рассказал Кавабате то, что услышал от Сакуры, а также высказал свои мысли, Кавабата же просто кивнула и сказала: «Вот оно как», — она не была так возбуждена, как раньше, когда она встретилась с Сакурой. Кроме того, она больше не торопилась узнать правду как можно пораньше.

К тому же смерть самой Кобаяси Мисы постепенно теряет свою актуальность в кампусе. Вероятно, по факту её смерти был сделан вывод что это «самоубийство», и других новых новостей не было.

Весной здесь много дел, и в напряжённой повседневной жизни Кобаяси Миса целиком стала персоной минувшего прошлого.

Таким образом я считал, что это безмятежное время продлится ещё какое-то время.

И вот в один прекрасный день, майский вторник, после череды праздников, произошёл немаловажный для меня случай.

В тот день несколько групп родителей собрались в аудитории класса 2-4 старшей школы Мияма. Этот день является днём открытого урока, установленный школой, так что родителям разрешалось прийти и посмотреть, как проходит пятый урок математики. Может это и открытый урок, но мы все старшеклассники, и в отличие от начальной и средней школ, на него пришло не так много родителей.

Таким образом, даже при том, что занятия должны были начаться уже через несколько минут, в классе по-прежнему присутствовало всего несколько родителей. Среди них, особенно привлекательная женщина, близко общалась с Сакурой, и Симода радостно заговорил:

— Должно быть это мама Сакуры, да? Суперкрасотка!

Как и сказала Симода, мать Сакуры носила элегантное тёмно-синее трикотажное платье, словно безупречная красотка, сошедшая с экрана телевизора, просто уму непостижимо, что она была матерью старшеклассницы. Красота Сакуры досталась от её матери.

Но что меня действительно заботило, так это то, что Сакура вела себя так же, как обычно, даже перед собственной матерью.

То, какая Сакура в классе и какая в школе — это привычное дело.

Это классная комната, а значит учащиеся класса тоже смотрят. И если вы хотите принять это как должное, это действие может быть само собой разумеющимся, но разве не странно то, что она разыгрывает перед своей семьёй своё фальшивое «я»? Или же её семья знает, что у их дочери в школе притворный имидж?

— Сакура будет такой же, когда повзрослеет.

— Что, чёрт возьми, ты думаешь о Сакуре?

Нисихара посмеялся над Симодой, лицо которого опьянённо ухмылялось, а после повернулся ко мне, спросил:

— Оу, Эндо, а это не твой батя?

Я энергично повернул голову назад и… сразу потеря дар речи.

— Прям вылитая копия, м-да.

— Согласен, Эндо будет таким же, когда повзрослеет.

Хотя я ничего не ответил, Нисихара и Симода уже были уверены, что этот человек был моим отцом. Оно и понятно, ведь я точная копия моего отца. Будь то лицо, тело или голос, всё передалось по наследству на 100%.

Нисихара поглядел на моего отца, снова перевёл взгляд на моё лицо и весело сказал: «Эй, алло», — глядя на меня, кто молчал, и спросил с подозрением: «Э? Ты чего?».

Мужчина средних лет в тёмно-синем костюме, который стоял посреди группы манерных мамочек, одетых чуть более пышно, чем обычно, не мог вписаться в их круг и скучающе стоял. И если к нему обращалась чья-то мать, он встречал её улыбкой и здоровался.

Отец очевидным образом привлекает внимание. Так почему он здесь? Я не уведомлял его до последней минуты, взять отгул для него должно быть трудным делом, да и сегодня утром я, как обычно, холодно поздоровался с ним и ничего не сказал про это.

После того как я протяжно вздохнул и разлёгся на парте, Симода недоуменно спросил меня: «Ты разве не поздороваешься с ним?».

Я не рассказывал друзьям о своих отношениях с отцом, потому что не знал, как это выразить.

Это нельзя описать такой фразой как «негативные чувства», у нас не самые лучшие отношения, но по крайней мере, на поверхности, мы всё ещё поддерживаем видимость семьи. Мой отец также исполняет свои обязанности в роли отца, а я исполняю свои обязанности в роли сына. Между владениями моего отца и моими владениями есть чёткая грань, и мы никогда не перейдём эту грань. Единственное место, которое мы делим вместе, — это наш дом. Так и должно быть……

— Ну и зачем же ты пришёл?

Отец должен избегать встречи со мной лицом к лицу. Очевидно, что даже дома у нас не было нормального разговора, так с чего он заявился сюда?

И как раз в тот момент, когда я держался за голову и разговаривал сам с собой,

— Блин, приспичило же им посмотреть. Моя мама тоже сказала, что придёт попозже, стыдоба-то какая.

Когда Симода выкинул это предложение, прозвенел звонок на урок.

— Итак, что касается первой задачи, её решит Асакура.

Учитель Ногути, который преподаёт математику, вероятно, проявил к этому неравнодушие и указывал каждому школьнику, к которому пришли родители, решить ту или иную задачу. Даже в выборе сложности задачи в соответствии с уровнем успеваемости ученика также можно было увидеть его деликатный и обходительный подход.

Я спрятался за вертикально поднятым учебником и вздохнул уже в который раз.

Отец был позади меня. Он вторгся в мои владения, что он задумал?

…… И, кстати говоря, что он обо мне думает?

Я думал о бесчисленных вопросах, смутно плавающих в моей голове.

Единственный ребёнок, который похож на него как две капли воды. Ты его любишь или нет? Он тебе важен или ненавистен? Я не понимаю…… а поскольку я не хочу понимать, я это не говорю.

Мой отец делал то же самое, потому что не хотел, чтобы его видели насквозь, поэтому он использовал электронную почту для разговора со мной. Как отец, он, по крайней мере, должен знать своего сына, — это его обязательство. Потому что он должен растить ребёнка матери.

Даже если он меня совсем не любит.

В конце первого класса средней школы, почти через год после окончания начальной школы, я почувствовал себя немного взрослым, но всё же сверхребёнком.

В то время я смирился со своей способностью видеть сквозь ложь, я был вовлечён в неприятности и получил много душевных травм, но я не открыл для себя настоящего ужаса.

Родственники со стороны моего отца пришли ко мне домой поиграть. Вероятно, Саяка, которая в то время готовилась к сдаче серьёзного экзамена, не смогла прийти, так что её сестра Комати, которая была младше всего на три года, всюду резвилась вместе со мной. Поскольку она была очень рада резвиться со мной, и проводить совместные ночёвки, мне было очень приятно, но когда Комати заснула пораньше, я в ту ночь вдруг проснулся посреди ночи.

Когда я спустился вниз попить воды из-за того, что меня мучила жажда, я услышал разговор.

— Такуя, ты не жалеешь об этом?

Это был голос моей тёти. Этим Такуя был Эндо Такуя, мой отец. В то время, хотя я ещё не совсем мог понимать суть диалога, но не знаю почему, я подумал, что мне нельзя дать им знать, что я здесь. Сглотнув слюну, я остановилась посреди лестницы с выключенным светом и украдкой заглянул в комнату.

У меня дрожали ноги, мне было страшно.

— Ты правда не жалеешь, что позволил ей родить Масаки?

Тётя продолжала спрашивать.

— Я ни о чём не жалею.

Отец моментально ответил с мягкой улыбкой.

— Как я могу жалеть об этом?

Он говорил быстрее, чем обычно.

— Вот как, хорошо. Да, это правильно. Масаки хороший мальчик. Теперь подумав об этом, я не могу представить себе жизнь без Масаки.

Когда тётя радушно произнесла это предложение, я поскользнулся и грохнулся с лестницы. Но всё ограничилось только тремя ступеньками, так что это был всего лишь синяк на икре.

— Масаки! Ты цел?

Сказал дядя, взяв меня за плечи и помогая мне встать, после чего тревожно спросил:

— Ты же не слышал, да?

Тётя тоже в панике сложила руки вместе и сказала мне: «Извини, тётенька задала твоему папе странный вопрос», дядя также упрекнул тётю: «Тебе правда не следовало».

Через некоторое время дядя ласково погладил меня по голове и сказал:

— …… Но, знаешь, даже если ты услышал, папа очень любит тебя, Масаки.

Я притворился максимально спокойным и кивнул.

— Ага.

Как только я это сказал, дядя облегчённо улыбнулся.

Я не смотрел на своего отца.

— Ладно, я пойду спать.

Показав притворную улыбку, я снова побежал вверх по лестнице.

Хотя в горле становилось всё более сухо, я не хотел оставаться в этом месте ни на секунду. Я не хотел видеть лицо отца.

Отец, лгал.

Я слышал, что моя мама была ровесницей отца. Поэтому, когда мать скончалась, отцу должно было быть всего 27 лет.

Если бы не я, шансы моего отца на повторную женитьбу были бы велики. Двадцать семь лет, — для учащегося старших классов такого как я, такой возраст с трудом можно представить в своём уме, но это определённо не так называемый «изжитый» возраст.

Например его брату, который был через две следующие комнаты было двадцать семь лет, я знаю, что он до сих пор одинок и его сильно любят родители, я знаю, что у него есть девушка, которая похожа на горячую цыпочку со светлыми волосами, и я также знаю, что он улыбнулся и говорил, мол: «Мне ещё рано жениться, я пока ещё хочу оттянуться».

Мой отец в этом возрасте уже стал одиноким, а мать оставила меня с этой огромной ношей и ушла. Разумеется, ему было грустно, ведь все родственники как один говорили, что они «любящая пара».

Но прошёл год, прошёл ещё год, и поминки становились всё проще и проще, а когда к смерти матери стали относиться как к чему-то давно ушедшему в прошлое, неужели он не подумывал о том, чтобы с кем-нибудь начать всё сначала?

В своём затуманенном сознании, передо мной неожиданно появился ответ на вопрос, о котором я старался не думать:

— …… Я ему… не нужен.

После этого шёпота, внутри моих глаз стало горячее, а мой взор размыт.

Взглянув в сторону, маленькая Комати прильнула к одеялу, с расслабленным выражением она крепко сопела. С открытым ртом на ней имелись беленькие следы от высохшей слюны, с очень умиротворённым и невинным выражением, прямо как лицо любящего спящего ребёнка. Я подумал, что она такая милая, я нежно погладил малютку Комати, которая спала с потными и слегка влажными волосами.

Со следующего дня мои отношения с отцом изменились. С каждым днём диалогов становилось всё меньше и меньше, мы перестали гулять вместе, на мои дни рождения подарки больше не были теми подарками, которые мой отец выбирал для меня лично, — они превратились в деньги, которые он клал на стол.

— Эндо, теперь ты!

Внезапно меня окликнули по имени, и я пришёл в себя.

— Задача номер пять, выходи к доске и реши этот вопрос.

Как только учитель сказал это, я второпях стал листать учебник, а сидевший рядом Нисихара прошептал мне: «Страница семьдесят три!», — задача оказалась проще, чем я думал, и почувствовав облегчение я медленно подошёл к доске.

x ＝ 7

Я записал решение и ответ мелом, а меловую пыль, оставшуюся на руке, отряхнул, учитель улыбнулся и сказал:

— Правильный ответ! Хорошо.

Может быть, он хотел, чтобы я чувствовал себя непринуждённее, но я надеялся, что он подождёт, пока я вернусь на своё место, ведь когда меня хвалят вот так, я не знаю, как мне себя вести. Мой взгляд метался из стороны в сторону и, наконец, я ненароком посмотрел прямо перед собой, в результате чего я встретился со взглядом отца. Отец улыбнулся и показал очень счастливое выражение, он открыл рот пошире, а затем медленно шевельнул им.

Молодец!

Я быстро отвернулся, поскорее вернулся на своё место и сел.

— Так, теперь Кавабата!

Пока я слушал голос учителя, я сильно нахмурился в попытке изобразить на своём лице горечь.

Потому что я узнал.

Что я был сильно рад, когда меня похвалили.

Из-за этих вещей все мои мысли сосредоточились на собственных думах, исключая отца, я не удосужился посмотреть, чьи ещё родители пришли, и я также не обратил внимания на то, что думают по этому поводу мои одноклассники.

*

После школы я, как обычно, направился к удалённой части старого спортзала.

Похоже, что многие учащиеся разошлись по домам со своими родителями, которые пришли в школу, но, когда уроки закончились, мой отец пропал из виду, и Сакура также попрощалась со своей мамой в классе.

— Вот тебе и сегодняшнее утешение.

С тех пор, как она сказала те слова в первый день, у меня вошло в привычку приходить к ней с домашними закусками, сделанными моими руками.

Однажды я дал ей печенье, купленное в супермаркете, так она пожаловалась мне: «Я хочу есть что-нибудь, сделанное тобой». Я также расслышал, как она сказала: «Потому что десерты Эндо восхитительны», — и хотя мне показалось, что эта девчонка уж слишком нахальна, это не испортило моё настроение, так что с тех самых пор я каждый день прихожу домой и пеку десерты. Сегодня это также был особый рецепт Саяки, который состоит из флорентийского печенья с миндальной начинкой. Хрустящее печенье с цветом карамели, это может и хвастовство в чистом виде, но это действительно отличный готовый продукт. Ну вот где вы сможете найти такого достойного похвалы старшеклассника, а?

— О! Выглядит так вкусно!

Сакура, которая сидела на корточках и рисовала тут же вскочила при виде хрустящей корочки, поэтому она сразу же скушала их, как только она открыла крышку.

Сакура, ко рту которой прилипли крошки от печенья, поедала флорентийское печенье с улыбкой на лице, прямо как хомяк. Свойственной ей элегантности нигде не было видно, хотя это также было очень мило. Я не думаю, что она должна делать вид, будто ест небольшое количество пищи, ну да бог с ней…

— Это вкусно! Эндо, спасибо!

Съев всё в мгновение ока, Сакура выдохнула «ха-а~~» и сосредоточенно облизнула кончики своих пальцев. Мне всегда казалось, что её поступки выглядели очень сексуальными, отчего я невольно сглотнул слюну, и как раз в этот же момент она распустила юбку и *пуф* похлопала себя по животу.

Эх, она всё испортила в одночасье. Сакура ухмыльнулась мне, кто тихо вздохнул, и сказала: «Э-э-эх~ я так наелась, мой животик распух», — она выглядела такой, какой её ещё никогда не видели в классе.

— Такими темпами ты растолстеешь.

После того, как я сказал своё предложение, Сакура надулась:

— Я много занимаюсь спортом.

Как только она сказала это, она посмотрела на меня и добавила:

— Плюс, мои папа и мама не толстые, так что с генетической точки зрения семейства со мной должно быть всё в порядке.

— У твоей мамы и впрямь хорошая фигура, Симода так возбудился.

Она очень близко общалась со своей мамой, и в отличие от нашей семьи, в её семье должно быть царили благоприятные отношения. Когда я так подумал, Сакура горько и неоднозначно улыбнулась:

— А… ну, да.

А потом она посмотрела на меня так, как будто что-то вспомнила:

— Вообще-то, твой отец тоже сегодня приходил.

Но в отличие от Сакуры, мы не обменялись ни словом… наверное, она заметила это, посмотрев на моё лицо.

Она посмотрела на меня, вздыхая,

— …… Вы так похожи, что меня это рассмешило.

Как и ожидалось, Сакура засмеялась «ва-ха-ха» после того, как добавила эту фразочку.

— Но это замечательно.

Через некоторое время Сакура наконец перестала смеяться и душевно сказала это.

— И что в этом замечательного?

Когда я спросил, Сакура естественно ответила:

— Ты и твой отец.

— …… Чего?

Я не смог удержаться от того, чтобы выпустить из себя неприятный тон.

Мои отношения с отцом ужасны. Я хоть и ничего не сказал Сакуре, но, видя, что мы не сказали друг другу ни слова, как вы могли почувствовать в этом что-то «замечательное»?

— Чему ты удивляешься, ведь твой папа выглядел таким нежным.

Сакура удивлённо посмотрела на меня.

— Твой отец никогда тебя не устраивал, да? Я не знаю, поссорились ли вы или тебе стыдно? Но со стороны мне всё понятно.

— Вот как?

Я перестал возражать на этот ответ.

Раз так, то что, чёрт тебя дери, тут замечательного?

— Мы не очень ладим.

— Как такое возможно? Ведь когда ты веришь другому человеку от всего сердца, ты можешь дать ему увидеть свою радость.

Когда Сакура сказала это, она мягко улыбнулась:

— Если ты чувствуешь, что другой человек не принимает тебя, чтобы ты ни делал, такое выражение просто невозможно показать. И разве твой папа, который тихо наблюдал за тобой, не выглядел радостным? Его лицо было радостным и улыбающимся. Других людей это лишь заставит подумать, что он очень счастлив увидеть своего сына в школе.

— …… У тебя так же с твоей мамой, Сакура?

Я спросил это, потому что выражение лица Сакуры выглядело несколько одиноким.

Кажется, она очень весело болтала со своей матерью, не правда ли?

После того, как я спросил, Сакура сразу же показала сложное выражение лица и немного поколебалась, прежде чем прошептать:

— Моя мама идеальна.

— Идеальна? А разве это не здорово?

— …… Она настолько идеальна, что это оказывает на меня большое давление.

Нет сомнений, что слова, которые она с трудом произнесла, были её истинными словами.

— И не только мама, но ещё и отец с братом, вся моя семья идеальна. Семья Сакура — великая семья.

Это звучит как хвастовство.

Но по тону Сакуры я понял, что это не так.

— Потому, я должна быть безупречна. Я не могу запятнать свою семью, если я так не сделаю, я…

По мере того, как Сакура говорила всё тише и тише, я вспомнил, как она притворно себя вела перед своей матерью.

Неужто Сакура, находясь дома перед своей семьёй, не может придумать ничего, что можно было бы всё объяснить? Скорее всего, Сакура в классе и Сакура дома — это один и тот же персонаж.

И если это так, то… это слишком уж строго.

Мне вспомнился золотистый морской окунь, грациозно плавающий в аквариуме в школе.

Прекрасно оформленный аквариум выглядит очень красиво, но о чём думает золотистый морской окунь в том узком аквариуме?

— Знаешь…

— Ах~~ ты такой милый, Эндо.

Сакура быстро заговорила, словно пытаясь перебить меня.

Это был совершенно иной тон, нежили тот, что был только что.

— Ты не красавчик, да и голова у тебя не хорошая и не плохая, ва-а~~ у тебя вообще нет ничего сверхмощного, ты сама обыденность!

Поддразнив меня, Сакура сильно потянулась.

— А, но твои навыки в готовке десертов — это что-то с чем-то.

— Сакура, ты же не держишь меня за дурака, а?

— Вовсе нет, я тебя хвалю.

Сакура покачала головой и улыбнулась мне.

— Но даже так, быть любимым — это всё равно замечательно. Что бы ты ни сделал, Эндо, твой отец будет любить тебя. Ты и твой отец — замечательная семья.

Труба, которая громко звучала каждый день, сегодня не трубила.

Поскольку сегодня день открытого урока, почти все клубы закрыты. То же самое относится и к художественному клубу, но Сакура была сегодня здесь.

С недавних пор мне стало казаться, что поболтушки с Сакурой были немного весёлыми. И Сакура, наверное, тоже так думала.

Вероятно, Сакура ждала меня.