Огни, озаряющие каждый уголок города, не оставляют ни малейшего шанса забыть, что сейчас рождественский сезон.

Глядя на мерцающие огоньки — красные, зелёные, золотые — я невольно вздыхаю.

Куда ни посмотри — везде только парочки. Чёрт побери, зачем я вообще сунулся сюда, в место, давно ставшее меккой для влюблённых?

Я ведь отказался от приглашения Аяки, но, глядя на эти парочки вживую, в душе что-то предательски дрогнуло.

Когда изредка замечаю компании парней, внутри загорается искра солидарности… но тут же слышу:

— Моя девушка любит французскую кухню, думаю, стоит заглянуть вон в то место… — и всё во мне опускается.

Прошлое Рождество я провёл с девушкой. И теперь, среди этой праздничной суеты, мне просто тяжело дышать.

— Простите, э-э… возьмите, пожалуйста!

Среди шума и толчеи ко мне вдруг подскакивает девушка в ярко-красном и суёт флаер.

Может, это и звучит глупо, но я уже был на взводе из-за всей этой «романтики» вокруг.

На автомате я отмахиваюсь от неё.

— Ай!

Девушка теряет равновесие, и листовки разлетаются по асфальту.

— Чёрт, прости!

Я поспешно наклоняюсь, чтобы собрать их, но тут мимо проходит толпа студентов и наступает прямо на половину флаеров.

— Извини, правда, извини. Я всё оплачу.

Я не знал, сколько могут стоить флаеры, но всё равно быстро вытащил кошелёк из заднего кармана.

Увидев это, девушка в красном — судя по всему, в костюме Санты — заметно растерялась.

Я невольно подумал, как непросто ей, наверное, приходится на этой подработке.

Мы с Аякой только недавно спорили, существует ли Санта, а тут такая встреча — хоть в сказку пиши.

— Н-не надо, правда! Это я виновата, что так резко сунула вам флаер... Я просто отдам те, что не испачкались, и всё объясню начальству...

— Я пойду с тобой. Нужно самому всё объяснить.

Я поднял глаза и протянул ей собранные листовки.

Она замялась, явно колебалась, но всерьёз задумалась над моим предложением.

И в этот момент моё внимание переключилось.

Она была потрясающе красива. А в костюме Санты и вовсе казалась кем-то из другого мира — яркой, не такой, как все.

Судя по тому, как прохожие украдкой на неё оглядывались, я был не одинок в этом мнении.

Тёмные волосы с мягкими локонами, лёгкий макияж — скорее всего, она тоже студентка, как и я.

Увидев своё отражение в её больших глазах, я поспешно вновь занялся флаерами.

— Спасибо, что помогли собрать.

— Н-нет, это же я виноват...

— Насчёт того, что вы сказали… У меня строгий начальник, так что ваша помощь действительно не помешает. Но вы уверены? Мне ещё около часа раздавать…

— Всё равно просто слонялся. Подожду.

Девушка в костюме Санты слегка наклонила голову в знак благодарности.

— Ну тогда... эм, до встречи. Жаль, что не могу подсказать хорошее место, где можно передохнуть.

— Ничего страшного. Мой университет совсем рядом — я здесь как у себя дома. Подожду в «Ретуре», это кафе на первом этаже вон того торгового центра.

— Университет рядом?..

Здесь только один университет.

Когда я кивнул, на её спокойном лице промелькнуло еле заметное выражение узнавания.

— Эм... Я — Шинохара Маю.

— Хасэгава Юта. ... До встречи.

— Да, поняла. «Ретур», верно?

В отличие от лёгких, привычных прощаний с Аякой, это расставание вышло каким-то неловким.

Я направился в сторону торгового центра, переполненного парочками, окружённого повсюду рождественским убранством.

И только тогда понял — шаги вдруг стали заметно легче.

* * *

— Опаздывает.

Кафе «Ретур» на первом этаже торгового центра, украшенного в рождественском стиле.

Я сидел в одиночестве у стойки, ожидая девушку в костюме Санты.

Закатав рукав, взглянул на часы. С момента, когда мы договорились встретиться, прошло уже сорок минут.

Впрочем, если подумать, это вполне объяснимо.

Даже если бы я пошёл вместе с ней извиняться, всё, на что я был способен — это просто сказать «простите» рядом.

Я тогда вспылил и схватился за кошелёк, но вряд ли какая-то компания всерьёз будет требовать деньги за испачканные флаеры.

Бросив последний взгляд на часы, я поднялся.

Осушив уже остывший кофе одним глотком, я вышел из кафе.

С тяжестью в ногах я брёл сквозь оживлённый торговый центр.

Если подумать... какое ещё «пойти вместе извиняться»?

Прямо как какая-то фраза для знакомства. Неудивительно, что она насторожилась. Будь я на её месте, тоже подумал бы: «Что за тип вообще?»

...Если так — ладно. Но заставлять ждать вот так — немного жестоко, разве нет?

Погружённый в эти мысли, я поднял взгляд — навстречу мне шла парочка, держась за руки.

Они смотрели друг на друга, словно я был невидимкой.

В итоге мне пришлось пройти прямо между ними, разъединив их сцепленные пальцы.

— Простите.

Я коротко поклонился.

Судя по виду, старшеклассники. Даже не обернулись, просто снова взялись за руки, будто ничего не случилось.

— ...Ха.

Я тяжело вздохнул. Даже не злость — просто какая-то жалость к самому себе.

Они, наверное, проведут Рождество вместе. Может, даже пойдут в ресторан, несмотря на скромный бюджет.

Я сунул руки в карманы джинсов, вставил наушники и включил музыку погромче, чтобы заглушить окружающий шум.

Быть одному — не то чтобы больно. Но почему именно в Рождество одиночество ощущается так остро?

Пойду домой и почитаю мангу. Вот и весь план на Сочельник и само Рождество.

Вдруг — тюк-тюк — кто-то нерешительно коснулся моего плеча.

Я обернулся — передо мной стояла незнакомая девушка. Нет... та самая. Только теперь уже не в костюме Санты, а в бежевом пальто.

В том наряде это было сложно разглядеть, но сейчас я...

...мог почувствовать, что она младше меня.

— А? Что-то случилось?

— Эм... привет. Это я, из кафе.

— Ох, извини. Я уже решил, что ты не придёшь, и собирался идти домой. Сейчас?..

Я отвёл взгляд, чувствуя себя виноватым за то, что ушёл с места, где обещал ждать. Даже если она опоздала на сорок минут — мог бы и подождать чуть дольше.

— Нет, я уже всё уладила.

— А?

— В двух смыслах.

— А?..

— Я уволилась.

— Что!?

Я вздрогнул от того, как легко она это сказала, даже с какой-то улыбкой.

Постой… неужели это из-за того, что я на неё наткнулся?

— Ну, я и так собиралась увольняться. Просто немного жаль — костюм Санты мне нравился.

— Ты… уверена, что тебе нормально с этим?

— Вполне.

Она вдруг надулась. Вежливость, которую я видел раньше, похоже, была частью её рабочей маски.

— Кстати, я ведь уже называла своё имя, да? Шинохара Маю. Хватит звать меня «эй, ты».

— Ах, прости… Но разве это нормально — вот так сразу говорить имя незнакомцу?

Мы ведь просто столкнулись и рассыпали флаеры — вот и всё. Именно это я и имел в виду.

— Что это сейчас было? Прямо как будто я какая-то доступная.

— Н-нет! Совсем не это я хотел сказать!

Я поспешно замахал руками, а Шинохара сузила глаза.

— ...Но да, ты прав. Прости. Просто немного занервничала. Но это ведь не твоё дело.

Когда я извинился, она моргнула с удивлением.

— Н-не надо... Я не в том смысле... Не извиняйся так серьёзно, я же просто пошутила.

— Что, правда шутка?

— Да, шутка.

— Какая-то трудночитаемая у тебя шутка… Я уже подумал, что ты на меня всерьёз обиделась.

— Я не настолько вспыльчивая, чтобы злиться из-за такой ерунды~

Шинохара нахмурилась, будто в ответ на несправедливое обвинение.

Я не мог знать всего этого о человеке, с которым только что познакомился, поэтому лишь криво усмехнулся.

— И ещё, Хасэгава-сан, мы же учимся в одном университете. Я на первом курсе, так что, скорее всего, младше тебя.

— А, серьёзно? Я на втором.

— Ну да, университет тут всего один. И раз ты старше, просто зови меня по имени, хорошо? А то это "-сан" как-то режет слух.

Шинохара поморщилась, будто ей физически неприятно было это слышать.

В самом деле, ко мне "-сан" обращаются только младшие сотрудники на подработке.

В обычной обстановке такая формальность и правда ощущается странно.

— Ладно, Шинохара. Есть что-нибудь, чем я могу загладить вину? Даже если ты и собиралась увольняться, всё-таки именно из-за меня ты ушла сегодня.

Шинохара скрестила руки и задумчиво протянула:

— Хммм... А у тебя есть планы на завтра?

— А?

— Есть одно место, куда я хочу сходить.

Она достала телефон и начала что-то набирать. Через секунд десять показала мне экран.

— Тут неплохо. Я уверена.

— …Погоди, это же…

Французский рождественский ужин. 8000 йен с человека. Или мне показалось?

— ...Почему?

— Почему, спрашиваешь? Ну… скажем, потому что мы из одного университета.

— Это как-то… рандомно.

— Абсолютно. Но жить лучше, когда позволяешь себе немного спонтанности.

— Ха.

— Шучу. Как ты сам сказал, ты же хотел загладить вину, да? Так что чуть-чуть эгоизма не повредит, верно?

— Угх.

В яблочко. Я ведь сам предложил извиниться. Если сейчас откажусь — будет похоже, будто слова были пустыми.

…Хотя, постой. Её фраза кое-что задела.

— А почему ты называешь меня «сэнпаем»?

За почти два года в университете меня почти никто так не называл, если не считать клубов — в кругах чаще используют «-сан». В последний раз меня звали «сэнпаем» ещё в старшей школе.

— А, извини, привычка. Я до недавнего времени была в клубе. Старших там всегда звали «сэнпай».

— Хм. Вот как это у вас в клубах.

— Ну, это не прям правило… Если не нравится, могу звать по-другому.

«Сэнпай» напоминало о стыдных школьных воспоминаниях, но не более. Причин возражать не было.

— Зови, как хочешь.

— Хорошо тогда, Сэнпай. Обмениваемся LINE? Значит, договорились насчёт завтрашнего места, да?

— Ага, давай.

Что будет — то будет.

Я достал телефон, и мы обменялись ID.

Раз уж сам предложил извиниться, придётся идти до конца — вместе с Шинохарой.

Так я и договорился о рождественском ужине с Шинохарой Маю — бывшей Сантой.

И всё же в голове никак не утихала мысль, что по 8000 йен с человека — это больно бьёт по кошельку.

— Я дома.

Поздоровался с пустой квартирой, в которой никто не ответит.

Живу один, и в такие моменты одиночество ощущается особенно чётко.

Хотя университет и родительский дом находятся недалеко, я умолял родителей отпустить меня жить отдельно.

Думал, будет весело звать друзей… но в итоге минусов оказалось больше.

Особенно тяжело без готовой еды.

Я повесил любимую куртку на плечики и бросил телефон на ворох одежды на ковре.

Экран мигнул в момент приземления. Я мельком глянул — сообщение от Аяки в LINE.

«У нас намечается михосе на Рождество. Ты должен прийти».

— На Рождество, серьёзно?..

Я невольно пробормотал вслух.

Завтра — Сочельник.

Приглашение неожиданное, но у меня уже есть планы с Шинохарой. Да и выбираться и в Сочельник, и на само Рождество — тяжеловато.

«Занят. Не смогу.»

Отправлено.

Через две секунды экран снова засветился — входящий звонок. Как и ожидалось, Аяка.

— Что такое?

— Это у меня к тебе вопрос! Почему врёшь?

— Вру?

Аяка, похоже, и на секунду не поверила, что у меня есть планы.

Что особенно раздражает — если бы я не встретил Санту, она была бы права.

— У нас не хватает людей! Ну пожалуйста, умоляю!

— Не вижу, чтобы ты умоляла.

Кажется, не хватает и парней, и девушек.

Редко когда Аяка, с её обширными связями, вот так носится в поисках участников.

Обычно ей достаточно одного звонка, и людей набирается с избытком.

— Почему парни не могут сами собрать свою часть? Почему ты опять за всех пашешь?

— В этот раз я знакомлю своих подруг с проверенными парнями.

— С «проверенными», говоришь?

— И ты, дорогуша, с честью прошёл отбор! Поздравляю!

— Я кладу трубку.

— Ладно-ладно, прости, подожди!

В голосе — паника. Значит, дело и правда срочное.

— Что?! Если ты так тщательно всех отбирала, то я среди них буду как бельмо на глазу.

— А вот и нет. Мне ты, вообще-то, нравишься, знаешь ли.

Сказано удивлённым тоном.

— Ч-чего? Ты ударилась?

— Ой, кто-то покраснел~ Ну ладно, а что насчёт твоих «планов»? Это ведь не ложь?

— Ты...

Я прикусил губу. Она явно меня сбила.

— …Меня пригласила Санта.

— Санта?

Тон такой, будто я сморозил глупость века.

— Девушка помладше, была в костюме Санты. Долгая история.

Я пересказал всё, что произошло днём ранее.

Выслушав, Аяка задумчиво хмыкнула, а потом сказала с подозрением:

— …Тебя не разводят?

— Угх, думаешь, это возможно?

— Назначить встречу из-за раскиданных флаеров? Ну ты и крут, король пикапа.

— Эй, я вообще никого не «пикапил»!

Я попытался возразить, но она спокойно перебила:

— Не мешай.

Сама сказала — сама обиделась.

— В любом случае, если уж девушка зовёт парня постарше, которого только встретила — это ещё подозрительнее. А вдруг вы сидите, и тут появляется тип, требует денег...

— Медовая ловушка? Ну нет, такого точно не будет.

— Кто знает. Но теперь хотя бы знаю, что завтра у тебя занят Сочельник.

— А?

— Значит, послезавтра, в шесть вечера, на обычной станции. Пока!

Я уставился на экран, на котором уже горело «вызов завершён».

Старшая школа давно позади, но складывается ощущение, будто с тех пор Аяка стала обращаться со мной только грубее.

* * *

— Прости, что заставила ждать.

Сочельник. День, когда я договорился встретиться с Шинохарой.

Она появилась точно в срок.

— Прямо минута в минуту. Я вообще не ждал.

— Хотела сесть на поезд пораньше, но… было так людно, что я не успела.

Я кивнул. Сегодня в поезде и правда казалось, что парочки заполнили его вдвое плотнее обычного.

— Пойдём?

Она пошла вперёд, и я последовал за ней.

Парни из проходящих мимо пар смотрели на Шинохару украдкой.

Видимо, сегодня она особенно постаралась с макияжем, и в ней не осталось ничего от вчерашней «младшекурсницы».

Сердце невольно забилось сильнее — настолько она выглядела очаровательно.

Мы прошли под эстакадой и свернули с улицы, полной влюблённых, на более тихую дорогу.

Не сказать, что тут было безлюдно, но людей заметно меньше.

Если на основной улице здания высились по десять этажей и выше, то здесь — в основном двухэтажные.

Все фасады украшены в рождественском духе, словно специально для парочек.

— Мы на месте.

Шинохара указала не на здание, а на лестницу, ведущую вниз.

Когда она пошла вперёд, не оглядываясь, я вдруг вспомнил слова Аяки из вчерашнего разговора.

— ? Что такое?

Шинохара обернулась, глядя на меня с лёгким недоумением.

— Да так, ничего.

Я отмахнулся от сомнений и последовал за ней вниз.

У двери — массивной, тяжёлой на вид — она потянулась за ручкой, но я обогнал её и открыл сам.

Дзинь.

Сразу же раздался рождественский звон — словно мы вошли в сказку.

Персонал поклонился так вежливо, что я невольно выпрямился.

— Бронь на 18:30, на имя Шинохара.

Снова поклон, и нас повели вглубь зала.

Освещение мягкое, сиденья из коридора не видны — все отдельные комнаты, каждая с дверью.

Нас провели в комнату, где был диван на двоих, стоящих рядом.

Бокалы уже стояли на столе.

Это определённо...

— Тут атмосферка как в заведении только для пар.

— Ну, это ведь рождественское меню.

Шинохара беззаботно сказала это, села на внутреннее место и глазами указала — мол, садись.

— Эм…

— Это же твой способ извиниться, не так ли?

— …Да, виноват.

Её слова вернули меня к реальности — всё это ведь моя инициатива.

Даже если мы познакомились только вчера, прийти в такое место... невозможно не начать напрягаться, но я изо всех сил пытался сохранять спокойствие.

— Меню фиксированное, но напитки можно заказывать отдельно. Алкоголь тоже.

Она протянула мне меню напитков. Цены были раза в три выше, чем в обычной изакае — пришлось мысленно свериться с кошельком.

— Серьёзно, всё это всего за 8000 йен?

— Ага. Местечко не самое известное.

Шинохара гордо кивнула: "Хмф."

— Ну, хорошо… Так зачем ты меня сюда пригласила?

— Отличный вопрос!

Глаза её засияли, как будто она с нетерпением ждала, когда я это скажу. Значит, дело не в ловушке.

— Мой парень изменил мне на прошлой неделе!

Она громко фыркнула, поднеся пустой бокал к губам — даже несмотря на то, что аперитив ещё не подали.

— Хм? Пусто.

— Ты же могла заметить, когда поднимала бокал.

Не удержался и выдал раздражённый тон.

— И вообще, ты же несовершеннолетняя. Даже если нальют аперитив, не пей.

— Ну не будь таким занудой~ Ты же сам пил на вечеринках для новеньких, Сэнпай.

Шинохара надулась, отставляя пустой бокал.

Правило «нельзя пить до 20» в университетах игнорируется регулярно — особенно на тех самых «шинканах».

Это не столько легкомыслие молодёжи, сколько застарелая и вредная традиция.

— А я вот вежливо отказывался.

— Правда~?

Шинохара прищурилась и хищно улыбнулась.

С такой дьявольской мимикой становится ясно — парней она водила за нос не раз.

Потом мы увлеклись разговором о вузе и не заметили, как пришло время главного блюда.

— Кстати, я ведь вбросила довольно шокирующую инфу… А ты её как будто проигнорировал.

— Это ты сама про неё забыла.

— Н-не забыла! Просто мы отвлеклись.

— Ну да. Не верится, что мы познакомились только вчера.

— Д-действительно. Ладно, к делу.

Шинохара откашлялась.

— Меня... бросили.

— Понял.

Во второй раз это не прозвучало так резко.

Я больше думал о том, как правильно среагировать.

Когда подобное случилось со мной, мои друзья, наверное, тоже не знали, что сказать.

Чтобы отвлечься, я осушил свой коктейль.

— Я долго искала это место, выбирала тщательно... И в итоге пришла сюда не с тем, с кем планировала, а с каким-то случайным сэнпаем.

— Ты же сама меня пригласила…

— Вся эта вкуснятина — мясо, напитки, суп — всё было заказано, чтобы съесть это вместе с ним!

— А грусти в голосе что-то не слышно.

Я не выдержал, вмешавшись в её драматичный монолог.

— Ай, спалился?

Шинохара высунула язык.

— Он был моим первым парнем. В средней и старшей школе я отшивала всех, кто признавался.

— Ух ты, много признаний было?

— Ага, я ведь популярная.

Сказано так буднично, будто ей это даже неинтересно.

Учитывая её внешность, это вполне правдоподобно — я лишь честно кивнул.

— И всё же... почему ты выбрала именно этого парня?

Шинохара задумалась, а потом щёлкнула пальцами.

— Вот! Хотела просто попробовать быть в паре.

— А?

— Все в соцсетях постят, как гуляют с парнями... Я завидовала. Захотелось тоже с кем-то ходить по разным местам.

— Понимаю.

Многие начинают отношения именно из-за этого — особенно под Рождество.

Казалось, будто весь интернет превратился в выставку чужого счастья.

Из-за этого я и сам стал заходить в соцсети всё реже.

— Это было моё первое «встречание», и закончилось оно изменой. Не то чтобы мне было жалко саму расставание… Просто не люблю быть той, кого предали.

— Да, понимаю. Некоторые именно это и задевает.

Когда это случилось со мной, я был в таком шоке, что неделю провалялся в постели.

Даже Аяка тогда пришла на помощь и конспекты носила.

— Он изменил, но всё ещё увлечён мной. Так что хочу немного отомстить перед тем, как окончательно порву.

— Как?

— Пока не решила, но самый безопасный вариант — сделать вид, будто у меня уже кто-то есть. Только нужен напарник.

— Ну, удачи.

Я переключился на поданный филей.

— Вот тут ты и вступаешь, Сенпай.

— Нет.

— Эй! Я же ещё даже не объяснила!

Притвориться её парнем? Я сразу вспомнил мангу с похожим сюжетом из сёнэн-журнала.

У меня появилось нехорошее предчувствие, и я пресёк её раньше времени. Увы, оказался прав.

— Пожалуйста! Всего разочек! Просто показаться перед ним и вести себя как пара!

— Ни за что. Да, я сам предложил это ужин, но к твоим делам это отношения не имеет. Обратись к кому-то другому.

— Это слишком стыдно — просить близких друзей!

Может, и так… но это не значит, что просить меня — норм.

С такой внешностью, как у неё, достаточно одного поста — и очередь желающих выстроится.

— Слушай, я тогда заплачу за весь ужин. Договорились?

— Дура, я не позволю младшей девушке платить за меня. Мы поделим.

Если бы я пригласил её, заплатил бы сам, не задумываясь.

Я не собирался её угощать, но и позволить, чтобы платили за меня, тоже не могу.

— Нет уж. Я хорошо подзаработала в роли Санты. И если могу «нанять» тебя за это — оно того стоит. Сколько бы ты ни упирался, я всё равно плачу.

— Вот уж логика…

— Да просто перестань думать и ешь говядину.

— Филе, ты хотела сказать.

В меню указано: по-россини.

— Сэнпай, а что значит «по-россини»?

— Кажется, это когда блюдо готовится с трюфелем и фуа-гра.

— Ого! Сэнпай, ты такой эрудированный!

Я не могу сказать, что узнал это только потому, что ел то же самое со своей бывшей.

Вкус был неплох, но за такую цену — ничего особенного.

Подумав это, я отрезал кусочек и попробовал.

— Охренеть, как вкусно…

Не сдержал восторга.

Такое мясо, наверное, лучше всего сочетается с красным вином, но я его всё ещё не научился ценить — открыл меню, ища другой коктейль.

Шинохара, наблюдая за мной, самодовольно улыбалась.

— Хе-хе, не зря я всё меню изучала. Значит, так и быть — до завтра.

Я чуть не поперхнулся.

— П-погоди. У меня планы на завтра.

— Хм? У тебя — планы? На Рождество?

— Эй, ты слишком быстро ставишь на мне крест.

— Нисколько. Так что за планы?

— Михосе. Я там недолго буду.

— ...Михосе, значит.

Шинохара сделала непередаваемое лицо.

— Прости, что я такой тип, который ходит на михосе в Рождество.

— Да не в этом дело. Если закончится рано — тогда увидимся. Если затянется — значит, в другой день. Просто напиши.

С этими словами она принялась за филе и с сияющими глазами воскликнула:

— Вкуснятина!

Глядя на неё, я только вздохнул.

Похоже, она из той же породы, что и Аяка.

Весёлое, блин, Рождество вырисовывается.