— Когда Адам вернётся из Висерна, пусть едет в Тиллию.

— Тиллию?

— Интересно, какие-такие у герцога важные дела, что он отправился в свои земли во время дебюта своей единственной дочери. Передай Адаму, чтобы для прикрытия использовал прошение об инвестициях в ювелирный бизнес. Пусть останется там на некоторое время и смотрит в оба.

— Вы решили, что принцесса Киллини подходит на роль вашей будущей супруги?

— Она лучше Анаис.

«Что-то подозрительное витает вокруг этой принцессы…»

Всё время блуждая в полумраке, Киллиан решил, что он, наконец, нашёл ту самую искру. А теперь предстояло установить причину пожара.

* * *

Витая в свои мыслях, Джульетта быстро направилась в комнату отдыха, предназначенную членам герцогства Киллини. Она притворялась высокомерной и надменной, однако её руки тряслись, а лицо приобрело нездоровый оттенок.

Когда принц спросил «мы встречались?» сердце девушки словно упало в пропасть. А теперь приходилось иметь дело с последствиями этой нервозности. Джульетте очень повезло, что гостиная Киллини находилась недалеко от комнаты отдыха правящей семьи. Благополучно прибыв, незамеченная никем Джули села на мягкий диван:

— Что произошло?

Вера, всё время находившаяся в покоях, изумлённо посмотрела на бледное лицо девушки. Джульетта пыталась прийти в норму, но голос её был слаб и удушлив:

— Вера, в груди так тяжело, не могу дышать. Нужно чуть ослабить корсет на мгновение, прошу вас...

Пока она стояла напротив принца, сердце стучало так быстро… а теперь, утихнув, стало почти невыносимо:

— Боже, с самого начала затягивать талию так туго было ужасной идеей, и я знала, что вам станет нехорошо.

Горничная цокнула языком, ослабила и опустила верх платья, развязала корсет и накрыла накидкой оголённое тело Джули. Ощутив свободу, Джульетта глубоко и тяжело вздохнула:

— Когда я стояла неподвижно, всё было хорошо, но я танцевала, а затем какой-то болтливый мужчина чуть не упал на меня. Думаю, из-за этого моё падение стало не таким легко выполнимым трюком…

— Вы упали? Упали в обморок из-за корсета?

— Нет, не совсем — я потеряла опору на некоторое время, — проговорившись об обмороке перед Киллианом, девушка решила быстро поменять показания.

— Вы ушиблись где-нибудь?

— Нет. К счастью, я в порядке, — она расслабленно выдохнула, испив принесённый Верой чай, — спасибо вам.

— Если мадам услышит, как вы разговариваете со мной, то снова возникнут проблемы, — служанка предупредила девушку, которая всегда обращался к Вере с почтением.

— Перед ней я теперь не совершаю ошибок.

Женщина намеренно жёстко проговорила:

— Даже являясь заменой, вы должны вести себя как принцесса Киллини. Однако вы никогда даже на «ты» со мной не говорили. Вы от всего сердца обязаны верить в свою исключительность и благородное происхождение, тогда и ваши движения станут более естественными.

— Хорошо, Вера. С сегодняшнего дня я буду считать себя настоящей принцессой и вести себя как положено.

Джульетта понимала, что Вера слишком хороша, чтобы разговаривать с ней неофициально, и от того неловко и широко улыбнулась. Женщина хихикнула ей в ответ.

— Теперь я должна вернутся в зал. Затяни мой корсет, пожалуйста.

Она очень сильно хотела сбежать и спрятаться в особняке Киллини, но сегодня был тот день, когда её румяное, пышущее здоровьем лицо должны были хорошенько рассмотреть. Ведь это дебют. Джули ворчливо повернулась в служанке спиной, давая ей возможность одеть себя:

— Никто не сможет сыграть роль принцессы идеально. Повторять эти нудные вещи снова и снова…

— Какие нудные вещи? — уточнила Вера.

— Приходить на балы и — ха-ха-ха! Улыбаться, а внутренне проклинать всё на чём свет стоит.

— Для женщин благородного происхождения связи в обществе — это власть и богатство. Возьмём, например, наших королев. Первая королева доминирует в общественном кругу и её позиция сильнее чем у Второй королевы, которая остаётся в стороне.

— Тогда настоящая принцесса Киллини не сможет активно участвовать в социальной жизни, когда я перестану ею притворяться.

— Деятельность важна для тех, кто хочет что-то иметь и не терпит конкуренции. Но леди Айрис — единственная наследница, у неё есть земли, титул — влияние в обществе принцессе не нужно. Здоровье — вот чего леди не хватает.

— Грустно располагать всем, но при этом не иметь самого главного, — Джули искренне жалела Регину, вспоминая её хрупкую фигуру.

Однако Вера, знавшая леди Киллини с детства, видела её холодность и жестокость по отношению ко всему, что той было не по душе:

— Будь это единственное, чего леди не достаёт, я бы не беспокоилась… о ней, — пробормотала горничная.

* * *

8. Шартрез

Выйдя из экипажа как истинная принцесса, девушка вошла в стеклянную прозрачную дверь без единого пятнышка — Гибсон поспешил открыть её перед Джули, и она непринуждённо ступила в гардеробную. Без ведома Джульетты в магазине появился роскошный диван и стол. Они были идеально расположены перед круглым постаментом — сценой, где отлично можно рассмотреть и человека, и платье.

Когда девушка вошла в швейный цех, Амели и София, какие резали ткани, торопливо подбежали к ней:

— Ах, Джульетта, ты здесь? Благополучно ли завершился вчерашний вечер?

— Да, я вчера отлично поработала. Вела себя изящно, не совершала ошибок — всё как учили. Никто не усомнился во мне.

Софи легко похлопала воспитанницу по ягодице словно ребёнка:

— Хорошая работа, молодчина. Корсет не создавал проблем? В любом случае, ты отлично потрудилась.

— Как восприняли платье? Я волновалась, потому что оно очень отличается от нынешних дизайнов.

Джули ярко улыбнулась обеспокоенной Амели:

— В зале оно было как бельмо на глазу, однако прекрасным бельмом! Ты должна морально подготовиться, ведь магазин скоро будет забит до отказа. Я думаю, нам нужно нанять больше людей, но пока нет средств, чтобы выплачивать им ежемесячную зарплату. Пожалуйста, отправьте счёт за платье в особняк Киллини, стоимость впишите как договаривались ранее. Когда поступят деньги, я начну ремонт наверху.

— Что мне сказать, если прибудут потенциальные покупатели, интересующиеся дизайном? Даже если у нас есть каталог, найдутся те, кто захочет лично встретиться с тобой.

— Скажи, что дизайнер не хочет показываться перед публикой. Такая мистика будет подогревать интерес к магазину. Но, полагаю, что мне понадобится управляющий. А также человек, заведующий гостями, счетами и отправками… Секретарь! Ведь в гардеробную будут приходить и уходить люди, их нельзя оставлять без внимания.

— Есть куда потрать деньги…

Девушка обняла Амели, которая, казалось, очень переживала о финансовой стороне вопроса:

— Почти все наряды для меня сделаны, поэтому давайте подумаем и об одежде для вас.

— Для нас тоже?

— Да. Вы будете встречаться с гостями от моего имени и рассказывать им о возможных моделях. Поэтому ваши наряды должны быть сделаны из лучшей ткани. Хочу представить вас как помощниц. Я также буду передавать вам все заказы.

— Нужно ли нам лично встречаться с гостями?

Джульетта хотела ответить на вопрос Софи, но сначала приняла из рук Гибсона дебютное платье принцессы Киллини. Она боялась появляться с ним в одном месте, и потому кучер принёс его отдельно. С сегодняшнего дня оно будет выставлено в зале, чтобы привлекать внимание клиентов.

Гибсон оставил карету на стоянке возле особняка, подошёл к столу на террасе и сел. Амели подала ему охлаждённый чай Пенироуз и вернулась. Наблюдая за его непринуждённым появлением, Джули расчувствовалась и слегка потёрла грудь.

Когда кучер впервые привёз её в магазин, он, вопреки уговорам, оставался сидеть на неудобном сиденье экипажа. Даже если до завершения работы оставалась несколько часов, он лишь сухо повторял:

— Мне и тут хорошо, я подожду.

Конечно, это была его работа, но девушка всегда чувствовала себя неудобно, ведь она помнила, как сама трудилась в качестве горничной.

В конце концов, Амели, заметив, что обеспокоенная Джульетта вечно торопится, силой привела кучера в магазин, усадила озадаченного мужчину на террасе и проговорила:

— Мы все здесь равны, поэтому давай устроимся с комфортном друг подле друга. Какой чай ты хочешь? Какой любишь?