Пока Марибель довольно обдумывала свои планы, карета остановила свой бег. С каждой стороны улицы выстроились здания, похожие на элитные бордели. Юноша и женщина вошли в самое большое и роскошное заведение.

Как и обговаривалось, их встретила София.

Среди всех покалеченных извращенцами-аристократами проституток, каких изолировали в отдельной комнате, Марибель указала на блондинку:

— Я бы хотела получить этого человека.

София, управляющая «Падшего ангела», одного из филиалов «Под крыльями ангела», попросила своего человека привести указанную женщину.

Рафаэль с отвращением посмотрел на тех, кто пытался получить выгоду с продажи даже изувеченных проституток. Он нахмурился, увидев девушку, которая тяжелой поступью вышла к ним. На вид ей было около четырнадцати лет:

— Она очень мила. Волосы и глаза немного другого цвета, но они тоже хороши…

Работница «Ангела…» не могла идти самостоятельно и, прихрамывая на на одну ногу, постоянно стонала:

— Она, похоже, больна. Вы лечили её вообще? – какой бы бессердечной ни была Марибель, она не смогла промолчать, увидев явные признаки запущенного состояние девочки.

— Владельцы публичных домов не вызывают врачей тем, кто больше не может принимать денежных клиентов. Ей повезло, что она может уйти из этого места будучи живой. Другие лишь после смерти покинут данное заведение.

Юноша вклинился в слова Софии:

— Так может лучше отпустить их, ведь еда обходится дорого?

— Разве нет людей, которые ищут таких женщин? – управляющая указала на пару. – К тому же, есть те мужчины, которые более склонны сношаться с трупами. Некоторым нравятся товары без рук или глаз. К сожалению, эта девушка не смогла принять ни одного достойного гостя, иначе ей бы дали обезболивающее на несколько дней…

Владелица театра резко взглянула на неё:

— Хватит, я понимаю, что вы хотите сказать. Однако сейчас вы должны позвать врача и унять её боль. Мне ещё предстоит долгий путь.

Марибель слышала о «Падшем ангеле», самом большом борделе «Под крыльями ангела» от герцога Мигуэля. Некоторое время назад он с гордостью посещал это место и говорил, что там можно отыскать барышню на любой вкус. Владелица театра часто соединяла желанных женщин и аристократов от имени того же Мигуэля или других лиц, однако лично посещала бордель впервые.

Марибель видела этих несчастных девушек с рыбьими пустыми глазами и вспоминала себя прошлую —раздавленную под стариком девочку, но смирившуюся со своей мучительной судьбой. Когда она поспешила из заведения, Рафаэль, который поддерживал блондинку, спросил Софию:

— Вы ведь не хотите сказать, что этот ребёнок, несмотря на состояние, продолжала работать?

Казалось, он серьёзно обеспокоился видом этой проститутки:

— Почему нет? Пусть она потеряла товарный вид и не может обслуживать досточтимых клиентов, сюда частенько захаживают подхватившиеся заразу гости. Она ведь шлюха, и её судьба предопределена.

Девочка никак не отреагировала на слова заведующей и лишь опустила голову. Она, родившаяся и выросшая в борделе как дочь падшей женщины, знала, как следует себя вести:

— Я возьму этого ребёнка с собой! Не останавливайте меня, - рявкнул юноша.

— Я и не собиралась, - Марибель пожала плечами, - мне нужна похожа девочка, так что всё нормально. Я забираю её. Не смотри так, Рафаэль. Такая молодая, она, должно быть, дорого стоит… Я уж хотела сказать, чтобы ты сам оплатил счёт, но, к счастью, человек, какой послал меня сюда, очень щедр.

Услышав слова гостьи, София ответила:

— Да, такие светлые волосы и зелёные глаза – редкое и дорогостоящее сочетание.

Их направили в комнату для персон высшего класса. Блондинку должны были подлечить и довезти до Аустерна. Марибель сделала глоток горячего чая и бросила быстрый взгляд на следующую за ними коричневолосую девушку:

— Сколько тебе лет?

— Скоро будет семнадцать.

Рафаэль не смог сдержать сочувствующего взгляда и с удивлением спросил:

— Семнадцать лет?..

— Да, сэр.

— Ты старше, чем я думал.

Владелица театра размышляла об этом. Ей нужен верный человек, чтобы стать её ушами в Тиллии. Когда Рафаэль появится там как рыцарь, это девушка будет его служанкой. Пусть она была старше, чем Марибель планировала, но это неважно:

— Ты ведь знаешь, как тебе сегодня повезло?

Девушка кивнула:

— Я спасла тебя от жизни в борделе, где тебе было суждено умереть от дряхлости или болезни. И ты должна отблагодарить меня за эту милость, верно? Я спасаю тебя, а ты расплачиваешься со мной.

Когда она кивнула чуть увереннее, владелица театра улыбнулась:

— Вижу, чувство долга у тебя присутствует. Я дам знать, какое задание ты получишь. Как тебя зовут?

— Диан.

— Пока что, Диан, тебе нужно ждать, когда это дитя доберётся до Аустерна. После этого я свяжусь с тобой.

Марибель опустила чашку на стол и довольно посмотрела на мягко кивающую девушку.

* * *

— Расскажи мне, кто является нынешним императором и перечили всех, кто входит в Императорское родословное древо.

— Император — Клавдий Мартино Юлиус Киллини Аустернский, Императрица – Корделия Лорен Харриот Бертино Аустернская, первая принцесса княжества Бертино, которая была убита бандитами тринадцать лет назад. Первая королева – Виктория Лорен Дианнел Дадли Аустернская, мать первого принца Франциска Реймонда Джуделла Дадли Аустернского… Вторая королева – Ирэн Элизабет Бертино Аустернская, является матерью пятого принца Киллиана Михаэля Хедфорда Бертино Аустернского. Фух… почему имена такие длинные?

Когда Джульетта ворчала о длинных именах членов императорской семьи, Симона грозно уставилась на неё:

— И опять. Зачем добавляешь эти ненужные описания? Род матери всегда ставится перед фамилией, чтобы понять откуда они.

Виконтесса была отличным учителем. Её холодная и жёсткая личность не давала послаблений, особенно, когда дело касалось речи Джули. Когда девушка спрашивала, зачем она заставляет её проговаривать всё вслух, «тётя» отвечала: «Чтобы ты быстро всё запомнила и поняла».

— Тогда приставка «Киллини» в имени Его Величества говорит о том, что его мать из семьи герцога?

— Верно, — кивнула женщина, - в своё время между императором и моим братом были очень крепкие отношения.

— То есть не сейчас?..

— Тринадцать лет назад Император Клавдий отдал приказ разузнать о преступниках, убивших Императрицу Корделию. Я плохо осведомлена, но Его Величество был убеждён, что за этим стоит семья Дадли. Он поручил моему брату найти доказательства любой ценой, даже если придётся пытать, убивать или… подделывать.

— Герцог отказался?

— Да. Он считал, что даже если за этим стоял Дадли, невозможно подделывать улики против великого аристократа. Из-за этого отношения брата и императора испортились. Самой последней каплей стало то, что герцог Киллини прямо сказал Его Величеству Клавдию о том, что пятый принц Киллиан не может претендовать на престол Аустерна.

— Почему он это сделал?

Джульетта наклонила голову, искренне не понимая, почему дворянин так посчитал. Пусть её бывший хозяин и был немного заносчивым и высокомерным, принц Киллиан умён, справедлив и всегда прислушивается к своим подданным. Он уже доказал, что способен успешно управлять страной, ведь его княжество процветало. Чем руководствовался герцог Киллини?

Девушка искренне не понимала, почему её работодатель лишился поддержки!

— После смерти Императрицы Киллиану пришлось очень тяжело. Он словно балансировал на грани. А Дадли в это время бросил все силы, чтобы статус кронпринца утвердили за Франциском. Когда мой брат поддержал герцога Дадли, гнев Его Величества был неописуем. Но теперь я думаю, что он передумал. Герцог скорее всего поддержит пятого принца… — после недолгой беседы Симона воскликнула. – Ну-ка, назови мне пять герцогских семей и десять семей со статусом маркиза!

Перерыв закончился, и женщина снова принялась задавать Джульетте разные вопросы.