С этого дня маленькая мечта Диан начала сбываться. Джульетта с готовностью тратила на девушку своё время. Пусть свободных часов было совсем немного, но горничная с радостью училась новым мелочам.

Джули, в свою очередь, старалась это скрывать и не попадаться на глаза Симоне.

Счастливое время.

Девушка хотела поведать Диан обо всём, а не только обучить письму. Она рассказала ей об этикете, манерах и танцах — после первых успехов на этих поприщах леди решили быть партнёршами друг для друга.

* * *

Диан стала для Джули новым другом. И вскоре Джульетта приоткрыла ей завесу другого, современного мира:

— Неужели не существует социального неравенства?

— Нет видимого социального неравенства. К тому же страна может голосовать за короля и выбирать, кого хочет. Также можно протестовать и требовать отставки, если монарх сделал что-то не так.

— Невероятно. Даже просто слушая, мне кажется, что это великое королевство.

— Если бедняк много учится, если он умный и старательный, то есть шанс на хорошее будущее и уважаемую профессию. Конечно, шанс маленький… как если бы проскочить через игольное отверстие с первого раза, но люди верят и развивают себя.

— Очень волнительно. Где это страна? Я хочу туда поехать! Я поеду и буду стараться, и тогда, возможно, меня ждёт лучшая жизнь!

Джульетта печально покачала головой:

— К сожалению, дорога туда отрезана. Я смогла уйти, но вернуться невозможно.

Она бросила быстрый взгляд на кривые буквы и спросила:

— Диан, слышала ли ты что-нибудь обо мне, когда следовала за сэром Кейденом?

Горничная растерянно взглянула на леди:

— Я уверена, ты знаешь, кто я... Мне показалась, что если я стану тебя учить, то мои собственные пробелы в образовании будут не так заметны. Ты не показывала своего изумления. Но, как бы ни была больна принцесса Киллини, ей не нужно учиться всему заново для своего дебюта.

Когда девушка сострадательно опустила голову, Джули рассмеялась:

— Диан, сейчас я усердно работаю ради своего будущего. Думаю, Диан тоже сможет достичь большего, если постарается. Ты так не думаешь?

Служанка осторожно подняла голову и восторженно ответила даме с яркими зелёными глазами:

— Да, я уверена, так и будет, — уголки её губ поползли вверх.

— Давай стараться вместе. И через десять лет мы вдвоём будем смеяться над сегодняшним днём, приговаривая «как же тогда было тяжело!»

— Да, через десять лет я хочу встретиться с вами и говорить с улыбкой! – Диан усиленно закивала.

* * *

Девушки счастливо проводили свои дни друг подле друга. Однажды Вера всё же застукала их за практикой письма и танцами, однако всего лишь сказала быть осторожными и не привлекать внимания Симоны.

Сегодня, как и в любой другой день, служанка виконтессы пришла, чтобы навестить Джульетту. Диан стремительно встала из-за стола и поклонилась. Но женщина ничего не ответила ей:

— Мадам вас ищет.

— Сейчас? Что-то не так?

Обычно наставница дремала до обеда – это было единственным временем для перерыва. Именно поэтому Джули всполошилась. Тем не менее, Вера лишь попросила её поторопиться. Лжепринцесса извинилась перед Диан и поправила подол своего платья.

Спустившись на второй этаж, девушка поклонилась:

— Вы звали меня?

Симона ещё раз прошлась взглядом по письму герцога и жестом попросила девушку сесть:

— Мой брат прислал письмо.

Женщина посмотрела на элегантно сидящую леди с немного опущенными глазами. Она действительно напоминала благородную дворянку, какая родилась в семье герцога:

"Это из-за того, что в ней всё-таки течёт кровь аристократа?" – Симона вздохнула, надавив на раскалывавшийся лоб.

— Теперь, когда до дебюта Айрис остался месяц, он просит на оставшееся время прибыть в столицу.

Договорив это, наставница вспомнила о Регине и ситуации, что произошла несколько дней назад…

* * *

— Тётя, как продвигается образование девчонки? Хорошо ли она себя ведёт? Не сотворит ли она ужаса с моим именем? – резко спросила племянница.

Она казалась на удивление измождённой:

— Не волнуйся, всё идёт хорошо, особых проблем нет. Говоря откровенно, у неё отлично получается.

— Какой сюрприз! – голос девушки стал раздражённее. – Она больше походит на принцессу Киллини, чем я?

Симона вздохнула. Она уже два месяца выслушивала это:

— Я так не думаю. Кто сможет отбросить своё истинное происхождение? Тебе не нужно думать об этом, ведь она не сравнится с твоей элегантностью и изяществом, - машинально ответила женщина.

Каждый раз, когда она отчеканивала это, гнев Регины таял:

— Я слышала, что её мать была актрисой театра. Куда же исчезла эта вульгарность?

Сегодня принцесса казалась особенно озлобленной и даже упомянула женщину, родившую Джульетты. Симона лояльно кивнула:

— Именно поэтому ей не обмануть природу. Так что не обращай внимания – это её работа. Я беспокоюсь о твоём самочувствии, в последние дни твоё лицо стало темнее…

— Мне плевать на неё! Я нервничаю из-за этой странной жизни в отдельном домишке. Я должна связаться отцом. Я хочу отослать её в Дублин и вернутся в главный особняк.

Симона понимала, что нервоз девушки вызван её комплексом неполноценности по отношению к Джульетте. Но Айрис искренне верила, что она просто желала вернуться в свой дом… Женщина покачала головой:

— Лучше отложить поездку в Дублин до самого последнего момента. Так мы сократим количество общения между ней и другими людьми.

Однако советы тёти лишь сильнее разозлили Регину. И стоило девушке связаться с герцогом – Симона получила чудесное письмо.

* * *

— Он просит нас приехать в столицу и готовиться к дебюту там.

— Разве мы не решили ехать как можно позже? – настороженно спросила Джули.

По первоначальному плану она должна была поехать за две недели до приёма. Наставница понимала сомнения девушки… Она и сама была расстроена:

— Ты просто должна делать то, что тебе говорят… Вероятно, у брата есть планы, и поэтому он вызывает нас.

Услышав жёсткий ответ, Джули кивнула, как будто смирившись:

— Когда мы выезжаем?

— Начнём сборы завтра утром.

— Тогда мне тоже нужно готовиться, я пойду… - девушка поднялась со своего места.

Пусть Симона не давала на это разрешения, Джульетта самовольно встала с кресла. Аристократка уже давно перестала ругать ученицу:

"Когда-нибудь нас поймают, и семейство Киллини исчезнет с карты Аустерна…"

Казалось, былой боевой настрой Симоны сошёл на нет. Однако она не могла бросить эту масштабную миссию. Прежде женщина навещала племянницу каждый день, но теперь эти встречи происходили едва ли два раза в неделю… Вспоминая о своём прошлом, виконтесса помнила любовь и сочувствие, что царило в ней. Она нырнула в сельскую тихую жизнь, смело отвернувшись от вычурного общества! Её жизнь походила на изнуряющую и тяжелую борьбу– справиться с холодным братом и избалованной племянницей было непросто:

"Есть только одна причина, почему я ввязалась в эту авантюру – я не хочу, что все мои усилия стали напрасными. Я буду защищена герцогством, когда Регина возглавит семью…"

Такое смешанное чувство.

Дата дебюта незаметно подкрадывалась, и Симона стала ощущать укусы реальности. Однако даже если она внезапно пожалеет о содеянном, ничего не изменить. Её брат, герцог Киллини, не простит её. К тому же в особняке находился сэр Кейден, внук Марибель, который обо всём знал…