Когда Джули, наконец, закончила учить родословную дворянского рода, Симона передала девушке лежащую перед ней толстую книгу:

— Эта книга описывает историю континента Ренейд. С завтрашнего дня я буду проверять по одной стране в день, так что хорошенько подготовься. Аристократы получают систематическое образование с детства, но у тебя есть только два месяца, чтобы выучить основные вещи. Поэтому не дурачься и выполняй свои повседневные обязанности с полной отдачей. Поняла?

Джульетта беспомощно уставилась на трактат, который был таким же толстым как перьевая подушка.

Письмо и танцы преподавались в театре Марибель, поэтому поднатореть в них не составляло большого труда. Но эти аристократические генеалогии и прочее казалось смехотворно сложным, а история континента и вовсе виделись девушке открывающимися вратами ада.

В частности, взаимодействие в зависимости от титула и должностей, а также различные способы ведения беседы, которые зависели от вышеперечисленных факторов, были настолько разнородными и трудными, что хотелось плакать.

Порядок действий, чтобы провести приём, разговорный этикет между дамами-ровесницами Айрис; как отказаться от приглашения потанцевать, приветствие для первой встречи, приветствие для второй встречи; как культурно удалиться в комнату отдыха – виконтесса, понимая, что эти вещи каверзны и учатся годами, не была уверена, справится ли эта девушка с ролью принцессы Киллини, не допустив ни одной ошибки.

Пока женщина говорила о том, что им предстоит сделать завтра, в покои вошла личная горничная Регины:

— Мадам, леди Регина просит вас зайти в её отдельный дом.

— Регина?

— Да, она хочет, чтобы вы и леди пришли вместе, — служанка слегка указала на Джульетту, как будто та с трудом могла произнести слово «леди».

Симона кивнула, и из её груди вырвался непонятный вздох:

— Хорошо. Скажи, что мы навестим её, когда закончатся занятия, — проговорила дворянка, — уходите и не беспокойте нас.

— Она сказала, что вы должны явиться прямо сейчас.

— Племянница не в курсе, как обстоят дела. Быть может, я занята встречей с гостем, но она всё равно требует прийти?

Несмотря на расстроенный вид Симоны, горничная лишь повторила слова своей госпожи:

— Да, миледи просила вас навестить её в отдельной резиденции сейчас же.

Ладонь виконтессы звучно ударила по столу. Этот ребёнок и раньше вёл себя донельзя капризно, но теперь её выходки ощущались странно неприятными. Однако женщина была тётей, которая заботилась о Регине с самого детства. Она не могла не подчиниться. Реальная власть в Тиллийском особняке принадлежала не Симоне, заменяющей хозяйку, а болеющей и готовой умереть в любой момент принцессе Киллини.

Подумав об этом, виконтесса решила не поднимать шума из-за ерунды. Она встала со своего места:

— Следуй за мной.

Виконтесса и Джульетта вышли из комнаты и сели в карету, чтобы добраться до пристройки.

* * *

— Проходи. Сегодня привезли свежесобранные чайные листья, и подумала, что стоит пригласить тебя, ведь это твой любимый чай! Поэтому я попросила позвать вас сюда. Прошу, садись, тётя.

Джули заметила, что принцесса выглядела хуже, чем во время их первой встречи: Регина носила платье и тонкую шаль, которая, несмотря на жаркую погоду, тянулась до запястий.

Девушка, немного согнув колени, вежливо поклонилась госпоже, какая, казалось, отказывалась на неё даже смотреть. Регина налила в чашку виконтессы крепкого чая. Словно она и не видела приветствий своей «замены»:

— Ты так усердно работаешь, чтобы стереть из её личности следы грязного ублюдка. Видеть, как она кланяется… терпимо.

— К счастью, она научилась общему этикету и танцам в юном возрасте. Девушка умна и прилежно учится.

— Какое облегчение, — кивнула в ответ принцесса, — но я не могу не чувствовать себя некомфортно. Каждая ошибка – неверное движение или неловкое слово – что она сделает в Дублине – это моё имя.

Когда девушка раздражённо дёрнулась, горничные Регины потянули Джули к себе, чтобы поставить лжепринцессу рядом с собой. Заметив, что Джульетта встала в угол, Айрис взглянула на них как будто довольно:

— Ты действительно вписываешься в общий ряд. У каждого своё место. Изучение этикета и манер высшего дворянства не сделают из тебя благородную даму. Тётенька, смотри: раньше она работала горничной, и потому должна стоять в их ряду — разве не каждая девушка здесь просто прислуга?..

Девушка посмеялась над своей шуткой, как будто это было действительно весело, и едва смогла восстановить дыхание. Её тело не могло так быстро поспевать за сменой настроения:

— Разве ты не знаешь, что для тебя вредно так возбуждаться? Будь осторожна.

Раньше Симона, лишь прознав о смене состояния племянницы, со всех ног бежала к ней. Сейчас же ограничилась лишь сухими фразами. После холодного предупреждения, виконтесса подняла чашку, чтобы насладиться ароматной жидкостью:

— Похоже, ты скверно себя чувствуешь, тётя. Тебе стало обидно, потому что я резко выразилась по её поводу, верно?

— Невозможно. Она действительно бастард и ранее работала горничной. Нет причин, из-за которых я бы чувствовала себя плохо.

— Тогда почему ты так расстроилась?

— У меня запланировано много работы, и я просто нервничаю, потому что впустую трачу свой день. Неважно…

— Ясно. Я не должна приглашать любимую тётю на чашечку чая, как делала это раньше. Я забыла.

Принцесса отчётливо показывала, что пребывала в плохом настроении. Симона вздохнула и успокаивающе проговорила:

— Я волнуюсь, потому что прокручиваю в голове возможность неудачного приёма. Если ничего не получится, это будет ужасно… Люди обступят принцессу Киллини, которую раньше никогда не видели. Сколько времени они станут испытывать её? Я не могу нормально спать, когда думаю, что, если эта девушка совершит ошибку, всё будет кончено.

— Этого не случится. Моя тётя не подведёт, верно?

Ребячество Регины, которая вела себя как дитя тогда, когда ей этого хотелось, отчего-то выглядело отвратительно. Виконтесса покачала головой:

"О чём я думаю?.. Наверное, в последние дни я действительно слишком переживаю."

Женщина встала:

— Мне пора. Как ты верно подметила, мне предстоит долгий путь. Я должна счистить грязь с, как ты сказала, горничной и ублюдка. Мне понравился чай. Кажется, аромат богаче, чем в прошлом году.

Глаза принцессы наполнились счастьем:

— Правда? Если добавить горьковатые или кисловатые листья, я смогу сгладить этот запах. Новый метод выращивания чая довольно эффективен.

Регина проявляла большой интерес к семейному бизнесу – выращиванию чайных листьев. Симона лишь цокнула языком: в этом плане Айрис до жути напоминала герцога Киллини. Когда мать Регины, Катрина, начала болеть, её брат сильно заинтересовался чаем.

Выращивание листьев, их насыщенность и комбинации при заваривании, могли компенсировать слабость тела Регины.

Тиллия являлась местом производства чайных листьев высочайшего качества. Этот бизнес передавался из поколения в поколение. Симона не интересовалась этим, и поэтому считала брата и Регину потрясающими:

— Я пришлю смеси, ароматы которых должны тебе понравиться. Кстати, этот чай работает чуть лучше и поможет тебе от головных болей.

Дружелюбный вид племянницы несколько успокоил Симону. Это была та Айрис, которую она знала.