Это определенно был призрак.

Конечно, будучи двенадцатилетним уважаемым джентльменом, он не стал хвастаться тем удивительным фактом, что "в поместье поселился призрак белой девочки".

Разве это не стало бы огромной проблемой, подними слуги шум и испугайся?

Слухи наверняка достигнут ушей его отца, герцога, и он, будучи очень добрым, обратит внимание на проблему с привидением.

Это только прибавит ему работы.

Занятость герцога и так граничила с отшельничеством, а Бенедикт любил своего отца, поэтому планировал решить проблему сам, по-тихому.

Для мальчика, которого называли наследником герцога, это был поистине благородный поступок.

Такого вдумчивого и изысканного двенадцатилетнего джентльмена никто и нигде не найдет!

Бенедикт был воодушевлен, и в то же время...!

Он почувствовал острую боль, будто его бедра раскалывались надвое.

— О, боже мой, юный господин!

Испуганная няня снова закричала и бросилась к нему.

— Нельзя кричать в усадьбе. Я думал, моя няня должна быть более элегантной леди.

— Так оно и было, пока я не увидела, как вы пытаетесь вылезти из окна!

Лицо Бенедикта покраснело.

Ему хотелось выпрыгнуть в окно, как это обычно делают герои романов. Даже несмотря на то, что его короткие ноги уже были достаточной преградой, и все это действо выглядело уродливо.

Няня, по-видимому, ошибочно решила, что он "думал над своим поведением", потому что выглядел смущенным.

— Вы пытаетесь пробраться в сад в такую холодную погоду!

Ворчание няни продолжалось:

— Я же говорила, если вы замерзнете на холодном ветру, у вас снова поднимется температура.

“А, в самом деле. Не могу поверить, что она начинает снова.”

Бенедикт терпеть не мог зимние месяцы.

По мере приближения пугающего времени года и появления холодного ветра взрослым не терпелось спрятать маленького мальчика в поместье.

С губ Бенедикта сорвались слова недовольства.

— Почему бы тебе просто ни положить меня в комод и хранить там?

Это было демонстративное неповиновение.

Бенедикт думал, что няня продолжит строго отчитывать его — он читал о таком в романах.

Нет, в глубине души он надеялся, что так и будет. Таким образом, Бенедикт сможет высказать ей все, что думает.

Он сказал, что хотел вылезти из окна не только из-за любопытства. Как наследник герцогства, он должен был кое-что тайно подтвердить.

(Хотя я не могу раскрыть, что на самом деле это расследование из-за призрака, поселившегося здесь без разрешения!)

— Наш бедный господин.

Реакция няни оказалась другой.

— Как сильно ваше желание выйти на улицу.

Она обняла Бенедикта за плечи и похлопала по спине.

Нет, все совсем не так. Разве его поведение похоже на поведение ребенка, надеющегося сбежать на улицу и поиграть?

Бенедикт был не в состоянии отреагировать на эту неожиданную реакцию и просто ошеломленно стоял.

— Не волнуйтесь. Вы определенно поправитесь.

— ...Ложь.

Бенедикт слышал подобные слова уже более десяти лет. Пусть он мало что помнил из юности, но разве тогда все было не точно так же?

— Мой дед прожил так всю свою жизнь. Они называют это наследственным заболеванием. Я буду таким же, как мой дедушка.

Его злосчастное наследственное заболевание обычно проходило бессимптомно.

Но иногда вызывало высокую температуру и мучительную боль. При ней казалось, будто кости разламываются на части.

По мере его старения интервалы между проявлениями болезни становились все короче, и в конечном итоге привели к мучительной смерти от огня, бушующего внутри тела.

Итак, по слухам, его дед, страдавший той же болезнью, умер в возрасте тридцати лет.

— Какие ужасные слова!

— Нет, вовсе нет. Его Светлость не позволил бы вам так страдать. Он обязательно вылечит вас от этой ужасной болезни.

С сочувствующим видом горничная пригладила слегка растрепанные волосы Бенедикта.

Его начало возмущать такое жалкое обращение, поэтому он вежливо кивнул.

Служанка радостно улыбнулась, но Бенедикт почувствовал укол беспокойства.

По правде говоря, в голове у него была другая мысль.

“Если бы отец хотел избавить мир от этой наследственной болезни, разве он не мог бы просто не дать мне родиться?”

Дело было не в неблагодарности за то, что он появился на свет.

Это было просто разумное мнение, основанное на биологической перспективе (Бенедикт недавно немного освоил науку).

Но взрослые, как правило, странно и весьма критически воспринимали такие законные возражения, а еще обвиняли говорящих в неблагодарности.

Бенедикт не хотел, чтобы на него несправедливо навесили такое обвинение, поэтому решил промолчать.

— Тогда оставайтесь в постели, господин.

– Ух.

Послушно забравшись в кровать, Бенедикт снова задумался.

“От этой болезни должен избавиться я, а не отец.”

Поэтому он не женится и уж точно не заведет детей.

Идеальный способ искоренить это ужасное наследственное заболевание.

Ему показалось странным, что взрослые до сих пор не додумались до такого замечательного решения.

— Не выходите сегодня в сад.

— Не пойду.

Конечно, это была ложь.

— В прошлый раз вы улизнули сразу после того, как я специально сказала вам этого не делать, не так ли?

— Я этого не делал.

— Абсолютно точно, ни при каких обстоятельствах вы не должны выходить сегодня из дома. Вы понимаете? У двери будет стоять слуга.

Когда суровая служанка ушла, Бенедикт вздохнул и снова лег.

Если она действительно хотела, чтобы Бенедикт тихо сидел в своей комнате, ей не следовало повторять дважды и говорить ему, чтобы он никуда не выходил.

Потому что, когда слышишь нечто подобное, даже самый кроткий человек обязательно почувствует потребность взбунтоваться.

Кроме того, у его двери будет стоять слуга.

Разве это не был способ няни пожелать ему удачи? Буквально: “выберетесь из окна так, чтобы вас не поймали”.

Однажды он читал книгу в кабинете покойной матери.

Мужчина, который не может понять сокровенных мыслей леди, не заслуживает того, чтобы быть джентльменом.

Бенедикт был не настолько груб, чтобы не заметить, как ловко горничная устроила ему развлечение.

Он открыл гардероб, надел теплое пальто и обул туфли.

Он посмотрел в зеркало и увидел в нем красивого темноволосого джентльмена.

С озорной улыбкой на лице Бенедикт открыл тяжелую дверь, затем окно и запрыгнул на подоконник.

Его комната была на втором этаже. Когда-то давно решили, что врачу должно быть легко добраться до него в случае крайней необходимости. Или нечто вроде того, но Бенедикт всегда поддерживал это решение.

Это позволяло ему время от времени выпрыгивать из окна ради забавы.

Мальчик, приземлившийся под окном, посмотрел наверх сверкающими глазами.

Теперь цель была ясна.

Он понял это еще с прошлой ночи, когда во время прогулки тайком последовал за отцом и дворецким и увидел белого призрака в домике на заднем дворе.

Бенедикт был полон решимости выяснить, кто она такая, и прогнать ее прочь.

В конце концов, он был наследником главы этого поместья!

* * *

В то время как сад перед домом был тщательно ухожен и разделен на аккуратные участки искусными руками садовника, сад за домом остался почти нетронутым. Он был природой в ее чистом виде.

И Бенедикт предпочитал, чтобы все было именно так.

Летом с гор падали семена, а когда распускались цветы и свободно раскидывались необрезанные деревья, весь ландшафт окрашивался в самые разнообразные цвета.

Река, протекавшая в тени, всегда была полна уток, лягушек или мелкой рыбы. Но сейчас, зимой, настолько живых сцен не было видно.

Трава под его ногами была жухлой и потрескивала, когда он шел. Опавшие листья, сваленные в кучи под засохшими деревьями, были грязными и влажными.

— Разве она не вон там?

— Боже мой, куда она делась?

Затем откуда-то послышались голоса слуг.

“Ее уже нашли?”

Вздрогнув, Бенедикт поспешил к ясеню, росшему низко над замерзшим ручьем.

Взрослые часто не могли найти его под густыми зарослями красных ягод.

Добравшись до дерева, он быстро прыгнул в длинную полосу тени.

Его круглые фиалковые глаза, расширились от удивления.

— …!

Казалось, будто от шока его сердце подскочило к горлу.

С тихим стуком несколько красных ягод, ненадежно свисавших с тонких веток, упали на землю.

На белые вьющиеся волосы.

— Ах.

Бенедикт непроизвольно потянулся к ее голове.

Несколько холодных ягод упали ему на ладонь, а затем в замерзший ручей внизу.

Какое-то время он смотрел на упавшие ягоды, потом наконец поднял глаза.

Девушка с круглыми глазами, похожими на рябину, пристально смотрела на него.

Девушка моргнула и рассмеялась.