Как только начался первый урок после того, как мы стали официальными студентами, профессор сказал:

— С сегодняшнего дня занятия по начертанию магических кругов будет вести здешний доцент.

— Прошу любить и жаловать.

Стоявший рядом с профессором доцент поздоровался.

Хлоп, хлоп, хлоп.

Я, делая вид, что аплодирую, оценил внешность доцента.

Он был одет в такой же чёрный наряд, как и другие профессора, и для мага казался довольно крупным.

Возраст — лет 35?

А впечатление…

«Профессора с мерзким характером сменил доцент с мерзкой внешностью…»

[В чём разница?]

«Есть разница…»

Как бы сказать, если профессор создавал впечатление человека, который будет придираться к каждой мелочи, то доцент — человека, с которым лучше не связываться, если не хочешь проблем.

Профессор закончил свою речь и сошёл с кафедры.

— Что ж, я пойду.

— Я прослежу, чтобы всё прошло без проблем.

Доцент уважительно поклонился уходящему профессору.

Щёлк.

Как только профессор ушёл, он поднялся на кафедру и начал осматривать студентов.

Ощущение, будто он сканирует нас.

Он медленно поворачивал голову, и его взгляд остановился на мне.

Внезапно он широко улыбнулся мне.

У меня по всему телу пробежали мурашки.

«Блядь, почему этот ублюдок улыбается! Он что, гей?!»

[Он смотрит не на вас, Хранитель. Он смотрит на Луну Штадтфельд.]

«Фух… слава богу. Я, блядь, так испугался…»

Травма от встречи с тем стражником чуть было не вернулась.

Доцент вдоволь насмотрелся на Луну, а затем отвёл взгляд и начал урок.

Урок, как и прежде, был посвящён рисованию магических кругов.

Начав занятие, доцент сразу же задал строгий тон и заговорил о тесте.

— Через неделю будет тест по начертанию магических кругов. Вам нужно будет уметь рисовать не только простые фигуры, которые вы рисовали до сих пор, но и рунические письмена. Кроме того, это будет экзамен на использование входа, выхода и координат магического круга, так что слушайте внимательно. Поняли?

— — — Да.

«Да-а-а~~»

[…]

После этого начался урок, и я почувствовал, что сложность значительно возросла.

По словам доцента, это был всё ещё начальный уровень, но здесь было полно студентов, которые впервые видели руны.

Если до вчерашнего дня это был кружок рисования для детей, то с сегодняшнего дня начались уроки письма для детей.

Я огляделся и усмехнулся про себя.

«Полный бардак».

[Они впервые пишут руны, так что ничего не поделаешь.]

«Ого, даже Луне, похоже, тяжело».

Я мельком взглянул на соседнее место. Луна усердно рисовала руны.

Сами символы у неё получались довольно красивыми, но их расположение и размер были кривыми, так что всё выглядело неряшливо.

Глядя на такую Луну, я усмехнулся и, положив руки на стол, изобразил из себя творца.

«Хех, глупцы… Я покажу вам истинное мастерство».

[…]

Я начал рисовать руны в воздухе.

Хотя я видел эти символы впервые, я чётко и ровно выводил их в пространстве.

Расположение, размер, форма — всё было безупречно.

Луна мельком взглянула на нарисованные мной руны и сравнила их со своими.

Посмотрев некоторое время, она стёрла свои руны и, сосредоточившись, начала рисовать заново.

Определённо, стало лучше, чем раньше.

Лучше, чем раньше…

«Старайся, рисуй».

[Хранитель, доцент идёт в эту сторону.]

«Оп».

Чтобы снова не попасться на какой-нибудь ерунде, я собрался и сосредоточился на рисовании рун.

Но доцент шёл не ко мне.

Он направлялся к Луне, сидевшей рядом.

Доцент встал за спиной Луны и, глядя на то, как она усердно рисует, сказал:

— Кхм, для первого раза очень хорошо получается.

— Спасибо.

— Вот ту руну нужно немного сдвинуть в сторону…

Доцент уже забил на урок и, стоя за спиной Луны, был поглощён разговором с ней.

Среди других студентов тоже чувствовалось недовольство.

Кому понравится, когда учитель в первый же день начинает заниматься ерундой…

«Ого… никто и слова сказать не может. Даже доценту».

[Доцент — это тот, кто может повлиять на профессора, так что и вам, Хранитель, стоит быть осторожнее.]

«Мне-то всё равно. Но меня бесит, что он постоянно шумит рядом со мной».

В итоге урок закончился тем, что доцент занимался ерундой.

..

..

После занятия по начертанию магических кругов мы впервые пошли на другой предмет.

Основы магии стихий.

Это был предмет, на котором изучались основы стихий, используемых в магии.

Даже если ты не используешь какую-то стихию, этот предмет был обязательным, чтобы знать, как ей противостоять.

Как только начался урок, я, глядя на женщину, стоявшую у доски, закричал Армонии:

«Армония! Немедленно покажи мне её характеристики!»

[…Разве вы не были сосредоточены на Луне?]

«Сначала покажи. Мне ужасно интересно!»

Со старостой класса я вряд ли пересекусь, но с женщиной, стоящей у доски, всё было иначе.

Появилось окно состояния женщины у доски.

=====

Имя: Соня Фридрих

-Черты- [Магическая сила LV30], [Добросовестность], [Позитивность], [Доброта]…

Соня Фридрих.

Она была приглашённым профессором, преподававшим основы магии стихий.

Женщина со зрелой красотой и синими волосами до плеч.

К тому же, одной своей светлой улыбкой она мгновенно развеяла настороженность студентов.

— С сегодняшнего дня я, Соня Фридрих, буду вести у вас основы магии стихий. Приятно познакомиться.

Она вежливо поздоровалась с улыбкой.

Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп-хлоп.

Аплодисменты были громче обычного.

Я сравнил Луну, сидевшую рядом, и Соню.

Определённо, красивее была Луна.

Но в Соне чувствовалась зрелая красота, которой не было у Луны.

У каждого человека действительно есть свои точки притяжения.

«Глядя на Луну, понимаешь, что она ещё ребёнок. Хотя красивая, конечно, Луна».

[Ей на вид около 25-29 лет.]

«И черты характера мне нравятся».

Окно состояния было заполнено чертами, подобающими увлечённому педагогу.

Пока я восхищался Соней, она начала урок.

— Основы магии стихий чрезвычайно важны. Основная и дополнительная стихии, которые вы выберете через неделю, могут измениться после прослушивания этого курса.

Как и подобает основам, она рассказывала не о мелких деталях, а о том, как в целом изучать и осваивать стихии.

— Начнём с основных свойств стихий.

Она нарисовала в воздухе простой магический круг и активировала его.

Круг был маленьким, так что из него появился лишь огненный шар размером с бейсбольный мяч.

— Ну, как вы все знаете, начнём со стихии огня. Большинство известных магов славятся тем, что используют огонь в качестве основной стихии.

Причина популярности огня в том, что все его аспекты сбалансированы.

Разрушительная сила, расход маны, сложность начертания магического круга…

Если у других стихий есть по одному преимуществу, то у огня нет особых преимуществ, но и явных недостатков тоже нет.

— Конечно, есть недостаток в виде уязвимости к воде, но это уже другая история.

И сразу же речь пошла о стихии воды.

— Преимущество воды — в её управляемости. Она расходует немного больше маны, чем ветер, но всё же экономна, и магические круги для неё рисовать легко, что является преимуществом магии длительного действия. К тому же, в отличие от огня, воду не нужно создавать, можно использовать ту, что есть вокруг.

Однако при малом масштабе её убойная сила крайне низка.

Это была стихия, подходящая для крупных сражений, но требующая больших магических кругов, что делало её непрактичной.

— Но именно эту стихию предпочитает директор нашей академии, великий маг Людвиг Рифенштайн. Если в совершенстве овладеть водой, она может стать гораздо полезнее огня.

Затем была стихия ветра.

— Преимущество ветра — в мане. Даже небольшое количество маны может вызвать сильный ветер. Однако недостатками являются сложность поддержания магического круга и низкая разрушительная сила.

Казалось бы, она, как и вода, подходит для крупных сражений, но на самом деле она более эффективна в малых.

Говорят, что лезвия ветра, мгновенно выпускаемые в узком пространстве, хоть и имеют низкую убойную силу, но их не видно, что позволяет легко сбить противника с толку.

— Стихия земли… её разрушительная сила несравнима с вышеупомянутыми стихиями. Но и расход маны так же велик. Известно, что стихия земли в сочетании с огнём была полезна в крупных осадах.

Но сейчас, говорят, эту стихию используют редко.

Особенно в академии, студенты избегают её из-за большого расхода маны.

То есть, непопулярная стихия.

— Итак, давайте рассмотрим магические круги этих четырёх стихий и кратко…

— Профессор.

— Да?

— Можно задать вопрос?

Это была Луна, сидевшая рядом со мной.

— Конечно, говорите.

Соня с улыбкой протянула руку к Луне.

— Спасибо. Я… хотела бы узнать о стихии молнии.

— А… Простите. Я об этом не подумала.

— Если я вас обидела, простите. Мне просто было интересно…

— Нет-нет. Наоборот, спасибо, что поправили меня.

Соня улыбнулась Луне и нарисовала маленький магический круг размером с ладонь.

Это был очень опасный на вид магический круг, из которого сыпались жёлтые искры.

— Ребята… кто-нибудь из вас что-нибудь знает о магии молнии?

— …

Никто не смог ответить.

«Если я сейчас скажу: „А я знаю!“, мне поставят минус, да?»

[…Боюсь, Хранитель, вы действительно так сделаете.]

Когда никто из студентов не ответил, Соня с несвойственной ей серьёзностью начала объяснение.

— Преимуществ у магии молнии… нет.

Выражения лиц студентов можно было описать так, будто они бросили в Соню вопросительный знак в форме крюка.

— Расход маны большой, разрушительная сила ослабевает из-за рассеивания молнии, а магический круг несравнимо сложнее рисовать, чем у других стихий.

И управляемость тоже не лучше.

Говорят, бывают случаи, когда магический круг взрывается во время начертания и наносит урон союзникам, или когда он, будучи хорошо сделан, не активируется из-за рассеивания маны.

А вишенка на торте…

— Недавно был случай, когда самый долгое время изучавший магию молнии, „Максимилиан Винтер“, погиб из-за взрыва своего же магического круга…

Соня, казалось, с сожалением чтила память того мага.

Все, глядя на выражение лица Сони, тоже выражали скорбь.

Все, кроме меня.

«Вот же придурок. Умереть от собственного магического круга? Пу-ха-ха-ха».

[…Похоже, это очень сложная область.]

«А-а, так хочется в голос рассмеяться, пу-ха-ха-ха-ха».

Я опустил голову и сдержал смех.

Прикрыв рот, я кое-как подавил рвущийся наружу смех и поднял голову.

— Фу-ух… А?

— Вы в порядке?

Пока я сдерживал смех, Соня подошла к моему столу.

«…Провал».

[Как выйти из этой ситуации…]

Даже у Армонии, похоже, не было плана.

Известный маг умер, а я один ржу?

Да ещё и студент, только что поступивший в магическую академию?

За такое могут и отчислить, не так ли?

Ну, раз уж вляпался, так вляпался, надо сначала извиниться.

— Э-это… я…

— Вы, случайно, не знали господина Максимилиана?

— …?

Что за бред…

Но во взгляде Сони не было ни презрения, ни гнева.

Наоборот, на её лице было беспокойство.

Она думала, что я не смеялся, а плакал.

— Если вы его знали, а я зря упомянула его почтенное имя и причинила вам боль…

— А…

Я увидел его, финал… нет, решение!!

Слёзы… не потекли, так что я закрыл глаза руками и издал сдавленный звук.

— П-простите… Я так уважал его…

— Ох…

Я не мог видеть выражение лица Сони, но, похоже, из ситуации я выкрутился.

«Армония. Как там лицо Сони?»

[…Плачет.]

«Супер! О, о?!»

Пока я мысленно радовался, кто-то внезапно потянул меня за голову.

Мягко…

— Как же так… простите. Это я зря вас ранила…

— Хм-ф-ф-ф!

Соня уткнула моё лицо в свою грудь.

«Д-дышать нечем! Но до чего же, блядь, хорошо!!»

[…]

Когда она была одета, я и не догадывался, но её грудь, должно быть, больше, чем у Виолы.

Это что, размер E!?

Соня не просто прижала моё лицо к своей груди, она погрузила его в ложбинку между ними.

Я, забыв о кислороде, дышал кожей, вдыхая её запах.

В-ха~ Хы-ыт-а~ Хыт-а~

Хочу схватить!!!

[Хранитель, успокойтесь. У вас опасное выражение лица.]

«Хат! Спасибо, Армония. Пришёл в себя. Фух…»

Я чуть было не поддался искушению несуществующего сатаны.

Вдоволь наплававшись щеками в её ложбинке, я смог выбраться до того, как утонул.

Соня отняла меня от своей груди и провела руками по моему лицу.

Она действительно плакала.

У меня самого чуть слёзы восторга не навернулись из-за её груди…

— Простите. Это из-за меня… Что же делать…

Что делать, что делать, мне просто хорошо…

— В-всё в порядке…

Соня смогла продолжить урок, только кое-как успокоившись.

А я из-за этого инцидента до конца урока вынужден был терпеть свирепые взгляды парней.