Орден Чёрного Орла изменил многое.

Во-первых, моё финансовое положение значительно улучшилось.

Я получал ежегодную пенсию по Чёрному Орлу в размере 5 миллионов тирионов. Это около 500 миллионов вон… (п.с. от бесячего типа. это 26 млн рублей)

Долго думать, что делать с этими деньгами, мне не пришлось.

Я немедленно вложил 4,9 миллиона тирионов в Орден Святых Рыцарей и Торговую Компанию Шейдена.

Новости о беспорядках в южных регионах начали появляться в прессе.

Признак того, что гражданская война не за горами.

Когда это время придёт, я легко верну свои вложения и даже получу прибыль.

Во-вторых.

Частота истерик дворян резко сократилась.

Они открыто поливали меня грязью при каждом удобном случае. Некоторые плевали в меня или жалко прятали мою сумку. (п.с. от беса. эм... да.. я ничего не попутал, так на анлейте.)

Теперь ничего этого не было.

Вместо этого увеличилось количество хитрых ублюдков, пытавшихся присосаться ко мне.

Например…

— Шлюс, у тебя есть минутка? Ха-ха.

— Что такое, профессор Релик?

— О, ничего особенного. Интересно, не мог бы ты поставить оценку курсу. У меня тут бланк и ручка…

Такие, как он.

Профессор Релик с гуманитарного курса.

Он пытался использовать мою репутацию, чтобы поднять рейтинг своего курса?

Я помню, что это был какой-то предмет по психологии.

Он был известен тем, что использовал одни и те же экзамены, а ответы уже вовсю ходили по чёрному рынку среди студентов.

Поскольку я не посещал занятия должным образом, написать оценку было бы трудно.

— Я подумаю.

— Если напишешь хорошую! Я могу поставить тебе A+, несмотря ни на что…

Я хотел сказать это в качестве вежливого отказа.

Но Релик, либо не понимая, насколько он жалок, либо не заботясь об этом, продолжал приставать.

Даже если его репутация улучшится благодаря мне, если качество лекций останется прежним, всё вернётся на круги своя.

К тому же то, что он предлагал взамен, не было чем-то особенным.

Я и так мог получить высший балл, просто списав с ответов.

— Профессор.

— А?

— Хватит приставать. Найдите кого-нибудь другого.

— Что! В-вы невоспитанный…

Этот Релик… он был таким же глупым и подлым, как и в оригинальной истории.

Приятно, что он не изменился.

По крайней мере, он не проснётся внезапно и не станет угрозой в будущем.

Я проигнорировал крики Релика и пошёл своей дорогой.

У него хватило гордости не бежать за мной.

— Добро пожаловать, господин Хайнкель.

— …Кто внутри?

Как только я вернулся в особняк, я заметил обеспокоенное выражение лица Эмилии.

Это было лицо, которое она делала, когда оказывалась в трудной ситуации.

Или скорее, когда притворялась обеспокоенной.

— Да. Святая Айрис здесь.

— Кажется, я говорил не впускать её.

— А? Она сказала, что у неё есть ваше разрешение.

— …

Я был настолько ошеломлён, что потерял дар речи.

Когда я прошёл через прихожую в гостиную, там конечно же...

— Ты здесь, Шлюс?

Айрис сидела, бесстыдно потягивая чаёк.

Теперь она приходила и уходила, как будто это её собственный дом.

Даже имя хозяина дома произносит как ни в чем не бывало.

— Когда я давал разрешение на твой вход?

— Твоё будущее я дал.

— …

Что за чушь она несёт?

Я глубоко вздохнул и сел напротив Айрис.

Вскоре Эмилия принесла ещё одну чашку чая и поставила передо мной.

— Хм… Какое красивое кольцо. Можно спросить, что это за кольцо?

— Это?

Айрис пристально посмотрела на мою левую руку, прежде чем заговорить.

Я поднял левую руку и погладил серебряное кольцо.

Говорят, это кольцо творит чудеса.

Но это чёртово кольцо, которое не исполнило моё желание.

И все же, раз оно не было бесполезным, я не мог просто взять и выбросить его.

— Кольцо любви и ненависти.

— Любви и ненависти?

— Что-то вроде того.

Я уклонился от прямого ответа.

— Сначала скажи, зачем ты пришла. Если это не важно, я немедленно вышвырну тебя.

— Как можно быть таким непреклонным… Неужели мы не можем поговорить более непринуждённо?

— Три… два… один…

— Ладно, ладно. Какой нетерпеливый… Я здесь по поводу светского собрания.

— …

— Ну? Стоило впускать меня, верно?

Пришлось признать.

Светское собрание,о котором говорила Айрис, должно быть посвящено Дню Магии.

Это было редкое мероприятие, на котором присутствовали довольно важные персоны, так что я не мог его пропустить.

— Его отложили из-за попытки теракта в День Магии, но скоро он должен состояться. Ты разве не слышал?

— …Нет, не слышал.

— Что ж. Я так и думала.

До сих пор не было ни одного случая, чтобы лучший студент Императорской Академии не посетил светское собрание в честь Дня Магии.

Но, видя, что я до сих пор не получил никакого уведомления…

Вероятно, меня не собирались приглашать, потому что я простолюдин.

На данный момент причина, по которой Айрис пришла ко мне, была очевидна.

— Как у Плехеды, у меня есть приглашение.

Плехеда. Будучи одной из трёх великих семей магов империи, Айрис имела право пригласить на собрание одного человека по своему выбору.

Она собиралась использовать это для заключения сделки.

— Говори, что ты хочешь.

— Хм? Ты отплатишь мне? Почему ты сегодня такой сговорчивый?

— …

Я начинаю бояться, что постоянно буду у тебя в долгу, вот почему.

С этого момента мне нужно возвращать долги сразу, как только я их получаю.

— Я кое-чего хочу.

— Чего именно?

— Кажется, я никогда не видела, чтобы Шлюс искренне благодарил меня. На этот раз я хочу, чтобы он меня по-настоящему поприветствовал.

— …

До сих пор я никогда не был неискренен.

Я не понимаю, о чём она говорит.

— Поблагодари меня должным образом. Поцелуй меня в руку.

— …

Айрис встала с озорной улыбкой.

Она думает, что я не могу этого сделать из-за своей гордости?

Если так, то это большое заблуждение.

Причина, по которой я до сих пор не целовал её руку, была просто в том, что я не знал, как это делается.

Без колебаний я подошёл к Айрис и склонился в поклоне.

Когда я слегка поднял голову, Айрис протягивала руку с торжествующим выражением лица.

Подавив желание щёлкнуть её по лбу, я нежно взял её руку.

— Айрис. Выражаю свою благодарность.

— Немного шаблонно… но что ж, мне достаточно и этого.

Игнорируя высокомерный голос Айрис, я прижал губы к её руке.

В момент, когда я почувствовал мягкое прикосновение к губам, до моего уха донёсся слабый голос.

— Спасибо.

Мой голос… нет, голос Шлюса.

Это означало, что активировалась «Память Изначального Тела», показывая мне воспоминание Шлюса.

Воспоминание Шлюса, связанное с поцелуем руки?

Но голос исчез, как только я убрал губы, поэтому я снова прижал их к руке Айрис.

— За то, что вернул моё ухо… спасибо тебе большое.

Так кому же ты благодарен, чувак?

Пока я сосредоточенно пытался заглянуть в память Шлюса, я почувствовал неладное и поднял глаза.

— …

Только тогда я понял.

Я прижимал губы к руке Айрис почти 10 секунд.

Взглянув на лицо Айрис, я ясно увидел её смятение.

Святая из Плехеды, выглядевшая смущённой.

Действительно редкое зрелище.

— Я-я просто пошутила…

Айрис отдернула руку и отвела взгляд.

К счастью, похоже, она приняла это за озорную шутку.

Но самое обидное, что я не увидела ничего важного.

Надо было быть более бесстыдным и целовать дольше.

Тогда, возможно, я услышал бы хотя бы имя человека, которого он благодарил.

— Собрание через два дня. Он пройдёт в замке Генриха. Ты сможешь войти, назвав имя Плехеды.

— Ты уже уходишь?

— Когда ты начал хотеть более долгих разговоров?..

Айрис, собиравшаяся уйти, обернулась.

И она резко на меня посмотрела.

Проверив, что Эмилия стоит позади меня, она приблизилась и прошептала.

— Если ты хочешь произвести впечатление на кого-то, тебе стоит перестать делать такие вещи.

С этими словами Айрис вышла из дома, не оглядываясь.

Что? Если я хочу произвести впечатление на кого-то?

«Она думает, что я лунатик или что-то в этом роде?»

Она думает, что она мне нравится?

Мне это кажется чрезмерной самоуверенностью.

Я начал беспокоиться, что из-за того, что Айрис слишком часто видела будущее, у нее начались проблемы с психикой.

***

— Хааа…

Уйдя в уединённое место, Айрис села на скамейку и вздохнула.

Когда она коснулась щеки, та уже горела от жара.

Хорошо, что она ушла, прежде чем показать такое состояние.

Использование приглашения на собрание было всего лишь предлогом.

Предлогом, чтобы спросить Шлюса о кольце.

Когда она спросила о кольце, которое он носил с церемонии награждения — таком же, как у кронпринцессы — Шлюс ответил:

«Кольцо любви и ненависти.»

Обычно человек ответил бы, что это памятное кольцо или кольцо в память о ком-то.

Но Шлюс отказался объяснять дальше, ответив так.

Его лицо выглядело настолько глубоко озадаченным, что она не могла заставить себя допытываться дальше.

Эрика просто спросила бы напрямую.

На мгновение Айрис позавидовала беспечности Эрики.

— Отношения любви и ненависти…

Шлюс описал свои отношения с кронпринцессой как любовь и ненависть.

Что это могло означать?

— А.

Ответ пришёл быстро.

Шлюс, должно быть, был тем, кто получил предложение о браке от кронпринцессы.

Он принял его из-за огромной выгоды, которую принесёт брак, но его сердце всё ещё принадлежало лишь одному человеку.

Вот почему он использовал выражение «любовь и ненависть».

— Хааа… Это так романтично, что можно умереть…

Айрис улыбнулась, погрузившись в экстаз.

Тот, кому суждено достичь вершины власти, женится на кронпринцессе, но при этом будет хранить непоколебимую преданность скромной Эмилии...

— Но почему он…

Однако, вспомнив только что произошедшее, Айрис внезапно почувствовала поднимающийся гнев.

Она всего лишь хотела увидеть, как Шлюс будет выглядеть униженным. Никакого другого смысла не было.

Но затем Шлюс, в шутку, долго целовал её руку.

Он должен был видеть выражение лица Эмилии, которая стояла позади него со сложенными руками. У неё была пугающе милая улыбка.

Но Шлюс, ничего не замечая, прижался губами к ее руке, словно лаская ее, и полностью погрузился в этот момент.

— Ты правда её любишь?

Он был настолько невежественен в любви, что это раздражало.

Если они живут под одной крышей, ему давно следовало бы признаться и сделать всё, что нужно.

Почему он всё ещё колеблется?

Причина, по которой она дала этот последний совет, заключалась в том, что ей было жаль Эмилию.

Казалось, Эмилия не была полностью равнодушной, но при таком раскладе их отношения будут развиваться целую вечность.

Она даже сомневалась, правильно ли этот тупица понял её совет.

Некоторые люди такие…

Айрис медленно подняла правую руку. Ту самую, которую поцеловал Шлюс.

Немного поколебавшись, Айрис поднесла руку к губам.

Ты отчаянно пытаешься им помочь.

Даже до такой степени, что обманываешь себя.

Даже до такой степени, что отрицаешь свои собственные чувства.

Поддерживаешь их таким образом.

И он продолжает вести себя так бестолково.

Айрис бессмысленно облизывала руку, когда вдруг открыла глаза...

— Айрис… что ты делаешь?

— А?

Она оказалась лицом к лицу с Эрикой, на лице которой было ошеломлённое выражение.

(п.с. от беса. мой мини отпуск от перевода закончился. Поэтому активно сажусь за перевод новелл. Завтра сделаю еще 4 главы.)