Я никогда не думал, что в моей жизни будет что-то связанное с макияжем.

Я всегда считал, что это удел знаменитостей и актёров.

Таков был предел моего понимания.

Я был уверен, что никогда в жизни не соприкоснусь с косметикой.

— Тушь для ресниц.

— Понял.

— И ртом тоже не двигайте.

— ...

По крайней мере, так было до моего приезда сюда.

Когда я обмолвился о предстоящем светском собрании, Эмилия тут же привела меня в свою комнату.

И вот я оказался в такой ситуации.

В прошлый раз ей пришлось брать переносную косметичку, поэтому средств было не так много, но сейчас она была полном восторге от того, что может делать всё, что захочет.

Казалось, прошло уже минут десять, как она начала.

Когда же этому придёт конец?

Я бегло осмотрел комнату Эмилии.

Если вдуматься, это, наверное, первый раз с нашего переезда, когда я нахожусь в её комнате.

Идеальная комната, где каждая вещь была на своём месте, выдавала в Эмилии почти маниакальную аккуратность.

С таким-то характером умудряться ещё и прибираться в моей свинарнике — это впечатляет.

Должно быть, ей было очень нелегко.

— Вы что-нибудь узнали о кольце?

Эмилия нарушила неловкое молчание, заговорив первой.

— Нет. К сожалению, ничего.

— Понятно.

Я бесстыдно солгал.

Я действительно ходил к информатору, но ничего не спрашивал.

Мне просто нужно было показать Разведывательному бюро, что я пытаюсь что-то выяснить о кольце.

Они, наверное, тоже что-то пронюхали, но ничего бы не нашли.

Потому что о Кольце Чудес, кроме императорской семьи и немногих маджинах, никто не знает.

— Как вы думаете, что это значит? То, что они дали вам это кольцо.

— Я выбрал его сам. Никакого скрытого смысла.

— Судя по тому, что я видела, они воспользовались вашим нравом, и подстрекали выбрать это кольцо...

Проговорила Эмилия неуверенным голосом.

С точки зрения человека, ничего не знающего, это действительно могло так выглядеть.

Будто они намеренно заставили меня думать, что в сейфе что-то ценное, чтобы вручить в итоге бессмысленное кольцо.

— Пожалуй, на это можно посмотреть и так.

— Тогда позвольте задать вопрос иначе. Что вы думаете о Кронпринцессе?

— Она достойная особа. Красивая и добродетельная, под стать императорскому трону.

— Нет, не это...

Эмилия вздохнула, словно разочарованная.

Кажется, меня уже спрашивали об этом во дворце.

Не понимаю, почему Эмилия вдруг снова об этом спрашивает.

— Можно задать еще один вопрос?

— А когда ты вообще спрашивала разрешения, прежде чем что-то спросить?

— Ах. Верно. Тогда последний вопрос. Чисто гипотетически. Если бы вам пришлось жениться либо на том, кого вы по-настоящему любите, либо на том, кто принесет вам выгоду... кого бы вы выбрали?

— Вопрос ко мне не применим. У меня нет того, кого я по-настоящему люблю.

Потому что её больше нет в этом мире.

— Поэтому я и сказала гипотетически.

— Когда найду, тогда и скажу.

Эмилия слегка надула губы, будто немного расстроилась.

Разве это не тот ответ, который она хотела услышать?

Я не мог понять, откуда вдруг взялся этот вопрос.

— Ну вот, готово.

Я взглянул в ручное зеркало, которое дала Эмилия.

Я не мог не восхититься.

Не было ощущения, что я накрашен, но мои глаза казались в два раза больше, чем обычно.

Интересно, может, мне и правда понравится краситься?

...Нет, беру свои слова назад.

— Я пойду. Тебе не нужно меня провожать.

— Нет, конечно, я...

Бам! Дзинь...

Когда Эмилия с силой захлопнула дверь и вышла из комнаты, по дому прокатился металлический звук.

Если точнее, это был звук падающего на пол и подпрыгивающего металлического предмета.

Кинжал... пожалуй. Похоже, он упал откуда-то, например, из шкафа, из-за сотрясения от хлопка дверью.

Судя по застывшему выражению лица Эмилии, это было почти наверняка.

— Что-то упало?

— Ничего.

— Уверена?

— Да. Все в порядке.

Когда я попытался вернуться в комнату Эмилии, она нерешительно преградила мне путь.

Даже в такой ситуации на ее лице не было и следа смущения. Вот он настоящий профессионал.

Внезапно мне в голову пришла отличная идея.

Я на мгновение сконцентрировался на окружающей мане... и применил магию гравитации, чтобы сыграть небольшую шутку.

Я не забыл скрыть заклинание, чтобы Эмилия ничего не заметила.

— Теперь я действительно пойду.

— Да.

Жаль, что я не увижу лица Эмилии, когда она обнаружит мою маленькую шалость.

***

— ...?

Проводив Шлюса и вернувшись назад.

Глаза Эмилии расширились, когда она распахнула дверцу шкафа.

То, что должно было там быть, отсутствовало.

Или, точнее, это было не там, где должно было быть.

— Как...

Четкий металлический звук, который она слышала ранее, определенно был звуком падающего кинжала.

Звук удара кинжала о дно шкафа и перекатывания.

Это было несомненно, потому что больше в комнате Эмилии не было ничего, что могло бы издать такой звук.

Но почему? С какой стати...

— Что происходит?

Кинжал аккуратно висел на стене шкафа.

Словно никогда и не падал.

Поскольку она и Шлюс слышали звук одновременно, это не могло быть слуховой галлюцинацией.

Могли ли они оба быть под гипнозом?

Если не это, тогда кинжал сам взлетел и повесился на стену?

Так или иначе, это было совершенно необъяснимо.

— Что это, в самом деле?

Эмилия вышла и захлопнула дверь с такой же силой, как и раньше.

Бам! Дзинь...

Снова послышался похожий звук.

Мгновенно вернувшись и распахнув дверцу шкафа... на этот раз кинжал лежал на полу.

— Что, черт возьми, происходит?!

В замешательстве Эмилия повалилась на кровать, хватаясь за голову.

Объяснить произошедшее было невозможно.

Она начала думать, что, возможно, в этом дома есть кто-то еще.

В таком большом доме не было бы ничего удивительного в паре призраков...

— Уххххх!

Эмилия содрогнулась и замотала головой.

Этого не может быть. Точнее, не должно быть.

Эмилия решила, что ей показалось, и попыталась успокоить бешено колотящееся сердце.

Человек может быстро умереть от удара ножом в сердце, легкие или печень, но с призраками дело обстоит иначе.

То, что Эмилия, известная как хладнокровная убийца, боялась призраков, было тайной даже для агентов разведки.

— Кстати...

Когда Эмилия немного успокоилась, она обдумала свой разговор с Шлюсом.

Тот до безумия удручающий разговор.

— Кажется, он все еще ничего не замечает.

Она спросила на всякий случай.

Ей было интересно, догадался ли он о значении кольца.

Но Шлюс, казалось, был полностью в неведении.

Он точно думал, что ему просто не повезло, и он получил бесполезное кольцо.

Хотя на самом деле все было не так.

Кольцо было практически признанием со стороны Кронпринцессы...

— Вздох. Этот непробиваемый медведь.

Слишком много доказательств говорили в пользу этого.

Во-первых, вопрос Императора о браке с Кронпринцессой был слишком внезапным.

Шлюс отмахнулся от него, как от шутки, но любой мог увидеть, что Император говорил всерьез.

Затем был сейф. Он был намеренно сконструирован так, чтобы спровоцировать Шлюса, чье мастерство в снятии печатей начинало получать признание.

Будто завороженный, Шлюс потянулся к сейфу, сломал печать и в итоге получил то самое кольцо.

Наконец, через бюро она узнала, что Кронпринцесса носит идентичное кольцо.

На этом этапе все было ясно.

Кронпринцесса дала кольцо Шлюсу как косвенное признание, и, несмотря на возможность обменять его, он оставил его себе.

Кронпринцесса, должно быть, расценила это как согласие и с радостью надела парное кольцо.

В то время как сам виновник торжества ничего об этом не знал...

— Интересно, не выльется ли это потом в большие проблемы.

У Шлюса уже был кто-то, кто ему нравился.

Он был страстно влюблен в Айрис фон дем Плехед, Святую.

Это было очевидно по непристойной... шутке, которую он только что разыграл перед ней.

Судя по тому, как Айрис продолжала навещать Шлюса, чтобы помогать ему, она, казалось, тоже испытывала к нему чувства.

Если Кронпринцесса узнает об этом, она почувствует себя обманутой и сильно разозлится.

Когда придет то время, Шлюсу придется принять решение.

Выбрать Айрис, которую он по-настоящему любит.

Или Кронпринцессу, которая принесет ему выгоду.

Но тот непробиваемый дурак уклонился от ответа, поэтому его решение оставалось неизвестным.

— А что если...

Вариантов было всего два.

Но что если добавить третий?

Эта мысль внезапно пришла ей в голову.

— Если бы я вмешалась...

Шлюс явно симпатизировал к бюро.

Если бы ей удалось завоевать его сердце, а затем раскрыть, что на самом деле она агент разведки, не смогла бы она заручиться его активным сотрудничеством?

— ...Бред какой-то.

Осознав абсурдность своих мыслей, Эмилия прикрыла глаза рукой.

Сама идея о том, чтобы выиграть Шлюса в соревновании против Святой и Кронпринцессы, изначально была нелепой.

А затем раскрыть, что она шпион?

Дав голове немного остыть, она поняла, насколько все это бессмысленно.

Она не могла понять, почему вообще рассматривала такую возможность.

Почувствовав необъяснимую боль в груди, Эмилия резко поднялась.

Нужно было проверить почту, полученную утром.

Зашифрованное сообщение от разведки через Банк Вальтера.

— Давненько их не было. Интересно, о чем там.

Бюро редко связывалась таким образом из-за опасений взлома шифра.

Заинтригованная, Эмилия применила ключ дешифровки и начала собирать расшифрованное сообщение.

Шлюс. Личная информация агентов похищена. Опасность. Беги...

Сначала Эмилия наклонила голову, не понимая...

— Ха... Это же безумие...

Но вскоре ее лицо побледнело, когда она осознала смысл.

***

Ночь уже давно наступила.

Я вышел из кареты и поправил одежду.

Так вот он, замок Генриха.

Это был замок, который время от времени использовался для банкетов, несмотря на то, что его владелец уже умер.

— Тцк...

Я услышал взрывы фейерверков еще до входа.

Звуки шумных разговоров напоминали мне клубы из реального мира.

Я терпеть не могу такие места.

После сегодняшнего дня я никогда больше не пойду ни на одно светское мероприятие.

— Пожалуйста, предъявите приглашение.

— Я Шлюс Хейнкель.

— Прошу прощения?

Охранник у входа издал глуповатый звук и поднял взгляд.

Затем, увидев мое лицо, его глаза расширились.

— Извините, но даже если вы лучший студент академии, без приглашения...

— Меня должна была пригласить семья Плехеда.

— Что? Одну минуту...

Охранник лихорадочно начал листать список.

Глянув на самую последнюю страницу...

— А! Вот же! Прошу прощения! Можете проходить!

— ...

Он не переставал кланяться и извиняться.

Я боялся, что мне снова придется избить охрану.

К счастью, у него, казалось, были базовые манеры.

— Простите! Простите! Я так...

Оставив непрерывно извиняющегося охранника позади, я наконец вошел в замок.

— Ну, черт...

И тут же мое настроение было испорчено.

Женщина в роскошном платье.

Прекрасная дама, чей возраст было трудно определить по внешности, мадам фон Лихтенбург, стояла там.

— Хм.

— ...

Мадам встретилась со мной взглядом, затем отвернулась, проигнорировав меня.

Вот же сучка. Что делать?

Ей следовало бы умолять меня о прощении, а она ведет себя так грубо.

Я собирался спустить все на тормозах, но, увидев ее лицо, передумал.

Мне нужно как-то предупредить ее.

Чтобы она больше никогда не связывалась со мной.

Как раз когда я подумал об этом...

— Пойдем.

— ...Да.

Я застыл, увидев инвалидную коляску, появившуюся позади мадам.

Это была Джулия, выглядевшая точь-в-точь как она.

Я не хотел ее больше видеть.

У меня непроизвольно сжались зубы.

Кто-то, похожий на горничную, толкала коляску Джулии, следуя за мадам.

И вот тогда это произошло.

Она незаметно протянула руку за спину.

— ...Что?

Жест с тремя растопыренными пальцами, означавший цифру три.

Она мягко помахала рукой, делая этот жест.

Это означало, что надо встретиться лично через три часа.

Проблема была в том, что...

«Что блять?»

Это был код, который знали только Хан Арым и я.

Загвоздка заключалась в том, что Джулия, бывшая лишь персонажем романа, никак не могла знать этот сигнал.