— Суть внутреннего контура ничем не отличается от внешнего, и все необходимые составляющие у них одинаковы…

— Трие.

— А, учитель!

Трие, шедшая и без остановки читавшая свои записи, радостно обернулась на знакомый голос.

Шлюс…

— Здравствуйте и вам, ассистент.

— Угу. Привет.

И ассистент Эрвин.

«В последнее время они часто ходят вместе».

Неужели он успел подружиться даже с ассистентом?

Впрочем, оба были простолюдинами. В Императорской Академии, переполненной дворянами, неудивительно, что они сблизились.

— Что это у тебя?

— Конспект! Внезапно объявили письменный экзамен, вот я на скорую руку уместила всё на одной-двух страницах.

— Основательно подготовилась…

С привычкой вести записи и усердием у неё действительно всё было прекрасно.

Шлюс никак не мог понять, почему при этом Трие настолько ужасно сдавала письменные экзамены.

Втроём они пошли дальше и вскоре добрались до экзаменационного зала.

— О-о! Ну что, оба хорошо подготовились? Я вот, к слову, вообще не учился!

— Ты в своём уме?..

— Всё равно сдам лучше тебя, Трие. Я-то обычно хорошо усваиваю материал на занятиях.

— Ах ты!..

На провокацию Айнца Трие могла лишь скрипнуть зубами.

Ведь оценки у неё действительно были ниже, чем у него.

Как он умудрялся только и делать, что развлекаться, и при этом получать такие хорошие баллы?

Хотя, возможно, он лишь говорил, что бездельничает, а сам втайне усердно занимался.

«Если Айнц говорит, что бездельничал, значит, он действительно бездельничал».

Шлюс же ни секунды не сомневался в его словах.

Айнц был настоящим гением, искренне считавшим, что если ты и без того достаточно хорош, отдельно готовиться вообще незачем.

По мере приближения времени экзамена зал начал заполняться студентами.

И вот, когда после назначенного времени прошло ровно три минуты, появился Сергей с портфелем в руке.

— Итак. Сегодняшний экзамен завершает этот семестр. Постарайтесь показать всё, на что способны. Ассистент, раздай экзаменационные листы.

— Хорошо.

Эрвин приняла портфель, тут же открыла его и достала несколько десятков листов.

Перелистнув их, она недоумённо склонила голову набок.

Что-то было не так.

На листах не было написано вообще ничего.

Ни спереди, ни сзади.

Может, вопросы были нанесены каким-то особым способом?

Эрвин с недоумением подошла к Сергею.

— Профессор. Разве это не чистые листы?

— А-а! Вот же! Вместо экзаменационных заданий, которые я целый месяц усердно готовил, я случайно принёс чистую бумагу!

— Профессор?..

Сергей театрально хлопнул себя по лбу и воскликнул.

Эрвин отчётливо заметила улыбку на его лице.

— Надо же было допустить такую ошибку! Ничего не поделаешь! Сегодня вместо письменного итогового экзамена проведём практический!

— Что-о?!

— Ребята! Отодвигайте столы!

— …

У студентов отвисли челюсти.

А Шлюс среди них лишь рассмеялся от абсурдности происходящего.

«В итоге всё-таки пошло по оригиналу…»

Объявить письменный экзамен, чтобы всех обмануть, а потом внезапно заменить его практическим.

Похоже, Сергей стал куда большим любителем розыгрышей, чем был в оригинальной истории.

С этой мыслью Шлюс отодвинул стол.

В центре тренировочного зала очень быстро образовалось большое свободное пространство.

— П-профессор. А что именно вы подразумеваете под практическим экзаменом?

— Хм… Может, каждому по очереди провести со мной спарринг?

— Вы ведь шутите?

— О! А тут как раз совершенно случайно подготовлен подходящий барьер!

Сергей щёлкнул пальцами.

В тот же миг по тренировочному залу развернулся барьер.

Он отделял арену от зрительских мест и был настолько прочным, что обычной огневой мощью пробить его было практически невозможно.

Почувствовав чудовищную мощность барьера буквально собственными телами, студенты наконец поняли.

Профессор Сергей с самого начала вообще не собирался проводить письменный экзамен.

— Ну что! Кто хочет напасть первым?

— …

Сергей с энтузиазмом стукнул кулаками друг о друга.

Отставной пятизвёздочный генерал.

Человек, способный в одиночку противостоять целой дивизии.

Мужчина, переживший все тридцать две попытки покушения на свою жизнь.

От одной мысли, что им предстоит сражаться с сильнейшим человеческим оружием Империи, лица студентов побледнели.

***

«Вот дерьмо».

Среди студентов началась настоящая паника.

В оригинальной истории их хотя бы предупредили заранее, и они успели морально подготовиться.

А сейчас все явились с одним карандашом, рассчитывая спокойно написать экзамен, и вдруг выяснилось, что придётся драться с чудовищем.

Даже я такого развития событий совершенно не ожидал.

Я ведь уже разработал великий план списывания с помощью глаз Эрвин, а теперь он весь пошёл прахом.

От досады я покосился на Эрвин и встретился с ней взглядом.

Она как раз убирала чистые листы обратно в портфель и, заметив меня, показала язык.

Вот ведь зараза.

После экзамена, пожалуй, придётся её наказать.

— Ой! А здесь совершенно случайно оказался одолженный мною измеритель урона! Чем больше урона покажет этот артефакт, тем выше будет ваша оценка! Однако я буду изо всех сил уклоняться, чтобы не получать урон, а время от времени ещё и контратаковать. Если я решу, что вы больше не способны продолжать бой, на этом ваш экзамен закончится. Пока не выходите за пределы барьера, никаких ограничений на способы атаки нет!

Сергей обстоятельно объяснил правила.

Однако он ничего не сказал о том, что запрещено ломать сам барьер.

Я уже подумал, что в крайнем случае можно ненадолго отключить его, добраться до артефакта и подправить показатели, когда Сергей вдруг посмотрел прямо на меня и резко вздрогнул.

— А! А-а! Точно! Само собой, вмешиваться в формулу барьера тоже запрещено!

— Ц…

Последний запасной вариант был перекрыт.

Теперь действительно придётся изо всех сил сражаться с Сергеем.

Проблема была в том, что именно ко мне Сергей наверняка применит куда более строгие критерии, чем к остальным.

Я уже почти видел худшее будущее, в котором мгновенно получаю его апперкот, теряю сознание и заканчиваю экзамен с нулём урона.

— Ещё вопросы?

— А что будет, если вывести вас из строя?

— Тогда, естественно, получишь максимальный балл. Что, уверена в себе, Шульценбург? Заходи за барьер! Первой будешь ты!

— А… А-а…

Лицо Трие мгновенно побелело.

Обычно в подобных ситуациях первым всегда вызывали меня, но благодаря тому, что Трие не смогла сдержать любопытство, я сумел немного отодвинуть свою очередь.

Если сначала посмотреть, как будет действовать Сергей, это наверняка сильно поможет набрать больше очков.

— Оружие ведь можно использовать?

— Любое оружие, которое вы принесли с собой в экзаменационный зал!

По залу тут же прокатились жалобные стоны.

Кто-то причитал, что надо было принести из дома целую горсть магических камней, а кто-то жалел, что не прихватил хотя бы кухонный нож.

Всё начинало напоминать промежуточный экзамен.

Если не считать того, что сейчас противником был Сергей.

— Профессор, можно мне ненадолго выйти?

— Ага. Без проблем.

— Спасибо.

В этот момент Эрвин с несколько затруднённым выражением лица покинула экзаменационный зал.

Может, срочно понадобилось в туалет?

Или её вызвали ублюдки из Асайлума?

Впрочем, неважно.

Если случится что-нибудь серьёзное, я просто подключусь к зрению Эрвин, проверю ситуацию и прибегу на помощь.

— Вы ведь будете осторожны и не покалечите меня?..

— …

Трие нерешительно вошла за барьер, держа в руках сияющий длинный меч.

Сначала она выглядела напряжённой, но стоило принять боевую стойку, как тело полностью перестало дрожать.

Похоже, к сражениям с сильными противниками ей действительно было не привыкать.

— Как только сдвинешься с места, будем считать, что бой начался.

— Фу-у…

Трие глубоко вдохнула.

И в тот миг, когда она резко распахнула глаза…

Бах!

Тело Трие выстрелило вперёд подобно вспышке света.

Одновременно несколько жёлтых вспышек, словно хлысты, разошлись во все стороны и устремились к Сергею.

Достаточно было посмотреть ему в глаза.

Он явно сильно растерялся.

Вж-жух!..

От первых двух вспышек Сергей попытался уклониться.

Но быстро понял, что следом летит слишком много новых атак, и начал принимать их на себя.

Одновременно цифры на измерителе стремительно поползли вверх.

Следом в него полетел клинок Трие, но вот его Сергей принимать уже явно не собирался.

Он уклонялся от каждого взмаха и одновременно приближался к ней, пока в итоге уже самой Трие не пришлось отступать.

— Хаа… Хаа…

Её дыхание стало тяжёлым.

Наверное, она собиралась закончить всё первым рывком.

Но даже после решающей атаки, ради которой она с перегрузкой одновременно задействовала внутренний и внешний контуры, Сергей остался совершенно невредим.

— Боевой дух уже сломлен? Начинаешь думать, что не сможешь победить, Шульценбург?

— Нет!

Трие с криком снова бросилась вперёд.

Но скорость была уже ниже, чем при первом рывке, а мощность вспышек заметно ослабла.

Достаточно было взглянуть на движения Сергея в ответ.

Он собирался заканчивать.

— Кх?!..

Бум!

Всё произошло мгновенно.

Сергей ладонью отбил летящий клинок, ворвался вплотную и выбросил кулак прямо в лицо Трие.

Но остановил его в последний миг, прежде чем тот коснулся её носа.

— Этим ударом ты была бы мертва, Шульценбург.

— Признаю…

Трие опустила меч.

Бой завершился меньше чем за минуту.

Похоже, из-за большого количества студентов Сергей собирался быстро разбираться с каждым и сразу переходить к следующему.

Измеритель показывал:

250

Сравнивать пока было не с чем, поэтому я понятия не имел, высокий это результат или низкий.

Но Сергей получил от Трие лишь несколько маломощных вспышек, похожих на удары хлыста.

Пусть они и попали по нему раза три-четыре, серьёзного урона нанести не должны были.

«Я понял, как это проходить».

Чтобы получить высокий балл, нужно много раз наносить небольшой урон.

Если, как Трие, с самого начала броситься на Сергея изо всех сил, он тоже быстро начнёт всерьёз тебя подавлять.

А если попытаться вложить всё в один мощный удар, Сергей просто уклонится.

Значит, ключ к экзамену — как можно сильнее раздуть суммарный урон множеством мелких атак, от которых трудно увернуться.

— Следующий доброволец есть? Нет? Тогда Шлюс Хайнкель, заходи!

— Да.

Ну конечно.

Если добровольцев нет, первым всегда становлюсь я.

— Учитель. Что бы ни случилось, не пугайся.

Проходя мимо, Трие слегка хлопнула меня по плечу.

Да чего мне вообще бояться?

Это же не смертельный бой.

— Кха-ха-ха! Уже не терпится! Как будешь готов — двигайся!

— …

Вся моя самоуверенность растаяла в тот же миг, когда я оказался внутри барьера.

И где здесь вообще профессор, сражающийся со студентом?

Передо мной стоял не человек.

Я видел лишь огромного бурого медведя, готового разорвать свою добычу на куски.

Даже прекрасно понимая, что Сергей меня не убьёт, я не мог остановить дрожь.

Это было уже на уровне инстинктов.

Такой страх невозможно было преодолеть без постоянных тренировок, подобных тем, через которые прошла Трие.

«Я сейчас свихнусь…»

Разве в моём романе вообще была такая штука, как подавляющее присутствие?

Даже когда в бою с Хертлокером я едва не погиб, мне, конечно, было страшно, но не настолько.

Я стиснул зубы, изо всех сил пытаясь подавить дрожь.

Экзамен всё равно нужно сдавать.

Может, среди воспоминаний Шлюса найдётся что-нибудь о встрече с настолько подавляющим противником?

Вот бы сейчас сработала «Память истинного тела» и помогла подавить этот страх.

Но, сколько я ни ждал, ничего не произошло.

«М?..»

В этот момент я почувствовал странную волну магической силы.

Настолько слабую, что без достаточно высокой чувствительности к мане её вообще невозможно было бы заметить.

Она исходила от формулы, вживлённой в сердце Эрвин.

Формула автоматически испускала такой сигнал всякий раз, когда Эрвин чувствовала страх, тревогу или что-нибудь подобное.

Я тут же подключился к её зрению и слуху.

— Я правда не шпионка! Я ведь даже прошла то испытание с убийством человека!

— Подумаешь, убила одного раба… Информация постоянно утекает, и руководство считает, что подозревать следует именно тебя. Если тихо умрёшь, твою семью оставят в живых. Решай. Будешь шумно сопротивляться и погубишь младших или умрёшь одна.

«Чёрт».

Чрезвычайная ситуация.

Я столько сил потратил, чтобы заполучить эту шпионку, а они решили её убить?

Нужно было немедленно бежать к Эрвин.

У меня не было времени возиться с кучей мелких заклинаний и накапливать урон.

Одним ударом.

На полной скорости.

Вложить в Сергея всю свою силу и свалить его.

С одной этой мыслью я принял стойку и начал разогревать внутренний контур.

«Выбор и концентрация».

Неважно, кто победит — я или Сергей.

Этот экзамен закончится за пять секунд.

Страх, ещё недавно заполнявший меня целиком, уже бесследно исчез.