Линетт знала это с самого начала.

В её прошлой жизни опасность лекарства от укачивания, креотры, стала серьёзной социальной проблемой.

'Этого недостаточно — просто оставить след, чтобы запомнили.'

Произвести сильное впечатление на балу было хорошо, но ей требовалось больше.

Способ удержать Финберга в Хилте.

Причина, чтобы стать ближе к нему.

И тогда она придумала это: таблетки от укачивания.

Она знала, что может умереть, что, возможно, больше не проснётся.

Линетт не боялась смерти. Её беспокоило лишь то, что ей придётся оставить всё Финбергу после принятия таблетки.

'Если он поймёт, что я потеряла сознание, он точно придёт за мной.'

Ей оставалось только верить в это.

На обратной дороге из Бордо в карете Линетт приняла таблетку от укачивания и оставила остальное Финбергу.

Она почти пришла в сознание, когда Ангельман вошёл в комнату посреди ночи.

"Кажется, жар спал."

Линетт услышала голос Райли во сне.

Она хотела сесть, её сознание становилось яснее.

"Линетт, ты проснулась?"

В тот момент, когда голос Финберга, полный беспокойства, коснулся её уха, она решила полежать чуть дольше.

* * *

"Потанцуете со мной?"

Кто-то протянул руку, но Канна покачала головой.

Это был довольно резкий отказ.

Однако мужчина приложил руку к сердцу, охваченный эмоциями.

"Будет ли у меня ещё шанса?"

Но Канна тут же развеяла его надежды.

"Нет."

Несмотря на её холодный ответ, мужчина ушёл, не сводя глаз с Канны.

Канна расслабила напряжённые губы и прислонилась к колонне.

"Просто отвратительно."

Она обняла себя руками.

Когда её пальцы коснулись грубых, твёрдых рукавов платья, внезапно в ней вспыхнула ярость.

'Я заслуживаю большего.'

На Канне было простое, незамысловатое платье, которое ей дала горничная, когда она впервые приехала в Хилт.

Оно было свободным и лишённым украшений, но достаточно подчеркивал талию, а глубокий вырез привлекал внимание.

Без кружева это платье могло сойти за наряд служанки.

'Дело не в платье, а во мне.'

Чем дольше она наблюдала за людьми в бальном зале, тем больше убеждалась в этом.

'Они облачены в красивые наряды, покрыты макияжем, но им далеко до меня.'

Канне не нужны были особые духи; её красота, словно аромат, завораживала окружающих.

'Интересно, где он?'

Канна снова облокотилась на колонну в бальном зале.

'Барон.'

Гиперион нигде не был виден.

Возможно, он затерялся в толпе или ушёл развлечь какого-то почётного гостя.

'Конечно, он с кронпринцем. Барон — особенный человек.'

Не стоит торопиться.

Он наверняка где-то в этом поместье и вспомнит о ней.

Канна глубоко вдохнула, её лицо омрачено.

Она вспомнила, что произошло до её приезда в поместье.

/"Что? Куда ты собралась?"

"Сегодня вечером бал в поместье Хилта."

"И что?"

"Там будут принцы. Я слышала, это особенный бал, открытый для всех, независимо от статуса. Кронпринц тоже будет. Я очень хочу туда."

"Это принцы, и это никак не касается тебя. Перестань думать об этом и займись делом."

"Мадам, такая возможность выпадает не каждый день, может быть, раз в жизни..."

"Что в этом редкого? Увидеть лицо принца настолько важно, что ты не замечаешь гору работы?"

"Я всё сделаю, выполню свою часть работы."

"Ты."

"..."

"Ты думаешь, что сможешь попасть туда в таком виде?"

"У меня есть платье, которое подарил барон, то, в котором я сюда приехала. Я сохранила его в чистоте. Я надену его, если вы позволите, мадам."

"Мне не стоило позволять тебе приезжать сюда."/

"Не желаете потанцевать?"

Канна вновь увидела перед собой протянутую руку.

Мужчина был одет аккуратно, его волосы были уложены льняным маслом, и с первого взгляда было понятно, что он не простолюдин.

Канна снова покачала головой.

Она слишком старалась, чтобы попасть сюда.

Танцевать с кем попало она не собиралась.

"Нет."

Брови мужчины нахмурились от её краткого ответа.

"Нет?"

"Нет."

Мужчина усмехнулся, затем вновь повернулся к Канне.

"Вы ненавидите вальс или ненавидите меня?"

"И то, и другое."

Его лицо омрачилось от её холодного ответа.

Канна продолжила, даже не глядя в его сторону:

"И я жду своего партнёра, если позволите?"

"Партнёра?"

Мужчина осмотрел Канну с головы до ног, затем издал сухой смешок.

"Забавно, партнёр."

Канна повернула голову, услышав насмешливые нотки в его голосе.

Лицо джентльмена, пригласившего её на танец, слегка изменилось.

"Как бы они ни старались быть демократичными, впускать куртизанок в поместье — это перебор, не находите?"

"...?"

"Сколько это стоит? Сколько вы стоите?"

Канна посмотрела на мужчину испепеляющим взглядом.

"Извинитесь."

"За что?"

"Извинитесь немедленно, иначе пожалеете."

В глазах Канны вспыхнул гнев, заставив мужчину задуматься, не сошла ли она с ума.

"Ай, вот ты где! Я тебя искал!"

Внезапно кто-то схватил её сзади и развернул, это был молодой человек примерно её возраста.

"Ох, прости, не должен был оставлять тебя одну, но ты такая быстрая!"

Он резко увёл её прочь, не дав сказать ни слова. Они шли сквозь толпу, пока Канна не всплеснула руками в раздражении.

"Отпусти меня!"

"Успокойся, хорошо, я отпускаю."

Мужчина поднял обе руки, усмехаясь.

"Даже благодарности не попрошу."

"..."

"Значит, мадам Маргеда всё же дала тебе разрешение?"

Перед Канной стоял Писко, сын торговца камнем, жившего с ней в одном районе.

"Ну надо же, с такой стороны ты выглядишь настоящей леди... или даже юной дамой."

Писко был довольно привлекательным мужчиной: светло-каштановые волосы, высокий рост, крепкое тело, закалённое годами тяжёлой работы.

"Ну, не собираешься сказать спасибо?"

Писко ухмыльнулся, но Канна с силой отмахнулась от его протянутой руки.

"Убирайся, если не хочешь выглядеть мерзавцем."

"Ого, мне нравится, когда ты такая."

Когда Канна попыталась уйти, не сказав ни слова, Писко схватил её за запястье.

"Чокнутый ублюдок."

"Ещё, ещё. Хмм?"

— усмехнулся он, а затем протянул руку, поймал несколько прядей её длинных, прекрасных волос и понюхал.

"Волосы пахнут *анкалгином."

[*Анкалгин — лекарственный препарат с характерным запахом.]

Канна сдержала порыв плюнуть ему в лицо.

"Тебе не стоило танцевать с тем мужчиной — теперь посмотри на себя, скачешь, как будто всё вокруг твоё."

"..."

"И кого же ты ждала? Меня, может быть?"

Похоже, Писко и не думал уходить. Канна коснулась виска пальцами, пытаясь справиться с раздражением, и метнула в него холодный взгляд.

"Это не ты, так что займись своими делами."

Внезапно в зале наступила полная тишина.

'Что?'

Но задавать вопросы не пришлось — ответ был очевиден.

На втором этаже, возле перил, появились люди.

Писко, который ещё мгновение назад болтал без умолку, замолчал.

Музыка постепенно смолкла. Наконец, Канна заметила Гипериона среди толпы, но его взгляд был устремлён куда-то вдаль.

Её взгляд остановился на юноше с волосами, чёрными как эбеновое дерево.

Его утончённые черты были идеальны, но небрежно расстёгнутая рубашка и пиджак, сжатый в одной руке, придавали ему необычную неряшливость.

"Благодарю. Я искренне ценю это, Ваше Высочество,"

— Гиперион почтительно склонил голову.

"Нет-нет, с девушкой всё в порядке, но было бы неплохо наблюдать за её состоянием ещё несколько дней."

Аргос тихо усмехнулся словам Финберга и пробормотал:

"А кто этим займётся? Заика?"

Лишь Анжелман, державший в руках медицинскую сумку, заметно вздрогнул.

"Я... я стараюсь...'

Финберг перебил его спокойным голосом:

"У меня нет особых планов. Если барон не будет против, я останусь ещё на несколько дней."

"Вы уверены?"

Гиперион облегчённо вздохнул и улыбнулся.

А Канна, наблюдавшая за ними издалека, улыбнулась той же улыбкой, что и Гиперион.

'Это он.'

* * *

Перевод: Хлеб Орихиме 🍞