Она, наконец, нашла идеального человека.

До сих пор она верила, что реальность и сказочные идеалы — разные вещи.

Даже принц не мог сделать всё совершенным.

'Сказка не была ложью.'

В воображении Канны она уже встретила принца и прогуливалась по великолепно оформленным садам.

Затем он взял её за руку и притянул к себе.

В этот момент принц, который собирался её обнять, замер.

Её воображение остановилось, потому что…

"Вы уже можете ходить?"

Кто-то осторожно появился за спиной Финберга.

"Да, не хочу валяться в постели в такой важный день."

Рядом с наследным принцем стояла Линетт с очаровательной улыбкой.

"Хмм, а рядом с принцем уже есть милая маленькая принцесса."

Писко прошептал это на ухо Канны.

Будто прочитал её мысли.

"..."

Канна изо всех сил старалась сохранить осанку.

/"У меня есть Райли, поэтому я подумала, что нам следует отправить девушку к Ренпези."/

Девочка улыбнулась невинно, разрушая жизнь Канны в одно мгновение.

Если бы не она, Канна жила бы сейчас своей мечтой у Хилтов.

Возможно, тогда она бы встретила наследного принца в ином свете.

Нет, она встретила бы его с совершенно другим лицом.

"Дочь барона, и это принцесса?"

Канна усмехнулась, а Писко фыркнул от смеха.

"Барона? Ты даже не дочь барона."

"..."

"Дочь кожевенника."

"Заткнись."

Канна яростно сверкнула глазами на Писко.

"Милая, есть вещи, которые нужно признавать, даже если они тебе не нравятся."

Писко схватил Канну за плечи и развернул так, чтобы она смотрела прямо на лестницу.

"Как тот факт, что она принцесса."

Канна оттолкнула его руку, но её тело не хотело слушаться.

"Я никогда в жизни не видела такой красоты."

Хотя в ней кипела злость, Канна не могла отрицать слова Писко. Дочь барона была прекрасна. Не старше пятнадцати, с благородной осанкой. Каштановые волосы придавали ей оттенок умиротворённой мудрости, а большие, добрые золотистые глаза сияли мягким светом.

"Если бы она не была так наряжена, была бы такой же красивой?"

"Может, она красива и в твоих глазах?"

Писко запнулся, но Канна не ответила.

'Есть и другая причина.'

В глазах этой девочки было нечто большее, чем просто красота. Канна задумалась. Что делало её такой притягательной?

'Твой статус, наверное. Богатая семья, деньги — вот что сделало тебя такой.'

Даже когда Канна боролась с реальностью, Писко не прекращал восхищаться Линетт.

"Может, мы здесь благодаря бесконечной доброте принцессы?"

"Не неси чушь."

"Посмотри на её милое, ангельское личико. Наверняка попросила наследного принца пригласить бедных лордов из Трокана."

Губы Канны дёрнулись от его преувеличенного, театрального тона.

"Какая наивность. Ты не знаешь, что самые мерзкие демоны носят маску ангела?"

Писко усмехнулся на её слова.

"Как ты?"

Канна сжала потрескавшиеся белые пальцы.

Чем больше она думала об этом, тем сильнее ненавидела её.

Чем шире она улыбалась, тем злее становилась Канна.

Пока её злость копилась в сжатых кулаках, Линетт мягко разговаривала с наследным принцем.

"Кстати, это тот самый знаменитый блондин — принц Аргос?"

Голос Писко привлёк внимание Канны.

'Принц Аргос?'

Хрупкий и болезненный.

Тревожные глаза на бесстрастном лице.

Канна спросила, не отрывая взгляда от Аргоса:

"Знаменитый?"

"Да, говорят, он сумасшедший. Да и неудивительно — у него в жилах ведьмовская кровь."

"Ведьмовская кровь?"

Писко с любопытством наблюдал за её реакцией, а потом шёпотом поведал секрет.

"Да, потому что его родила ведьма."

"Это правда?"

"Конечно. Ты когда-нибудь слышала, чтобы я нес чепуху?"

"..."

"И кто-то отправил эту ведьму к Богу."

Канна резко повернулась к нему.

"Кто?"

"Мой кузен, который живёт в Кёльне."

Канна закатила глаза, а Писко пробормотал тихо:

"Знаменитый палач."

"Значит, мать принца казнили за ведьмовство, и твоего кузена прислали исполнить приговор?"

Голос Писко стал тише, когда он ответил:

"Не просто ведьма, а очень злая ведьма."

"Откуда ты знаешь?"

"Она брала девушек, которым некуда было идти, перерезала им горло и пила кровь. Чтобы оставаться молодой."

"..."

"Однажды горничную с красивым лицом она изуродовала своими сломанными ногтями, оставив глубокие шрамы."

Канна слушала с бесстрастным лицом.

"И, наконец, её поймали, когда она пыталась убить королеву. Она была любимицей короля, ей сходило с рук многое, но за попытку занять трон её не простили."

"..."

"Вот почему человек должен знать своё место."

Писко с нажимом произнёс последние слова, но Канна уже не слушала.

Теперь она понимала тревогу Аргоса. Более того, ей нравилось видеть его нервозность. Она взглянула на Финберга, затем снова на Аргоса.

Её плотно сжатые губы непроизвольно разомкнулись.

"Канна."

Шёпот Писко коснулся её щеки.

"Я вижу, о чём ты думаешь."

"Нет, ты этого видеть не можешь."

Канна усмехнулась, а Писко провёл языком по губам.

"Ты же хочешь быть там, наверху?"

Канна хотела бы отрицать, но не нашла слов. Он попал в самую точку.

"Детка, если будешь смотреть вверх, только шею свернёшь. В лучшем случае. В худшем — тебе её отрубят."

Он провёл рукой по её волосам, обнажая шею, и наклонился, будто собирался её поцеловать.

"Прекрати."

Канна резко оттолкнула его руку.

"Я же сказала, исчезни."

Она давно знала, что Бог совершил ошибку. Но у неё уже был план, как это исправить. И сегодня был его первый шаг.

Канна глубоко вдохнула, затем посмотрела прямо в глаза Писко.

"Спорим?"

"На что?"

Канна твёрдо произнесла, её глаза сверкнули, словно разрезая пространство:

"Что я смогу подняться туда."

* * *

Перевод: Хлеб Орихиме (●'◡'●)