— Конечно, найдутся те, кто будет игнорировать вас из-за происхождения графа.

Однако для тех, кто остро нуждается в связях, вы, на самом деле, весьма

привлекательная перспектива. Ведь граф Крисус сейчас один из ближайших

соратников Его Величества Императора.

— Тогда почему же до сих пор они смотрели на меня свысока?

— Неприятно это слышать, но знать всё ещё оценивает друг друга по вкусу и

манерам. Репутация человека определяется тем, с кем он общается, поэтому их

чувствительность вполне естественна.

Иными словами, они избегали сближаться с ней, несмотря на то что она была

крайне желанной «единственной родственницей любимого капитана гвардии

Императора», просто потому, что не хотели, чтобы их видели льстящими

«девчонке из простонародья» ради связей.

Это также означало, что их суждения не были такими уж глупыми, как казалось.

«Какой же я была дурой, что сразу же всё бросила на Маршу только потому, что

не получила ожидаемой реакции».

Вспоминая пережитые унижения, Риния чувствовала себя обиженной. Если бы

она знала, как легко вращаться среди знати, то не вела бы себя последние три

года как полная дурочка.

Было немного грустно, что никто не указал ей на ошибки.

Но теперь всё иначе.

«Какое счастье, что Эдель попала в наш дом!»

Марша всё ещё жаждала принизить Эдель, но Риния не обращала внимания на

её слова.

По сути, Эдель была «учителем», которого она не могла позволить себе

потерять.

— Но леди Риния, разве графу Крисусу не нравятся светские вечера? Я не

слышала, чтобы он посещал их.

Погружённая в размышления Риния вздрогнула, когда хозяйка заведения

упомянула её брата.

— Мой брат невероятно занят. Бывают дни, когда мы даже не видимся.

— О, правда?

— Быть капитаном гвардии означает, что так оно и есть. Он защищает Его

Величество Императора, поэтому это естественно тяжёлая роль.

— Это верно, это верно. Всё же, наверное, печально не видеть любимого брата

часто.

Последовал взрыв смеха.

Риния теперь умело поддерживала такие беседы.

— Не зацикливайтесь на этом. Девушки вашего возраста — это всего лишь

девушки. Они не получают какого-то особого образования лишь потому, что

родились в знатных семьях.

Благодаря совету Эдель общение с ровесницами стало намного проще.

Более того, статус «единственной» родственницы «графа Ласло Крисуса,

капитана гвардии» давал ей более высокое положение, чем большинству

дочерей знатных семей.

«Да, так и продолжим. Мне не нужно, чтобы меня принимали за великосветскую

даму. Главное — не быть обузой для брата!..»

Как только она это подумала, её брат стал темой обсуждения среди дам.

— Но граф Крисус кажется таким устрашающим. О, я не в плохом смысле! Ему и

положено выглядеть грозно, как рыцарю Императора, но он кажется... таким

недоступным для романтических ухаживаний.

— Совершенно верно. Он выглядит так... необычно. В этом есть своя прелесть, но

его одежда напоминает костюм провинциального дворянина, только что

приехавшего в столицу...

— Леди Риния, может, поможете своему брату немного? Ему ведь пора жениться,

не так ли? Тогда и вам смогут подыскать жениха.

Несмотря на намёки, Риния сразу поняла, к чему они клонят.

«Погодите-ка! Выходит, проблема была не во мне, а в моём брате!»

Ласло, который в свои наёмнические годы носил ещё более потрёпанные

одежды, даже не приходил Ринии на ум как человек, которого высмеивают за

внешний вид.

«Я всегда ненавидела эти неопрятные волосы и бороду».

Остаток вечера Риния провела в твёрдой решимости изменить облик брата.

— Эдель! Иди со мной.

Как только Риния вернулась с вечера, она схватила Эдель за запястье и

потащила в комнату Ласло.

Эдель, ошеломлённая, просто последовала за ней.

Едва переступив порог, Риния воскликнула:

— Братец!

Ласло, вернувшийся всего несколько минут назад, сбросил сюртук, расстегнул

рубашку на пару пуговиц и сидел в кресле, переводя дыхание.

Усталое выражение его лица, равнодушный взгляд, брошенный в их сторону, и

закатанные рукава, обнажающие жилистые предплечья, создавали странно

развратную ауру.

Эдель почувствовала, будто увидела что-то слишком личное, и быстро отвела

глаза.

Однако Риния, его сестра, казалась совершенно невозмутимой.

— Фу, как же ты выглядишь.

— С чего вдруг нападки?

Вместо ответа Риния резко развернулась к Эдель и заявила:

— Эдель! Пожалуйста, сделай что-нибудь с моим братом, ладно?

— Э-э? Ч-что ты имеешь в виду?..

Эдель, втянутая в это без всяких объяснений, была в смятении, но Риния быстро

прояснила:

— Я думала, что проблема во мне, но оказалось, что мой брат ещё хуже! Говорят,

он выглядит как провинциальный дворянин, только что приехавший в столицу! И

считают, что он никак не может найти себе пару!

Ласло был тем, кто ответил на это.

— По крайней мере, они считают, что я выгляжу как дворянин. И на том спасибо.

— И на том спасибо? Ты серьёзно?

— С чего бы мне заботиться об этом? Я и так по уши в работе, о которой нужно

беспокоиться. Не лезь не в своё дело.

Риния, к которой отнеслись как к капризному ребёнку, закрыла рот, но затем

спросила уже серьёзным тоном:

— У тебя и вправду нет желания помочь мне выйти замуж?

— Что значит «нет желания»? Я только и мечтаю, чтобы ты наконец свалила с

моей головы.

— Ну вот ещё. Ты думаешь, ко мне будут поступать хорошие предложения, когда

ты выглядишь вот так? Или мне просто выйти за простолюдина? Тогда никаких

проблем!

Когда Риния перешла на саркастичные нотки, Ласло нахмурился.

— Почему мой внешний вид должен влиять на твои брачные перспективы?

Подумай логически.

— Эдель сказала, что знать очень заботится о внешности. Если чей-то вкус или

стиль не соответствует их стандартам, они не станут с ним общаться.

Взгляд Ласло переключился на Эдель, молча спрашивая, правда ли это.

Эдель не хотела ввязываться в этот разговор, но выбора у неё не было.

— Конечно, граф, вам не нужно беспокоиться ни о чьём мнении, кроме мнения

Его Величества. Но если вы собираетесь вращаться в обществе... небольшие

изменения могут помочь.

Подбор слов заставил её покрыться холодным потом.

Эдель нервничала, что Ласло обидится, но он лишь опустил глаза на себя и

наклонил голову.

— Честно говоря, я даже не знаю, что мне нужно изменить. Разве это не

нормально выглядит?

К изумлению Эдель, она не могла поверить, что такие абсурдные слова вылетели

из его рта.

От сильного потрясения Эдель потеряла голову и, забыв о страхе, выпалила всё,

что думала:

— Вам совершенно необходимы стрижка и бритьё. Уход за кожей тоже

обязателен. Ваша одежда всегда должна сидеть как влитая, а её тип должен

меняться в зависимости от сезона, человека, с которым вы встречаетесь, места и

характера мероприятия. И это ещё не всё: вы игнорируете даже самые базовые

аксессуары, обязательные для мужчин из знати. Ваша обувь... Носить военные

ботинки с официальным костюмом просто... немыслимо...

Эдель, выпалив всё это без передышки, встретила взгляд Ласло и вдруг

очнулась. «Почему рассудок возвращается только после того, как ущерб уже

нанесён?»

Однако Риния выглядела самодовольной, а Ласло казался несколько

ошарашенным.

«Он злится? Наверняка. Конечно же».

Эдель нервно сглотнула и опустила голову.

— П-простите. Я высказала лишнее.

— Нет, дело не в этом... Просто я действительно удивлён. Я никогда так серьёзно

не задумывался о одежде или обуви.

— Я понимаю. Возможно, вам эти светские правила кажутся бессмысленными.

Следовать им или нет — полностью ваш выбор, милорд, никто не может вас

заставить.

Пока она заканчивала, Ласло, погружённый в раздумья, пробормотал:

— Не стоило мне вообще заключать ту сделку с Его Величеством...

Он цокнул языком и снова вздохнул.

Риния, слушавшая всё это, скрестила руки и заговорила, будто отчитывая его:

— Какой смысл сожалеть о том, что уже сделано? Что, ты собираешься

отказаться от титула, что ли?

Он усмехнулся в ответ на дерзкие слова младшей сестры.

— Даже соплячка меня поучает. Ты сильно выросла.

— Я не соплячка! В общем, у тебя же скоро будет несколько выходных дней? Раз

у тебя больше нет никаких дел, почему бы не использовать эту возможность,

чтобы преобразиться с головы до ног?

— Вздор.

Даже ворча, Ласло, похоже, что-то осознал и решил принять предложение Ринии.

И, к несчастью Эдель, задача превращения его в настоящего аристократа легла

на её плечи.

— Эдель. Возможно, будет сложно первое время, но приведи моего брата в

порядок. Несмотря на его внешний вид, материал неплохой. Я удвою твоё

жалованье.

— Н-нет нужды!

— Как это нет? Ты моя личная горничная, а это дополнительная работа. Причём

очень сложная, так что двойная оплата более чем справедлива.

Эдель колебалась не из-за жалованья, а из-за самой работы, но Риния, похоже,

не понимала. Или просто делала вид.

«Представить не могла, что мне придётся заниматься внешностью графа

Крисуса...»

Эдель чувствовала, что её обязанности в особняке выходят уже за все мыслимые

границы.