Я был загнан в угол Джорджем Джостаром и Джонатаном, когда решил надеть на себя маску.

Я решил прекратить быть человеком.

Если бы передо мной были только Джостары, или же они и Спидвагон, то я не стал бы использовать маску и просто отбивался бы, как обычный человек.

Но, будучи окруженным вооруженным отрядом полиции, я не видел никаких иных вариантов. У меня не было плана на такое развитие событий.

Именно они подтолкнули меня к использованию маски. Можно сказать, они заставили меня прекратить быть человеком.

Но так же можно сказать, что я смог сделать это именно потому, что они меня подтолкнули.

Я смог отказаться от своей человечности.

Что-то вроде этого я сказал Джонатану: «В таком случае, я хочу, чтобы ты был тем, кто наденет на меня наручники», чтобы подманить его поближе к себе. И после этого я сказал вот что:

«Джоджо… У человеческих возможностей есть пределы. Что я понял за свою короткую жизнь, так это, что чем грандиознее планы, тем вероятнее они рушатся из-за непредвиденных обстоятельств… Я должен стать тем, кто превзойдет людей.»

Даже сейчас я все еще согласен с этими словами.

Чем грандиознее планы, тем вероятнее они рушатся из-за непредвиденных обстоятельств.

Но теперь я могу и кое-что к этому добавить. В конце концов, чем грандиознее мои планы, тем чаще они рушатся.

И даже прямо сейчас они снова разрушены.

«Путь к раю»

Из-за Джостаров мой план, что был просто идеален, рушится от того, чего я не предвидел. Но это было неизбежно.

Как бы то ни было, прямо перед Джонатаном я надел маску. И прямо перед его глазами я отрекся от человечества. Я решил использовать его кровь, но пролитая в ту ночь кровь принадлежала тому, кто защитил его, его отцу, Джорджу Джостару.

Отец защитил сына.

И иглы пронзили мой мозг.