Глаза Мелана широко раскрылись. Я осторожно поднесла ослепительно белый кончик кинжала к его груди.

- Ты забудешь меня, забудешь это время, потеряешь магическую силу и станешь обычным ребёнком.

- …Учитель…?

- Я возьму всю вину на себя. Нам больше не суждено встретиться, но… я хочу, чтобы ты был счастлив.

- Не хочу. Не хочу… Ха-ааах! Не хочу, учитель! Это я был неправ. Пожалуйста, не берите всё на себя. Это моя в…!

Не дождавшись, пока он договорит, я осторожно вонзила клинок. Мелан судорожно вдохнул.

Это была забота Ивлейн Шакера? К счастью, не было того характерного ощущения, когда лезвие пронзает плоть.

Голова Мелана безвольно опустилась. Его тело, словно заснувшее, начало медленно уменьшаться. Когда он стал меньше, цепи ослабли, и ребёнок рухнул на пол.

Когда я впервые встретила этого ребёнка?

Наверное, он был немного младше десяти.

Смотря, как внешность Мелана медленно возвращается к знакомому облику, я медленно вынула клинок.

Когда он ничего не знал, мне хотелось, чтобы он просто попал в хорошие руки — к добрым родителям или в хороший приют — и жил счастливо.

- Было бы хорошо, если бы он встретил хороших родителей. - тихо пробормотала я.

В отличие от меня, у него появился ещё один шанс. Шанс вырасти в счастливой семье, быть любимым и жить без нужды в постоянном поиске чьей-то любви.

Когда я уронила кинжал, он, как будто понимая, что выполнил свою задачу, рассыпался в порошок.

Я молча смотрела на этот клинок, потом — на ребёнка, глубоко спящего в воспоминаниях, и медленно повернулась.

Чувствовалось, будто в пустом пространстве осталась только я. Если я и дальше буду отрезать одно за другим… в итоге у меня не останется ничего. Да, ничего не останется.

Если бы я могла исчезнуть, неся на себе все грехи и обнимая всё прошлое… было бы хорошо.

Когда я вышла наружу, там был Шаренте Клаун. Он просто смотрел на меня, потом молча опустился на колени и раскрыл руки.

Я шла, не зная, какое выражение лица у меня было и что мне нужно сейчас, и неожиданно для себя остановилась.

Почему?

Почему Шаренте Клаун всегда, находит то, что мне нужно больше всего.

Мне следовало бы раздражённо сказать, чтобы он не обращался со мной как с ребёнком, но даже на это не хватило сил.

Я просто медленно подошла и тихо уткнулась лбом в его грудь. Как будто именно этого и ждал, он обнял меня и встал.

- У меня есть просьба.

- Какая?

- Мелан… Можешь найти ему хороших приёмных родителей? Не обязательно богатых. Просто, чтобы он мог жить счастливо.

Шаренте Клаун тихо вздохнул. В этом вздохе чувствовалось что-то сдавленное, но у меня не было душевных сил обращать на это внимание.

- Надеюсь, эта твоя просьба — действительно для тебя самой.

- ….

- Я поищу, не беспокойся.

- Угу.

Я слабо кивнула. Было странное ощущение — словно я только что сама разорвала оковы. Если назвать это местью, то пусть. А если это спасение… то, возможно, для Мелана — да, это было спасением.

- С Данталлионом и остальными детьми я сам разберусь, так что иди отдохни, Шерина.

Ивлейн Шакер, видимо, больше не мог молча наблюдать и наконец заговорил. Как бы то ни было, раз уж всё началось — нужно и закончить.

- В этом нет необходимости. Эти двое детей — сейчас в моём особняке.

- В особняке?

- Да. Если бы я просто оставил их там, на поле битвы, ты бы точно не оставила это без внимания.

Ну, в этом он был, конечно, прав.

«Хотя я бы и не вмешалась напрямую, но, наверное, что-нибудь колкое бы сказала. Всё-таки дети, и ещё и раненые...»

- Ими сейчас занимается рыцарский орден.

- Значит, я могу возвращаться.

- И ещё: Силлопия вскоре окажется под властью Империи Хейран.

Похоже, он уже всё решил до самого конца. Я без лишних слов просто кивнула. На этом этапе у меня уже не было желания вмешиваться в страну, в которой даже совета старейшин больше не осталось.

«Если уж и управлять, то, возможно, пусть этим займётся сама Императрица. Так хоть будет порядок...».

- Всё, что держало тебя, все твое брея исчезло. Теперь живи своей жизнью.

- ….

- Ты — Шерина Клаун. Живи как Шерина Клаун. Не ходи с этим выражением лица, будто уже мертва.

Не успел Шаренте Клаун договорить, как моё поле зрения резко перевернулось. Это была магия Ивлейна.

Он в одно мгновение телепортировал большую группу людей, включая рыцарей, но при этом на лице у Ивлейна Шакера не было и намёка на усталость.

Досадно осознавать, что я жила рядом с таким монстром и даже не подозревала об этом.

Джейсо, похоже, чувствовал себя сравнительно нормально — возможно, благодаря тому, что я извлекла из него все осколки. Сейчас он стоял в окружении рыцарей и получал нагоняй.

- Ну так ты заговоришь наконец?

- Я служу… ну, Шерине Клаун, а не… роду Клаун… Ай! Больно же!

- Кто тебе позволил так обращаться к молодой госпоже?!

Штокар… Неужели, ему действительно жаль расставаться с Джейсо? Он так сильно к нему привязался? Немного похоже на строгого отца и упрямого сына…

- Эй, ну правда, хватит меня бить… О? Шерина!

- Ах ты, негодник…!

Джейсо пулей подбежал ко мне. А за ним — Шавель, с головой накрытый плащом, тоже стремительно мчалась.

Ивлейн, не теряя ни секунды, положил руку на грудь Джейсо. Вспыхнул ослепительно белый свет. Метка экспериментального образца, вживлённая в его тело, исчезла, и его тело начало понемногу возвращаться к нормальному состоянию.

- Эй, что ты…!

Он не стал ребёнком, как Мелан, но его тело, которое казалось непропорционально взрослым для его возраста, постепенно уменьшалось. Чёрные пятна на руке побледнели, снова обретая естественный оттенок.

Чёрный дым начал медленно выходить из тела Джейсо. Он в ужасе попытался отступить назад.

- Мне и так нормально! Я и так в порядке! Я не хочу становиться слабее... терпеть не могу это чувство...!

Сзади подошёл Штокар и крепко схватил Джейсо за плечо.

Увидев его строгий взгляд, лицо Джейсо резко перекосилось, он уже замахнулся, чтобы сбросить руку — но я схватила его за ладонь.

- Джейсо.

- …Мне это не нравится, Шерина.

- Но ведь так и должно быть.

- Быть слабым... страдать... я этого просто не вынесу.

Его голос дрожал.

Может, это и была его настоящая суть — то, что он всё это время прятал под маской смеха.

Кажется, я понемногу начинала понимать, откуда у него такая прямолинейная, сильная и воинственная натура.

Он боролся изо всех сил, лишь бы не быть отброшенным — не сойти с дистанции в бесчеловечных экспериментах. Возможно, именно благодаря этому характеру он до сих пор и выжил.

- Всё хорошо. Больше никто не посмеет причинить тебе вред. Никто больше не будет тебе угрожать. — тихо сказала я.

На мои слова Джейсо, наконец, позволил себе расслабиться.

Через руку Ивлейна всё ещё выходил чёрный дым, клубами покидая его тело. И только когда он исчез полностью, Джейсо, пошатнувшись, сделал несколько шагов назад.

- Данталлион…

- Со мной всё в порядке. Поскольку тот артефакт исчез, теперь я могу это контролировать.

Он ответил с твёрдостью, в голосе ни капли сомнений.

Ивлейн Шакер посмотрел на него несколько секунд, словно что-то оценивая, а затем просто промолчал.

- Это допустимо? — тихо спросила я.

- Он поразительно хорошо себя контролирует. Если не произойдёт ничего экстраординарного, он сможет жить как обычный человек.

Я и раньше знала, что Данталлион — особенный, но всё равно не могла понять, как можно считать «нормальным» состояние, при котором даже отрубленные конечности вновь срастаются.

- Ты и правда в порядке?

- Да. Если хочу защищать тебя, Шерина, это состояние — как раз то, что нужно.

- Но меня вовсе не нужно защищать…

- Я буду рядом до тех пор, пока ты не умрёшь, — твёрдо произнёс он. — И всё это время — буду защищать.

Я чуть приоткрыла рот, собираясь что-то сказать, но медленно закрыла его. Когда тебе так прямо и безапелляционно заявляют о своём решении… Что тут можно возразить? При такой решимости, честно говоря, мне нечего было возразить.

- Шерина, о нём можешь не беспокоиться. Его тело и сила хорошо сливаются. Скоро он станет практически неотличим от обычного человека.

- …Правда?

- Да. Хотя восстановление у него будет аномально быстрым, и сила — очень высокой, это всё.

Значит, Джейсо просто не прошёл полного слияния. Не адаптировался до конца. Он резко отвернулся, будто не желая слушать дальше.

- Проблема — в этом ребёнке, Шерина, — вдруг сказал Ивлейн, взглянув на Шавеля. — Если я поверну для него время вспять, он погибнет.

Шавель, прижав к груди книгу, отступил на шаг.

- Не хо, чу, сем, я, семь, семья, счаст…

Увидев его поведение, Ивлейн Шакер с трудным выражением потер переносицу и заговорил:

- Гомункулы — созданные существа. Их жизнь по природе своей коротка. Сама посмотри: если за столь короткое время он успел вырасти до такого состояния — то, очевидно, время для него течёт иначе.

- Вообще нет шансов? Но ведь он до сих пор жив…

- Шанс крайне мал. Да, он меньше, чем вероятность человеку с его короткой жизнью повстречать дракона.

Я невольно широко распахнула глаза. Он же и есть дракон… Что он вообще говорит?..

- Шерина, — вновь заговорил Ивлейн..

- Я слушаю.

- С этого момента время для него будет течь ещё быстрее.

Он говорил спокойно, но в голосе звучало нечто неотвратимое.

- И в течение ближайших пятнадцати лет его тело просто не выдержит стремительного старения и разрушения клеток. Он погибнет.